.

У памяти тяжёлая рука,
Казалось бы - ни слуху и ни духу,
Но вдруг с размаху, чтоб наверняка,
Увесистую влепит оплеуху.

Ободком золотистым на чашке кофейной
окольцовано утро – пленённая лучница.
Ты не будешь чужим и не станешь трофейным,
по тебе я хочу незаметно соскучиться,
обогнать скорость памяти, утром, случайно,
вспоминая ладони, в которых не таяла,
поцелуи, чьи волны ещё не качали
и слова, не летящие с севера стаями.   
Всё случилось, быть может, без нас на рассвете
в неопознанном времени, в кокон закутанном.
…Выпью кофе и буду придумывать ветер,
что обнимет тебя, и ты вспомнишь, откуда он...

Звени бубенчик мой звени,
Гитара пой шута напевы.
Я расскажу вам о любви, -
Любви шута и королевы.

В одном из замков короля,
С его прекрасной королевой,
Жил-проживал красавец шут,
И сочинял свои напевы.

Вот королева говорит:
"Мой милый шут, спой серенаду!
"А коль затронешь сердце мне, -
Дам поцелуй тебе в награду".

И шут ударил по струнам,

И раздались шута напевы.
Но только в полночь он узнал,
Как сладки губы королевы.

Но в том же замке жил монах,
Любил он тоже королеву.
И рассказал он королю,
Что было в спальне королевы

На утро входит сам король,
В покои юной королевы,
И что-то прячет за спиной...
Сказал он юной королеве:

"Шута я вовсе не любил,
А лишь любил его напевы",
И бросил голову шута
К ногам прекрасной королевы

"Мой милый шут, мой нежный шут,
Тебя я больше не увижу...
Мой милый шут, мой нежный шут...
А вас, король, я ненавижу"

А девять месяцев спустя
Родился сын у королевы,
И был похож он на шута,
И знал он чудные напевы

Он знал напевы всех зверей,
Он знал напевы разных шуток,
Он знал напевы дикарей,
Он знал напевы диких уток...

В одном из замков короля,
С его прекрасными садами
 Стоит могилка там одна,
Покрыта яркими цветами

И каждый день идут туда
Мать королева и сынишка,
Сын песни грустные поет,
А мать рыдает как мальчишка

Звени бубенчик мой звени,
Гитара спой шута напевы.
Я рассказал вам о любви
Шута с прекрасной королевой

-

.

Идите к чёрту, мой прекрасный принц.

Вы – грубый волк в овечьей шкуре нежной…

И разочарование неизбежно,

Как холод от контактных синих линз…

Вы – беленький, как первый снег зимы,

Но от него потом лишь грязь и слякоть…

А мне-то, отчего за вами плакать?

Есть "Вы", есть я… Вовек не будет "Мы"…

И что вам было нужно от меня?

Зачем вы роль загадочно играли?

Вы, появляясь, снова исчезали,

Какими-то признаниями дразня…

Но как-то обжигаться нет причин…

Научена давно уже не вами…

И кстати, мы и не были друзьями…

Я вовсе не охочусь на мужчин…

Я угадала вас с трёх первых нот

И вам в игре тактично подыграла…

Но от игры без смысла я устала…

Пускай теперь другая к чёрту шлёт…

Пишите мелким почерком во сне

Признания на бумаге, что в рулоне…

Курите нервно "Приму" на балконе,

Но только не пишите больше мне!

Ирина Самарина-Лабиринт

.Мышки... Какими они бывают)))

1.

Симфония Дождя. Среди сентябрьской ночи,
В подсветке молний темп становится быстрей.
Аллегро Ваше, Дождь, меня волнует очень
Своим проникновеньем, страстностью своей.

Симфония дождя. Пассажи безупречны
И в партитуре всей изысканный размер.
Таланты Ваши, дождь, хвалю я бесконечно,
И соглашусь признать, симфония – шедевр.

Симфония дождя. Взят темп другой… как больно!
Адажио звучит в полночной тишине.
Маэстро перестаньте, слышите, довольно!
Симфония дождя …и грусть в ней о Тебе…

(c) Елена Бурда,

Вальс дождя...

Добро и зло

Как просто было в юности, когда
Делила мир на совершенно разных два:
Один – хороший, ласковый, простой,
Другой – жестокий, безобразный, злой.

По улице моей который год
звучат шаги - мои друзья уходят.
Друзей моих медлительный уход
той темноте за окнами угоден.

Не надо приходить на пепелища,
Не нужно ездить в прошлое, как я,
Искать в пустой золе , как кошки ищут,
Напрасный след сгоревшего жилья.
Не надобно желать свиданья с теми,
Кого любили мы давным -давно,
Живое ощущение потери
Из этих встреч нам вынести дано.
Их час прошел. Они уже подобны
Волшебнику, утратившему власть,
Их проклинать смешно и неудобно,
Бессмысленно им вслед поклоны класть...
Не нужно приходить на пепелища
И так стоять, как я теперь стою.
Над пустырем осенний ветер свищет
И пыль метет на голову мою.

Ирина Снегова

.

ГЕНРИ УОДСУОРТ ЛОНГФЕЛЛО

Невольничий корабль с утра

На якоре в лагуне.

Луна взойдет - и в путь пора

С вечерним бризом шхуне.

Сошел на берег капитан,
 

.

 Алька Кудряшева
    
 Она раскрасила губы огнем карминным,
 чтоб стать, как все, чтоб быть - под одну гребенку.
 Она отвыкла, чтобы ее кормили,
 она выбирает ежиков в "Детском мире" -
 и продавщицы спрашивают "ребенку"?

По небу летят утки.

Летит уголком стая.

Мне хочется к ним жутко.

Они же - на Юг, знаю.

Они зимовать будут

В каком-нибудь там Чаде,

А я тут бумаг груду

Лопачу жратвы ради.

Их будут кормить дети,

Им будут махать руки,

Им солнце всегда светит.

Я к уткам хочу, суки!

Я к уткам хочу, гады!

Чтоб стала мечта - былью!

Свободы хочу ради!

И чтоб за спиной - крылья!

И чтоб вместо ног - лапки,

И чтобы как все - крякать

И чтоб - не нужны тапки,

И чтоб - нипочём слякоть!

И чтобы моя Нюся

(Она, как и я, утка)

Ушла б от меня к гусю,

А я бы страдал жутко.

И чтоб я летел, плача

В красивейший день, летом

И тут бы в меня, значит,

Предательски, влёт, дуплетом.

Мой трупик несёт Бобик,

Хозяин его хвалит,

Утятница - мой гробик,

Стакан до краёв налит.

В живот насуют яблок

И салом натрут шкурку

А после - сожрут, падлы,

А после - споют «Мурку»...

А после - ещё песню

Про то, как «летят утки».

Я - так не хочу. Честно.

Мне даже чуть-чуть жутко.

Я лучше куплю водку,

Я лучше попью сутки,

Я знаю теперь чётко:

Не надо мне быть уткой!



P.S. Всё ужасно в жизни зыбко.

В общем, я хочу быть рыбкой.

ЧЕТВЕРТАЯ ПАЛАТА

Девочке в сером халате,
Аньке из детского дома,
В женской четвертой палате
Каждая малость знакома —

Кружка и запах лекарства,
Няньки дежурной указки
И тридевятое царство —
Пятна и трещины в краске.

Будто синица из клетки,
Глянет из-под одеяла:
Не просыпались соседки,
Утро еще не настало?

Востренький нос, восковые
Пальцы, льняная косица.
Мимо проходят живые.
— Что тебе, Анька?
— Не спится.

Ангел больничный за шторой
Светит одеждой туманной.
— Я за больной.
— За которой?
— Я за детдомовской Анной.

1958

Арсений Тарковский.

ПЕСНЯ ПОСЛЕДНЕЙ ВСТРЕЧИ
Так беспомощно грудь холодела,
Но шаги мои были легки.
Я на правую руку надела
Перчатку с левой руки.

Показалось, что много ступеней,
А я знала - их только три!
Между кленов шепот осенний
Попросил: "Со мною умри!

Я обманут моей унылой
Переменчивой, злой судьбой".
Я ответила: "Милый, милый -
И я тоже. Умру с тобой!"

Это песня последней встречи.
Я взглянула на темный дом.
Только в спальне горели свечи
Равнодушно-желтым огнем.
Ахматова.1911