Дени Морис (Denis, 25.11.1870 г., Гранвиль, Нормандия, - 03.11.1943 г., Сен-Жермен-ан-Ле, близ Парижа), французский художник-символист.
С семнадцати лет Дени учился в Париже в академии Жюлиана и в Школе изящных искусств. Испытал влияние Поля Гогена.
С 1888 года принимал участие в создании группы «Наби». Вместе с Пьером Боннаром, Полем Серюзье и Эдуаром Вюйаром Морис Дени основал художественную группу Наби и считается самым видным её теоретиком. В соответствии с идеями этого художественного направления Дени писал картины, отличавшиеся простотой форм, мягкостью линий и бледностью красок. В эти годы Дени получил прозвище «Наби красивых икон», данное ему по упрощенному и слегка архаичному характеру его живописи. Участвовал в создании "Мастерских религиозного искусства" (1919 год), глава "неотрадиционалистского" течения во французской живописи. Часто в качестве модели он использовал свою жену. Эти интимные образы, часто окрашенные нежным юмором, вплоть до конца жизни Дени считались одними из самых счастливых его картин. Вскоре он переходит к светлой живописи в стиле модерн.



Искусство Дени, тесно соприкасающееся с символизмом и стилем "модерн", тяготеет к монументальным формам и декоративной гармонии и вместе с тем проникнуто смутными, зыбкими, подчас религиозно-мистическими настроениями; для него характерны плоскостная стилизация, игра округлых вялых контурных линий, светлые, несколько слащавые краски. После путешествия в Италию (1895-1898 гг. и 1907 год) его искусство приобрело традиционно-классический характер, проявившийся в больших декоративных композициях – стенных росписях.
Дени писал религиозные и мифологические картины, портреты, пейзажи ("Марфа и Мария", 1896 год, 11 панно "История Психеи", 1908-1909 гг., - в Эрмитаже, Ленинград), выполнял росписи зданий, рисунки для витражей и гобеленов, театральные декорации, книжные иллюстрации. Как теоретик утверждал главенство декоративного цветового начала в живописи ("Теории", 1912 год, "Новые теории", 1921 год).

Читать далее

"Рецепт" тыквенной головы
По старому календарю друидов новый год в Англии наступает 1 ноября. Поэтому накануне 31 октября нужно прогнать всех злых духов, которые в эту ночь выходят на белый свет: домовые стучат в окна и двери, ведьмы летают на метле по небу, черти всех пугают.
Суеверным людям страшновато выходить в такую ночь на улицу. Для этого и готовится специальный фонарик. Обычно его делают из тыквы, но можно сделать и из репы или большой дыни.
Возьмите большую тыкву и большим острым ножом срежьте крышку.
Десертной ложкой вычистите семечки и волокна, затем крепкой ложкой (как для мороженого) выскребите немного мякоти.
Нарисуйте на тыкве черты лица, которые потом будете вырезать. Маленьким ножом вырежьте на тыкве глаза, нос и рот. Внутрь поставьте маленькую свечку и накройте сверху отрезанной крышкой.
Самая большая тыква в мире весила 480 кг. Ее вырастили Пола и Натан Зер в Лоувилле, штат Нью-Йорк, в 1996 году.



Фонарик из тыквы называется Jack-o-lanterns.Почему ?
Много веков назад на земле ирландской жил кузнец по имени Джек. О хитрости и скупости его по сей день ходят легенды. Одна из них гласит, что смог обмануть он самого Дьявола и, тем самым, получить обещание нечистого, что тот никогда не покусится на душу кузнеца.
Однако, греховность Джека не позволила ему попасть и в рай. И был он отпущен бродить по земле до дня Судного, освещая путь свой кусочком угля защищенным от ветра и непогоды обыкновенной тыквой.
Правда, это или вымысел сказать теперь сложно. Но вот то, что неотъемлемым атрибутом, без которого не обходится не один Хеллоуин является фонарик Jack-o-lanterns названый в честь того самого кузнеца, правда, как и то что, знаком этот фонарик теперь не только в Ирландии, но во многих странах мира.

Читать далее

Хэллоуин, который еще совсем недавно широко праздновался лишь в США и Канаде, теперь приобретает все большую популярность в Европе и постепенно осваивает территорию стран СНГ. И это не удивительно, ведь в США этот праздник считается самым массовым после Рождества. Ежегодно американцы тратят на Хэллоуин около 2,5 миллиардов долларов. Один Нью-Йорк собирает доход от праздника 40 миллионов долларов. Что мы знаем об этом празднике, откуда он берет свое начало. Является ли Хэллоуин чем-то большим, чем просто ночь, когда дети, переодевшись в разные костюмы, собирают сладости? Чтобы во всем этом разобраться, нужно лишь заглянуть в историю - на несколько тысячелетий назад…



В дохристианскую эпоху земли современной Англии, Ирландии и северной Франции населяли кельтские племена. Год у них состоял из двух частей - лета и зимы. Они были язычниками и как верховного бога почитали бога Солнца, который, по приданию, в течение каждой зимы находился в плену у Самхэйна - властелина мертвых и князя тьмы.

Читать далее

Собственно этот пост не планировался тут, но сделан в черновиках ли.ру. Поэтому всей мощью там повис, удалить же-значит удалить его и в другом месте. Поэтому оставлю его без разделения на части.Конечно не совсем отвечает основным событиям мокго дневника, но если кому будет интересно-пожалуйста знакомьтесь

Что несёт для нас будущее? Технологии одна другой опасней. И чем совершеннее технологии, тем более они опасны для такого убого и дисгармоничного существа как человек. Это понимали и двести лет назад во времена Священной Инквизиции, боровшейся с прогрессом упорной, но бесполезной кремацией. Знания, увы, не горят.
В 20 веке страх перед развивающимися технологиями сконцентрировался до размеров булавочной головки, таранившей мозг избранных сумасшедших и провидцев. Скабрезный союз страха и гениальности зачал киберпанк - субкультуру высоких технологий и низких моральных устоев. В киберпанке будущее целиком и полностью наступило. Наступило на людей, смяло покрасочный налёт цивилизованности и вырвало животные инстинкты на поверхность.
И всё же киберпанк, как и двадцать лет назад, остаётся компьютерным коммунизмом - мифическое будущее, к которому мы все идем и никак дойти не можем. Новые опасные технологии гораздо ближе, чем мы думаем. Некоторые так вообще появились в далёком прошлом. Например, электричество. Да, электричество подарило нам мир, каким мы его сейчас знаем, но вы вдумайтесь только: какому сумасшедшему могла прийти в голову мысль пустить молнию по проводу?! Это так же безумно как постройка канала до солнца, по которому магма будет стекать на Землю и отапливать новостройки в Мурманске. Или паровой двигатель. Горячий опасный пар двигает поршень и всю механическую коляску! Черт, гораздо безопасней передвигаться пешком. Не говоря уже о дирижаблях, наполненных сверхогнеопасным водородом.



Не будем вглядываться в мутный кристалл грядущего, чтобы понять, как опасны технологии. Зачем представлять биоимплантанты, гипермагистрали, киборгов и лазеры, способные расщепить кварки? Оглянитесь вокруг. Вы приходите в этот мир, живете и умираете благодаря технике. У вас гораздо больше шансов умереть под обломками автомобиля, чем загнуться от милой старости... Старости, вызванной отравленной прогрессом экологией.
Достаточно взглянуть на наш мир или мир прошлого чуть-чуть под другим углом, позволить, хотя бы мысленно, некоторым технологиям продвинуться далеко вперёд, увлекая за собой отсталую инфраструктуру, и вы увидите мир, обратный киберпанку - стимпанк. В котором становится ясно: не дожидайтесь мрачного апокалипсического будущего... Оно уже здесь.
Стимпанк (steam + punk, пар + панк) моделирует мир, в котором такие примитивные технологии как паровой двигатель достигли наивысшего развития. Ну или КПД 110 %. Обычно этот мир стилизован под 19 век и сильно напоминает викторианскую Англию или дикий-дикий Запад, хотя расшатанное воображение фантастов может представить стимворлд и как полностью фентезийную вселенную. Англия середины 19 века в воображении творцов стимпанка выглядит весьма аутентично и атмосферно угнетающе. Текущие по обочинам дороги нечистоты, трущобы, населенные озлобленными фабричными рабочими, грязное пасмурное небо, вспарываемое столбами пепельного дыма фабричных труб, проститутки, совокупляющиеся с примерными буржуа за заколоченными окнами слепых домов, демонические ученые, творящие полный беспредел в закопченных подвалах заброшенных лабораторий...

Читать далее

«Бог танца», «восьмое чудо света», «царь воздуха» — на­зывали современники Вацлава Нижинского (1889—1950). Он один из тех, кто принес мировую славу русскому балету. Его танец, как и его жизнь, были мистическими, яркими.
Родился 28 февраля (12 марта) 1889 в Киеве в семье знаменитых танцовщиков Фомы (Томаша) Лаврентьевича Нижинского и Элеоноры Николаевны Береды, которые владели собственной балетной труппой. Труппа гастролировала в разных городах: в Париже, Петербурге, Киеве, Минске, Тифлисе, Одессе. Все трое детей Нижинских были одарены музыкально и пластически, имели хорошие внешние данные и с раннего возраста занимались танцем. Первые уроки хореографии они получили от матери. Отец пробовал свои силы и как балетмейстер. Для шестилетнего Вацлава, его старшего брата, и младшей сестры Брониславы, известной в будущем балерины и хореографа, он сочинил па-де-труа — это было первое «выступление» будущего гения. После развода мать вместе с тремя детьми поселилась в Петербурге.
В 1900–1908 учился в Петербургском театральном училище, где занимался под руководством Н.Г.Легата, М.К.Обухова и Э.Чекетти. Попав на сцену Мариинского театра, быстро стал солистом. Принадлежал к плеяде молодых танцовщиков, разделявших новаторские идеи М.М.Фокина. Танцевал в балетах Фокина Белого раба (Павильон Армиды Н.Н.Черепнина, 1907), Юношу (Шопениана, 1908), Эбенового Раба (Египетские ночи А.С.Аренского, 1907), Альберта (Жизель Адана, 1910).



Фокин специально для Нижинского создал главные роли: Белый раб в балете «Павильон Армиды» на музыку Н.Н. Черепнина, Раб Клеопатры в «Египетских ночах» композитора А.С. Аренского и Юноша в «Шопениане» на музыку польского композитора. Балетмейстер нашел в артисте родственную душу. Ему был близок характер природной пластики танцовщика, понимание эстетики нового танца, его отклик на новаторские идеи.

Читать далее

Женские прически 17 века

Волосы разделялись посредине пробором и спускались по обеим сторонам лица в виде коротких локонов, а сзади заплетались в косы и закручивались в узел, окруженный ниткой жемчуга. Многие дамы делали спереди поперечный пробор, от которого .спускались на лоб короткие локоны. Во второй половине века не надолго сделалась модной прическа, при которой волосы гладко расчесывались на темени и взбивались па висках в кругловатое возвышение, которое закрывало уши и от которого отделялось несколько тонких локонов, едва доходивших до плеч.



В семидесятых годах волосы на висках и спереди вокруг лба стали завивать в мелкие кудри, а вдоль щек спускать на грудь пряди волос, прямые или завитые локонами.
Наряду с этой носили прическу (изобретение которой приписывается маркизе Монтеспан), волосы которой по обеим сторонам пробора укладывались двумя прядками в два пальца вышины, а остальные завивались в локоны, которые уступами спускались на шею ниже ушей за исключением одного длинного локона, падающего на грудь (прическа фонтанж).
С 1690 г. прически по своим формам стали приближаться к мужскому парику, когда стали взбивать волосы в два высоких тупея и даже красить белокурые волосы в темно-каштановый цвет.

Читать далее

Совсем немного о париках времен Людовика 14

В театре типы французских причесок и париков X V I I в. известны под названием «мольеровcrого» парика.
В начале века при дворе стали отпускать длинные волосы, которые завивали густыми кудрями, обрамлявшими все лицо. Лицо или брили, или оставляли очень тонкие усы, кончики которых закручивали кверху, и едва заметную остроконечную бородку (названную впоследствии la royale).

Людовик 14


Мода на длинные волосы привела к употреблению парика. Парики были усовершенствованы неким Эрве, который, благодаря изобретенному им способу прикреплять волосы к шелковой сетке, умел давать парикам все желаемые формы.
В тридцатых годах парик.окончательно вошел в моду при дворе и в высших кругах.
В сороковых годах стали носить только усы, а бороду брить совершенно. Большую бороду носили только некоторые ученые, духовные лица и старики.
В шестидесятых годах при Людовике XIY при дворе назначается целый штат придворных парикмахеров из 48 человек.

Читать далее

Итак, вторая часть Марлезонского балета (заранее прошу прощения,если будут небольшие повторы Например о мушках). На троне знаменитый Король-солнце Людовик 14.
Почему именно под таким прозвищем мы его знаем ?

Людовик XIV с 12-летнего возраста танцевал в так называемых «балетах театра Пале-Рояль». Эти мероприятия были вполне в духе времени, ибо проводились во время карнавала.
Карнавал эпохи барокко — это не просто праздник, это — перевёрнутый мир. Король на несколько часов становился шутом, артистом, фигляром (как и шут вполне мог себе позволить предстать в роли короля). В этих балетах юному Людовику довелось сыграть роли Восходящего солнца (1653) и Аполлона — Солнечного бога (1654).
Позже устраивались придворные балеты. Роли в этих балетах распределял сам король или же его друг — де Сент-Эньян. В этих придворных балетах Людовик также танцует партии Солнца или Аполлона.
Для возникновение прозвища важно и другое культурное событие эпохи барокко — о так называемой Карусели. Это празднично-карнавальная кавалькада, нечто среднее между спортивным праздником и маскарадом. В те времена Карусель называли просто «конным балетом». На Карусели 1662 года Людовик XIV предстал перед народом в роли римского императора с огромным щитом в форме Солнца. Это символизировало то, что Солнце защищает короля и вместе с ним и всю Францию.
Принцы крови были «вынуждены» изображать разные стихии, планеты и прочие подвластные Солнцу существа и явления.
У историка балета Ф. Боссана читаем: «Именно на Большой Карусели 1662 года в некотором роде родился Король-Солнце. Имя ему дали не политика и не победы его армий, но конный балет».

Действующие лица и исполнители
Людовик 14
Жена официальная
Мария Терезия Австрийская (Испанская)



Фаворитки
1.Луиза-Франсуаза де Лавальер
2.Мадам де Монтеспан
3.маркиза Ментенон. (впоследствии-жена)



4.Анжелика де Фонтанж


С воцарением Людовика Великого блеск французского двора затмил блеск всех европейских дворов. Версаль, с его парками и бесконечными увеселениями, служил образцом царственной роскоши. Правила вкуса, господствовавшие там, считались откровением. Это относится главным образом к Германии, где рабское подражание достигло невероятных размеров, особенно по окончании Тридцатилетней войны. Сотни мелких немецких князьков надевали парик и щеголяли в башмаках на высоких красных каблуках. Всякий, кто хотел прослыть важной персоной, старался подражать французскому монарху. Эта эпоха ознаменовалась небывалым расцветом деспотизма, выразившимся в словах Людовика XIV: "Государство - это я".
Начиная с этого момента можно говорить о «мировой моде».

Читать далее

Женская мода эпохи Тридцатилетней войны утрачивает жесткость и чопорность, которую придавали ей многочисленные подбивки и подкладки. Женщина приобретает более естественный и доступный вид. Пестрота расцветок уступает место смешанно-пастельным тонам — бледно-голубому, бледно-желтому, бледно-зеленому и изысканно-благородному цвету слоновой кости. Женское платье избавилось от широких юбок на обручах, линии юбок стали более мягкими и плавными, ткань свободно спадала от талии до пола. Верхнее платье от пояса до мысков туфель всегда было распахнуто, его лиф застегивался пуговицами либо драгоценными подвесками. Другим броским украшением платья являлся большой белоснежный отложной воротник, отделанный кружевами ручной работы, потеснивший стоячий «воротник Марии Медичи» — воротник на каркасе, иногда поднимавшийся выше головы. Форма этих суперворотников была разной — округлая во Франции и двойная в Англии. В моду вошли кокетливые кофточки, короткие декольтированные лифы со шнуровкой. Шею и очень глубоко открытую грудь «закрывали» полупрозрачной вставкой (шемизеткой) из батиста.

Sir Anthony van Dyck 1599 – 1641
Sir Anthony van Dyck.Henrietta Maria and the dwarf, Sir Jeffrey Hudson, 1633



Неотъемлемой деталью гардероба аристократок становятся появившиеся еще в предыдущем веке женские нижние штаны (калесо или калъсо'ны) из красного шелка с вышивкой и платье для верховой езды — амазонка. В седле женщины сидели боком, имея ног опору — планшет. Женские туфли приобретают небольшой Каблук, а иногда и толстую (до 30 сантиметров) подошву. Правда, обувь на такой подошве носили женщины невысокого Роста. Сначала туфли украшали вышивкой, Во с увеличением каблука ее заменили розетки из лент, крепившиеся на подъеме. Прическа была двух типов. Волосы либо Расчесывали на прямой пробор, укороченные пряди у щек завивали при помощи пара, а заплетенную сзади косу укладывали короной; либо носили челку, боковые пряди взбивали, а на затылке прикалывали шиньон или косу. Активно употреблялись такие косметические средства как румяна, белила и особенно духи. Ими душили не только волосы и платья, но даже... кушанья! Очень модными стали меховые муфты, а особенно маски из черного бархата или атласа.

Читать далее

Вообщем то эта тема задумывалась у меня как один пост по моде 17 века. Но при ближнем рассмотретнии, если отталкиваться от той же Франции к примеру, видно,что нужно поделить на две части, хотя бы по Людовику 13 и Людовику 14. Так я наверно и сделаю, пока запощу первую половину 17 века- образно говоря всем знакомых "Трех мушкетеров", если будет интересно, оставляйте комментарии,я продолжу.

Итак, первая часть Марлезонского балета :действующий лица и исполнители.Мода эпохи Людовика 13.Сразу прошу прощения,что обойду вниманием голландскую моду того времени (кроме работ художников в этом посте), она заслуживает отдельной темы по-моему

1.Карл I- 19 ноября 1600—30 января 1649 — король Англии, Шотландии и Ирландии

2.Жена Карла 1 Генриетта-Мария

3.Вильерс, Джордж, 1-й герцог Бекингем

4.Людовик 13-Справедливый 1601-1643— король Франции

5. Жена Людовика-Анна Австрийская

6.Кардинал Ришелье









17 век- век триумфального шествия барокко.
Барокко (итал. barocco — «странный», «причудливый»; порт. perola barroca — «жемчужина неправильной формы»; существуют и другие предположения о происхождении этого слова) — характеристика европейской культуры XVII—XVIII веков, центром которой была Франция. Стиль барокко появился в XVI—XVII веках в итальянских городах: Риме, Мантуе, Венеции, Флоренции. Именно эпоху барокко принято считать началом триумфального шествия «западной цивилизации».
Барочный человек отвергает естественность, которая отождествляется с дикостью, бесцеремонностью, самодурством, зверством и невежеством — всем тем, что в эпоху романтизма станет добродетелью. Женщина барокко дорожит бледностью кожи, на ней неестественная, вычурная причёска, корсет и искусственно расширенная юбка на каркасе из китового уса. Она на каблуках.
А идеалом мужчины в эпоху барокко становится джентльмен — от англ. gentle: «мягкий», «нежный», «спокойный». Изначально он предпочитал брить усы и бороду, душиться духами и носить напудренные парики. К чему сила, если теперь убивают, нажимая на спусковой крючок мушкета. В эпоху барокко естественность — это синоним зверства, дикости, вульгарности и сумасбродства. Для философа Гоббса естественное состояние (англ. state of nature), которое характеризуется анархией и войны всех против всех.

Читать далее

Имя Бориса Зворыкина сегодня известно специалистам-книжникам и людям, увлекающимся искусством особенно эпохой XIX-XX веков. Но рядовому читателю, пожалуй, это имя ничего не скажет. Борис Зворыкин был одним из основоположников "русского стиля" в книжной иллюстрации и, пожалуй, лучший график-орнаменталист начала XX века. Самобытное творчество художника до недавних пор могло быть оценено лишь немногими знатоками-коллекционерами – счастливыми обладателями редких и дорогостоящих изданий, выпущенных в дореволюционной Москве да в эмигрантском Париже.
Причина такого забвения коренилась, с одной стороны, в изначально принятом этим художником сравнительно узком диапазоне творческой практики, ограниченном, по преимуществу, сферой книжной и прикладной графики, а с другой – в избранном им пути независимого построения художественной карьеры, выразившемся в последовательном неучастии в каких-либо "групповых стратегиях".

Василиса Прекрасная
Жар-птица



Зворыкин остался в стороне от таких этапных для отечественного искусства коллективных выступлений, как выставки Московского товарищества художников, "Мир искусства" и "Голубая роза". Сотрудничество Зворыкина в другом символистском органе – роскошном крупноформатном журнале "Золотое руно", этом детище московского мецената и художника Н. П. Рябушинского, оказалось эпизодическим и ограничилось несколькими виньетками, выполненными им в 1906-1909 годах. Все это привело к тому, что талантливый и оригинальный мастер был обойден вниманием газетно-журнальной критики, которая всегда влияла на общественную оценку значимости того или иного художественного явления.

Читать далее

Лидия Алексеевна Чарская. Записки институтки
Было 12 часов дня, когда мы подъехали с Анной Фоминишной к большому
красному зданию в Х-й улице.
- Это вот и есть институт, - сказала мне моя спутница, заставив
дрогнуть мое и без того бившееся сердце.
Еще больше обомлела я, когда седой и строгий швейцар широко распахнул
передо мной двери... Мы вошли в широкую и светлую комнату, называемую
приемной.
- Новенькую-с привезли, доложить прикажете-с княгине-начальнице? -
важно, с достоинством спросил швейцар Анну Фоминишну.
- Да, - ответила та, - попросите княгиню принять нас. - И она назвала
свою фамилию.
Швейцар, неслышно ступая, пошел в следующую комнату, откуда тотчас же
вышел, сказав нам:
- Княгиня просит, пожалуйте.
Небольшая, прекрасно обставленная мягкой мебелью, вся застланная
коврами комната поразила меня своей роскошью. Громадные трюмо стояли между
окнами, скрытыми до половины тяжелыми драпировками; по стенам висели
картины в золоченых рамах; на этажерках и в хрустальных горках стояло
множество прелестных и хрупких вещиц. Мне, маленькой провинциалке, чем-то
сказочным показалась вся эта обстановка.
Навстречу нам поднялась высокая, стройная дама, полная и красивая, с
белыми как снег волосами. Она обняла и поцеловала Анну Фоминишну с
материнской нежностью.
- Добро пожаловать, - прозвучал ее ласковый голос, и она потрепала
меня по щечке.
- Это маленькая Людмила Влассовская, дочь убитого в последнюю кампанию
Влассовского? - спросила начальница Анну Фоминишну. - Я рада, что она
поступает в наш институт... Нам очень желанны дети героев. Будь же,
девочка, достойной своего отца.

Нина и Клавдия Манаевы ( курсистки Бестужевских курсов) Петроград. 1918г.


Последнюю фразу она произнесла по-французски и потом прибавила,
проводя душистой мягкой рукой по моим непокорным кудрям:
- Ее надо остричь, это не по форме. Аннет, - обратилась она к Анне
Фоминишне, - не проводите ли вы ее вместе со мною в класс? Теперь большая
перемена, и она успеет ознакомиться с подругами.
- С удовольствием, княгиня! - поспешила ответить Анна Фоминишна, и мы
все трое вышли из гостиной начальницы, прошли целый ряд коридоров и
поднялись по большой, широкой лестнице во второй этаж.
На площадке лестницы стояло зеркало, отразившее высокую, красивую
женщину, ведущую за руку смуглое, кудрявое, маленькое существо, с двумя
черешнями вместо глаз и целой шапкой смоляных кудрей. "Это - я, Люда, -
мелькнуло молнией в моей голове. - Как я не подхожу ко всей этой
торжественно-строгой обстановке!"
В длинном коридоре, по обе стороны которого шли классы, было шумно и
весело. Гул смеха и говора доносился до лестницы, но лишь только мы
появились в конце коридора, как тотчас же воцарилась мертвая тишина.
- Maman, Maman идет, и с ней новенькая, новенькая, - сдержанно
пронеслось по коридорам.
Тут я впервые узнала, что институтки называют начальницу "Maman".
Девочки, гулявшие попарно и группами, останавливались и низко
приседали княгине. Взоры всех обращались на меня, менявшуюся в лице от
волнения.
Мы вошли в младший класс, где у маленьких воспитанниц царило
оживление. Несколько девочек рассматривали большую куклу в нарядном платье,
другие рисовали что-то у доски, третьи, окружив пожилую даму в синем
платье, отвечали ей урок на следующий день.

Читать далее

Сегодня я хочу рассказать о судьбе и творчестве одной удивительной женщины- Лидии Чарской,о несоменнном таланте , рожденном и расцветшем в переод Серебрянного века России.
Сделаем так- я пост разделю на две части- пеовая- биография Чарской, вторая- собственно отрывки из ее произведений. В качестве иллюстраций будут Смолянки Д. Левицкого (Всего Левицкий создал семь портретов смолянок: в 1773 году — Ф. С. Ржевской и Н. М. Давыдовой , Е. И. Нелидовой , Е. Н. Хованской и Е. Н. Хрущевой ; в 1775 — А. П. Левшиной ; в 1776 году — Г. И. Алымовой , Н. С. Борщовой , Е. И. Молчановой),и просто фотографии девушек- гимназисток, курсисток.

Когда-то среди читающей молодежи не было человека, не знакомого с этим именем. Ее сказки для малышей, детские рассказы, повести для юношества, романы для взрослых, стихи и пьесы мгновенно исчезали с прилавков магазинов. Она была самой популярной детской писательницей начала XX столетия. И никто не мог сказать, откуда вдруг появилось столь значительное явление в литературном мире.
Лидия Алексеевна родилась в дворянской семье. Ее отец, Алексей Александрович Воронов, был военным инженером. До сих пор спорным остается дата ее рождения. По одним источникам, это 1878 год, Петербург, по другим - 1875, Кавказ. Но как бы то ни было, в 70-е годы XIX века появилась на свет девочка, которой суждено было более 20 лет владеть умами и чувствами самого широкого круга читателей.




Семья жила в достатке, родители любили свою дочь, и все, казалось, было радостным и безмятежным. Но не под счастливой звездой родилась маленькая Лида. Вскоре умерла ее мать. И всю свою любовь девочка перенесла на отца. Возможно, это помогло им обоим перенести тяжкую потерю. Ведь ушла из жизни не только мать, но и жена. Вдвоем они проводили дивные вечера. И Лиде казалось, что так будет всегда.
Но однажды все переменилось. Отец женился. В дом вошла чужая женщина. Мачеха. Какое холодное и бездушное слово! И как холодно и бесприютно стало в душе у девочки. Отношения с новой хозяйкой дома настолько не сложились, что Лида несколько раз убегала из дома. Тогда было решено отвезти дочь в Петербург в Павловский женский институт. В то время семья жила в Шлиссельбурге, этого требовала военная служба отца. Дорогу Лида не помнила, но зато в памяти навсегда осталось тяжелое воспоминание от первой встречи с обстановкой института, который жил по строгим, раз и навсегда установленным правилам. Для живого впечатлительного ребенка институт показался казармой, тюрьмой, в которой ей предстояло теперь жить.
Несхожесть с другими детьми ее возраста проявилась довольно рано. Уже в 10 лет она писала стихи, а в 15 лет взяла за привычку вести дневник, записи которого частично сохранились. К этому времени она уже сознавала свое отличие от других и мучилась этим. "Почему я переживаю все острее и болезненней, чем другие? Почему у других не бывает таких странных мечтаний, какие бывают у меня? Почему другие живут, не зная тех ужасных волнений, которые переживаю я?" - писала она в дневнике.

Читать далее

„Японизмы” в русском искусстве конца XIX – начала XX вв. наиболее последовательно могут быть представлены нами в творчестве художников «Мира искусства», в творчестве М. Волошина, В. Борисова-Мусатова и П. Кузнецова. Особенно сильно влияние японской гравюры на русскую графику этого периода. Неоднородный характер японского влияния в этой сфере может быть представлен в виде двух основных приемов использования японской художественной традиции в русском искусстве: 1) прием стилизации, когда художники обращались к творческим приемам японцев в изображении действительности. В этих случаях заимствования сводятся к приемам изображения неба, волн, подцветке контуров рисунка, декоративным качествам японской гравюры. Прием стилизации четко проявился в творчестве русских художников: И. Билибина, Т. Нарбута, Д. Митрохина, А. Остроумовой-Лебедевой.



„Японизмы” в культуре России конца XIX – начала XX вв. необходимо отнести к явлениям, имеющим структурообразующее значение для всей культурной ситуации. Японским влиянием отмечены все важнейшие сферы культуры: искусство, литература, повседневная культура. Интерес к Японии и японской культуре является важнейшим фактом общественного сознания России начала XX в. Самая важнейшая идея европейского мышления конца XIX – начала XX вв. – идея единства и взаимодействия всех сфер культуры нашла – подтверждение в японской культурной традиции, поэзия, изобразительное искусство и повседневность пребывают в органическом единстве.

Читать далее

Во второй половине XIX в., после того как Япония открылась
миру, в Европе началось увлечение японской культурой и
искусством, которое получило специальное название «japonisme».
Позже, в 1900-е гг., под влиянием Западной Европы, «japonisme»
распространился и в России. Вот как был определен характер
«japonisme» в центральной и восточной Европе в книге «Введение
в japonisme»:
Если в Западной Европе «japonisme» являлся движением,
которое постепенно развивалось с 60 гг. XIX в., достигло
вершины в 80 и 90 гг. и потом ослабло в 1910 гг., то в
упомянутых странах (в Чехии, Польше, Венгрии и России)
был замечен «запоздалый japonisme» или «изученный
japonisme». [...] Особенность«japonisme» в этих странах
такова: принятие японского искусства совершенно
внезапно началось и сразу усилилось, потом в 20 гг. XX в.
в резких общественных и политический изменениях
окончилось (перевела с японского языка Мотидзуки)



Из этих строк становится ясно, что в России, как и в других
западно-европейских странах, интерес к Японии возник позже,
чем в западно-европейских странах, но очень быстро усилился. В
1900-е гг., особенно после русско-японской войны в России
издавалось очень много книг о Японии. При анализе перечня
литературы в книге «Библиография Японии: литература, изданная
в России с 1734 г. по 1917 г.»16, сразу становится очевидным, что
количество изданных после 1904 книг несравнимо больше, чем до
русско-японской войны. Например, в жанре путевых очерков,
которые охотно читала русская публика, в 1900-е гг. выходят
новые книги М. Федорова «Япония и японцы: Страна,
религиозный, государственный, общественный и домашний быт
японцев», Н. Стремилова «Японец по весь рост» (1905), Б.
Чемберлена «Вся Япония» (перевод с английского языка, 1904)17
и еще не менее двух десятков книг, а также пространное издание
Брокгауза и Ефрона «Япония и ее обитатели: С картой Японии,
Манчжурии, Кореи» (1904).

Читать далее

Данный текст я взяла на сайте,связанном с Гарри Поттером, так что делайте скидку. Хотя Поттер и имеет к Англии самое прямое отношение :)

Традиция английской помолвки
В волшебном мире браку предшествует помолвка. В зависимости от традиций рода, время между помолвкой и свадьбой занимает от трех месяцев до года. Свадьба может быть отложена, а помолвка продлена на неопределенный срок в зависимости от обстоятельств или желания пары.
При скреплении помолвки жених дарит невесте кольцо (надевается в процессе празднования невесте на безымянный палец левой руки), чем подтверждает свои серьезные намеренья и свое право на будущую жену.
Помолвка - это праздник, не уступающий по пышности иным свадьбам.
После этого помолвленные официально считаются женихом и невестой, и имеют право целоваться друг с другом на людях.



Свадьбе предшествуют девичник ("жуткие истории" об участях жен, расказанные за подгонкой подвенечного платья. В конце девичника невеста снимает свое кольцо и убирает его до того времени, когда она сможет передать его своему сыну) и мальчишник (расставание с холостой жизнью со всеми атрибутами: "последний" окурок, "последний" публичный дом, "последняя" драка, "последняя" шалость, "последнее" похмелье).
Брачные кольца приобретаются парой, одеваются в процессе свадебной церемонии на безымянные пальцы правых рук и носятся до скончания дней или до развода.
Если невеста хочет подчеркнуть свою чистоту, то поверх подвенечного платья повязывается алая лента. Эта лента хранится мужем до того времени, когда он сможет передать ее своей дочери (древняя традиция, более пострадавшая от времени чем традиция сохранения кольца).

Читать далее

Англичане - тот самый народ, который свято соблюдает свои традиции. В Англии, пожалуй, перемены происходят медленнее, чем в других странах мира.
В Англии церковный брак существует наряду с гражданским и имеет такую же юридическую силу. Но, согласитесь, венчание в церкви гораздо больше заставляет вас прочувствовать всю глубину и важность момента бракосочетания.
По старой традиции у невесты должно быть что-то старое, что-то новое, что-то взятое в долг и что-то голубое. Старое - это подтяжка для чулок, ее дает невесте женщина, которая счастлива в браке, и передает таким образом свое счастье новой семье. Новое - свадебный подарок - символизирует счастье и процветание в будущем. Взятым в долг может быть ценный предмет, позаимствованный из семьи невесты. После свадьбы невеста должна вернуть этот предмет, чтобы не спугнуть удачу.



В наши дни английские невесты часто "совмещают" сразу два обычая и надевают на одну ногу подтяжку с голубой ленточкой, не стесняясь продемонстрировать это окружающим. Еще одна страрая традиция, дошедшая до нашего времени - невеста должна положить в туфельку монетку для благосостояния новой семьи.
Итак, жених с другом ждет невесту у алтаря. Невесту в церковь приводит отец. Красивый обряд венчания сопровождается пением церковного хора. Все гости в точности знают программу проведения обряда и неукоснительно соблюдают ее и принимают непосредственное участие в ней.

Читать далее

Друзья, а кто носил калоши ? Пока готовила пост,прочла что этот вид обуви снова в моде и в топе !

Галоши имеют долгую историю. Существует две версии их происхождения. Согласно одной из них, галоши обязаны своим происхождением далекой культуре индейцев Южной Америки. Когда европейцы стали наведываться на загадочный континент, они заметили у индейцев мячи, непромокаемые холсты и обувь. Они заинтересовались свойствами сока каучукового дерева, стали делать из него галантерейную мелочь, а в начале прошлого века - привозить готовую каучуковую обувь от индейцев.
По другой версии, галоши изобретены англичанином Рэдли в начале девятнадцатого века, который никак не мог вылечится от простуды, подхваченной им из-за вечной лондонской слякоти тех лет. От скуки он читал том "Галльской войны" Юлия Цезаря и узнал, что древние галлы для защиты от грязи носили защитные футляры для обуви "gallicae". В 1803 году от запатентовал своё изобретение - чехлы для обуви из ткани, пропитанной сырым соком каучукового дерева. Галоши из сырого каучука обладали одним серьезным недостатком: на холоде они твердели и становились ломкими, а в жаркую погоду "таяли" - неприятно пахли, делались липкими и мягкими.



В первые четыре десятилетия XIX века многие предприниматели пытались сделать каучук независимым от природных условий. Больше всех повезло Чарльзу Гудийру, который после многолетних экспериментов изобрел метод, известный сейчас, как вулканизация ("сваривание" каучука с серой при нагревании). Американские компании быстро наладили массовый выпуск "overshoes", т.е. верхней обуви из вулканизированного каучука. Новые галоши не боялись ни жары, ни холода. Американская новинка встречала оживленный спрос и в других странах, в том числе и России. С этого момента галоши стали постепенно входить в быт русской знати.
Летом 1859 года гамбургский купец Фердинанд Краузкопф вместе с несколькими русскими купцами учредил "фабрику галош и других резиновых и гуттаперчевых изделий в Санкт-Петербурге. Летом 1860 года заработала в России первая резиновая фабрика. Дело сразу пошло полным ходом: в октябре выпускалось уже до 1000 пар галош в день. Первоначальное название фабрики - Товарищество российско-американской резиновой мануфактуры (ТРАРМ). С 1888 года на изделиях появился фабричный знак в виде треугольника с начальными буквами фирмы внутри него, а еще через 20 лет название "Треугольник" было официально прибавлено к прежнему. Вскоре фабрика экспортировала свои изделия в Европу, а в России щупальца ее сбыта протянулись аж до Владивостока.

Читать далее