Женщина,подарившая миру бабочек - Мария Сибилла Мериан

«Мария Сибилла Мериан»

Немецкая художница, натуралист, гравер и издатель. Совершила путешествие в Суринам (1699-1701). Первооткрывательница мира насекомых Южной Америки ("Метаморфозы суринамских насекомых", 1705). Ценнейшую часть изданий, коллекций и акварелей Мериан приобрёл Пётр I для музеев и библиотек России.

Из XVII века до современников дошло немало имён блестящих женщин - любовниц королей, сластолюбивых властительниц, красавиц, покорявших сердца умнейших "мужей", но имя этой женщины  скромно пребывает в тени ярких имён её современниц.  Это совершенно несправедливо. Мария Сибилла, конечно, не вершила судьбы Европы. Её жизнь насыщена многими необычайными приключениями и весьма авантюрными поступками. Её имя знали и чтили коллекционеры и садоводы, художники и книгоиздатели, путешественники и учёные.

Мария Сибилла была одной из первых женщин, дерзнувших посвятить себя научной деятельности, а из наук - избрать ту, которую многие презирали. Всю жизнь она изучала "омерзительных тварей" (как тогда называли насекомых), стремясь познать их и облагородить своим искусством. Ей принадлежала заслуга детального красочного изображения и популяризации явления метаморфоза насекомых. Она, пожалуй, впервые сумела соединить высокое искусство с целями биологической науки, заставить их послужить друг другу.

Три страны считают Мериан своей соотечественницей: она была дочерью голландки, училась у художников утрехтской школы и провела в Нидерландах двадцать пять лет жизни. Швейцарские искусствоведы и историки, не сомневаясь, называют её своей художницей: ведь её отец - выходец из Швейцарии.  Но родилась Мария Сибилла в немецком городе Фра (1647-1717)

Ее отец был знаменитым на всю Европу гравером, державшим великолепную мастерскую и типографию (позже Марию Сибиллу воспитывал и учил рисовать девочку отчим, голландский художник Я. Марель), а мать — крепкой предпринимательницей, открывшей при доме небольшую шелковую фабрику. С детства маленькая Мария Сибилла, помогая матери, сортировала по бумажным кулечкам гусениц шелкопряда, следила за развитием маленьких шелковых работников, зарисовывала их в альбомы, даже пыталась гравировать. Особенная чуткость к красоте и незаурядная коммерческая жилка — этих двух слагаемых было достаточно для того, чтобы первое же взрослое дело Марии Сибиллы сделало ее известной на всю округу. Она изобрела особенную несмываемую краску для тканей и ткала на маленькой фабричке удивительные столовые наборы скатертей и салфеток: цветы, листья, бабочки, дрожащие на тонком полотне.  

Но Мария Сибилла жила как будто вне времени. Она росла в художественной среде: художниками были ее отец, отчим, братья... Ее очень интересовала живая природа — причем не только как предмет эстетического поклонения, но и как объект самого пристального изучения. Поэтому она изучала и тщательно фиксировала в дневниках развитие личинок мух, пауков и стрекоз, препарировала мертвых птиц, зарисовывала насекомых и, в конце концов, совершила исследовательское путешествие в Суринам — ее бережно собранная коллекция суринамских насекомых вплоть до 20 века оставалась самой подробной и научно систематизированной! Французский ученый Р. Реомюр отмечал: «Госпожу Мериан призвала в Суринам поистине героическая любовь к насекомым; это было целое событие — женщина пересекла моря, чтобы рисовать американских насекомых, после того, как она изобразила большое число европейских: вернулась она оттуда с таблицами, запечатлевшими внушительное количество великолепных видов бабочек и гусениц, которые были превосходно гравированы».

Мысль о поездке в Южную Америку овладела Мериан, так как Суринам был крупнейшей нидерландской колонией. Не раз Мария Сибилла с завистью естествоиспытателя разглядывала коллекции необычных бабочек, привезённых с далёкого континента. Но решиться на путешествие оказалось не так уж просто. В море было отнюдь не безопасно - помимо штормов, кораблям грозили пираты. На одних только Малых Антильских островах нашли пристанище до тридцати тысяч разбойников. К сожалению, о Мериан-путешественнице известно очень мало. Поездка в Новый Свет поставила нашу героиню в ряд с выдающимися и отважными первопроходцами её эпохи. Даже сегодня её дерзкое предприятие представляется подвигом, особенно если учесть "комфортабельность" судна XVII века и то, что Мериан было уже за пятьдесят. Путешествие в Южную Америку оказалось весьма плодотворным с научной точки зрения. Мария Сибилла вместе с дочерью поселилась на самом опасном берегу, в верховьях реки Суринам. Белым колонистам постоянно угрожали так называемые мароны - нефы, бежавшие с плантаций и селившиеся по берегам рек. К тому же климат Суринама - влажный и жаркий - делал пребывание европейцев на материке крайне затруднительным. Но Мериан, казалось, не замечала проблем. Её ошеломило обилие насекомых. Уже в день своего приезда она расставила по всему дому ящики. Индейцы, прослышав про странную особу, каждое утро толпились у её дверей, зная, что она скупает пойманных животных. Из мешков и сумок местные жители извлекали змей. Цена зависела от длины. Индеанки приносили гусениц, уверяя каждый раз, что "из этого червяка вырастет красивое насекомое".

За два года пребывания в Суринаме Мария Сибилла собрала бесценную по богатству коллекцию насекомых, гусениц, бабочек. Её работа долгое время являлась наиболее полным этимологическим обозрением по Южной Америке. Умерла Мериан в Амстердаме, разбитая параличом. Но её дело ещё долгое время продолжали дочери, горячо любившие свою мать и ставшие для неё единомышленниками. Младшая Доротея Мария после смерти Мериан по приглашению императора Петра I переехала жить в строившийся Петербург. Видно, и в потомках ещё долгое время играли авантюрные "гены" матери. Доротея Мария привезла в Россию некоторые книги Мериан и её бесценные коллекции, многие из которых, к сожалению, погибли. Гравюры Мериан по точности и красоте зарисовок и по сей день не знают себе равных в этимологической литературе.

Величайший мастер газели Хафиз

ХАФИЗ (Шамседдин Мохаммед) (ок. 1325 – 1389/90)(перс. خواجه شمس‌الدین محمد حافظ شیرازی‎) – великий персидский поэт. В его поэзии создан образ нового, по сути ренессансного человека, вольнодумца с сильным личным началом, способного, несмотря на все перипетии судьбы, сохранять свое человеческое достоинство и стремление к счастью. О биографии Хафиза достоверных сведений немного – он родился в Ширазе (совр. Иран) в начале 14 в. в бедной семье, посещал школу мактаб, где помимо религиозных дисциплин обучался стихосложению. Всю жизнь Шамседдин Мохаммед тянулся к знаниям и похоже, вначале зарабатывал на жизнь чтением наизусть сутр Корана – такой профессиональный чтец назывался «хафизом», а также преподавал богословие. После того, как при жизни он прославился как величайший мастер газели, прозвище Хафиз стало не только его литературным псевдонимом, но и именем нарицательным, означающим народного поэта.

Хафиз никогда не покидал пределов родного Шираза, хотя ему предлагали переехать в Багдад и Индию. Он умер в Ширазе ориентировочно в 1389. Диван (поэтический сборник) Хафиза включает 418 газелей, 5 крупных касыд-панегириков, 29 кыта, 41 рубаи и 3 месневи Дикая лань, Саки-наме и Моганни-наме. Несмотря на мастерское владение разными поэтическими формами восточного стихосложения, основная жанровая форма, прославившая имя Хафиза – газель.

Любимой строфой Хафиза была газель. Именно ей написано подавляющее число его стихотворений. Рождённая за четыре столетия до Хафиза гением Рудаки, отточенная талантом Саади, в творчестве Хафиза газель достигает своего совершенства.

Что прочно? — спрашивал Хафиз

И отвечал: — Ладья газелей

     Возникшая в 10 в. персидская газель состоит из не более 12 двустиший (бейтов) с единой рифмой. В западной поэзии напрашивается аналогия газели с сонетом – там тоже отсутствует единая сюжетная линия, главное – это лирическая интонация, настроение, выражающее душевное состояние героя. На первый взгляд, в лирике Хафиза преобладали традиционные для персидской поэзии темы вина и любви, мистического озарения, восхваления великих людей, жалобы на бренность и непознаваемость мира. Однако лирический герой Хафиза – полнокровный, живой человек, одержимый кипением противоречивых страстей. Он то аскет, мистик и духовидец, то скептик, вольнодумец и мечтатель, возвещающий человечеству наступление светлого земного царства, то забулдыга и дебошир, нарушитель спокойствия, до грубости резко обличающий духовенство и власть имущих. 

Поэзия Хафиза популярна не только на Востоке. Знакомство с его творчеством произвело сильное впечатление на Гете и вдохновило его на создание цикла Западно-восточный диван. Стихи Хафиза переводил А.Фет.

ИЗ ГАФИЗА

(Лагерь при Евфрате)

Не пленяйся бранной славой,

О красавец молодой!

Не бросайся в бой кровавый

С карабахскою толпой!

Знаю, смерть тебя не встретит:

Азраил, среди мечей,

Красоту твою заметит

- И пощада будет ей!

Но боюсь: среди сражений

Ты утратишь навсегда

Скромность робкую движений,

Прелесть неги и стыда!

1829

А.С.Пушкин в своем стихотворении "Из Гафиза" отдал дань восхищения самому поэту и в его лице всей персидской поэзии.

В Иране и Таджикистане его стихи стали народными песнями. Диван Хафиза и по сей день – самое переиздаваемое произведение классического наследия в Иране и персоязычных странах. Гуманистическая направленность газелей Хафиза была вызовом догмам ислама и мистической отрешенности суфизма. Он призывал служить своим любимым и близким людям, а не царю земному и небесному. Такая позиция до сих пор близка современному ощущению жизни, что делает поэзию Хафиза популярной и в 21 веке.

История сохранила легендарную встречу Хафиза с Тимуром, которая на нынешней момент считается реальным событием. Легенда описывает её следующим образом. Сделав Самарканд столицей своей империи, Тимур отстроил город заново, мечтая создать из него истинный центр мира, и во многом в этом преуспел. Однажды ему нашептали стих Гафиза:

Когда красавицу Шираза своим кумиром, изберу,

За родинку её отдам я и Самарканд и Бухару.

Взбешенный, Тимур отдаёт приказ привести к нему поэта. Хафиза находят в убогой хижине и, одетого чуть ли не в рубище, бросают перед владыкой.

Тимур вопрошает: «Как же ты, нищий, можешь отдать за какую-то родинку мой Самарканд?»

На что Хафиз отвечает: «Ты видишь, государь, до чего довели меня мои щедрые подношения!

Мавзолей Хафиза является одной из основных достопримечательностей Шираза. Он представляет собой беседку, построенную в 1930-х годах над мраморным надгробием поэта. Туда приходят многочисленные паломники. Мавзолей находится в парке, где постоянно под музыку декламируются стихи Хафиза.

Также распространены гадания на «Диване» Хафиза.

На могильной плите высечен бейт Хафиза:

Когда придёшь к этой могиле, прояви великодушие.

Не осуждай тех гуляк-паломников, которые здесь соберутся.

(Подстрочный перевод)   

Памятник аль-Бируни в Тегеране

Памятник аль-Бируни, украшающий юго-западный вход парка Лале в Тегеране (Иран)

Абу Райхан Бируни(04 сентября 0973 - 09 декабря 1048)  — великий учёный из Хорезма, автор многочисленных капитальных трудов по истории, географии, филологии, астрономии, математике, геодезии, минералогии, фармакологии, геологии и др. Бируни владел почти всеми науками своего времени.

По сведениям, посмертный перечень его работ, составленный его учениками, занял 60 мелко исписанных страниц. Аль-Бируни получил широкое математическое и философское образование. Его учителем в древней столице хорезмшахов Кяте был выдающийся математик и астроном Ибн Ирак. После взятия в 995 году Кята эмиром Гурганджа и переноса столицы Хорезма в Гургандж аль-Бируни уехал в Рей, где работал у ал-Ходжанди. Затем он работал в Гургане при дворе Шамс аль-Ма’али Кабуса, которому он около 1000 года посвятил «Хронологию», затем вернулся в Хорезм и работал в Гургандже при дворе хорезмшахов Али и Мамуна II. С 1017 года, после завоевания Хорезма султаном Махмудом Газневи он был вынужден переехать в Газну, где работал при дворе султана Махмуда и его преемников Масуда и Маудуда. Аль-Бируни участвовал в походах Махмуда в Индию, где прожил несколько лет.

Умирал в полном сознании и, попрощавшись со всеми друзьями, спросил последнего: «Что ты толковал мне однажды о методах счёта неправедных прибылей?» «Как Вы можете думать об этом в таком состоянии?» — изумленно воскликнул тот. «Эх ты! — сказал Бируни еле слышно. — Я думаю, что покинуть сей мир, зная ответ на этот вопрос, лучше, чем уйти из него невеждой…»

Похоронен в городе Гянджи на юге Афганистана

А Вы помните?

МАЖУКОВ Алексей Сергеевич

МАЖУКОВ Алексей Сергеевич (10 февраля 1936, Шумерля, Чувашия — 28 июня 2011, Москва) — российский музыкальный деятель, композитор, дирижер; заслуженный деятель искусств России (1996), автор инструментальных и джазовых произведений, музыки к кинофильмам, телевизионным фильмам, музыки к эстрадным песням. Алексей Мажуков музыкальное образование получил в Чебоксарском музыкальном училище, Саратовской консерватории (1959), Московской консерватории (1962, класс композиции Ю.А. Шапорина). Он работал дирижером, композитором-аранжировщиком в эстрадных оркестрах, в частности в джазовом оркестре Эдди Рознера; руководил оркестром «Советская песня».

Музыка к кинофильму "Любимая женщина механика Гаврилова"

Известность композитору принесли песни: «Красная стрела», «Девчонка из квартиры сорок пять», «Возьми меня с собой», «Музыка любви», «Это очень хорошо», «А музыка звучит», «Нам рано жить воспоминаньями». А.С. Мажуков похоронен в Москве на Троекуровском кладбище. Если бы композитор Алексей Мажуков написал всего только три песни: "Очень хорошо!", "Ты снишься мне" для Аллы Пугачёвой, и "Красная стрела" для Софии Ротару, то он уже был бы достоин войти в золотой фонд российской музыки .

«Музыка любви» сл. А. Поперечного муз. А. Мажукова