Питер Уоттс (р. в 1958 г.) — канадский фантаст, живет в Торонто. Его статьи, посвященные проблемам морских млекопитающих, быстро получили признание в научных кругах, а вот литературный успех пришел далеко не сразу, и Уотте собрал целую «коллекцию отказов», в основном от цитадели твердой научной фантастики — журнала «Analog». Самой частой причиной отказа была «чрезмерная негативность» произведений. Однако Уоттс не сдавался и продолжал работать «в стол». В 1990 г. он пишет рассказ «Ниша», посвященный проблемам морской экологии, карьерного продвижения и сексуальных оскорблений, — и вновь получает отказ. Махнув рукой на американский литературный рынок, который он тщетно пытался покорить в течение почти десяти лет, Уоттс, «чтобы оправдать расходы на бумагу и ленту для пишущей машинки», предлагает свою прозу менее избалованным канадским издательствам и в одночасье становится знаменитостью. В частности, рассказ «Ниша» не только мгновенно опубликовали, но и наградили премией «Аврора», после чего он многократно переиздавался в канадских антологиях фантастики. Вдохновленный успехом, Уоттс переработал «Нишу» в роман «Морская звезда» («Starfish», 1999), который поразил читателей и критиков развернутыми описаниями морского дна, получил положительный отзыв в «New-York Times» и был отмечен особой наградой в рамках премии Джона У.Кэмпбелла.
Уоттс гордится тем, что русские и немецкие издательства отказались приобретать права на перевод его прозы, назвав ее «слишком мрачной»: это ведь надо сочинить такое, чтобы даже русские испугались!
Если помните, ровно год назад 29 марта 2012 года, мы поспорили с вами относительно так называемой "американской военной базы в Ульяновске". Напоминаю, что базой мы договорились считать пользующийся правом экстерриториальности иностранный объект на котором расположен вооруженный персонал, достаточный для действий за его пределами. А поспорили мы на бутылку коньяка. Настала пора подвести итоги:
Насколько мне известно, широко пиаримая известными провокаторами тема "американской военной базы" за истекший год сошла на нет, и никакой базы в Ульяновске, разумеется, не появилось. Думаю, и вы не станете утверждать обратного. Подтвердите мне получение этого письма и я сообщу вам куда высылать выигрыш.
- Маргадон! Почему открыта дверь?
- Эскюз ми, магистр!
- Что экскюз ми?
- Варварские обычаи. Ключи раздают, а замков нет.
С крыши дома напротив боевые тоджики (а может и не тоджики - фиг разберешь) счищают снег. По крайней мере на некоторых из них отчетливо просматривается сбруя страховочных поясов. Но хоть бы один пристегнулся за этот пояс к ограждению или еще какому неподвижному объекту! Ладно, понятно, что это неудобно и все такое. Но зачем они тогда пояса-то понадевали? Получается как в анекдотической истории о действиях прораба на стройке у которого упал с высоты и разбился рабочий. Что первым делом должен сделать прораб? Правильно, быстро надеть на погибшего каску, чтобы избежать обвинений в нарушении техники безопасности.
Когда на улице 52 февраля, холодина и метель, то негр, встреченный в собственном подъезде, воспринимается совершенно сюрреалистически. Натуральный такой плохо говорящий по-русски африканский негр. Воюющий с домофоном. Причем давно уже воюющий, судя потому, что на крыльце уже все следы замело :)
Я, натурально, решил что он погреться зашел, байку о зеленой и белой зимах вспомнил, но оказалось что он из службы доставки. Найти мой дом с первого раза под силу не всем, да пропускная система из двух дверей с кодовыми замками новичкам часто не дается, вот он и застрял :)
Наверное студент, подрабатывает. Хотя выпускать африканца на работу в такую метель это как-то жестоко :))
И не удивительно. Хотя, конечно жаль, что избежал суда.
Все свои силы он положил на то, чтобы жить за счет общества. Но общество не хотело, чтобы он жил за его счет. А вынести этого противоречия во взглядах Михаил Самуэлевич Борис Абрамович не мог, потому что имел вспыльчивый характер. И поэтому он умер. Все!
"В этой связи следует еще раз подчеркнуть искуснейшую маскировку русских. Во время войны ни одного минного поля, ни одного противотанкового района немцам не удавалось обнаружить до тех пор, пока не подрывался на мине первый танк или не открывало огонь первое русское противотанковое орудие."
В заключение скажу, что нельзя подменять изучение сталинской эпохи её дебилизацией (а особенно намеренной дебилизацией). Как чёрно-негативной, так и некритично розово-позитивной. Оба пути ведут в никуда. Эту эпоху нужно познавать во всей её сложности, величии, кровавости, справедливости, противоречиях; при этом не забывая про окружающий исторический контекст. Не забывая и о приоритете интересов своей страны, а также честности, целостности собственной истории. Ведь другой истории у нас нет и не будет.
Пятого февраля шведский главнокомандующий Сверкер Йорансон заявил, что в случае нападения с Востока Швеция не выстоит и недели, и намекнул на важность вступления страны в НАТО.
У нас, разумеется, не могли оставить подобное заявление без внимания.
Между прочим, из Швеции подсказывают, что ролик местным понравился и его с радостью комментировали. А после 630 положительных комментариев в центральных газетах местная цензура спохватилась и запретила высказываться.
Нежно люблю Йуленьку Латынину за любезно и регулярно предоставляемые ею отжиги. Это она сожгла Коперника, повесила Геббельса, приделала к осциллографу стрелку и совершила много других эпических подвигов.
Поэтому ее выступления на тему челябинского метеорита я ждал с некоторым трепетом. Но добравшисть до ее статьи обнаружил вместо нее лишь заглушку:
Однако этот ваш б-гомерзкий электрический интернет, как оказалось, помнит все.