«Чего хотят женщины?» – этот вопрос Фрейда мы задали психологам, культурологам и самим женщинам. И получили единодушный ответ: они хотят быть собой, но всеми силами стремятся снизить свой вес или избавиться от морщин. Анализ противоречивого феномена женских желаний.
Елена, 30 лет, фотограф: «Сегодня я нравлюсь себе больше, чем в 17 лет»
«Сегодня я нахожу себя более привлекательной, чем в 17 лет. Я приручила свои комплексы, ко мне пришло новое понимание красоты. Теперь в это понятие входит не кукольная внешность, а здоровье, ухоженный вид, изюминка. Во мне она есть. А мое увлечение фотографией дает мне возможность самой создавать нечто такое, от чего у людей загораются глаза. У меня легкий характер, я знаю много интересного – и этим привлекаю окружающих. Не могу вспомнить, когда была в плохом настроении. Но, если чувствую грусть, балую себя: нежусь в ванне с пеной или делаю экспериментальный макияж. У меня есть симпатичный розовый чемоданчик с косметикой и кисточками. Для меня это целый ритуал: сесть у зеркала, разложить свои «сокровища», нанести тон, тени. Я получаю от этого процесса почти гурманское наслаждение».
«Парадоксально» – вот лучшее определение того, как относятся женщины к своему образу. И хотя иллюстрированные журналы и женские сайты предлагают все новые диеты и гимнастические упражнения, а реклама нахваливает средства против старения, все-таки стройность и молодость далеко не главные критерии, по которым мы оцениваем женскую красоту. Опрос, проведенный компанией Tiburon Research по заказу Psychologies, показал, что 77% россиянок считают: чтобы чувствовать себя красивой, важно «быть счастливой». Этот вариант ответа заметно обогнал все остальные. Оказывается, представление женщин о себе в первую очередь зависит от эмоционального состояния, от переживания счастья. Значит ли это, что в XXI веке женщины наконец-то освободились от гнета норм, а их растущая самостоятельность – залог уверенности в себе? Не так все просто. Наш опрос выявил три парадокса.
Парадокс первый: чем больше женщинам нравится их внешность, тем больше они находят в себе несовершенств. Ярче всего это проявляется у самых молодых. Среди женщин в возрасте от 20 до 24 лет 97% считают себя красивыми, но 71% недовольны какой-либо частью своего тела, а 75% изменили бы что-то в своей внешности, если бы имели такую возможность. «Индустрия красоты держится на том, что настойчиво внушает потенциальным клиентам мысль об их телесных недостатках. Молодые женщины менее опытны и более эмоциональны, поэтому они наиболее уязвимы для рекламного воздействия», – комментирует ситуацию культуролог Ольга Вайнштейн. Антрополог Марина Бутовская напоминает: «20–24 года – это возраст выбора брачного партнера. Мужчины в этот момент придают наибольшее значение внешней привлекательности женщины, непроизвольно воспринимая ее как показатель здоровья и высокого репродуктивного потенциала. Поэтому молодым женщинам приходится особенно тщательно заботиться о внешности».
Мюзель, 22 года, хип-хоп певица: «Для меня важнее всего – ощущение гармонии с собой»
«Красота для меня – это отличное настроение, когда я свечусь изнутри, ощущаю спокойствие и уверенность. По-настоящему красивой я чувствую себя на сцене, или рядом с моей второй половинкой, или когда гуляю со своим мопсом Патриком. Люблю моменты, когда некуда торопиться, их я посвящаю уходу за собой: спокойно принимаю душ, ухаживаю за волосами. Я на сто процентов довольна своей внешностью. Да, на меня постоянно смотрят, но я никогда не комплексовала – наоборот, чувствовала себя уникальной. Возможно, именно благодаря моей внешности, непривычной для России, вокруг меня столько друзей и поклонников моего творчества. Сложно сказать, какая черта мне в себе особенно нравится, но считаю, что мой образ завершен. На мое настроение влияет и то, во что я одета. На сцене и в обычной жизни ценю удобные, свободные вещи. Знаю, что сценический образ должен отличаться от повседневного, но комфорт и гармония с собой важнее».
Парадокс второй: чем женщины старше, тем они меньше сосредоточены на своих «недостатках» и тем меньше им хотелось бы изменить свою внешность. Среди тех, кому от 25 до 44 лет, свой внешний вид хотели бы изменить 80%, а среди тех, кому 45 лет и больше, – уже только 70%. Может быть, сейчас совершается в некотором роде революция: утверждается мысль о том, что зрелость позволяет в большей мере принимать себя такой, как есть. «Зрелые женщины сейчас гораздо больше, чем раньше, активно наслаждаются жизнью, – подтверждает Ольга Вайнштейн. – Неслучайно сегодня выходит много переводных романов о любви в зрелом возрасте, таких как «В канун Рождества» Розамунд Пилчер и «Бабушка – маков цвет» Ноэль Шатле. Все чаще проводятся модные дефиле с участием возрастных моделей, например показ датского дизайнера Каролины Кьелдтофт. Его название «86/77/96» отсылает к среднестатическим меркам восьмидесятилетней женщины. В противовес стандарту 90/60/90 Кьелдтофт утверждает красоту тела пожилой женщины».
Парадокс третий: оказывается, наибольший душевный покой испытывают женщины в возрасте от 35 до 44 лет. 84% из них считают себя красивыми и чувствуют себя хорошо в своем теле. И хотя они находят отдельные его части несовершенными, однако активную заботу о теле называют условием красоты менее половины опрошенных. «Женщина в этом возрасте уже умеет правильно акцентировать свои внешние достоинства и корректировать недостатки, – уверена Марина Бутовская. – Она подбирает предметы одежды с учетом своей фигуры, ведет себя более свободно и уверенно. Все это способствует хорошему самочувствию и душевному покою. И это чувствуют окружающие, что делает женщин в этом возрасте более привлекательными собеседниками».
Людмила, 62 года, художник: «Мне нравится мой естественный цвет волос»
«Когда смотрюсь в зеркало, могу себе не нравиться, потому что, например, устала или что-то не ладится. Но без зеркала я очень себе нравлюсь. Мне кажется, когда у меня получается то, что я задумала, я становлюсь просто красавицей. Часто ловлю себя на мысли, что мое поведение и внешний вид не соответствуют моему возрасту. Одежду покупаю во всех магазинах, кроме предназначенных для женщин в возрасте, не хочу выглядеть как тетушка. Макияжем почти не пользуюсь, волосы тоже не крашу, моя седая голова меня устраивает. Люблю покупать новые вещи: одежду, посуду, всякие мелочи. Я очень много времени провожу на работе, поэтому радуюсь, когда можно заняться обычными женскими делами: стиркой, уборкой, но при этом люблю не процесс, а результат. Если настроение не очень хорошее, сажусь за руль. Машина – мой мини-офис, мой уютный домик. Там я могу спокойно разговаривать по телефону, решать рабочие вопросы, слушать любимую музыку. Поэтому люблю ездить на дальние расстояния».
Двойственные желания
«Двойственность» – ключевое слово для понимания того, что женщины говорят и думают о своей красоте, – утверждает психоаналитик Серж Эфез. – Прежде всего потому, что, создавая свой образ, мы учитываем и свои желания, и желания других: никто никогда не выстраивает себя в одиночку. Затем потому, что женщины гораздо больше, чем мужчины, разрываются между желанием быть собой и желанием быть желанной для другого». Таким образом, красота и желание оказываются связанными между собой: то, как нас видят другие, влияет на наше отношение к своему образу. Иногда мы будем принимать этот образ, и он даже будет нам нравиться, а иногда мы будем отвергать его, причиняя себе боль. «Приходящие ко мне на прием женщины словно мечутся между принятием и отвержением себя, – замечает психотерапевт Мишель Фрейд. – Они заявляют, что хотят быть самими собой, критикуют рекламу диет и культ стройности в СМИ, но при этом готовы испробовать любые средства, лишь бы сбросить пару килограммов! Желание само по себе вполне законное, но проблема в том, что лишь одной из пяти таких женщин объективно стоило бы похудеть. А в реальности четыре из пяти сидят на диете!»
Желание освободиться от давления общества, при этом не отказываясь от принятого в обществе эталона красоты, похоже, и есть та ловушка, из которой никак не выберется большинство женщин. Участницы нашего опроса сетовали на давление со стороны рекламы, но позже выяснилось, что они поддерживают самые радикальные предложения по омоложению и изменению внешности. Они не могут расстаться с мечтой!
Наденьте это немедленно!
Наше телевидение наводнилось имиджевыми шоу во главе с «Модным приговором» на Первом канале, «Женской формой» на «Домашнем» и «Снимите это немедленно!» на СТС. Стилисты, модельеры и знатоки моды раздевают и одевают наших соотечественниц, учат правильно сочетать вещи, совершать полезный для гардероба шопинг... Короче, нас учат одеваться со вкусом. Вопрос в том, какую глубинную психологическую потребность телезрителей удовлетворяют такие программы, какие эмоции пробуждают в нас?
«Когда индустрия моды работает на стандарты красоты и в обществе нет запроса на женскую индивидуальность, модные шоу психологически поддерживают женщин, не вписывающихся в параметры 90/60/90, – поясняет гештальт-терапевт Мария Андреева. – Они убеждают в том, что с разной фигурой и внешностью в любом возрасте можно выглядеть красиво. С другой стороны, модные шоу, в которых демонстрируется возможность сменить имидж,
становятся так называемой зоной ближайшего развития. Модельеры, стилисты, визажисты и парикмахеры открывают ей новые возможности, помогают приблизиться к заветному идеалу. И позже женщина уже сама может удачно экспериментировать».
Мария, 34 года, fashion-продюсер: «Я чувствую себя красивой, когда ощущаю свободу»
«Я много работаю, и в напряженном графике трудно найти время для себя. Я чувствую себя красивой, когда уезжаю на море, могу отключиться от цивилизации, почувствовать морской воздух и свободу. Ощущение себя, осознанная любовь к себе пришли не сразу. В юности я любила яркую, эпатажную одежду. Был период, когда я носила галстуки, рубашки, костюмы, одежду в черно-бело-серой гамме. Сегодня мой образ – противоположность бунтарской юности. Он стал нежным, спокойным, женственным. Я по-прежнему люблю яркие цвета, но выбираю благородные оттенки: холодный синий, насыщенный зеленый. Одежда – всего лишь внешнее проявление внутреннего, а аксессуары помогают завершить образ. Они как специальный шифр для своих, маленькие детали, которые могут создать абсолютно разные образы».
Тирания образца
Эту мечту умело поддерживают глянцевые журналы, реклама и кино, исподволь навязывая один и тот же образец: стройная, и красивая женщина. Она не обязательно молода, но обладает присущими молодости гибкостью и упругостью. Проблема не столько в том, что модели на подиумах стройны и красивы, сколько в том, что этот образ давно вышел за пределы модных показов и теперь повсюду предлагается в качестве единственно возможного эталона красоты. Никаких вариантов: таковы теперь все, от новой звезды реалити-шоу до 50-летней домохозяйки из рекламного ролика.
Серж Эфез считает, что именно повсеместная распространенность этого образа приносит вред: «Это – отрицание реальности. Как если бы нам нарисовали лес, в котором вместо разных зверей живут одни только белые медведи». Такая дискриминация причиняет страдание женщинам.
Гештальттерапевт Мария Андреева поясняет: «Постоянная пропаганда одного-единственного образца наносит ущерб самоуважению всех женщин, от самых юных до самых пожилых. Те, кто не соответствует заданным критериям, подвергаются символическому уничтожению: как будто они не заслуживают того, чтобы на них смотрели, чтобы их желали». Это подтверждают результаты исследования психологов.
А семейный психолог Инна Шифанова подчеркивает, что единственный эталон красоты лишает женщин права на индивидуальность: «Только зрелый человек, обладающий немалой внутренней силой, способен отстоять свою непохожесть на других. Давление общества порождает замкнутый круг: незрелость побуждает нас следовать стереотипам, а погоня за соответствием образцу не оставляет времени для того, чтобы задуматься о своих особенностях, о своем собственном пути».
Молодость – самая распространенная цель
Мария Андреева ежедневно убеждается в этом у себя на приеме: «Давление, которое испытывают женщины, постоянно нарастает. Стройность превратилась в настоящее наваждение». Вес не обязательно связан с элегантностью: худеют часто не для того, чтобы лучше выглядеть в той или иной одежде, а чтобы остановить бег времени. «Стройность стала главным показателем молодости. А быть молодой – значит быть желанной». Это значит также быть в хорошей форме, быть полной жизненных сил. По этой причине стройность также превращается в свидетельство здоровья.
Но если приходится выбирать между «быть стройной» и «выглядеть молодой», то последнее оказывается важнее, утверждает Мари-Роз Трикон, директор по маркетингу марки Clarins: «Наши исследования показывают, что большинство женщин сегодня хотят иметь молодое лицо: убрать морщины, разгладить складки, придать коже сияние. И хотя все больше становится тех, кто поддерживает идею «принимать себя такими, как есть», однако продолжительность жизни увеличилась – а это побуждает нас стремиться дольше сохранять красоту и здоровье и усердней бороться с признаками старения».
Стандарты вредят здоровью!
Старшеклассницы, младшие школьницы и даже дошкольницы хорошо знакомы со стандартами красоты, которые пропагандируют модные журналы, молодежные сериалы и интернет, и страстно стремятся им соответствовать. В результате у девочек повышается вероятность развития депрессии, расстройств пищевого поведения (анорексия и булимия), ухудшается сон. Об этом ясно говорят современные исследования психологов и социологов. Опрос, проведенный исследователями Университета Центральной Флориды, показал, что около трети девочек 3–6 лет (31%) почти все время волнуются о том, чтобы не стать толстыми. Это до 6 лет!
Что же происходит с девушками в переходном возрасте, когда фигура меняется и возможны резкие перепады от худобы к полноте? Чем больше времени они проводят в Сети, тем больше у них шансов заболеть булимией или анорексией. К такому выводу пришел израильский психолог Яэль Латзер. Он проанализировал рассказы девушек-добровольцев 12–19 лет о том, как они используют интернет, и выяснил: чем дольше девушка сидит в Facebook, тем более откровенные разговоры о своей внешности она ведет, ее представление о себе становится все хуже, а желание сесть на жесткую диету – сильнее.
Тревога по поводу фигуры лишает сна: 60% тех школьниц, которым подруги советуют похудеть, спят в среднем на 6% меньше, чем их одноклассницы, подсчитали психологи из Университета Северного Техаса. А недостаток сна повышает риск возникновения депрессии и других проблем со здоровьем. Американские исследователи настаивают: если родители хотят уберечь своих дочерей-подростков и помочь им сформировать хорошее представление о себе, им стоит как можно меньше давать дочерям смотреть телевизор.
Лина, 37 лет, дизайнер: «Любовь моих близких наполняет меня энергией»
«Для меня красота – это наполненность жизнью. Жизнь – это любовь, а я – жизнелюб. Мне все приносит радость: трое детей, муж, с которым мы не расстаемся ни на минуту, работа, дом. Мы с мужем работаем там, где живем. И растим детей там, где работаем. Забота для меня – органичное состояние радости, не имеющее ничего общего с распространенной у нас озабоченностью. То, что для других может являться проблемой (например, как управиться с тремя детьми и успеть вовремя завершить важный проект), для меня – простое человеческое счастье. Когда я занимаюсь детьми, или дизайном, или любовью, я получаю удовольствие. Собой я занимаюсь, наверное, в последнюю очередь. Потому что знаю: меня делают красивой моя семья и друзья. Их тепло и любовь наполняют меня энергией: косметологи или spa-процедуры этого дать не могут».
Согласовать внутреннее и внешнее
Наше самочувствие и то, как мы выглядим, взаимосвязаны самым тесным образом. «Чем легче мы себя чувствуем, тем изящней двигаемся, – утверждает Инна Шифанова. – А каждый психологический зажим отражается в мышцах скованностью. Если мы пытаемся изображать кого-то, кем на самом деле не являемся, на это уходит очень много сил, мы устаем от этого. А когда нам удается в полной мере свободно выразить себя, мы испытываем прилив энергии и радость, которую чувствуют и те, кто рядом с нами. И это возможно в любом возрасте».
В теории достичь гармонии внешнего и внутреннего несложно, однако чаще женщины добиваются этой гармонии в значительной мере ради того, чтобы нравиться мужчинам. «Женщина, которая долго боролась и до сих пор борется за то, чтобы стать в полной мере субъектом, продолжает вкладывать силы и время в то, чтобы быть объектом желания, – подчеркивает сексолог и психоаналитик Катрин Блан. – И нетрудно представить, какую цену за это приходится платить. Тем более что в западной культуре чрезвычайно высоко оценивается именно молодая или даже совсем юная женщина!»
Серж Эфез отмечает, что в ситуации разрыва любовной связи, особенно если это происходит с женщиной в возрасте около 40, «рушатся все ориентиры, доверие к себе, способность принимать себя такой, как есть. В этот момент повышенной уязвимости обычно наступает стадия «гипернарциссизации» – чрезвычайной сосредоточенности на себе, на своем внешнем виде. В ход идут любые средства, чтобы снова «выставить себя» на рынок соблазнения». Однако здесь есть естественные границы, которые нельзя перешагнуть, не отказавшись от себя. Так что речь идет не о том, чтобы превратить себя в кого-то другого или подогнать себя под идеализированный образец, а о том, чтобы наилучшим образом использовать свой личный «капитал». Использовать свою уникальность.
Все эксперты говорят о том, что основная тенденция сегодняшнего дня также отмечена двойственностью: добиваться признания своей уникальности – и в то же время заботиться о себе, чтобы жить в ладу со своим обликом и со своим самовосприятием, получая удовольствие и от того, и от другого. Именно здесь, можно сказать, на перекрестке путей, Psychologies предлагает свой, отличный от других, подход к красоте. Забота, которая идет на пользу как телу, так и душе. Понимание того, какие чувства и бессознательные мотивы могут влиять на наше отношение к своему внешнему виду. И уверенность, что осознание себя и раскрытие своего сердца – это и есть то, благодаря чему красота перестает быть нарциссическим удовольствием и становится связью, которая соединяет нас с другими людьми.
Мужская красота: новый нарциссизм
Многие мужские журналы публикуют статьи о том, как правильно делать педикюр. Еще несколько лет назад такой материал в издании для джентльменов был бы невозможен. А сейчас почти все косметические марки выпускают продукты для мужчин, появляются новые зоны ухода вроде депиляции волос на груди, расширяется ассортимент «дозволенных» мужских украшений.
Новый модный этикет требует от мужчин овладения дополнительными навыками ухода за собой, а также компетентности, чтобы разобраться в ассортименте. И главное – новый язык телесности постепенно меняет существующий идеал мужской красоты, легализуя образ изнеженного мужчины.
Если раньше в рекламе мужских товаров фигурировали отважные спортсмены, суровые путешественники, уверенные в себе
деловые люди, то сейчас все чаще мелькает тип ранимого, слегка смущенного юноши. Он не смотрит прямо в глаза, как брутальный мачо, а застенчиво опускает взор, по-женски позволяя себя разглядывать. Это признаки «объективации тела», когда человек становится предметом любования.
От подобной игры мужчина получает удовольствие: в его позе и жестах все чаще сквозит нескрываемое наслаждение не просто от новой вещи, но и от самого себя, своего ухоженного тела. Тогда детальный уход за собой уже приравнивается к ритуалу обретения собственного достоинства. Это новый нарциссизм, который обещает новую чувственность, сулит ранее не изведанные удовольствия, но одновременно грозит появлением комплексов. Ведь кодекс нового нарциссизма подразумевает самолюбование, кокетство, уязвимость, зависимость от чужих оценок – качества, которые считают женскими.
Автор - Ольга Сульчинская, Анастасия Аскоченская
