1.

Мои дорогие сильно пьющие джентльмены, леди и прекрасные девы! Не знаю, кто вас научил плеваться и что вы там себе думаете, но бонжюр [здравствуйте (фр.)], однако.

 

Скажите нам, вы считаете это прекрасной идеей - разрушить горы, построить дома; останками гор засыпать море - и опять понастроить дома, попутно поубивав людишек, которые там жили до начала дегораризации... Большинство наших знакомых из самых обычных, согласно опросам Левада-ада до сих пор думают, что это хорошо.

2.

Хочу заметить, что по Декарту - французскому философу нового времени, думать вообще пздец как трудно. И мы согласны. Ведь в мысли нужно за что-то держаться, чтобы не упасть. Всё как в движущемся вагоне метро, ибо мысль есть непрерывное движение и нет никакой гарантии, что из одной нашей мысли может последовать следующая в силу необходимости, в силу какого-то рассудочного акта или умственной связи. 

 

Не каждый знает, но все существующее должно непрерывно превосходить себя, чтобы оставаться собой в следующий момент времени.

При этом то, что мы есть сейчас, не вытекает из того, чем мы были перед этим. А то, чем мы будем завтра или в следующий момент, не вытекает из того, что мы есть сейчас. Значит, и мысль, которая возникает в следующий момент времени, там не потому, что начало ее или кусочек есть у нас в голове сейчас. Она там, потому, что наша мысль желает быть там а не где-то здесь. Она словно камень Шопенгауэра, который падает вниз, потому что так хочется камню.

 

Замечу также карандашом на полях, что наша ленивофилософская голова - очень странная штука. С виду небольшая, красивая, идеальной формы, волосатая, а внутри похожа на огромный встроенный шкаф с ящиками, ящичками, и полочками, забитый чем попало. Лишние знания, сухие катышки идей, бесполезная информация, бредовые образы, мудрые мысли, ироничные метафоры, саркастичные апокрифы забивают эту конструкцию сверху донизу. А чего-то действительно важного, необходимого не раскопать, хоть тресни.

 

Вот к примеру сегодня сидим мы утром на кухне, смотрим в окно на осень, грустно пьем коктебельской Бастардо и считаем глотки, мысленно уговаривая себя:

- За маму

- За папу

- За традиционные ценности

- За прекрасных дев, что любили нас

- За  гномиков

- За муррр во всём мире  ...         ...

 

И тут Бастардо заканчивается. И это, короче, забивает ключевой несущий гвоздь в наш небогатый, я бы чесно сказал - нищебродский гроб. И мы всей нашей дорогой редакцией, всем нашим духовно фильдеперстовым кагалом вдруг отчетливо так понимаем, что наша жизнь никогда теперь не станет прежней.

 

У нас просто от подобных дум язык отнялся. 

Иногда, кто помнит, бывает так, что не знаешь, чего соврать. Ну вот, например, папа вдруг спросит вас: "Почему руки в крови, где брат твой?".

 

Или, допустим в университете, на экзамене по истории КПСС. Язык вроде не отнялся, а мозг уже да. Вот и начинаешь языком наяривать, а уши в это время охуевают от сказанного.  А чтоб язык, как севодня случилось, отнялся - только один раз было. Почти как секс.

 

Пардонес муа [простите (фр.)], если для кого это удар выше пояса или дешевые понты, уводящие всех нас в пучину безудержного умственного разврата и расходящегося во все стороны косоглазия. Хорошо, хоть в пучину тупоумия не сведут, поскоку большенство наших добрых сограждан в ней уже и так навеки поселилась..

 

Как говорит старая народная мудрость: Всякому псу выпадает свой день, а псу-молодцу даже два. Если кто не понел, то пес-молодец - это наша дорогая редакция.

 

         

 

Вчера днем, от нечего делать пошел и долго гулял сначала по дилижансной дороге в сторону Орджо, а потом, передумал и спустился по крутому склону в Двуякорную бухту. 

 

Бухта ориентрована на юго-запад и поэтому северо-восточный ветер, который дул у нас с утра - в бухту не доставал. В связи с этим решил прямо на месте заебенить себе залихвацкое селфи на фоне моря, синего безбрежного неба и пары тройки беспилотных фиксаций в нем, чтобы увековечить себя для будущего. Одновременно подумал, что будущее не имеет такой реальности какой обладают воспроизводимое прошлое и воспринимаемое настоящее; будущее - всего лишь фигура речи и фантом мысли. Но насчет того, чтобы заебенить не передумал, хотя раньше никогда такого не делал. 

 

К тому же я еще и искупался, а искупавшись сказал себе, паре охреневших от вида голого мужика чаек и черному баклану вслух, что всем нам нужно выплескивать чувства наружу..  Очень плохо, если мы перестанем это делать. Иначе чувства будут накапливаться и затвердевать внутри. А потом портиться и умирать. А это вредно для сердца. Зато, когда выплеснешь - наоборот, по контрапозиции - на сердце станет чики-пики, несмотря на повсеместный лютый пиздец снаружи.

 

Вощем взял я в свои умелые руки Canon EOS M5 с объективом EF-M 18-150mm. Точнее взял правой рукой - она у меня подлиннее чем левая, направил объектив на себя и придавил гашетку в спортивном режиме. Чак-чак-чак-чак-чак-чак...

 

Печальный итог фотосессии таков, - судя по получающимся световым картинам, я могу убивать взглядом на любом расстоянии без всяких подручных средств. Добра, участия и всепоглощающей любви к ближнему в нем ровно столько, что хватило бы на беспощадные голодомор с геноцидом основной части населения земного шара, кроме Агапыча и некоторых прекрасных дев.

 

Если же я пытался весело улыбнуться в объектив, то у нашей дорогой редакции незамедлительно делалось лицо блаженново идиота. То есть снова палево.

 

Неутешительные выводы из вчерашнего психоэтического спекулятивного перформанса напрашиваются сами собой:

- не играть мне в покер, короче, 

- а если идти в артисты, то толька в пьесу Пелевина, на роль какого-нить безжалосново диктатора, вожака пассионариев и бога диких племен Сибири. Потому что как не крути, а логически получается, что мы, современные крипто-герои эпохи позднего процветания рождаемся не как живые люди из тела матери, а как цифровые образы из одной ситуации, фразы, артефакта, метафоры, из сочетания нулей и едениц в прошитом пулями процессоре искусственного интеллекта.

 

И камень надо мной, философски говоря, зарыдал бы от такого фотоискусства.

 

А в конце вышеозначенной пьесы, по замыслу автора, моего диктатора ранит наотмаш в голову ядерной бомбой террорист-смертник и потом его, раненого, но живого ловят в прибрежном лесу, судят всемирным судом, приговаривают к изгнанию, сажают на корабль и, в конце пути, высаживают на необитаемом острове с кремниевым ружьем, фотоаппаратом Canon EOS M5 с объективом EF-M 18-150mm и квадратным футом пороха. 

 

И вот здесь, на острове, наконец, ценою неимоверных усилий, он создает светлое общество народного счастья. Общества где все дети рождаются голубоглазыми блондинами, а мужики уходят на пенсию в двадцать лет. А еще он напишет там свою бессмертную книгу-бестселлер... Ну... ту самую, вы знаете, читали, знаменитую, которая начинается известными всем нам со школьной скамьи словами:

- Давние тогда были времена, традиционные, на скрепах - Земля плоская, Солнце и Луна гвоздями к небу прибиты и во всём остальном без фанатизма...

 

                                                   

Счастливые семьи

Все счастливые семьи похожи друг на друга. У них все семейное дерьмо аккуратно разложено по полочкам. В отличие от несчастливых. В несчастливых семьях оно валяется повсюду в полном беспорядке. В каждой по своему.

                              Корней Буковски "Коротенько в трех томах"

2

Философия за три секунды - Рене Декарт

Нынче с утра, весь день, я какой-то безудержный картезианец...

3

Женщина у зеркала - это явление природы.

Тщательно добиваясь оптического обмана, она решительным образом сметает все на своем пути, не оставляя никаких следов реальности.

4

Действовать - это типо бросать якорь в близком будущем...  

5

Мировые загадки, блистательные идеи и великие нации обладают одним неубиваемым качеством: они способны заебать своим величием практически любого человека.   

6

- Вы считаете, женщины должны учиться в университете? 

- А почему нет, если они умны. Если говорить об американских университетах, то вообще нет вопросов. Здесь такое количество тупиц, что не важно, мужчины это или женщины.

                                 Из интервью с Иосифом Бродским.

7

Работа убивает людей гораздо чаще, чем олололь, норкотеки, сво и террористы.

8

Мало кто из наших современников догадывается, что означает слово умбиликус.

9

Пустота и покой, бесформенность и недеяние - корень вещей. Те, кто подлинно предан философии, заняты, по сути дела, только одним - умиранием. Ну и кроме того человек нестерпимо хочет быть властителем будущего, но только лишь для того, чтобы изменить прошлое. 

В связи с этим у нас к вам архиважный экзистенциальный вопрос: А куда подевалась молочная продукция "Милая Мила"? Наша дорогая редакция подозревает, что подевалась она туда лет тридцать назад, по прозаической причине разорения, но моему зоркому третьему глазу это стало очевидно только сегодня утром и сразу как-то неспокойно сделалось на душе.

10

Есть время обретать точки опоры и есть время их утрачивать. Наша дорогая редакция так думает. И вот наконец, обнулив все ebuchie точки какие только у нас были, мы отлепились от дна и снова нашли в себе силы добра, сохранив как единственное сокровище любовь к еде и вкус к пространственным перемещениям. Иными словами, несмотря на все усилия опрокинуть медный тазик жизни на гнилой паркет истории, мы остались прежним фанатиком собственного существования.

 

Гастрономия и метафизика - два несомненных диаманта, таких же чистых и прекрасных как наши предрассудки, которые мы носим в себе словно непреложные истины.

 

Это как безумие и вера, или как чиновник и Майбах, или как прекрасные девы и наша дорогая редакция или как сливки и шпинат.

 

Кулинария - особо изощренная форма абсолютизации любых наших измышлений. Она словно эхо вселенской пульсации, делает наши грезы пищей и ароматами. И подачей. Без истинной элегантности и тщеславия невозможно приготовить борщ из двадцати восьми компонентов, так чтобы ни один из них не потерял своего очарования. И не стоит досаждать вопросами, как это получилось?

 

Еду вообще невозможно сформулировать.

 

По случаю расскажу хадис. Передают со слов жены пророка, да благословит его Аллах и приветствует, а она говорила (нам): "Ешьте, ибо я слышала, как посланник Аллаха, сказал: “Вкусная еда успокаивает сердце и уносит с собой часть (нашей) печали”. Этот хадис передал аль-Бухари. 

 

В пустыне тотального вранья, говна, беспилотных фиксаций, опустевших заправок, чумы и безденежья, иссушив все свои наваждения мы у себя продолжаем хранить эту, не вызывающую сомнения драгоценность. Конечно, в жизни есть догмы более нерушимые, чем наши. Однако, мне, как Сократу, ничего не хочется знать про них, поскольку, уверен, ни одна из них не сможет дать приют нашей душе, нашей расслабленной добрософии и нашей кухонной теологии, которая способна защитить и обогреть любого смертного и любого забытого бога.

 

Миру мурр вам. Приятного аппетита