Новосибирский государственный краеведческий музей (НГКМ) завершил летний археологический полевой сезон. Участникам раскопок в Сузуне, Колыванском и Искитимском районах удалось найти удивительные редкие предметы.

Рабочие прятали монеты

Около 40 сотрудников музея и учащихся клуба юных археологов Дворца творчества детей и учащейся молодежи «Юниор» пополнили выставочные фонды 450-500 экспонатами. Так, в июне масштабные археологические раскопки на месте Сузунского медеплавильного завода и монетного двора (XVIII-XX века). Площадь раскопок — более 300 квадратных метров. продолжаю читать...

Новосибирский палеонтолог Игорь Гребнев создал первую в России реконструкцию жилища первобытного человека. В минувшие выходные экспонат уже отправился к заказчику — Пермскому краевому музею, но до того автор успел рассказать об особенностях «строительства домов» от сорока тысяч до двух миллионов лет назад.

О мамонтах и яках

Палеолит. Время, когда люди учились говорить, изготавливать оружие, возделывать землю, когда мамонты и пещерные гиены ещё ходили по этой земле. Палеолит занимает около 99 процентов времени существования человечества. Археологические находки палеолитических жилищ в России — не редкость. Наиболее известные стоянки Мальта и Буреть в Иркутской области, Волчья Грива — в Новосибирской области, Костёнки — в Воронежской области, Сунгирь — в Подмосковье.

— Во всех случаях жилища были либо округлой, либо овальной, продолговатой формы, — рассказал Игорь Евгеньевич. — По периметру вкапывались в землю крупные кости животных – большая берцовая, локтевая, бедренная. Как правило, в них проделывали отверстия, куда вставляли рёбра мамонта или деревянные конструкции, составлявшие основу шалаша. На каркас затем набрасывали шкуры животных. Это могли быть шкуры мамонта, оленя, бизона, первобытного шерстистого носорога. Чтобы шкуры не раздувались ветром, их придавливали рогами большерого оленя. Таким образом, получалось жилище, в которое обязательно помещали очаг для обогрева зимой.

Шалаш в мастерской новосибирского палеонтолога выглядит внушительно и занимает солидную его часть. Реконструкция полномасштабной копии жилища первобытного человека в диаметре, примерно, три метра и до двух метров в высоту. Хотя, согласно данным археологических находок, одинаковая по строению конструкция могла в разных случаях занимать площадь и в 30, и в 40 квадратных метров. Для создания экспоната новосибирцы понадобилось три месяца, несколько десятков оригинальных костей ископаемых животных, бивней мамонта, а также порядка 20 шкур современных животных.

— Вместо шкур мамонтов,которые находят только в вечной мерзлоте, мы использовали шкуры домашних яков, шерсть которых наиболее из всех современных животных похожа на шерсть мамонта, — пояснил Игорь Гребнев. — И по длине, и по структуре, и по пышности, и по наличию длинного подшёрстка. Из них же мы делаем макеты древних животных – тех же мамонтов, носорогов. У входа ставятся черепа и бивни — самые длинные кости в скелете: если вкопать два черепа в землю, то получается «арочный» вход, который легко можно закрыть, когда это необходимо.

История отдельно, голова отдельно

По задумке авторов проекта, рядом с палеолитическим жилищем будет стоять манекен первобытного человека — кроманьонца, облаченный в реконструированные одежды верхнепалеолитического периода. Его внешний облик восстановлен антропологами по обнаруженным стоянкам Сунгирь, Костёнки. Это был человек современного типа, но в разных погребениях останки имеют как монголоидные, так и европеоидные, и негроидные черты. Тогда люди ещё не поделились окончательно на расы.

— Одежда у позднеепалеолитического человека — арктического типа, напоминающая малицу современных народов севера: длинная рубашка с капюшоном, штаны и обувь типа мокасин, — объясняет Игорь Евгеньевич, показывая на манекен в своей мастерской. — Она также изготавливалась из шкур добываемых животных — мамонта, бизона, лошади, северного оленя, волка, медведя. Одежда могла быть украшена бусинами из бивня мамонта и зубами животных. Основным оружием служило копьё с кремневым наконечником и костяные, либо каменные ножи.

В то время как палеонтолог рассказывал об особенностях жизни в палеолит, известный новосибирский художник и скульптор Алексей Агриколянский заканчивал работу над головой кроманьонца. Бронзово-землистая кожа, волевой подбородок, высокий лоб, пышная копна тёмных волос (материалом для которых, кстати, послужили всё те же шкуры яков), — таким увидят любители древностей обобщённый образ своего предка. Последние штрихи – карие зрачки древнего жителя Земли – Алексей рисовал на моих глазах за день до отправки экспоната.

Новосибирцы получат носорога

Реконструкция жилища древнего человека — уже не первая крупная работа новосибирского палеонтолога Игоря Гребнева. Скелеты ископаемых животных, собранные либо отреставрированные ученым, установлены в музеях Москвы, Тобольска, Тюмени, Салехарда, Перми и Новосибирска. По заказу Пермского краевого музея он уже отреставрировал скелет мамонта, установил в экспозиции скелет бизона и копию мамонтенка, какой сибиряки могут увидеть в зале палеонтологии Новосибирского государственного краеведческого музея.

— В прошлом году мы для Пермского краевого музея реставрировали скелет мамонта, который нашли в Пермском крае в 1927 году, — объяснил Игорь Евгеньевич. — С тех пор находка ни разу не подвергалась никакой обработке. Работа нашей команды пермякам очень понравилась, и поступило предложение от губернатора, директора музея, министерства культуры создать для них Музей пермских древностей. Палеолитическое жилище сначала выставят в краевом музее, а потом переместят в новое учреждение. Но прежде экспонат будет участвовать в фестивале «Белые ночи», который впервые стартует в Перми в июне.   

В ближайшем будущем жителей столицы Сибири тоже ожидает «древний» сюрприз: команда Игоря Гребнева получила заказ от Новосибирского краеведческого музея на создание скелета шерстистого носорога и макет этого вымершего животного. Проект обещает быть впечатляющим.

Не многие знают, что на здании городского торгового корпуса, построенном в Новониколаевске в 1911 году, (ныне в нём располагается Новосибирский государственный краеведческий музей и вход в метро) располагалась противопожарная башенка. Увенчанная куполом с крестообразным громоотводом, она украшала здание около 20 лет и была демонтирована ориентировочно в 1929-1930 годах по неизвестным нам причинам. Через сто лет после своего «рождения», башня вернулась на своё законное место.

 Деревянную конструкцию восстанавливали, примерно, полтора месяца. Стоит взглянуть на старые чёрно-белые фотографии, и становится понятным: проектировщики старались воссоздать её в точности такой, какой она была прежде. Только версия о существовании на вышке громоотвода поддержки не нашла: по словам специалистов, молниеотвод к шпилю в виде креста не подведён. Забраться на вышку пока не возможно, потому что ремонт кровли по-прежнему продолжается.

 — Мы поменяли утеплительное перекрытие, настилы на перекрытие, частично стропильную систему, полностью обрешётку и металл, — рассказал руководитель новосибирского отделения фирмы «ЕНКО» (подрядчик работ по ремонту кровли) Александр Безменов. — Весной пожарную каланчу покроют штукатуркой и украсят резными деталями в стиле фасада музея.

 На «чердаке» пахнет свежем деревом и цементов. Некогда красная кирпичная кладка почернела от времени. Здесь не ходят, а скорее катаются: пол застелен полиэтиленовой плёнкой и потому до невозможности скользкий. «Чердак» от пожарной башенки отделён двумя лесенками. Только наш корреспондент успел преодолеть половину этого пути, как его немедленно «одёрнули»: нельзя, мол, без страховки, опасно. На память успел-таки щёлкнуть новоиспечённую конструкцию. Деревянные детали поднимали сюда краном, а вот выставлять их по отметки пришлось уже вручную.
Это притом, что части «конструктора» весят порядка полутоны. Для восстановительных работ понадобилось около полтора миллиона рублей.

 Когда в 20-30-е годы прошлого века демонтировали башенку, Городской торговый комплекс претерпел ещё более весомое изменение. Раньше в центре здания располагался сквозной проезд. Его-то как раз и заложили в то время. В общем, строение в центре современного Новосибирска пережило не мало. И сколько ещё переживёт! Как известно, сотрудники музея уже предприняли немало мер для восстановления исторического облика корпуса.

 — Наша компания работает над фасадом Краеведческого музея, — поделился главный инженер  «Регионстройинвест» Андрей Чернов — Так, подходы будут выложены таким кирпичом, который применяли в начале двадцатого века. Он изготовлен по тем технологиям. Из этого же кирпича будут вкрапления в кладке у входов. Наши строительные работы завершаться уже через две-три недели, а полностью реконструкция закончиться в марте 2011 года.

 

 

Начальник отдела по научной обработке музейных коллекций Новосибирского государственного краеведческого музея Игорь Самирин:

 Единой оценки функции этой башни нет. По первой и, наверное, самой близкой к истине версии башня имела противопожарное значение. Поскольку городской торговый корпус был одним из первых каменных зданий, здесь в центральной части он долгое время был самым высоким. При этом город был малоэтажным – один-два этажа: все три городских района тогдашнего правобережья – Центральный, Вокзальный и Закаменский – были видны как на ладони. Соответственно, было легко заметить, если где-то произошло возгорание. Существовали три типа сигнала: синий флажок означал, что пожар небольшой, локальный, желтый — достаточно серьёзный, красный — крупный.

 Вторая версия связана со шпилем в виде креста. Существует мнение, что эта башенка и шпиль служили громоотводом. Это было очень важно, так как в этом здании находились и локальная электростанция, и телефонная станция. Также здесь располагались органы власти – городская дума управа, казначейство, государственный банк. Если бы молния попала, — а перекрытия все в здании деревянные, — оно бы в пять минут сгорело.

 И, в-третьих, в одном из справочников по Томской губернии был упомянут религиозное значение этой башенки. Якобы в городском торговом корпусе имелась часовенка. Может быть, это было то место, куда можно было прийти и помолиться. Хотя нигде не было упоминаний, что за часовней Городского торгового корпуса закреплён служитель церкви.

 

"Чердак" выглядит вот так:

 

А это тот единственный счастливый снимок с крыши, который поселился в камере нашего фотокора:

О восстановлении знаменитого Сузунского медеплавильного завода, построенного в 1764 году, заговорили ещё в августе 2010 года. Основной акцент делали на специалистах Краеведческого музея Новосибирска, хотя, как признался директор учреждения Андрей Шаповалов, «на самом деле движение началось от начальника управления по государственной охране объектов культур-ного наследия Новосибирской области Александра Кошелева и главы Сузунского района Алексан-дра Дубовицкого». На днях Сузунский медеплавильный завод и монетный двор включили в единый государственный реестр объектов культурного наследия народов Российской Федерации. Теперь в планах создать и развивать целый музейно-туристический комплекс.

— Туристы увидят исторический Сузун, обустроенный, достойный, соответствующий сегодняшне-му времени и сохранивший свою историческую особенность, — поделился Александр Васильевич Дубовицкий. — Этот проект важен, прежде всего, тем, что Сузун включён в перечень исторических мест Новосибирской области. Мы к этому шли 15 лет.

Почему это важно

Чтобы понять важность этого медеплавильного завода относительно истории Новосибирской об-ласти, совершим небольшой экскурс. И для начала стоит заметить, что Сузунский монетный двор был единственным за Уралом. На нём в 1766-1781 годах чеканилась специальная «Сибирская мо-нета», которая имела обращение на территории Сибири и использовалась в торговле со Средней Азией и Китаем. А с 1781 по 1847 год выпускали деньги общероссийского образца.

— Сузун — весьма уникальное место, которое отражает историю освоения Сибири в целом, — считает Александр Кошелев. — Это место связано с появлением первого крупного промышленного предприятия, профессиональных рабочих, технической интеллигенции, первых объектов социаль-ного значения — госпиталя, училища. Практически, началось формирование того духовно-культурного потенциала, которым мы сегодня гордимся и который является одной из важных со-ставляющих Новосибирской области. Сузунский медеплавильный завод и монетный двор — это не только часть нашей истории, но и общероссийской.

Также для предприятия возвели плотину на реке Нижний Сузун, образовавшую пруд, и выстроили гидротехнические сооружения. И значительная часть — плотина, прорезы для спуска воды, ряжи — и фрагменты водораспределительных механизмов сохранились до настоящего времени. Кроме того, на территории завода сохранились здание второй половины XIX века — толчельня (место, где толкли руду), несколько строений XX века, связанных с работой предприятия.

— Прежде всего, мы планируем восстановить толчельню – основной производственный корпус, — пояснил глава Сузунского района, — а также сделать две пристройки, где разместится промыш-ленный музей, организовать рядом музей под открытым небом. В планах — восстановить дом управляющего (конец XIX века), бывшую церковно-приходскую школу (1985 года) и ряд других объектов. И, конечно, мы хотим обустроить центральную часть рабочего посёлка Сузун с привяз-кой к XVII веку.

— Это первый проект в регионе, который рассматривается в таком масштабе. Естественно, мы хотим, чтобы эта страница истории была достойно представлена, и гости могли бы с ней ознако-мится, — заметил начальник управления по государственной охране объектов культурного насле-дия Новосибирской области. — Для этого нужно создать соответствующие условия.

От точки к кольцу

И всё же, несмотря на несомненную культурную и историческую ценность рабочего посёлка, рас-считывать на привлечение большого потока туристов в музейный комплекс (а, следовательно, и на окупаемость) не приходится. Не вериться, что гости региона будут десятками съезжаться в район-ный центр на экскурсию. Делать ставку на любителей рыбалки и семейного отдыха на берегу Ниж-него Сузуна тоже, по меньшей мере, странно. Такие скептические оценки высказали члены совета по сохранению историко-культурного наследия при Губернаторе Новосибирской области. Однако Андрей Валерьевич Шаповалов, участвовавший в разработке концепции музея, заявил, что ком-плекс «Завод-Сузун. Монетный двор» предполагает не двухчасовую экскурсию, а программу ми-нимум на два дня. Именно для этого в проекте предусмотрены кемпинг и стоянка. Вопрос обыва-теля «во сколько обойдётся такой отдых?» пока остаётся открытым.

— Если нам удастся создать правильную туристическую структуру, она будет кормить малый биз-нес, существующий при музейном комплексе. Музей – это всегда дёшево. Его посещение всегда очень дешёвое, — заметил директор краеведческого музея. — Входной билета будет стоить, на-пример, сто рублей. А кемпинги – это уже туристические расходы. Хотите провести время дёшево – выезжайте на бережок, ставьте палатку и живите «за бесплатно». Доставайте котелки, шашлыки, собственно. Хотите более комфортную туристическую среду, тогда готовьтесь заплатить за кем-пинг. Будет желание посетить ресторан с антуражем монетного двора, пожалуйста, – заплатите за это отдельно. Так принято во всём мире.

Если посмотреть на проект с этой точки зрения, для простого среднестатистического жителя от-крывается совершенно другая перспектива. Во-первых, известно, что Сузунский район славится своей природой: уставший от суеты и урбанистической серости городской житель, думаю, будет не прочь «смотаться» в выходные на природу. Не даром ведь все рвутся на Алтай, а вот время на такие поездки не у всех есть. Во-вторых, подобные туристические вылазки совмещают приятное с полезным: помимо отдыха, можно и историю родной области «подтянуть». Но и на этом члены со-вета по сохранению историко-культурного наследия не остановились.

— Мы уже подготовили предложения о создании сети, подразумевающей межмуниципаль

ное со-трудничество, — объявил начальник управления по государственной охране объектов культурного наследия Новосибирской области Александр Кошелев. — Она объединит историческую Колывань, Умревинский и Бердский остроги, Кудряшовский бор, Турнаевская церковь, музей под открытым небом в Академгородке и другие достопримечательности региона. В перспективе всё это должно стать большим туристическим комплексом, который позволит развивать туризм на совершенно ином уровне, чем тот, что есть сегодня.

Если туристическое кольцо замкнётся, то, конечно, не известно, сколько понадобится времени, чтобы пройти весь маршрут. И сколько понадобиться средств? (Может, поездка в Ниццу обойдётся дешевле?) Хотя думать об этом ещё рано. Зато уже в 2015 году можно будет понаблюдать или даже поучаствовать в каком-то технологическом процессе Сузунского медеплавильного завода.

Справка: Сузун — посёлок городского типа, административный центр Сузунского района Новосибирской области. Население Сузуна — около 15 тысяч жителей.

По задумке авторов проекта в Сузуне появятся новые памятники:

 

Толчельня. Дата съёмки 20 мая 1981 год:

Толчельня. Дата съёмки 21 июля 2010 год:

Интерьер в усадьбе управляющего:

... Компьютер подзавис, старенький системник истерично взвизгнул и на экране высветилось новое сообщение:

"Во вторник, 19 октября, приглашаем вас в НГКМ, где состоится
художественная акция по созданию произведений современной наскальной
живописи «Мамонт с нами». Акция посвящена семидесятилетию находки,
пожалуй, самого известного экспоната музея - скелета самки мамонта
Матильды. Начало в 16.00.

В результате акции планируется создать 12 плит с образцами современной
наскальной живописи, отражающей различные аспекты возможных
взаимоотношений между мамонтами и людьми в современном обществе. <...>

Утром, 19 октября, художники разольют по формам формата 60 см. х 80 см.
цементный раствор. К четырем часам дня он подстынет, и участники акции
начнут творить (ориентировочно до 18.00). Через две недели, когда цемент
окончательно затвердеет, плиты с рисунками извлекут из форм <...>"

А что, если представить, что мы не люди XXI века, а древнеисторические, ныне вымершие человеки и писать не умеем? Рисовать только. Или, фиг с ним, - умеем мы писать и современные люди, да только мир вот-вот падёт под натиском атомных бомб. И есть небольшое, совсем скудное, пространство, на котором можно нарисовать-написать-наскябрать послание потомкам. И времени нет, и сил почти не осталось - трёхтомник мелким почерком не напишешь. Подумать только - всего один рисунок, одна сцена из жизни, чтобы передать что-то бесконечно важное!.. И что бы это могло быть?..