Внешняя политика США чем дальше, тем больше напоминает сумасшедший дом. Вашингтон не будет вводить против России новые санкции, поскольку о своем решении их ввести Дональд Трамп узнал из телевизора, – вот простой и наглядный пример. Как в такой ситуации Россия должна вести дела с Соединенными Штатами?

В последнее время практически любая новость международной политики требует примечания в виде известного мема «но это не точно». Все ракеты США долетели до целей в Сирии, но это не точно. Израиль разбомбил авиабазу Шайрат, но это не точно. Делегация ОЗХО прибыла в Восточную Гуту, но это не точно. И так далее.

Когда из зоны боевых действий не поступают однозначные сообщения – это нормально, так было всегда, работает военная пропаганда. Но крайне странной выглядит ситуация, когда противоречивые новости, требующие пометки «это не точно», приходят из Вашингтона – города, в котором иностранные войска в последний раз были в 1814 году. Тогда англичане без особых усилий заняли и сожгли столицу своей бывшей колонии в качестве наказания американцев за нападения на Канаду. Воспитательные методы англосаксов с тех пор не сильно изменились, только применяют их теперь по отношению к другим народам.

В воскресенье, 15 апреля, Никки Хейли, занимающая заметную, но не слишком значимую в государственной иерархии США должность постпреда при ООН, заявила, что новые санкции против России будут введены уже в понедельник. Но ни в понедельник, ни во вторник новые санкции обнародованы не были. В среду источник в российском МИДе сообщил, что российское посольство в Вашингтоне получило уведомление от администрации президента Дональда Трампа, согласно которому новые санкции в отношении России в ближайшее время не планируются.

Однако Хейли продолжила настаивать на том, что она ничего не перепутала – и введение новых санкций все же планировалось.

Свою версию произошедшего (которой опять-таки можно верить, а можно и не верить) подробно описали главные американские газеты Washington Post и New York Times. Согласно им, Трамп в воскресенье смотрел телевизор и именно от Хейли из телевизора узнал о том, что уже решил ввести против России новые санкции. Президент рассердился, и понять его легко, поскольку ничего подобного он не решал. Во вторник официальный представитель Белого дома заявил, что слова Хейли были «минутной путаницей». За этим и последовала сакраментальная фраза постпреда при ООН: «При всем уважении, я ничего не путаю». Как отмечает WP, по факту Хейли назвала Белый дом кучкой лгунов.

NYT, в свою очередь, отмечает, что данный факт вскрывает перекрестные схемы в администрации, когда полномочный представитель США в ООН и официальный представитель Белого дома делают ровно противоположные заявления. Свидетелем этого раздора стал теперь весь мир, и касается он не только России, но и куда более серьезных (по мнению NYT) политических процессов.

Таким образом, уведомление о том, что санкции в ближайшее время не планируются, может оказаться таким же «пшиком», как и обещания Хейли. А может и не оказаться. Внешняя политика мировой сверхдержавы в лучшем случае напоминает стремительно меняющиеся желания беременной женщины, в худшем – поведение человека с диссоциативным расстройством идентичности.

Кстати, диссоциативное расстройство у человека, как правило, возникает при очень серьезных эмоциональных травмах, связанных с непереносимыми переживаниями, вызванными насилием. Учитывая, что США всерьёз считают себя подвергшимися насилию в связи с «беспардонным вмешательством» России в выборы, не верить в которое – дурной тон, симптомы диссоциативного расстройства в их поведении вполне объяснимы.

В данной ситуации партнерам и оппонентам США (и в первую очередь как раз России, на экономике которой эта смена настроений сказывается самым серьезным образом) следует ни на минуту не расслабляться и продолжать политику по дистанцированию от Вашингтона во всех чувствительных сферах.

Решение о временном запрете Роскосмосу и Росатому заключать контракты с западными странами без политического на то решения – абсолютно логично. Пакет санкций, ограничивающих торговлю с США, который разрабатывают сейчас в Госдуме, тоже выглядит своевременно (главное, как подчеркивают многие эксперты, взвешенно подойти к списку запрещенных к ввозу лекарств; отечественная дубовая кора плохо заменяет любое из них, кроме коры американского дуба).

Когда ты играешь с партнером в шахматы, а он без предупреждения начинает играть в «Чапаева» (детская забава, в ходе которой фигуры щелчками сбиваются с доски), остается три варианта поведения: не играть вообще, связать партнера, чтобы он словами называл свой следующий ход, или готовиться ответить на щелчок собственным ударом.

Связать Америку невозможно. Прекратить игру – тоже, слишком многие вопросы в мире решаются в ходе взаимодействия с Вашингтоном. Остается одной рукой переставлять фигуры, а другую держать сложенной для щелчка.

То, что санкций пока (но это не точно) не будет, – это не повод для того, чтобы приостанавливать разработку собственного санкционного закона, прекращать работу по выведению нефтегазовых и других контрактов из доллара и ослаблять политику импортозамещения во всех сферах.

И надо понимать, что уже действующие санкции сохранятся на десятилетия независимо от политики России. «Поправка Джексона – Вэника», принятая в США из-за ограничений на выезд евреев из СССР, продолжала существовать и после открытия советских границ, и после распада СССР. Она была отменена только в 2012 году – за два года до введения новых, более жестких санкций.

Самое главное в данной ситуации – не поддаваться эмоциям, действовать прагматично, помнить о том, что любые санкции являются обоюдоострым оружием. Как показывает практика, на длинной дистанции выигрывают скучные последовательные прагматики, а не те, кто меняет свое поведение по несколько раз за день.