Вчера я вернулся в Тынду после шести с половиной месяцев отсутствия; уехал в Красноярск ещё в начале июля прошлого года, где и жил до отъезда.
В этот раз особенно сильно тянуло домой, и встреча с городом была особенно приятной. Ехал по Транссибу, потому что через Северобайкальск билеты были только на последние числа января. Как обычно. Не продумана логистика; до Северобайкальска вагоны переполнены, а дальше до самой Тынды - полупустые.
Вот везде пишут (и я пишу) про поезда "ехал под стук колёс". Но, чаще всего, особенно зимой, когда окна закрыты, стук колёс не так слышен, как монотонный гул. То есть, не под стук колёс я ехал, а под монотонный гул вагона и перекатывающийся звук колёс под ним. Записал себе в дневник в виде борьбы с книжными штампами.
По причине извечной какой-то нищеты (живём-то от кризиса к кризису), езжу в плацкартных вагонах - по принципу селёдки в банке. Традиционно мне не нравятся в таких поездках следующие вещи: полиэтиленовая упаковка от постельного белья, превращённая в мусорные контейнеры, эти моментально наполненные отбросами пузатые и пованивающие монстры, мерно, словно маятник, раскачиваются под столом - под носом у пассажиров, причём у всех, в каждом купе, пакет выбрасывается, когда начнёт падать под собственным весом, или пока насильно не отнимет проводник (хорошо, что я езжу на боковушках!); не могу понять прелесть голых и, как правило, безобразных, неряшливых и грязных стоп, а между тем портные давно изобрели дышащие и эстетически привлекательные тонкие х/б носки; удручает, что закон о запрете курения в поездах - это лишь повод для взятки проводникам - заплатив проводнику, можно курить в тамбуре (хорошо, что я не курю); устрашают дети - в этот раз недолго (и это радует!) ехал мальчик лет пяти, который с завидным прилежанием упражнялся в игре на губной гармошке; удивляют люди, чистящие зубы в поездах, всегда хочется спросить как и чем они полоскают рот (неужели жидкостью из-под крана?), куда кладут зубную щётку до и после чистки.
Но многое и нравится: тот самый монотонный гул и перекатывающийся грохот колёс - мёрзлое железо о мёрзлое железо; созвездия, плавающие по ночам над окном, как гигантские светящиеся рыбы (с нижней боковой полки за ними хорошо наблюдать лёжа); нравится отсутствие интернета, от которого уже зависимость; нравится постоянная смена декораций за окном - безукоризненная работа реквизиторов и художников-пейзажистов; ну, и само по себе всегда приятно находиться в состоянии движения, путешествия, стремления куда-то вперёд...
В поезде с удовольствием прочитал книгу Н. Чуковского "Водители фрегатов".
Вот и всё.
Вчера я вернулся в Тынду после шести с половиной месяцев отсутствия; уехал в Красноярск ещё в начале июля прошлого года, где и жил до отъезда. 
Сергей Петрович Кучеренко (12 октября 1927, с. Нижняя Полтавка Амурской области - 10 ноября 2009, г. Хабаровск) - популярный дальневосточный писатель и публицист, офицер, учёный, биолог-охотовед, заслуженный работник культуры РФ.
