-Скучноо, - проныла девочка Булочка. – На улицу нельзя, у чудовища недоёб, у Матильды с Андреичем роман, а ты читаешь газету.
Мающееся недоёбом и зимней депрессией чудовище печально вздохнуло.
-Иди учи уроки. – толстый кот поверх «Моей семьи» коротко взглянул на Булочку.
Отрываться от душераздирающего описания судьбы пенсионерки Сидорищевой, трижды матери, дважды супруги, семижды просто сожительницы, битой обеими мужьями и тремя сожителями, и укокошившей последнего сожителя из ревности, коту не хотелось.
-А давайте в карты сыграем. – предложила девочка Булочка.
-Иди, учи уроки. – буркнул кот.
-Ну, тогда давайте посмотрим кино про рыжих баб. – Булочка выдвинула другое предложение.
-Иди, учи уроки. – пробубнил кот.
-Сам учи! – вдруг рассердилась Булочка. – Занятия из-за мороза отменили.
-Тогда сними с Матильды игрушки. Новый год уже прошёл, а Андреич нервничает.
Андрей Андреич согласно зашелестел ветками. Он осуждал Матильдину страсть к нарядам и считал их легкомысленными – и саму Матильду и её страсть.
-Ещё чего! – сварливо возразила Булочка. – Она женщина –ей положено.
Матильда гордо блеснула ёлочным шариком. Андрей Андреич смутился.
Чудовище снова тихо вздохнуло.
-Чудовище страдает. – заехала с другой стороны девочка Булочка.
-Чудовище всегда страдает. Ему только дай повод – оно с радостью начнёт страдать. Вот кто дал ему повод на сей раз?
-На этот раз повода никто не давал, оно само. – пояснила девочка Булочка. – Из-за общей неустроенности и несправедливости жизни, где рыжие бабы не дают никому, а чудовищам в особенности.
-Так ему и надо. – буркнул толстый кот, адресуясь, правда не к чудовищу, а к последнему сожителю пенсионерки Сидорищевой, утопленному в кастрюле с рассольником. – Нечего было ходить налево.
-Кот! – нежно сказала Булочка. – Ещё раз такое скажешь – у тебя появиться родовая травма несовместимая с жизнью. И рожу эту травму - я!
Это звучало неприкрытой угрозой. Кот немедля отложил газету и встревожено посмотрел на чудовище – не обиделось ли. Но чудовище оказалось слишком занято своим недоёбом и только вздыхало еле слышно.
-Н-да, - сказал кот. – Вот что происходит, когда личный состав делом не занят. Придётся брать вас в руки…
Андрей Андреич с сомнением взглянул на Матильду. Уж её-то взять в руки не представлялось возможным – Матильда была слишком колючей.
-Хорошо. – мужественно сказал кот. – Вот когда я ходил в школу, мы там устраивали конкурсы военной песни…
-А ты ходил в школу? – очнулось чудовище.
-А ты умеешь петь? – изумилась девочка булочка.
-Да! – гордо ответил толстый кот. –У меня был баритон, но потом из него сделали контр-тенор.
-А это как? – заинтересовалась Булочка.
-Тебе ещё рано. – осадило её чудовище.
-Так вот, - кот упорно гнул своё. – Поскольку делать всё равно нечего, я предлагаю устроить постановку песни «Огонёк».
-Я блатняков петь не буду. – сурово отвергла Булочка.
-Это мы по мотивам журнала постановку устроим? – удивилось чудовище.
-Тьфу, откуда ж вы такие необразованные взялись? – задал кот риторический вопрос.
А после стал объяснять что такое «Огонёк» и какие у него, на сей счёт, имеются режиссёрские замыслы.
Через два часа творческих мук постановка была готова.
На позиции девушка провожала бойца,
Темной ночью простилася на ступеньках крыльца.
Бойца играло чудовище, в старой немецкой каске набекрень. Немецкая каска наводила на мысль, что боец всё-таки был немецкий, но поскольку на проводы чудовище явилось с балалайкой и самоваром, можно было признать, что каска – боевой трофей. В роли девушки выступала Булочка. Проститься чудовищем ей удалось весьма душевно – засветив ему в задницу из рогатки. Оправдывало её только то, что в темноте она целила в толстого кота, на репетициях оравшего на всех: «Не верю!», но промахнулась.
И пока за туманами видеть мог паренек,
На окошке на девичьем все горел огонек.
Режиссёрская мысль сработала по простейшему пути – на Матильду нацепили батарейку, два проводка, а на макушку кактусу присобачили лампочку. В момент, когда чудовище, состроив опечаленную морду, оглядывалось, Андрей Андреич замыкал контакт и, действительно, на кактусе вспыхивал огонёк.
Парня встретила славная фронтовая семья,
Всюду были товарищи, всюду были друзья,
Славную фронтовую семью играли Андрей Андреич и толстый кот, сходу заставившие чудовище отжиматься и драить полы зубной щёткой. Последний приказ чудовище выполнило с особенным рвением, поскольку щётку стырило у кота.
И подруга далекая парню весточку шлет;
Что любовь ее девичья никогда не умрет.
Подруга далёкая, вопреки режиссёрскому замыслу (высунув язык от усердия делать вид, что пишешь), отослала весточку простейшим способом – засветив из рогатки в глаз славному боевому командиру. И, вероятно, демонстрируя крепость и нерушимость девичьей любви – показала кулак Андрей Андреичу, чтоб не вздумал больше заниматься дедовщиной.
И просторно и радостно на душе у бойца
От такого хорошего от ее письмеца.
Пока командир шипел, плевался и зажимал глаз, чудовище злорадно хрюкало. Судя по продолжительности хрюканья, на душе у него действительно было просторно и радостно.
И врага ненавистного крепче бьет паренек
За любимую Родину, за родной огонек.
В роли врага должен был выступить Андрей Андреич, и чудовище уже радостно примеривалось – куда его лучше бить, но на защиту ёлкина сына встала отважная Матильда, закрывшая его своей грудью, или что там у кактусов бывает вместо груди.
Встала и отчаянно засемафорила лампочкой: всё, конец фильма.
-Ну вот! – обиженно сказала девочка Булочка. – Как всегда – на самом интересном месте.
