В Севастополе прошла международная выставка кошек

В Севастополе, в детском городке "Лукоморье" сегодня состоялась международная выставка кошек.

Как сообщила "Новому Севастополю" организатор мероприятия Галина Царева, в выставке приняли участие 85 представителей семейства кошачьих, которые были распределены по пяти группам: длинношерстные, короткошерстные, восточные, полудлинношерстные, сфинксы. Коши приехали из Запорожья, Кривого Рога, Донецка, Мариуполя, Севастополя и Москвы. 95% участников представляли севастопольский клуб "Гарфилд".

По итогам конкурса были определены 10 лучших животных.

По словам Галины Царевой, данная выставка является третьей по счету из проведенных в этом году в Севастополе и первой на территории детского городка "Лукоморье", которым руководит Николай Помогалов. В планах организаторов этого традиционного мероприятия - расширить количество участников и географию кошек на последующих выставках, которые обязательно состоятся в Севастополе.

Петр Ершов, "Новый Севастополь"
Фото Василия Батанова, "Новый Севастополь"

http://100travels.com.ua/massandrovskij-dvorec

Эпизод из Инкерманского дела

Воспоминания майора Курпикова

Майор КУРПИКОВ. Эпизод из Инкерманского дела.

22 октября 1854 года, по приказанию начальника дивизии генерал-лейтенанта Соймонова, наша 10 дивизия в 4 часа пополудни снялась с позиции Бельбек и отправилась по большой дороге к Южной бухте Севастополя, куда прибыла вечером, и ожидала переправы в Севастополь; переправа эта началась уже в то время, когда совершенно стемнело, и производилась на пароходах под начальством адмирала Нахимова. Переправясь через бухту к Екатерининской пристани, мы побатальонно вступили в город, и на Никольской площади, по приказанию начальства, были остановлены и построены в колонну к атаке.

Составив ружья на этой площади, мы получили приказание разойтись, но не далеко, и быть готовыми к бою; при самом начале переправы пошел дождь, усиливаясь час от часу, он продолжался целую ночь и во весь другой день. От этого проливня офицеры и нижние чины нашли спасение в Никольской батарее и в доме Благородного собрания, в то время занятого под перевязочный пункт, и тут-то на досуге задавались вопросами и догадками о неприятельских действиях; так, моряки рассказывали, что наших очень мало в Севастополе и неприятель до сих пор над нами имеет большой перевес, да и наших уже, то есть, моряков, уничтожено тысяч до восьми, но теперь как наши войска постепенно прибывают, то наверно можно ожидать какого-нибудь дела, на что наши солдаты, со своей стороны, хвалились морякам, что и они с порохом давно знакомы, а подраться и здесь им не страшно, лишь бы только скорее дело началось.

В таких толках прошли ночь и другой день, но о подробностях распоряжения начальства, как дело будет начато, когда и куда идти, никому из нас не было известно; все это сохранялось в чрезвычайной тайне. Наконец, в 12 часов ночи, на 24 число, мы ротные командиры получили приказание идти к ружьям, осмотреть их (они находились, как сказано выше, ставленными на площади), поверить ряды людей, и, когда все это будет сделано, то выходить поротно на Екатерининскую улицу. По выходе наш Колыванский полк был найдет покойным начальником дивизии генерал-лейтенантом Соймоновым, со взятым проводником, по этой улице; придя к Бухте, мы переправились по устроенному мосту и достигли предместья Севастополя "Пересыпь", потом перешли каменный мост - здесь генерал Соймонов, видимо, будучи в затруднении, куда идти, спросил проводника о занятом неприятелем месте; построив дивизию в колонну к атаке, мы продолжали путь далее и, когда подошли к горе, генерал Соймонов дал нам отдохнуть минут 10-15, и вместе с тем приказал зарядить ружья; сам же, обходя полки дивизии, не упустил расспросить у проводника о местности, ободрял солдат, внушал им быть храбрыми и говорил, что сегодняшний день они будут драться в виду Их Императорских Высочеств Великих Князей, и тут же приказал идти как можно тише и не разговаривать. Как скоро окончился отдых, он велел стать батальонными колоннами нашему полку и Томскому в одну линию, но оставить между батальонами интервалы для артиллерии и ожидать ея прихода; по замещении артиллерией интервалов, генерал Соймонов приказал вывесть штуцерников сих двух полков, которые под командой нашего полка подпоручика Чепурнаго пошли вперед, рассыпались, заняли пространство линии и расположились по бывшим за ними кустарникам; цепь неприятеля заметила это - и перестрелка началась. Как только время подходило к рассвету, но еще предметы трудно было хорошо различить, наши штуцерники усилили огонь и начали наступление, а в подкрепление им вызваны были стрелки всей линии, которые, соединясь со штуцерными, быстро стали теснить цепь неприятельскую, а она же, в свою очередь, была постоянно с минуты на минуту усиливаема. Колонны линии, видя наше преследование, начали двигаться вместе с батарейной артиллерией вперед; - это дело было уже с рассветом. Так как путь от дождей был весьма затруднителен и густые кустарники препятствовали артиллерии в быстром ходе с нами, то она принуждена была остановиться с Екатеринбургским полком, который служил резервом. Колонны продолжали стремительное наступление, и хотя ряды во взводах слабели, будучи поражаемы на каждом шагу неприятельскими штуцерниками, за всем тем они достигали возведенных неприятелем укреплений и батарей, и наконец достигли их совсем, и несмотря на встретивший их батальный огонь неприятельских колонн, подходивших одне за другими с разных мест, наши все еще, сколько могли, держались, имея надежду на подкрепление; но никаких войск кроме наших 3-х полков дивизии не прибывало. Порадение нашей цепи во время наступления цепью неприятельской и, наконец, встреча с неприятельскими колоннами ошеломила нас окончательно; - не имея долее никакой возможности держаться, мы отступили.

Находясь впереди во все время нашего движения и командуя ротой первого батальона, я при отступлении только узнал, что все из моих начальников и старших товарищей моих были убиты или ранены, почему я и принял начальство над батальоном, который состоял не более как из 160 человек со знаменем и трех офицеров. Остановясь на той позиции, где началось дело, видя перед собой постоянное увеличение сил неприятельских, я ожидал встречи с кем-либо, чтобы получить приказание куда мне следовать, и в эту-то минуту подъехал ко мне Его Императорское Высочество Великий Князь Николай Николаевич, который, расспросив о всем случившемся с этим батальоном, приказал оставаться здесь и ждать приказаний, а сам поспешил испросить его у главнокомандующего князя Меншикова. После отъезда Его Высочества приехал ко мне генерал-лейтенант Павлов (командовавший 11-й пехотной дивизией) и также расспрашивал подробно о действиях батальона, но так как в это время неприятель начал обходить нас, то генерал Павлов, оставив меня, лично повел на неприятеля пришедший сюда Селенгинский пехотный полк и 4-1 батальон, который в виду нашем получил сильное поражение. После этого Главнокомандующий через посланного адъютанта приказал мне идти с батальоном и присоединиться к Екатеринбургскому полку, куда я прибыв, все время при нем и находился.

По прибытии моем к Екатеринбургскому полку, знамя 2-го батальона нашего полка и вместе с ним до 50 человек поступили под мое начальство; нижние чины тех двух батальонов, доставив раненых на перевязочные пункты, оставаясь у меня, увеличили количество до 200 чел.

Находясь при Екатеринбургском полку, я узнал, что и этот полк, столь могучий людьми, при начале самого дела также потерял полкового командира, батальонных и до двух третей нижних чинов; вследствие сих потерь я был оставлен резервом действующих войск и мы только прикрывали артиллерию, разбитую в этом деле. Екатеринбургский полк и состоявшие под моею командою два батальона ни в каком действии более не были. В 2 часа пополудни, по приказанию главнокомандующего, началось отступление по той же дороге, по которой шли в дело. По возвращении моем в Севастополь, остановясь на той же площади, в 4 часа пополудни того же дня, через полкового адъютанта я получил приказание с упомянутыми двумя батальонами отправиться на третий бастион и состоять под командою контр-адмирала Панфилова, куда и прибыл в 6-7 часов вечера.

Как очевидец этого дела, я сохраню на всю жизнь мою впечатление, вынесенное мною в те страшные минуты. Из оставшихся после такого погрома между нами немало нашлось лиц, чьи шинели стали истинным подобием решета. Кто не вспомнит о геройском поступке знаменного унтер-офицера 1-го батальона Зинченко, который спас свое знамя и вместе с тем жизнь командующему батальоном Петру Картамышеву, в минуту налетевшего на него врага. Кому не воскресит память поступок юнкера Ескова 5-й роты, решившегося принести в Севастополь тело убитого своего ротного командира штабс-капитана Клейменова, но вместе с телом погибшего от смертельной пули, и потрясающий подвиг стрелка батальона, рядового Поленова, который, истощив в борьбе с неприятелем последние силы, чтобы не отдаться в плен, бросился с крутой скалы и разбился, - и много других примеров, которые свидетельствуют о храбрости всех чинов в этом несчастном деле.

Цитируется по: Рукописи о Севастопольской обороне, собранныя Государем Наследником Цесаревичем. - В 3-х тт. - С-Пб.: Типография и литография А.Траншеля, 1872. - Т. 1. - С. 111 - 121)

http://www.runivers.r

1856 – 1907 гг.

Военные действия в период Крымской войны и обороны 1854-1855 гг. нанесли Севастополю огромный ущерб. Вместо цветущего морского города остались одни развалины. В 1856 г. в Севастополе имелось только 14 малоповрежденных зданий. Восстановление и строительство города несколько оживилось только в начале 70-х годов XIX в. после отмены статей Парижского мирного договора, запрещавших России иметь флот на Черном море, и решения о сооружении железной дороги до Севастополя. Однако судя по описаниям современников, до конца 70-х годов XIX в. город лежал в развалинах.

В 1890 г. Севастополь официально объявили главной базой Черноморского флота и крепостью. В Севастополь из Николаева перебазировали штаб и другие органы управления Черноморского флота. С возрождением флота возникла необходимость иметь и соответствующую береговую базу. В Севастополе велось строительство зданий военного порта, причалов, казарм, складов для хранения флотского имущества, боеприпасов, топлива.

Крымская война подвела черту под многовековой историей развития парусного флота. Она убедительно показала, что у парусных кораблей больше нет будущего, – нужна срочная их замена паровыми броненосными. Однако эту задачу нельзя было решить в короткие сроки. Масштабы и темпы строительства броненосного флота России увеличивались по мере улучшения экономического положения страны.

Первый этап промышленного переворота охватывал 60–70-е годы XIX в. В это время строились небольшие броненосные корабли береговой обороны и создавались крейсерские силы, предназначенные для ведения боевых действий на океанских коммуникациях. На втором этапе, начавшемся в 80-е годы, был создан и получил развитие мореходный броненосный флот вначале на Балтийском, а затем и на других морских театрах.

После Крымской войны в России практически не было флота. В конце 1856 г. на Балтийском море имелись: 1 винтовой линейный корабль, 1 винтовой фрегат, 10 колесных пароходов, 18 небольших пароходов и 40 винтовых канонерских лодок; на Черном море — 12 колесных пароходов; на Белом море — 2 небольших колесных парохода; на Каспии — 8 таких же пароходов; на Дальнем Востоке — винтовая шхуна и 3 колесных парохода.

В 1857 г. правительство утвердило первую после Крымской войны судостроительную программу сроком на двадцать лет. Планировалась постройка: для Балтийского моря — 153 винтовых кораблей (18 линейных, 12 фрегатов, 14 корветов, 100 канонерских лодок и 9 колесных пароходов); для Черного моря (с учетом ограничений, обусловленных Парижским договором) — 15 винтовых кораблей (шести корветов и девяти транспортов) и 4 колесных пароходов; для Тихого океана — 20 винтовых кораблей (шести корветов, шести клиперов, пяти пароходов, двух транспортов и одной шхуны).

На юге наиболее крупным судостроительным заводом был Адмиралтейский в Николаеве, на котором (после отмены в 1871 г. ограничительных статей Парижского договора 1856 г.) в 80–90-х годах развернулось строительство броненосных кораблей для Черноморского флота. Небольшие военные суда строились в Севастополе и Одессе.

Определяющим фактором в развитии броненосного флота являлось соревнование между артиллерией и броней. Эта борьба, начавшаяся в 60-е годы и продолжавшаяся по существу до появления ракетно-ядерного оружия, в конечном счете определила развитие основных классов и типов артиллерийских кораблей броненосного флота. Большое влияние на строительство броненосного флота оказывало также развитие минного оружия.

После заключения Парижского договора в течение 15 лет Россия создала на Балтийском море броненосный флот — третий по силе в Европе. На первом этапе возрождения Черноморского флота после отмены ограничений в 1871 г. руководители Морского министерства, ссылаясь на отсутствие необходимых средств, отказались от строительства мореходных броненосцев, способных вести активные наступательные действия. С одобрения правительства было принято решение строить броненосцы береговой обороны для прикрытия совместно с береговой артиллерией и минными заграждениями побережья в случае нападения неприятельского флота.

В первую очередь намечалось построить корабли для обороны Днепровско-Бугского лимана и Керченского пролива, наиболее уязвимых со стороны моря. В докладе Морского технического комитета говорилось: «Морское министерство, принимая меры к возобновлению военного флота на Черном море, имело в виду ограничиться, на первое время, постройкой мелкосидящих броненосных судов, годных по своему боевому значению для прибрежной обороны и, в особенности, для защиты входов в Керченский пролив и Днепровско-Бугский лиман».

Политика Морского министерства, направленная на строительство оборонительного флота для Черного моря, закончилась полным провалом. Затратив крупные средства на не оправдавший себя эксперимент, а главное — упустив драгоценное время (7–8 лет), руководители Морского министерства оставили страну без флота на Черном море перед лицом надвигавшейся войны с Турцией. За допущенные серьезные ошибки в строительстве флота руководитель Морского министерства великий князь Константин Николаевич под давлением общественности был отстранен от управления военно-морским флотом и Морским ведомством.

Развитие парового броненосного флота в России в 60–70-е годы XIX в. характеризовалось не только постройкой броненосных кораблей береговой обороны и первого в мире мореходного броненосца «Петр Великий», но и созданием крейсерских сил. В России был впервые создан новый тип корабля - броненосный крейсер, который позже взяли на вооружение и другие морские державы.

Русско-турецкая война 1877–1878 гг. явилась результатом нового обострения военно-политической обстановки на Балканах. Начавшееся здесь летом 1875 г. национально-освободительное движение славян против Османской империи европейские страны решили использовать в своих интересах. Россия, стремясь восстановить свое политическое и экономическое влияние на Балканах, утраченное после Крымской войны, выступила на стороне славянских народов. 12 апреля 1877 г. Россия объявила Турции войну.

К началу войны турецкий флот (15 броненосных кораблей различных классов и 15 небронированных судов) значительно превосходил русский: два броненосных корабля и пять небронированных судов. Кроме того, Турция имела военную флотилию на Дунае, состоящую из девяти броненосных кораблей, преимущественно мониторов и корветов, и 37 небронированных судов.

Повторялась та же история, что и в Крымскую войну, когда Россия оказалась неподготовленной к ведению боевых действий на морских театрах. В связи с отсутствием на Черном море и Дунае необходимых морских сил русское командование стремилось решить исход войны на сухопутном фронте. Эта же причина повлияла и на выбор района наступления русских войск на Балканском театре. Если в прошлых войнах при наличии сильного флота русское командование предпочитало вести наступление сухопутных войск вдоль побережья, что стало традиционным для русской армии в войнах с Турцией, то в войне 1877–1878 гг. наступление планировалось вести вдали от Черноморского побережья.

На Балканском театре перед русским флотом была поставлена задача: обеспечить переправу через Дунай главных сил армии между турецкими крепостями Никополь и Рущук (Русе), в районе города Зимница (Зимнича), а вспомогательных (армейский корпус) — в нижнем течении Дуная, в районе Галац — Браилов.

Из переброшенных на Дунай паровых катеров и гребных шлюпок сформировали два отряда. Один из них был укомплектован моряками Балтийского флота и должен был обеспечить переправу главных сил армии в районе города Зимница, другой — черноморцами, которые обеспечивали переправу в районе Браилова. Оба отряда подчинялись начальнику инженеров армии генерал-майору Н. Ф. Деппу, который руководил наведением переправ через Дунай и форсированием реки. В районе Парканы — Бендеры (на Днестре) была создана специальная минная база. Здесь русские моряки под руководством известного минера того времени, полковника Борескова, готовились к использованию минного оружия на речном театре.

В апреле-июне 1877 г. русские моряки начали устанавливать минные заграждения у Браилова, а затем у города Зимница. Их прикрывали береговые артиллерийские батареи и минные катера, вооруженные шестовыми и буксируемыми минами. Корабли противника неоднократно пытались остановить работы, но береговые батареи и минные катера решительно пресекали их действия. Так, 29 апреля 1877 г. при попытке противника атаковать катера в районе Браилова береговая батарея потопила турецкий броненосец «Лютфи-Джелиль».

Русские моряки впервые в истории активно использовали минное оружие против турецких баз и кораблей на Дунае. Так, отряд кораблей Черноморского флота под командованием капитан-лейтенанта Дикова установил минное заграждение у Сулина.

В начале мая 1877 г. противник сосредоточил в Мачинском рукаве у Браилова группу кораблей, которые мешали установке мин и переправе войск в данном районе. Для атаки кораблей неприятеля было выделено четыре катера под командованием лейтенанта Дубасова. В ночь на 14 мая они вышли из Браилова и направились в Мачинский рукав, где в то время стояли на якоре три турецких корабля. Сблизившись с противником на дистанцию в 120 м, катера построились в две кильватерные колонны, атаковали турецкий однобашенный монитор «Сейфи» и потопили его.

Успех форсирования русской армией Дуная на среднем участке реки при большом количестве броненосных кораблей и вооруженных пароходов был обеспечен умелыми и решительными действиями моряков.

В результате активных действий минных катеров и береговой артиллерии, а также искусного использования минного оружия противник понес существенные потери. Были потоплены два броненосных корабля, канонерская лодка, несколько вооруженных пароходов и повреждены две канонерские лодки. И главное — русским морякам удалось парализовать действия турецкой военной флотилии на Дунае и таким образом обеспечить наступление русской армии на Балканском театре.

Главная задача Черноморского флота заключалась в том, чтобы вместе с сухопутными войсками обеспечить оборону портов и побережья от артиллерийских обстрелов и десантов противника. Для этого были выделены два армейских корпуса (7-й и 10-й) и отряд кораблей Черноморского флота под командованием вице-адмирала Н. А. Аркаса, состоящий из двух «поповок» и нескольких устаревших пароходофрегатов.

Учитывая наличие у противника довольно сильного броненосного флота и возможность десанта, русское командование особое внимание обратило на создание противодесантной обороны.

Корабельные силы обороны портов состояли из 2 броненосцев — «поповок» (приданных Одессе), четырнадцати небольших пароходов, вооруженных шестовыми и буксируемыми минами, и 9 минных катеров. Пароходы и катера предназначались для дозорной службы и охраны минных заграждений. По задачам и организации они представляли собой соединение кораблей охраны водного района — прообраз соединения современных военно-морских баз.

Оборона портов с суши возлагалась на сухопутные войска — 7-й и 10-й армейские корпуса. Были разработаны специальные инструкции, в которых предусматривалось взаимодействие сухопутных и морских сил при обороне портов.

С началом войны турки, воспользовавшись подавляющим превосходством своего флота и почти полным отсутствием обороны Черноморского побережья Кавказа, обстреляли Поти, Очамчиры, Гудауту и Сухуми, а в конце апреля — первой половине мая 1877 г. высадили в этом районе морские десанты и овладели им. Это был единственный успех, которого добился турецкий броненосный флот на Черном море в войне 1877–1878 гг.

Созданная русскими моряками противодесантная оборона и система защиты баз и портов на побережье между устьем Дуная и Керчью была настолько эффективной, что турецкий флот даже не попытался их атаковать. Блокада баз и портов, объявленная турками по совету англичан 23 апреля 1877 г., оказалась малоэффективной и была фактически сорвана с переходом сил Черноморского флота к активным действиям на коммуникациях противника.

Активные наступательные действия, хотя и ограниченными силами и средствами — с использованием лишь минного оружия и вооруженных пароходов, — начались в первый же месяц войны.

Боевые действия вооруженных пароходов «Великий князь Константин», «Владимир», «Веста», «Россия», «Ливадия» и других на коммуникациях противника велись в течение всей войны. Несмотря на значительное превосходство противника в силах, пароходы смело выходили к прибрежным коммуникациям противника и наносили по ним внезапные удары. Летом 1877 г. на морских сообщениях у Анатолийского и Румелийского побережий они уничтожили несколько турецких судов.

Пароход «Ливадия», крейсируя вдоль Румелийского побережья, 12 августа обнаружил в районе Варны двухмачтовое ]судно и уничтожил его. Турецкие броненосцы пытались перехватить «Ливадию», но она оторвалась от преследователей и благополучно вернулась в Севастополь. Еще больший успех выпал на долю «России», которая 13 декабря 1877 г. у Анатолийского побережья захватила в плен турецкий пароход «Мерсина» с 800 турецкими солдатами и офицерами.

Героический подвиг в бою с противником совершил экипаж «Весты», которым командовал капитан-лейтенант Н. М. Баранов. В июле 1877 г. во время очередного крейсерства у Румелийского побережья с «Весты» обнаружили в 35 милях от порта Кюстенджи (Констанца) турецкий броненосец «Фатхи-Буленд». Капитан-лейтенант Н. М. Баранов, искусно управляя пароходом, удерживал противника на выгодных дистанциях и курсовых углах. От попадания снарядов на броненосце произошел взрыв, после чего он прекратил бой и отошел к берегу.

Из вооруженных пароходов, действовавших на коммуникациях противника, наибольшего успеха достиг «Великий князь Константин» под командованием лейтенанта С. О. Макарова. Недостаточно высокая эффективность применения шестовых мин и мин-крылаток побудила Макарова вооружить катера торпедами. Минные катера провели две атаки торпедами. Одна из них 14 января 1878 г. закончилась потоплением на Батумском рейде турецкого вооруженного парохода «Интибах».

Русско-турецкая война закончилась победой России. По Сан-Стефанскому договору Болгария, Босния и Герцеговина получили автономию, Сербия, Черногория и Румыния — независимость, а России возвращалась часть территории, отторгнутой Турцией во время Крымской войны. Но в дальнейшем под давлением Англии и Австрии, боявшихся усиления влияния России на Балканах, на Берлинском конгрессе в июне-июле 1878 г. условия Сан-Стефанского мирного договора были пересмотрены с ущербом для России и славянских народов на Балканах.

Существенную помощь армии оказал военно-морской флот. Моряки обеспечили переправу главных сил армии через Дунай, вместе с сухопутными войсками организовали надежную противодесантную оборону побережья и портов на Черном море. Активными действиями на коммуникациях они нанесли противнику ощутимые потери, а к концу войны почти полностью парализовали деятельность турецкого броненосного флота на Черном море.

Несмотря на то, что военно-морской флот в войне с Турцией играл второстепенную роль, а масштабы его боевых действий были сравнительно небольшие, опыт вооруженной борьбы на море оказал существенное влияние на развитие сил и боевых средств флота и некоторых областей военно-морского искусства во второй половине XIX в.

Отсутствие броненосных кораблей на Черноморском театре особенно остро сказалось в период мирных переговоров с Турцией, когда англичане, пытаясь надавить на русское правительство, направили в Мраморное море свой флот. С угрозой его вторжения в Черное море пришлось считаться.

Опыт русско-турецкой войны 1877–1878 гг. со всей очевидностью доказал необходимость иметь (в том числе и на Черном море) достаточно сильный броненосный флот. К его строительству Россия приступила в начале 80-х годов XIX в.

Развитие военно-морского флота России в последней четверти XIX в. проходило в сложной внутренней и международной обстановке. Стремление крупнейших европейских государств разрешать назревавшие между ними противоречия из-за колоний и сфер влияния вооруженным путем породило гонку вооружений, особенно военно-морских, которым в борьбе за колонии отводилась главенствующая роль. О стремительном росте военно-морской мощи ведущих государств свидетельствуют такие данные. За последнюю четверть XIX в. суммарное водоизмещение броненосного флота Франции увеличилось примерно втрое, Англии — вчетверо, России — впятеро, Германии — в восемь раз, Японии — в 15 раз. На строительство военных флотов и их содержание тратились огромные средства.

В 80-х годах XIX в. начался новый этап строительства русского военно-морского флота. Создавался мореходный броненосный флот, сравнительно быстро развивалось артиллерийское и минно-торпедное оружие, появились минно-тральные силы и средства, радио, установилась классификация кораблей броненосного флота и его организация и, наконец, изменилась тактика военно-морского флота.

К началу XX в. в «Правилах артиллерийской службы» для русского флота были разработаны принципы эффективности стрельбы корабельной артиллерией.

Усиление артиллерии вызвало необходимость улучшения качества брони. В 90-е годы стала применяться броня, изготовленная из хромоникелевой стали, специально обработанной, цементированной и закаленной. Сопротивляемость новой брони оказалась на 16% выше, чем у брони из цементированных плит никелевой стали.

Большое внимание уделялось развитию торпедного оружия. Определенные успехи были достигнуты и в развитии минного оружия. Параллельно с совершенствованием мин шел поиск средств борьбы с ними. Исключительно важное значение для военно-морского флота имело изобретение в 1895 г. А. С. Поповым радио.

Россия в развитии броненосного флота отставала от других морских держав. Ее броненосные корабли, построенные в 60–70-е годы для Балтийского флота, заметно устарели, а на Черном море вообще не было современного броненосного флота. Морское министерство в отчете за 1879 г. писало: «С грустным чувством должно сознаться, что «Петр Великий» есть наш единственный сильный боевой корабль. Все прочие суда наши не способны к борьбе с первоклассными броненосцами, которыми располагают другие морские державы, да и самое значение их как передвижной силы, обороняющей наши берега, весьма сомнительно».

В связи с тем, что морской бой рассматривался как наиболее эффективный и единственный способ решения всех задач в вооруженной борьбе на море, а артиллерия — в качестве основного оружия флота, то вполне естественно, что во всех странах предпочтение отдавалось строительству крупных броненосных кораблей, имевших сильное артиллерийское вооружение и мощное бронирование. Эти корабли, созданные на базе двух основных типов броненосцев предшествующего периода: башенного и казематного, — получили, согласно одной из первых классификаций, название эскадренных броненосцев. Как и парусные линейные корабли, они составляли боевое ядро флота и предназначались для ведения эскадренного морского боя.

Наряду с эскадренными броненосцами строились броненосные и бронепалубные крейсеры для действия на морских коммуникациях и ведения морского боя в составе эскадры.

Развитие минно-торпедного оружия привело к появлению в последней четверти XIX в. новых классов кораблей — минных заградителей и миноносцев, предназначенных для постановки минных заграждений и использования торпедного оружия.

Началом создания мореходного броненосного флота в России считается 1881 г., когда при Морском министерстве под председательством великого князя Алексея Александровича состоялось специальное совещание с участием военного министра и министра иностранных дел по вопросу дальнейшего развития военно-морского флота. На совещании были определены мероприятия по наращиванию морской мощи на театрах и задачи флотов.

В отличие от 60–70-х годов, когда в России строился оборонительный флот, в начале 80-х годов было решено строить мощный мореходный флот, способный вести активные наступательные действия у берегов противника не только на Балтийском и Черноморском театрах, но и далеко за их пределами. Броненосный флот по своей силе должен был превосходить на Балтике германский, а на Черном море — турецкий флоты.

Морское министерство разработало кораблестроительную программу, рассчитанную на 20 лет (1881–1900). В докладе, представленном царю вместе с судостроительной программой, говорилось: «Россия не может играть на море такой же роли, как в последнюю русско-турецкую войну. Она должна быть готова встретить неприятеля за пределами своих вод, у его берегов, будь это в Балтике или в Черном море».

Реализация новой судостроительной программы на Черном море началась в 1883 г., когда на верфях Николаева и Севастополя были заложены три броненосца и четыре миноносца для Черноморского флота. Но не успели вступить в строй первые корабли, как судостроительная программа подверглась существенному изменению.

В связи с тем, что Германия опережала Россию по наращиванию морской мощи, Морское министерство в 1885 г. поставило вопрос об ускорении строительства броненосного флота. Однако положительное его решение не было возможным из-за финансовых трудностей и ограниченности мощностей судостроительных заводов. Поэтому начальник Главного морского штаба адмирал Н. М. Чихачев предложил ускорить строительство минного флота (миноносцев, эскадренных миноносцев и минных крейсеров) за счет некоторого сокращения численности запланированных к постройке броненосцев.

Весной 1885 г. на межведомственном совещании было принято решение изменить программу 1881 г.: число броненосцев уменьшить на восемь единиц (шесть — за счет Балтийского флота и два — за счет Черноморского); число миноносцев сократить до 65; одновременно улучшить качество миноносцев и ускорить время их постройки. Таким образом, судостроительная программа 1881 г. подверглась существенному сокращению.

В 1890 г. в связи с дальнейшим усилением германского флота судостроительная программа вновь была пересмотрена с целью ускорить постройку кораблей для Балтийского флота в ближайшие пять лет (1890–1895), одновременно решено было восстановить первоначальный состав эскадренных броненосцев, предусмотренный программой 1881 г. для Черноморского флота. Однако и эта программа ускоренного судостроения из-за недостатка средств также не была выполнена. К 1896 г. по судостроительной программе 1881 г. было построено 15 эскадренных броненосцев, 3 броненосца береговой обороны, 10 крейсеров 1 и 2 рангов, 14 канонерских лодок и 72 миноносца.

Три однотипных броненосца («Императрица Екатерина II», «Чесма» и «Синоп»), предназначенных для Черноморского флота, были заложены в Николаеве и Севастополе в 1883 г. Постройка этих кораблей положила начало мореходному броненосному флоту в России и возрождению морской силы на Черном море.

Существенным недостатком программы развития крейсерских сил являлось то, что мало внимания уделялось постройке крейсеров для Черного моря, где они, как показал опыт русско-турецкой войны 1877–1878 гг., могли играть значительную роль в боевых действиях на коммуникациях противника.

Стремление к созданию мореходных кораблей преимущественно с торпедным вооружением привело к появлению в России в конце 80-х и начале 90-х годов минных крейсеров. В последней четверти XIX в. было построено семь минных крейсеров, из них четыре — для Балтийского и три — для Черноморского флотов.

К концу XIX в. длительные поиски наиболее целесообразных типов боевых кораблей завершились, наконец, установлением твердой классификации кораблей парового флота. В России классификация была введена приказом по Морскому ведомству от 1 февраля 1892 г. Она устанавливала следующие классы кораблей: броненосцы эскадренные и береговой обороны, крейсеры 1 ранга (броненосные и бронепалубные) и 2 ранга, минные крейсеры, канонерские лодки мореходные и береговой обороны, пароходы, яхты, транспорты, миноносцы, миноноски, учебные суда, портовые суда.

В начале XX в. было введено еще несколько классов: минный транспорт, эскадренный миноносец, госпитальное судно, посыльное судно, подводная лодка. Такая классификация кораблей в России просуществовала до 1907 г.

http://www.runivers.ru/doc

                                           1853 – 1856 гг.

Крымская война. Парижский мир.

Восточная, или Крымская, война России с коалицией Великобритании, Франции, Турции и Сардинии, стала трагической страницей истории Черноморского флота.

К середине XIX в. Великобритания и Франция вытеснили Россию с ближневосточных рынков и подчинили своему влиянию Турцию. Император Николай I безуспешно пытался договориться с Великобританией о разделе сфер влияния на Ближнем Востоке, а затем решил восстановить утраченные позиции прямым нажимом на Турцию.

Предлогом к войне явился спор между православным и католическим духовенством в 1852 г. из-за обладания «святыми местами» в Палестине. В феврале 1853 г. Николай I направил в Константинополь чрезвычайного посла А. С. Меншикова, который ультимативно потребовал, чтобы православные подданные турецкого султана были поставлены под особое покровительство русского царя. В мае 1853 г. турецкое правительство отвергло русский ультиматум, и Россия разорвала дипломатические отношения с Турцией.

С согласия Турции в Дарданеллы вошла англо-французская эскадра. 21 июня (3 июля) русские войска вступили в княжества Молдавию и Валахию, находившиеся под номинальным суверенитетом турецкого султана. Поддерживаемый Великобританией и Францией, султан 27 сентября (9 октября) потребовал очищения княжеств, а 4(16) октября 1853 г. объявил России войну.

Черноморский флот блокировал турецкие корабли в портах. 18(30) ноября эскадра под командованием вице-адмирала П. С. Нахимова в Синопском сражении 1853 г. уничтожила турецкий Черноморский флот. Поражения Турции ускорили вступление в войну Великобритании и Франции.

23 декабря 1853 г. (4 января 1854 г.) англо-французский флот вошёл в Чёрное море. 9(21) февраля Россия объявила войну Великобритании и Франции. В июне — июле англо-французские войска высадились в Варне, а превосходящие силы англо-франко-турецкого флота (34 линейных корабля и 55 фрегатов, в том числе большинство паровых) блокировали русский флот (14 линейных парусных кораблей, 6 фрегатов и 6 пароходо-фрегатов) в Севастополе. 2(14) сентября 1854 г. союзный флот начал высадку под Евпаторией 62-тыс. англо-франко-турецкой армии.

Русские войска в Крыму под командованием Меншикова (33,6 тыс.) потерпели поражение на р. Альма и отошли к Севастополю, а затем к Бахчисараю, бросив Севастополь на произвол судьбы. Одновременно командовавшие союзной армией маршал А. Сент-Арно и генерал Ф. Дж. Раглан, не решившись атаковать Северную сторону Севастополя, предприняли обходный маневр и, разминувшись на марше с войсками Меншикова, подошли к Севастополю с Юга. 18 тыс. моряков и солдат во главе с вице-адмиралом В. А. Корниловым и П. С. Нахимовым заняли оборону, развернув при помощи населения строительство укреплений. Для защиты подступов с моря у входа в Севастопольскую бухту было затоплено несколько старых кораблей, команды и орудия с которых были направлены на укрепления. Началась 349-дневная героическая Севастопольская оборона 1854—1855 гг.

Первая бомбардировка Севастополя 5(17) октября не достигла цели. Меншиков, получив подкрепления, пытался в октябре атаковать противника с тыла, но в Балаклавском бою 1854 г. успех не был развит, а в Инкерманском сражении 1854 г. русские войска потерпели поражение.

В 1854 г. в Вене при посредничестве Австрии велись дипломатические переговоры между воюющими сторонами. Великобритания и Франция в качестве условий мира потребовали запрета для России держать военный флот на Чёрном море, отказа России от протектората над Молдавией и Валахией и от притязаний на покровительство православным подданным султана, а также «свободы плавания» по Дунаю (т. е. лишения России доступа к его устьям). 2(14) декабря Австрия объявила о союзе с Великобританией и Францией. 28 декабря (9 января 1855 г.) открылась конференция послов Великобритании, Франции, Австрии и России, но переговоры не дали результатов и в апреле 1855 г. были прерваны.

5(17) февраля 19-тыс. отряд генерала С. А. Хрулёва пытался овладеть Евпаторией, но штурм был отбит. Меншиков был заменен генералом М. Д. Горчаковым.

28 марта (9 апреля) началась 2-я бомбардировка Севастополя, выявившая подавляющее превосходство союзников в количестве боеприпасов. Но героическое сопротивление защитников Севастополя вынудило союзников вновь отложить штурм. 12(24) мая 16-тыс. французский корпус высадился в Керчи. Корабли союзников опустошили Азовское побережье, но их десанты под Арабатом, Геническом и Таганрогом были отражены. В мае союзники произвели 3-ю бомбардировку Севастополя и вытеснили русские войска из передовых укреплений. 6(18) июня после 4-й бомбардировки был предпринят штурм бастионов Корабельной стороны, но он был отбит. 4(16) августа русские войска атаковали позиции союзников на р. Чёрной, но были отброшены. Союзники произвели 5-ю бомбардировку, а 27 августа (8 сентября) после 6-й бомбардировки начали общий штурм Севастополя. После падения Малахова кургана русские войска вечером 27 августа оставили город и переправились на Северную сторону. Оставшиеся корабли были затоплены.

В конце 1855 г. военные действия фактически прекратились и в Вене возобновились переговоры. 18(30) марта был подписан Парижский мирный договор 1856 г. Россия соглашалась на нейтрализацию Чёрного моря без военного флота и базы, уступала Турции южную часть Бессарабии, обязалась не возводить укреплений на Аландских островах и признавала протекторат великих держав над Молдавией, Валахией и Сербией.

http://www.runivers.ru

1806 – 1853 гг.

Русско-турецкая война 1806 – 1812 гг., Бухарестский мир. Черноморский флот в период между русско-турецкими войнами. Наваринское сражение. Русско-турецкая война, Адрианопольский мир. Севастополь и Черноморский флот до Крымской войны. Участие русского флота в гражданской войне в Греции 1831–1832 гг. Действия Черноморского флота у Кавказского побережья 1830–1853 гг. Экспедиция Черноморского флота в Босфор 1833 г.

Турция начала войну в декабре 1806 г. Перед войной, в 1805 г., из Севастополя через Босфор и Дарданеллы к Ионическим островам для подкрепления находившихся там русских войск вышла эскадра капитан-командора Алексея Самуиловича Грейга (1775–1845) – из двух линкоров, двух фрегатов и транспорта. На эскадре находилось 6800 человек. В сентябре 1805 г. туда же из Кронштадта вышла эскадра вице-адмирала Дмитрия Николаевича Сенявина (1763–1831), а в сентябре 1806 г. Англия, Россия, Швеция, Пруссия и Саксония образовали четвертую антифранцузскую коалицию. Эскадра Сенявина подошла к Эгейскому морю в феврале 1807 г. и в двух сражениях разбила турецкий флот.

Черноморская гребная флотилия активно действовала на Днестре. В октябре 1806 г. на Днестр перешли 44 канонерские лодки, 3 малых парусных судна и транспорт под командованием контр-адмирала С.А. Пустошкина. Флотилия содействовала сухопутным войскам при взятии крепости Аккерман 30 ноября 1806 г. В январе 1807 г. черноморцы ограничились набегом на Трапезунд и осмотром побережья между Варной и Босфором. Только в конце апреля 1807 г. адмирал Пустошкин вывел в море эскадру из 4 линкоров, 4 фрегатов, 2 бригов, брандера и 5 канонерок. Русские корабли двое суток бомбардировали крепость Анапу, а затем 28 апреля взяли ее десантом, захватив 98 пушек и 2 турецких судна.

В марте – мае 1807 г. несколько отрядов гребной флотилии вошли в Дунай, где с 20 августа по 14 сентября вместе с сухопутными войсками атаковали турецкие крепости Тульчи, Исакчи, Измаил и Силистрия. 25 июня 1807 г. был заключен Тильзитский мир с Францией: Россия признала завоевания Наполеона, оставила Ионические острова и присоединилась к континентальной блокаде Англии. 12 августа было заключено перемирие с Турцией.

В конце 1808 г. вместо положенных по штатам 1803 г. 21 линкора Черноморский флот имел в строю только 6, кроме того, один 110-пушечный и два 74-пушечных корабля находились в постройке в Херсоне.

В марте 1809 г. война с Турцией возобновилась, и осенью 1809 г. Дунайская гребная флотилия оказала большую помощь сухопутной армии, особенно при осаде Силистрии 12 сентября – 15 октября и штурме крепостей Измаил (20 августа – 14 сентября) и Браилов (12 сентября – 15 октября).

В 1809 г. Севастополь был объявлен крепостью. Черноморская эскадра летом 1809 г. послала к Анапе отряд капитан-лейтенанта Перхурова (линкор, 2 фрегата, бомбардирское судно, военный транспорт и малое судно). Отряд высадил десант в 1150 человек, и 15 июня турки сдались без боя. 11 июля другой отряд (линкор, 2 фрегата и 3 вспомогательных судна) после двухдневного обстрела захватил на Кавказе турецкую крепость Сухум-кале. 26 июня 1811 г. суда Дунайской флотилии отличились при успешном штурме Рущука. 16 мая 1812 г. война с Турцией закончилась Бухарестским миром, по которому Россия получила Бессарабию, крепости Аккерман, Килия, Измаил и право свободного плавания по Дунаю, но вернула Турции крепости Анапа, Суджук-кале и Поти.

К началу Отечественной войны 1812 г. в Черноморском флоте насчитывалось 12 линкоров и 6 фрегатов. В войне с Наполеоном участвовал 75-й черноморский экипаж, состоявший из 4 рот (300 человек). В 1813 г. в Херсоне спустили на воду 74-пушечный линкор «Бриен» и два 32-пушечных фрегата, построенных по подряду; в Николаеве спустили линкор «Кульм», в Севастополе – бриг «Мингрелия». Заложили один корабль, линкор «Красное», в Николаеве. С учетом новых недостроенных линкоров Черноморский флот имел теперь три 110-пушечных и девять 74-пушечных линкоров.

В 1825 г. Черноморский флот состоял из 15 линкоров, 12 фрегатов, 31 меньшего судна, 50 канлодок и 3 пароходов. В августе 1827 г. – из двух 110-пушечных, одного 80- и пяти 74-пушечных линкоров (еще два 84-пушечных находились в постройке), четырех 44-пушечных и одного 32-пушечного фрегатов (один 36-пушечный находился в постройке). Гребной флот включал 4 корвета, 5 бригов, шхуну и 4 катера. Кроме того, 30 октября 1827 г. в связи с резким ухудшением русско-турецких отношении Николай I одобрил предложение Грейга о постройке 20 судов для новой Дунайской флотилии.

В начале 1820-х гг. греки подняли восстание против османских властей, и Россия решила воспользоваться ситуацией для укрепления собственного авторитета и изменения в свою пользу режима проливов, контролировавшихся Турцией. В декабре 1826 г. греки обратились к России с просьбой о помощи. 24 июня 1827 г. Россия и Англия заключили конвенцию о стремлении добиться для Греции автономии, а в случае отказа Турции – о намерении применить военную силу. Предоставить автономию Турция отказалась. Англо-франко-русская эскадра блокировала турецкий флот в Наваринской бухте. Турки убили двух английских парламентеров, и тогда союзники начали бой и одержали победу. В бою отличился русский линкор «Азов» – он впервые во флоте России получил Георгиевский флаг и вымпел.

Памятник А. И. Казарскому в Севастополе

После Наваринского разгрома 1827 г. Турция закрыла для русских судов проливы и запретила у себя русскую торговлю, а 14 апреля 1828 г. объявила России войну. Главные силы русских действовали на Балканах, отдельный Кавказский корпус наступал на Эрзерум. Черноморский флот и Дунайская флотилия оказывали содействие армии. Флотилия в апреле 1828 г. обеспечила форсирование Дуная главными силами русских у Мачина.

6 мая десант А.С. Грейга из двух пехотных полков и батарейной роты высадился в 2 км от Анапы. Из Тамани морем прибыл отряд сухопутных войск. 12 июня Анапа сдалась. Во время операции у Анапы бриг «Ганимед» капитан-лейтенанта Ушакова захватил 6 мая у Суджук-кале турецкое судно, доставлявшее подкрепление для Анапы; катер «Сокол» под командованием лейтенанта Вукотича уничтожил другое судно, уже высадившее десант. 8 мая «Сокол» и бриг «Меркурий» под командованием капитан-лейтенанта Стройникова захватили у Суджук-кале два вражеских судна с десантом.

Дунайская флотилия провела ряд успешных операций под Браиловым, эскадра Грейга, оставив часть мелких судов у Анапы, вернулась в Севастополь. 1 июля 8 линкоров, 3 фрегата, бриг, люгер, пароход и 3 бомбардирских судна приняли новый десант и днем 22 июля подошли к Варне. Эскадра блокировала Варну с моря, поддерживая огнем осадившие крепость русские войска. 25 сентября сухопутные войска и флотский десант начали штурм Варны. 29 сентября Варна капитулировала.

В период осады Варны 28 июля фрегат «Поспешный» капитана 2 ранга Черникова у г. Мидия захватил одно и потопил другое турецкое судно, а затем захватил еще одно судно у крепости Инада. 17 августа отряд капитана 1 ранга Критского (2 фрегата, бригантина и катер), содействуя сухопутной армии, захватил турецкие редуты у Инады. Дунайская флотилия из 50 судов под командованием произведенного в контр-адмиралы И.И. Заводовского с 27 июля по 13 ноября участвовала в осаде крепости Силистрия. В начале 1829 г. Черноморский флот насчитывал два 110-пушечных, два 84-пушечных, один 80-пушечный, четыре 74-пушечных линкора, один 60-пушечный, четыре 44-пушечных и один 36-пушечный фрегат, шлюп, корвет, пять бригов, бригантину, две шхуны, три люгера, четыре катера, четыре бомбардирских судна, три яхты, пароход «Метеор» и госпитальное судно. В Николаеве строились 84-пушечный линкор, 2 фрегата, 2 брига, 2 шхуны и пароход «Громоносец».

15 февраля 1829 г. 3 линкора, 2 фрегата и 3 канлодки под командованием контр-адмирала М.Н. Кумани с десантом 1162 человека подошли к крепости Созопол и 16 февраля без боя заняли крепость и город.

11 марта отряд Кумани (3 линкора, фрегат, бриг, 3 канлодки) обстрелял крепость Ахиолло. 25 апреля фрегат «Штандарт» и бриг «Мингрелия» в бухте Шили под огнем турецких батарей атаковали 9 судов врага, 7 уничтожили и 2 захватили.

3 мая отряд капитана 1 ранга И.С. Скаловского (3 линкора, 2 фрегата и бриг) обстрелял турецкую крепость на мысе Баба. А 4 мая сжег на рейде Пендераклии линкор, транспорт и до 15 мелких судов противника. В этот же день бриг «Орфей» захватил у Кирпени 3 турецких судна. 5 мая фрегат «Поспешный» и бриг «Мингрелия» уничтожили у Акчесара строившийся турецкий корвет. 11 мая фрегат «Рафаил» под командою капитана 2 ранга Стройникова встретил между Созополом и Босфором 6 турецких линкоров, 2 фрегата, 5 корветов и 2 брига и без боя сдался неприятелю. Зато 14 мая славный подвиг совершил бриг «Меркурий» под командой А.И. Казарского. Бриг в одиночку выдержал бой с двумя линкорами противника, за что вторым в русском флоте (после «Азова») получил Георгиевский флаг.

2 сентября 1829 г. в Адрианополе (Эдирна) Турция и Россия подписали мир. К России отошли устье Дуная и побережье Кавказа от устья Кубани до поста Св. Николая между Поти и Батумом. Турция подтвердила свободу проливов, льготы русским купцам, присоединение к России Грузии, Имеретии, Мингрелии, Гурии, Эривани и Нахичевани. Сербии и Греции предоставлялась автономия, расширялась автономия Молдавии и Валахии. В первой четверти XIX в. Черноморский флот сложился как боевое соединение. Он приумножил славу России и стал достойным собратом Балтийского флота.

Черноморский флот в период после 1829 г. продолжал активно развиваться – строились новые корабли, создавалась военная инфраструктура в регионе. В 1830 г. в Севастополе произошло восстание, связанное с жесткими карантинными мерами в связи с эпидемией чумы, которая охватила весь город, но скоро было прекращено частями регулярной армии.

На строительство и действия Черноморского флота «чумной бунт» заметного влияния не оказал. Наряду со строительством парусного флота, главный командир Грейг продолжал уделять большое внимание пароходам. В мае 1829 г. Николай I утвердил представленную Грейгом программу черноморского судостроения на 1830 г., а 18 декабря 1829 г. – состав Черноморского флота, определив его в 15 линкоров и 10 фрегатов, однако недостаток денег сорвал выполнение программы 1830 г. Севастопольское адмиралтейство занималось ремонтом кораблей после походов русско-турецкой войны.

Отставание черноморского судостроения встревожило Морское министерство, которое потребовало срочно наладить постройку кораблей на казенных верфях и не рассчитывать более на подрядное строительство. Черноморский флот в 1831 г. состоял из одного 100-пушечного, пяти 84-, двух 80- и двух 74-пушечных линкоров, четырех 60- и трех 44-пушечных фрегатов, двух корветов, семи бригов и катеров. Гребные черноморские суда Николай I в марте 1831 г. объединил в Дунайскую флотилию.

Для поддержки боеспособности флота требовалось ежегодно строить по одному новому линкору и фрегату. Казенных мастеровых для такого строительства не хватало, надеяться можно было в основном на подрядное строительство. В январе 1832 г. Грейг доложил императору и Главному морскому штабу о необходимости построить подрядным способом 4 линкора. Однако Николай I запретил подряд и потребовал предпринять «всевозможные старания к содержанию флота казенными средствами». Грейг прибег к весьма нежелательному, но единственно возможному средству - увеличению срока службы судов, которые на Черном море служили 6–8 лет.

В декабре 1831 г. по инициативе Грейга Николай I реорганизовал управление Черноморским ведомством. Вместо прежних органов было создано Главное черноморское управление. Флотом по-прежнему управлял главный командир, при котором действовали канцелярия, штаб и интендантство. Первым начальником штаба Черноморского флота по новому положению стал с февраля 1832 г. контр-адмирал М.П. Лазарев. Уже будучи вице-адмиралом после удачной экспедиции – участия на стороне Османской империи в турецко-египетском военном конфликте 1832 – 1833 гг. – Лазарев в декабре 1834 г. стал и главным командиром ЧФ.

24 апреля 1833 г. с помощью европейских стран Турция и Египет заключили мир, а 26 июня 1833 г. Турция и Россия подписали Ункяр-Искелесийский договор, по которому Россия обязывалась оказывать Турции военную помощь. В обмен на это турки закрывали проливы для всех стран.

В 1833 г. Черноморский флот направил к Кавказу эскадру капитана 1-го ранга Павла Степановича Нахимова (1802-1855). В войне особенно отличился капитан 1-го ранга Лазарь Маркович Серебряков (1795-1862), руководивший эскадрой, а затем созданием порта в Новороссийске и возглавлявший 1-е отделение укреплений Черноморской береговой линии против горцев в районе Новороссийска.

При Лазареве возобновилось активное строительство Черноморского флота как за счет казенных средств, так и за счет привлечения подряда. В январе 1837 г. император утвердил лазаревский план модернизации адмиралтейства в Николаеве с одновременным строительством нового адмиралтейства и сухих доков в Севастополе. Вторым крупным делом Лазарева стал перевод в Николаев, в Спасское адмиралтейство, литейного завода из подлежащего ликвидации Херсонского адмиралтейства.

С 1842 г. в черноморском судостроении наступил спад, вызванный перераспределением средств на создание доков и Севастопольского адмиралтейства. В 1844 г. подрядчик Ш. Рафалович начал строить на Спасской верфи фрегат «Кулевчи». Этот корабль стал последним черноморским фрегатом, так как сначала новые суда данного класса не включали в штаты, а затем в передовых флотах появились пароходы-фрегаты и обычные фрегаты строить перестали. В октябре 1848 г. спущенный в Англии пароходо-фрегат «Владимир» пришел в Севастополь. В августе 1850 г. царь разрешил заказать за границей 7 пароходов-фрегатов, 4 из них - для Черного моря.

Севастополь при адмирале Лазареве развивался невиданными темпами. В 1837 г. при посещении Севастополя Николай I одобрил идеи Лазарева по городскому строительству. В 1839 г. инженер Уптон составил «План проектируемых улучшений Севастополя». Еще в 1834 г. на Центральном холме заложили памятник А.И. Казарскому - первый памятник в городе. К 1849 г. Севастополь занимал 262 десятины, из них 169 десятин были застроены. Улиц и переулков имелось 43, площадей - 4, колодцев - 43 и 21 у города. Жителей насчитывалось около 45 тыс. человек. В городе действовали мастерские военного порта и заводы: сухарный, несколько кожевенных, свечных, мыло- и пивоваренных, кирпичных. Лавок было 183, из них 40 погребов с вином, 31 питейный дом.

В 1851 г. был принят новый генеральный план города: предусматривалось расширить адмиралтейство, построить новый сухарный завод, новые общественные и жилые здания, расширить и украсить Севастополь, но помешала Крымская война.

В феврале 1851 г. М.П. Лазарев ушел в отпуск по болезни, его место временно занял вице-адмирал М.Б. Берх, переведенный по флоту из генерал-майоров Морского ведомства. С этого времени руководство кораблестроительной частью перешло к начальнику штаба флота В.А. Корнилову, который приложил немало усилий к модернизации флота и к скорейшей достройке стоящих на стапелях кораблей.

В сентябре 1852 г. Черноморский флот посетил император Николай I В это же время был решен вопрос и о пароходном заводе в Севастопольском адмиралтействе. Сметы и план завода были представлены к октябрю 1852 г. Николаев, таким образом, оставался центром парусного и деревянного судостроения, Севастополь - парового и железного.

Однако осуществить эти планы было не суждено - началась Крымская война.

 http://www.runivers.ru

Бенефис первого клоуна

Карикатура неизвестного автора на глав союзных государств времени Восточной войны

1. Император Франции Наполеон III. 2. Глава правительства Сардинского королевства Кавур. 3. Королева Великобритании Виктория. 4. Турецкий султан Абдул Меджид.

Из собрания документов военного историка А. М. Зайончковского. РГВИА.

Смотреть полностью.

«Между нами будет сказано, я ожидаю ответа от Пруссии и отправлюсь в Крым, если она уступит. Я организовал три армейских корпуса: северный , парижский и лионский с резервной дивизией, с тем, чтобы в случае нужды и вы могли бы идти с другими. Я думал отправиться в Крым, потому что по имеющимся верным сведениям, полагают возможным совершенно уничтожить русскую армию. С 15 тысячами пьемонтцев, с англичанами и с турками в Крыму окажется более 150 тысяч человек. Уничтожив русское войско, я вернусь вместе с своими войсками, оставив турков стеречь Крым»

Наполеон III.

Из воспоминаний маршала Бонифаса де Кастеллана, цитируется по: Гирс Александр Александрович. Россия и Ближний Восток. Материалы по истории наших сношений с Турцией. СПб., 1906

Александр Александрович Гирс – известный российский дипломат, возглавлял Отдел печати МИД и Санкт-Петербургское Телеграфное Агентство. Его исторические исследования первоначально публиковались в 1896-1897 гг. в журнале «Русская старина».

«Считаем нелишним привести небольшую выдержку по вопросу о том, кем был затеян поход на Севастополь, из воспоминаний принца Эрнста Кобургского (Aus meinem Leben und aus meiner Zeit von Ernst II Herzog von Cobourg.1888)

«Историки неоднократно поднимали вопрос, кто был изобретателем столь неожиданного в военном отношении плана, и ответа не находили. Военные часто утверждали, что эта идея «штатская», вышедшая из головы какого-либо дипломата. Несомненно, что погром турок при Синопе обратил внимание государственных людей Запада на размеры арсенала русского военного флота в Черном море.

Мысль о завоевании Севастополя, говорил один из английских историографов [ Автор не упоминает его имени] возбудила в английском обществе интерес в своем роде драматический, как дело справедливости.

Такому взгляду был доступен и мой брат (принц-супруг); хотя я решительно отвергаю возможность приписать ему авторство плана крымского похода, но беспристрастие вынуждает меня признать, что принц Альберт настаивал на проведении этого своеобразного плана, как только он был придуман. Он соревновался с лордом Пальмерстоном в усердных настояниях о нападении на Севастополь и высказывал связанные с этим надежды гораздо ранее императора Наполеона, которому совершенно без всякого основания приписывали эту оригинальную мысль»

1768 – 1806 гг.

Конец XVIII века в истории Российского государства – период успешной внешнеполитической и военной деятельности: участие России в разделах Речи Посполитой, успешные войны с Турцией, присоединение Крыма, Черноморского побережья и Кавказа. Эти территориальные приобретения были очень важны для России прежде всего с точки зрения геополитики, и на многие годы вперед определили векторы дальнейшего развития внешней политики империи. `

Выход к Балтийскому морю был обеспечен уже в первой четверти XVIII в. Польское государство, переживавшее очевидный внутренний кризис и во многом зависевшее от России еще до разделов (достаточно вспомнить, какое огромное влияние оказывала российская дипломатия на работу польского сейма, а также на последнего короля Станислава Понятовского) 1772, 1792 и 1795 гг., не представляло уже серьезной угрозы. В то время как с Турцией и вассально зависимым от нее Крымским ханством Россия находилась де факто в состоянии войны с конца XV в.

Русско-турецкая война 1768—1774 гг. была продолжением борьбы России за выход к Чёрному морю. Поводом к войне явилось отклонение Россией турецкого ультиматума о выводе русских войск из Польши, где они с 1768 г. вели военные действия против Барской конфедерации, после чего Турция, поддерживаемая Францией и Австрией, 25 сентября (6 октября) 1768 г. объявила войну России. Победы русских войск заставили Турцию начать мирные переговоры, которые закончились перемирием, подписанным в Журже (май 1772). Однако переговоры о заключении мирного договора, проходившие с июля в Фокшанах, а затем в Бухаресте, окончились безрезультатно.

http://www.runivers.ru

1 (12) ноября 1772 г. Россия заключила договор с ханом Сахиб-Гиреем: Крым был объявлен независимым от Турции и находился под покровительством России. А после побед, одержанных Румянцевым и Суворовым в 1773 г., турецкое правительство пошло на мирные переговоры, закончившиеся 10 (21) июля Кючук-Кайнарджийским миром. В результате Россия получила территорию южной Украины до Южного Буга и свободный выход в Чёрное море (крепости Кинбурн, Керчь и Еникале).

Русско-турецкая война 1768 – 1774 гг. стала переломным моментом в отношениях империй и во многом предопределила дальнейшую судьбу Крымского ханства. Россия начинает активно наращивать свое военное присутствие на Черном море – основаны Херсон (1778), Севастополь (1783) , Николаев (1789), а в 1785 г. Екатериной Великой утверждается первый штат Черноморского флота в составе 12 линейных кораблей, 20 фрегатов, 5 шхун, 23 транспортных судов, личного состава — 13,5 тысячи человек. Для управления флотом в Херсоне создается Черноморское адмиралтейство.

Для постройки кораблей более или менее годился только Днепровско-Бугский лиман, и в декабре 1775 г. Екатерина II издала соответствующий указ Адмиралтейств-коллегии, предписав одновременно сократить строительство судов на Азовском море. 31 мая 1778 г. рескриптом Екатерины новая судостроительная и морская база отдавалась на попечение новороссийского генерал-губернатора светлейшего князя Григория Александровича Потемкина. 18 июня 1778 г. императрица повелела именовать новую морскую базу Херсоном. 7 июля 1780 г. в Херсоне были заложены два первых корабля.

11 января 1783 г. Екатерина II подписала рескрипт о введении должности командующего Черноморским флотом. Таким образом, этот день - 11 января по старому стилю, или 22 января по новому стилю - явился днем рождения Черноморского флота. В рескрипте говорилось: "Для командования заводимым флотом Нашим на Черном и Азовском морях повелеваем тотчас отправить нашего вице-адмирала Клокачева, которому для принятия потребных наставлений явиться у Нашего новороссийского и азовского генерал-губернатора князя Потемкина". В честь основания Черноморского флота Екатерина приказала отлить медаль "Слава России".

Новорожденному Черноморскому флоту была необходима хорошая, удобная во всех отношениях база. Такой базой стала Ахтиарская бухта в южной оконечности Крыма. 15 июня 1778 г. Суворов разместил по берегам Ахтиарской бухты 6 батальонов пехоты, конницу и артиллерию. Он приказал срочно прикрыть бухту батареями, причем распорядился вести работы тайно, ночью, чтобы стоявшие в бухте турецкие корабли ничего не заметили.

В том же 1778 г. Ахтиарскую бухту впервые обследовал экипаж фрегата "Осторожный" под командованием капитана 2-го ранга Берсенева[12]. В 1780 г. бухту опять посетил русский корабль. 17 ноября 1782 г. в бухту вошли русские фрегаты "Храбрый" и "Осторожный" под общим командованием капитана 1-го ранга И.М. Одинцова. Они первыми из русских кораблей остались у Ак-Яра на зимовку. В течение зимы экипажи кораблей промерили глубины Северной и Южной бухт, составили их описание и карты. 2 мая 1783 г. в Ахтиарскую бухту вошли 11 кораблей Азовской, а затем 17 кораблей Днепровской флотилии. Черноморский флот впервые сосредоточился в своей новой главной базе.

Севастополь быстро строился и расширялся. Весной 1784 г. число его жителей достигло 4 тыс. человек, а в Южной бухте стояли уже 28 кораблей.

Весной 1787 г. Екатерина II совершила путешествие в Крым. Севастополь к приезду Екатерины начали застраивать по плану, составленному в 1785 г. инженер-полковником Н.И. Корсаковым. План охватывал территорию более 120 десятин, предполагая сооружение города и крепости между Артиллерийской и Карантинной бухтами.

Русско-турецкая война 1787 – 1792 гг. окончательно закрепила позиции России на Черном море. «Турция не стала ждать дальнейшего укрепления Севастополя и Черноморского флота. Турки потребовали отозвать русских консулов из Молдавии и Валахии, вывести русские войска из Грузии, вошедшей в 1783 г. по Георгиевскому трактату в состав России, учредить досмотр русских судов в Босфоре и вернуть Крым. Отказ стал формальной причиной начала военных действий, в которых, помимо сухопутных войск, были задействованы все имеющиеся на тот момент силы Черноморского флота, а также Лиманский флот, оперировавший в Днепровско-Бугском лимане. Кампания весны- лета 1788 г. ознаменовалась первыми серьезными успехами черноморцев под стенами Очакова и у о. Фидониси.

В декабре 1788 г., после взятия Суворовым Очакова, Потемкин решил устроить глубоководный новый порт взамен Херсона. Место он выбрал при слиянии Южного Буга и Ингула. Здесь, в устье Ингула, в 1788 г. он приказал заложить корабельную верфь, вокруг которой в следующем году возник город Николаев, будущий центр российского судостроения на юге. Из Херсона в Николаев перевели Адмиралтейство.

Черноморская эскадра к весне 1789 г. состояла из 5 линейных кораблей, 18 фрегатов, 38 мелких судов и вооруженных транспортов. В 1790 г. под руководством Ушакова русские добились серьезных побед в Керченском проливе и у Хаджибея. 16 декабря 1790 г. русскую гребную флотилию переименовали в Черноморский гребной флот. В кампанию 1791 г. он помог Суворову разбить турок у Мачина. 31 июля Ушаков одержал победу над вдвое превосходящим по численности противником при Калиакрии. Разгром турецкого флота ускорил заключение мира - договор подписали в Яссах 29 декабря 1791 г. Турция признала присоединение Крыма к России, но без права передачи Россией Крыма другому государству. Территория между Бугом и Днестром стала русской. Ушакова за заслуги произвели в вице-адмиралы.

«В 1798-1800 гг. Ушаков возглавил средиземноморский поход Черноморского флота против агрессии наполеоновской Франции. Ключом к овладению центральной частью Средиземного моря являлись Ионические острова с сильнейшей крепостью Корфу. Эскадра Ушакова очистила острова от французов, русские десанты в сентябре-октябре 1798 г. овладели двумя самыми крупными островами - Цериго и Занте. Оставался неприступный Корфу. Штурм такой крепости считался немыслимым, но русский десант при поддержке кораблей яростным штурмом захватил большую часть крепости, и 20 февраля 1798 г. остатки гарнизона сдались. После Корфу русские десанты помогли союзникам-англичанам захватить Неаполь и взять Бриндизи, блокировали Анкону и Геную, вошли в Рим. В 1800 г. с Францией заключили мир, и эскадра Ушакова вернулась в Севастополь. Средиземноморский поход принес Черноморскому флоту и Ушакову всемирную славу. Ушаков стал полным адмиралом, кавалером многих орденов».

Таким образом, к началу XIX в. Российская империя прочно утвердилась в статусе черноморской державы. Турция – главный конкурент в регионе – понесла серьезные стратегические и геополитические потери и была вынуждена признать территориальные приобретения России 1774 и 1783 гг.