После окончания второй мировой войны военное ведомство США провело простенький эксперимент. В ненаселенной местности, в лесу, было сброшено несколько десятков групп солдат по два человека в 50-100 километрах друг от друга вокруг базы. Каждая группа за три-четыре дня должна была сделать хороший переход и прийти на базу. Задача элементарная, но она была осложнена тем, что у солдат отобрали часы, компасы, оружие, не дали карт и никакого запаса продовольствия. В срок к пункту сбора пришла только одна группа, в нее входил парень с фермы, расположенной довольно далеко от населенных пунктов. Он-то и вывел своего напарника по Солнцу и звездам, плюс, кстати, и научил, какие ягоды и грибы съедобны и как можно петлей ловить жирных сусликов. Остальные группы были разысканы поисковыми партиями с собаками в весьма жалком виде. Все время они двигались по кругу.

Этот опыт показывает, что просуществовать в природных условиях человек может только при хорошей ориентации. И не только в пространстве, но и во времени. Ибо все небесные ориентиры во времени сдвигаются. И необходимость счета времени вообще и календаря в частности возникла не только и не столько в аграрных цивилизациях и не на потребу мореплаванию (как это обычно пишется), а в гораздо более отдаленные времена - еще у охотников-собирателей в неолите и палеолите. Должен же был человек хотя бы найти собственную пещеру после того, как, увлеченный преследованием животных, забрел невесть куда, был унесен потоком в море, наконец, захвачен другим племенем и т. д. Кроме того, он должен был знать, когда будет ход рыбы, чтобы успеть ею запастись, когда охотиться на какого зверя, когда будет перелет птиц и т. п. Надо было и предсказывать погоду, чтобы не попасть в бурю и ненастье, в град и снегопад далеко от родного очага.

Обычно, когда ищут истоки знаний, то все время заглядывают в глубь веков: греки заимствовали из Египта, египтяне - из Ассиро-Вавилонии, ассирийцы - в Древнем Шумере... И все единодушны в том, что календарь создан где-то далеко на Востоке. Однако в XIX веке начали раздаваться трезвые голоса по поводу того, что в Северном полушарии (в северных странах) очень удобно считать и познавать время, поскольку "нигде так долго не представляется открытым звездное небо и нигде так резко не разграничивается год, как на севере... там само Солнце, по которому главным образом и считалось время во всех странах, надолго скрывается и появляется снова и постоянным ежегодным сокрытием в один и тот же день резко определяет окончание года и его начало. Следовательно, северным народам досталось легко то, что долгим опытом было достигнуто у южных народов, т. е. продолжительность года". Это утверждение принадлежит Олафу Рудбеку, проводившему в XIX веке исследования скандинавских календарных систем и обнаружившему упоминание об употреблении резных дохристианских деревянных календарей еще у Олава Великого [2]. Это показалось Рудбеку естественным, поскольку скандинавы - великолепные мореплаватели и должны были уметь ориентироваться по небесным светилам. 

Угаритский бог грома и молнии (Силач Балу), податель дождя; изображался в облике широко шагающего воина в рогатом шлеме

Одним из наиболее распространенных заблуждений касательно религии древнего иудейско-израильского общества является ходячее представление, будто она была искони монотеистической (единобожной). Именно такое убеждение формирует у своего читателя Ветхий завет. Исконной религией древних израильтян, утверждает он, является служение Яхве; почитание других богов, которые к тому же и не боги вовсе, — измена служению Яхве, мерзость, за которую он жестоко карает свой народ. Это воззрение активно поддерживают как иудаистская синагога, так и христианская церковная традиция. Оно распространено и в либеральной буржуазной библеистике, тесно смыкающейся с богословием.

Однако внимательное чтение Ветхого завета показывает, что эта концепция есть не что иное, как фальсификация реальной исторической действительности. Многочисленные обмолвки, оговорки, а часто и прямые свидетельства Ветхого завета показывают, что исконная религия древних израильтян была политеистической. Более того, сопоставление сведений, извлекаемых из Ветхого завета, с поэтическими повествованиями и ритуальными текстами, открытыми при раскопках древнего города Угарита на северо-восточном побережье Средиземного моря (II тыс. до н. э.), а также с финикийскими надписями (I тыс. до н. э.) показывает, что древнеизраильская политеистическая религия была местным вариантом религии семитских (принадлежавших к ханаанейско-аморейской языковой группе народов, населявших в Древности сирийско-палестинский регион. Иначе и быть не могло: древние израильтяне и по языку и по культуре принадлежали к той же ханаанейско-аморейской среде, что и угаритяне и финикияне. Были здесь, разумеется, и местные специфические особенности.

Главою древнеизраильского пантеона был общесемитский верховный бог Эл, иначе Элоах или Элохим. Само это слово во всех вариантах значит одно и то же: бог. Слово Элохим внешне имеет форму множественного числа, однако в действительности оно таковым не является: в Ветхом завете оно постоянно согласуется с глаголами в единственном числе. Окончание -м сохранилось в этом слове пережиточно со 11 тысячелетия до н. э., когда оно играло роль определенного артикля, ставившегося в конце слова. В I тысячелетии до н. э. этот артикль исчез, однако именование бога с окончанием -м сохранилось. Аналогичные формы существовали в финикийском и в аммонитском языках.

Древнеизраильский Эл был верховным богом и главою совета богов (Пс., 82[81]:1), но совет богов существовал и был объектом культа в угаритском и финикийском пантеоне. Эл Всевышний считался творцом неба и земли (Быт., 14: 19; ср. Быт., 1:1). Эта роль принадлежит Элу также и в угаритской и финикийской мифологии.