Лучшая поэзия - молчание,
Лучшее молчание - моление.
Лучшая молитва- покаяние.
Покаянье тщетно без прощения.
Лучшее пред Богом предстояние-
В глубине высокого смирения.
Я забудусь в таинстве молчания
Пред иконой чудной -Умиление,
Да очистят слезы покаяния
Высшую поэзию- моление....(с)

Седовласый старик с бородой и в потрёпаном пончо 
На скамейке сидит, грустным взглядом людей провожая.
Их шаги в переходе звучат то потише, то громче -
Всё куда-то бегут, всё куда-то спешат горожане.
Низко сдвинуты брови, как крылья растрёпанной птицы,
А глаза голубые, по-детски наивно-бездонны,
Он находит в толпе невесёлые женские лица,
Приглашая желающих счастье найти по ладони.
Он читает их души, он видит их "чакры" и "кармы",
Он подарит нежданно любви и надежды крупицы,
Называет "мадам", добавляя гаданию шарма,
Брови вверх поднимая, как крылья растрёпанной птицы.
Ах, как больно глазам, как сжимает виски к непогоде,
Но гадает старик, размышляя - меня не убудет...
Он и завтра придёт, на скамеечку сев в переходе,
И смотря на ладони, шепнёт - будьте счастливы, люди!!!!!!!!!!!(с)


 

Дотронуться...дотянуться рукой до тебя...
Сквозь пространство и время...
Всем преградам вопреки...
Пусть ненадолго...на одну единственную минуту...
Но до самого сердца...

И,спустя века,ты вспомнишь...
Ты,обязательно,вспомнишь...
Как же это здорово-быть счастливым... 



 

опять зима и холодно до дури, 
опять пугают смертностью врачи, 
но у меня с рождения в натуре – болезни русской банькою лечить.
пообещай мне баньку с лёгким паром, с весёлым от морозца камельком, с любовью, полыхающей пожаром, и я примчусь в твой хлебосольный дом.

ты выйдешь встретить – не вдова, не девка, и рассмеёшься, в руки взяв цветы. 
да что цветы – обычная запевка, скорее так… для общей красоты, а вот моё тебе больное сердце куда приятней и дороже дар…
чтоб не тянуть, пойдём быстрее греться, пока ещё совсем не вышел пар.
ведь после бани русской… после бани мы все в глуби души простые вани – хлебнём кваску на хлебушке ржаном, и полежим совсем не на диване, а на снегу – душе родней оно! и мигом вновь на пламенный полок, подкинув квасу пару кружек сдуру, чтоб жар тулупом тесным обволок, и до костей сумел прогреть натуру, 
исхлещем так друг друга – боже мой!
 
и, окунувшись в проруби – домой! 
там самовар давно исходит жаром, и в сковородке с мясом лук шкворчит, и в чугунке щекочут ноздри паром на солонине стряпанные щи...  
а на картохе вареной "в мундирах", вгорячую очищенной рукой – солёный рыжик, чесночок-задира, селёдочка (посол не заводской, домашний, стародавнего рецепта), и сала шмат, в полоску, со слезой...
срывается твой голос до фальцета...
и говорить о прочем не резон – урчит желудок, будто волк голодный, к тому ж ещё зовёт природный гон…
и булькает в стакан первач холодный – очищенный на углях самогон…

скажи мне «жду» и я уже к обеду увижу деревеньку на юру, и вряд ли от тебя легко уеду...
проснувшись с петухами поутру от запаха полыни с тёплым хлебом, я вдруг пойму, что лучше места нет, и с кем бы я ни жил, и где бы ни был, на этом доме клином выпал свет.
ведь в этой красотище первородной, от века заведённой на Руси, душа поёт и властвует природа от нежного «люблю» до «гой еси!»
и сколько бы до нас не говорилось, как терпелив наш русский человек пока в стакане дно не запылилось, то – не запой, а просто Божья милость!

на том стоим.

и присно.

и вовек!


04.12.2010 02:40

 

Человеку следовало бы понимать себя просто как ребёнка, играющего                  на берегу моря, собирающего ракушки, цветные камешки и безмерно наслаждающегося, словно он нашёл великое сокровище. Если человек может наслаждаться мелочами жизни, жить в свободе и позволить жить в свободе другим, весь его мир может стать совершенно другого рода миром. Тогда в нём будет качество красоты, грации; в нём будет великое сияние, и каждое сердце будет гореть огнём. И как только ты узнаешь этот огонь, пламя продолжает расти. Пламя любви растёт точно как деревья; пламя любви приносит цветы                и плоды, точно как деревья.

Ошо

http://sobiratelzvezd.ru/rebenok-igrayushhij-na-beregu-morya/

Скоро весна, тогда и посмотрим,
Что спрятала где-то под снегом зима,
Завеяла вьюгой, сковала морозом.
Но вот уж капель за окошком слышна.
И тянутся к солнцу набухшие почки,
И тают сугробы, и день ото дня
Меня распирают ожившие чувства...
О, Боже! О чем я?!. Да просто – весна!

.......

Подарите себе роман
И позвольте себе влюбиться.
Ведь признайтесь, он вам уже снится
Этот сладкий, весенний дурман.
Воплотите свою мечту,
Ощутите волшебную легкость
И включите на полную громкость
Тайну, скрытую за тишину.
Все табу отодвиньте прочь,
Пусть на день, пусть на миг, даже если
Подзабыли, как все было прежде.
Зов любви, как его превозмочь?
Где желаний витает туман,
Где вольготно запретным мыслям.
...Это позже все переосмыслим.
А сейчас подарите роман...

Наталья Батракова
 

Приподнимем занавес за краешек 
- Такая старая, тяжелая кулиса: 
Вот какое время было раньше, 
Такое ровное - взгляни, Алиса! 
Но... плохо за часами наблюдали 
Счастливые, 
И нарочно Время замедляли
Трусливые, 
Торопили Время, понукали 
Крикливые, 
Без причины Время убивали 
Ленивые. 

И колеса Времени 
Стачивались в трении,- 
Все на свете портится от тренья... 
И тогда обиделось Время - 
И застыли маятники Времени. 
И двенадцать в полночь не пробило, 
Все ждали полдня, но опять не дождалися,- 
Вот какое время наступило - 
Такое нервное,- взгляни, Алиса! 

И... на часы испуганно взглянули 
Счастливые, 
Жалобные песни затянули 
Трусливые, 
Рты свои огромные заткнули 
Болтливые, 
Хором зазевали и заснули 
Ленивые... 
Смажь колеса Времени - 
Не для первой премии,- 
Ему ведь очень больно от тренья! 
Обижать не следует Время,- 
Плохо и тоскливо жить без Времени.

Песня Додо

Много неясного в странной стране,
Можно запутаться и заблудиться,
Даже мурашки бегут по спине,
Если представить, что может случиться.

Вдруг будет пропасть и нужен прыжок,
Струсишь ли сразу? Прыгнешь ли смело?
А? Э, так-то, дружок,
В этом-то все и дело.

Добро и зло в стране чудес, как и везде, встречается,
Но только здесь они живут на разных берегах.
Здесь по дорогам разным истории скитаются,
И бегают фантазии на тоненьких ногах.

Этот рассказ мы с загадки начнем,
Даже Алиса ответит едва ли,
Что остается от сказки потом,
После того, как ее рассказали?

Где, например, волшебный рожок?
Добрая фея куда улетела?
А? Э, так-то, дружок,
В этом-то все и дело.

Они не испаряются, они не растворяются,
Рассказанные сказки, промелькнувшие во сне.
В страну чудес волшебную они переселяются,
Мы их, конечно, встретим в этой сказочной стране.

Ну и последнее, хочется мне,
Чтобы всегда меня вы узнавали,
Буду я птицей в волшебной стране,
Птица Додо меня дети прозвали.

Даже Алисе моей невдомек,
Как упакуюсь я в птичее тело.
А? Э, так-то, дружок,
В этом-то все и дело.

И не такие странности в стране чудес случаются,
В ней нет границ, не нужно плыть, бежать или лететь,
Попасть туда несложно, никому не запрещается,
В ней можно оказаться, стоит только захотеть.


Не обрывается сказка концом.
Помнишь, тебя мы спросили вначале:
"Что остается от сказки потом,
После того, как ее рассказали?"

Может не все, даже съев пирожок,
Наша Алиса во сне разгадала,
А? Э, так-то, дружок,
В этом-то все и дело.

И если кто-то снова вдруг проникнуть попытается
В страну чудес волшебную в красивом добром сне,
То даже то, что кажется, что только представляется,
Найдет в своей загадочной и сказочной стране.

http://blog.i.ua/community/262/1057499/

В.Высоцкий "Алиса в Стране Чудес"


 

  Все мы ждём СЧАСТЬЕ!

Да так, чтобы много, и сразу!

  И совсем не замечаем тех, чудесных мгновений,

  из которых это счастье и состоит.

А жизнь, как  мозаика.

Узор сложится обязательно,

только так важно видеть, из чего. ..
 

 Давай уплывём на остров 
От этой зимы и снега, 
На маленький тёплый остров, 
Где солнцем разлита нега. 
И скинем свои одежды 
Под тихий напев прибоя, 
И вновь обретём надежды 
На лучшее мы с тобою. 
Острова любви, острова, 
Где забвенья растёт трава, 
И такие цветут цветы, 
О каких и не знаешь ты. 
Острова любви, острова, 
Там иначе звучат слова. 
И все птицы, как соловьи, 
О любви поют, о любви. 
Давай уплывём на остров, 
Которого нет на карте. 
Пусть маленьким будет остров, 
И жарким, как ром "Баккарди". 
Не важно в каком он месте 
Европы и двух Америк, 
Но важно для нас, что вместе 
Сошли на его мы берег. 
Острова любви, острова, 
Где забвенья растёт трава, 
И такие цветут цветы, 
О каких и не знаешь ты. 
Острова любви, острова, 
Там иначе звучат слова, 
И все птицы, как соловьи, 
О любви поют, о любви. 
Острова любви, острова, 
Где забвенья растёт трава, 
И такие цветут цветы, 
О каких и не знаешь ты. 
Острова любви, острова, 
Там иначе звучат слова, 
И все птицы, как соловьи, 
О любви поют, о любви. 
И все птицы, как соловьи, 
О любви поют.О любви...

 

Вижу, застрявшие в пробке одной,
/такое встречаешь не часто/
Фургон-катафалк с похоронной каймой
и с белыми лентами "Чайка".
Так на одном отрезке пути
явлениям двум предстоит
уйти одному, а другому прийти.
Но то и другое стоит.

Существует большая разница между тобой как музыкантом и

той музыкой, которую ты исполняешь в космическом оркестре.

Иногда вы станете играть все вместе.

Порой, однако, от тебя потребуется играть в одиночку.

Случится и такое, что тебе просто нужно будет посидеть там тихонько...

абсолютно ничего не делая.

Но даже твое молчание — это тоже часть твоей партитуры.

Чак Хиллиг «Семена для души»

...ЭТО ТОЖЕ ЧАСТЬ ТВОЕЙ ПАРТИТУРЫ...

Что случилось со мной? Будто все стороной,
будто книги - не впрок, будто возраст - пустяк.
За лесною стеной ожил мир озорной
и жар-птица трепещет в антенных снастях.

С утра с землею поделилось небо небом,
а может это снег на небеса похожий.
Не верить миру старых сказок ты не требуй -
в ночной крыжовке этот мир внезапно ожил.

Вон вышел из лесу на старых лыжах леший,
в мохнатой шапке и с зеленой бородою.
Вон к заповедному колодцу ведьма чешет,  
спешит заполнить ведра свежею водою.  
...
Но не злы чудеса в белорусских лесах,
просто в зиму все спуталось - день или год.
Лишь кукушка в часах
да, за снежной горой, электричка поет
а старый леший не завертит в глухомани.

Чайком попоит, от моей прикурит спички,
покажет лес, а коль запутаюсь в тумане,
заветной тропкой доведет до электрички.
от козней старой ведьмы больше не страдаю.
А я испорченный приемник ей налажу,
мне по лыжне она за это погадает
да все про дальнюю дороженьку расскажет.

А случилось - вдруг замрет у печи старый кот,
перестанет когтями царапать метлу,
я поверю: вот-вот чудо в дом забредет,
отряхнет снег и лыжи поставит в углу,
придет Снегурочка на свет свечи неяркий,
на звук гитарных струн и песенки негромкой
придет и станет новогодние подарки
нам раздавать из вышитой котомки.

Подарит год - там будут праздники и будни,
подарит каждому хоть на минуту крылья
и будет легким горе, счастье будет трудным,
вот так зима моя смешала сказку с былью. 

 

ТРИ ДЕВИЦЫ ПОД ОКНОМ ПРЯЛИ ПОЗДНО ВЕЧЕРКОМ. "КАБЫ Я БЫЛА ЦАРИЦА,- ГОВОРИТ ОДНА ДЕВИЦА,- ТО НА ВЕСЬ КРЕЩЁНЫЙ МИР ПРИГОТОВИЛА Б Я ПИР!". "КАБЫ Я БЫЛА ЦАРИЦА,- ГОВОРИТ ЕЁ СЕСТРИЦА,- ТО НА ВЕСЬ БЫ МИР ОДНА НАТКАЛА Я ПОЛОТНА!". ТРЕТЬЯ(ХМУРО ГЛЯДЯ НА СЕСТРИЦ): "КАБЫ,КАБЫ...МУЖИКА БЫ!

Волшебство разве это возможно? 
Волшебство - где оно может быть?? 
И поверить в него очень сложно- 
И без веры в него трудно жить. 

Волшебство к нам приходит оттуда, 
Где прекрасные замки стоят. 
Волшебство- это светлое чудо, 
То, что добрые люди творят. 

Волшебство: в него верят все дети, 
В Новый год отправляясь в постель. 
Волшебство: лишь ребёнок заметит, 
Как бредет Дед Мороз сквозь метель. 

Волшебство происходит в минуту, 
Когда падает с неба звезда. 
Волшебство дарит счастье кому-то, 
Оставляя свой след навсегда. 

Волшебство- оно там, где нас любят, 
Оно там, где любовь дарим мы. 
Волшебство - его строго не судят, 
Как не судят святые псалмы. 

Волшебство- свет свечей у иконы, 
В божьем храме, у алтаря. 
Волшебство- это Божьи законы, 
По которым живем ты и я. 

Как волшебный сей мир принимаем 
В тихий вечер под Рождество. 
С волшебства свою жизнь начинаем- 
И сама наша жизнь - волшебство!

 

А снег, а снег повалится, повалится... 
И я прочту в его канве, 
Что моя молодость повадится 
Опять заглядывать ко мне. 

И поведет, и поведет куда-то за руку, 
На чьи-то тени и шаги, 
И вовлечет в старинный заговор 
Огней, деревьев и пурги. 

И мне покажется, покажется, покажется
По Сретенкам и Моховым, 
Что молод не был я пока еще, 
А только буду молодым. 

И ночь завертится, завертится
И, как в воронку, втянет в грех,
И моя молодость завесится
Со мною снегом ото всех.

Но, сразу ставшая накрашенной, накрашенной
При беспристрастном свете дня,
Цыганкой, мною наигравшейся,
Оставит молодость меня.

Начну я жизнь переиначивать, 
Свою наивность застыжу 
И сам себя, как пса бродячего, 
На цепь угрюмо посажу. 

А снег повалится, повалится, повалится
Закружит все веретеном, 
И моя молодость появится 
Опять цыганкой под окном.

Е.Евтушенко

Однажды жил да был один еврей. Все у него было хорошо, складывалось все, как надо – так у него жизнь и шла. 
В один из дней нашему еврею стало очень плохо: где-то что-то повернулось не так, не склеилось – и еврей (после всех переживаний и бед, которые случились с ним) почувствовал себя очень старым – в душе, конечно. У него ушли все силы. . . И единственное, на что их еще хватало – на загадывание своего новогоднего желания. А поскольку все вышеописанное происходило с нашим евреем под новый год, то это и было для него маленьким солнышком – новогоднее желание. И старый еврей загадал себе огромного счастья, большой любви и побольше везения. 
И вот в новый год, когда он поднимал свой бокал с шампанским, с 12-м ударом курантов ему послышался свыше чей-то голос, который сказал: 
- Дорогой мой, старый еврей! Я выполню твое желание. И для этого позволь мне тебя спросить: а чем огромное счастье отличается от просто счастья? А большая любовь от маленькой? И побольше везения – это побольше, чем у кого? И побольше когда? Пока ты думаешь над этим, я скажу следующее: чтобы все задуманное тобой сбылось, от тебя мне ничего не надо. Это нужно для тебя, для твоего новогоднего желания, для твоего блага. Ты спросишь меня – а что же надо? А надо только всего чуть-чуть: жить только одним, сегодняшним днем. Это очень важно для тебя. Помни всегда: сегодня, здесь и сейчас. Ни завтра, ни там и ни потом – ничего у тебя нет. Просто нет! 
Старый еврей сказал: 
- Да, конечно, отец мой. Ради того, чтобы сбылось мое желание, я пойду на это, я буду помнить твои слова. Об одном тебя прошу: если я забуду эти слова, напомни мне их, пожалуйста. 
После этих слов наступила тишина. Наш еврей подумал, что ему это все приснилось, протер глаза, махнул рукой и . . . Стал жить дальше своей жизнью. 
Одним вечером в его квартире раздается маленький, тихий стук в дверь. Наш еврей открывает ее, и к нему заходит кто-то такой маленький, маленький и пушистый. От удивления он смог только спросить: 
- ты кто? 
В ответ он услышал: 
- я маленькое, маленькое счастье. Я пришло к тебе. Можно мне у тебя остаться? 
Еврей отвечает: - ты знаешь, мне надо подумать. . .. 
Сел и представляет себе: вот, маленькое, красивое, пушистое счастье, вот оно у меня будет жить, потом станет огромным счастьем, потом, вдруг, я это счастье потеряю – и мне будет больно!? Нет, наверно, это счастье я не смогу сейчас впустить. Я не могу ему сделать то внимание, которое оно заслуживает. Нет у меня сил сейчас на это. . . Пусть потом придет, когда мне лучше будет. . . Там посмотрим». 
Тут еврея, как молотком, оглушают невесть откуда услышанные слова: «завтра уже ничего не будет, есть только сегодняшний день!» он видит ту новогоднюю ночь, свое обещание помнить слова вс-го, - и принимает решение оставить это малюсенькое пушистое счастье у себя. 
После всех этих душевных разборок, он говорит своему маленькому счастью: 
- дорогое мое, малюсенькое счастье! Я, вот, такой старый еврей. . . Понимаешь, у меня так, вот. . ., как-то вот не так все хорошо. И в моей душе, ты видишь, такой бардак, честно, такой беспорядок. Вот. . . Везде все валяется. . . Я не могу ничего нигде убрать – просто нет сил, понимаешь? И вот для тебя есть только маленький, маленький уголок. И вообще – я ворчу иногда. . . Я иногда ругаюсь, бью тут все, что ни попадя. Вот. . . Как ты на это смотришь? 
Малюсенькое счастье ему ответило: 
- ты знаешь, дорогой мой еврей! Я могу везде жить, и прошу тебя только об одном, пожалуйста, если ты будешь. . , если у тебя на душе будет как-то нехорошо, серо, ты скажи мне, чтобы я знало, что у тебя там серо, пыльно. Тогда я тут спрячусь в ботинок, зашнуруюсь и пережду бурю. Хорошо? 
- хорошо, - ответил наш еврей. 
Так они и жили: малюсенькое счастье и старый еврей. 
От всех этих событий еврею и на душе стало даже как-то чуточку веселее. 
В один прекрасный вечер раздается опять стук в дверь. И к нашим домашним заходит. . . Маленькая любовь – такая красивая девочка с бантиком, и говорит: 
- здравствуй, старый еврей! Можно я у тебя останусь? 
Еврей сел, задумался, и размышляет сам с собой: «маленькая, красивая любовь. . . Такая ,вот, девочка. Что я могу ей дать? Она станет большой и красивой барышней, будет большой любовью, а потом. . . Я – бах, и ее потеряю!?! И мне будет опять очень больно?. . . Не, не хочу. . . Не буду. . . Боюсь. . Опасаюсь». И ,вдруг, он вспоминает голос вс-го: «дорогой мой, старый еврей! Завтра не будет. Зачем думать о том, чего может завтра и не быть? Помни мои слова – есть только сегодня!» . 
Старый еврей так испугался, что мог бы прозевать эту маленькую, маленькую любовь, что тут же сказал ей: 
- дорогая моя, маленькая любовь! Конечно, заходи ко мне. Только. . . Видишь, я живу один, и на душе у меня беспорядок такой, я никак еще не могу справиться с ним. . . А вот там, в уголке, у меня живет маленькое, малюсенькое счастье. И . . . Как ты на это посмотришь? Ты же девочка, за тобой надо ухаживать, вот. . . А я, все-таки,. . Все-таки, вот. . Как бы я привык жить один: как-то там, сям, тут не поем, там намусорю. А еще. . . Носки не стиранные стоят, я ими иногда гвозди забиваю. А ты все-таки, девочка. . . Что с этим делать будем? 
А маленькая любовь так отвечает ему: 
- ты знаешь, дорогой мой, старый еврей! Понимаешь, я сумею жить так, как живешь ты – я ко всему привычная. Тем более, есть маленькое счастье. Оно меня, если что, защитит и поможет мне. Мы будем с ним вдвоем. Единственное, о чем я попрошу тебя. . . Если тебе будет плохо, если где-то еще больно будет или еще что-то, я очень прошу тебя: только предупреди меня, чтобы я никуда не выходила и не показывалась тебе на глаза, чтобы на меня пыль твоей души не осела. . . Просто предупреди. . . 
- хорошо, - ответил он. 
Так у них и продолжалась жизнь: у малюсенького счастья, маленькой любви и старого еврея. Ему стало как-то так уютно чуть-чуть на душе, и в жизни стало чуть-чуть радостней и чуть-чуть больше любви. . . 
В один такой уютный день также раздается стук в дверь. Старый еврей открывает ее (как-то к этому он уже привык – открывать дверь). Смотрит – а на пороге стоит что-то такое красивое, лохматое и бормочет: «знаешь, а я, вот, маленькое везение. Вот, шел мимо и решил к тебе зайти. Как ты на это смотришь?». 
Старый еврей задумался, опять испугался, забоялся и сказал: 
- ты знаешь, не было у меня везения – ну, и черт с ним! А то опять будет везение, потом – раз, оно пропадет. . . Я уже не могу все это выдержать, я снова могу не пережить этой потери и этой боли от того, что мне будет плохо. . . Ты знаешь, я просто боюсь, что потом будет плохо. . . А вообще, я боюсь уже всего. . . 
Еврей замолчал, и в этой тишине он снова услышал знакомый, уверенный голос: «завтра не будет плохо, потому что есть только сегодня, а сегодня к тебе пришло маленькое везение». 
Старый еврей очень жутко испугался, потому что он вдруг представил, что везение в его жизни уже вообще никогда не будет, может не быть никогда. И он сказал (с гордостью за самого себя): 
- знаешь, маленькое лохматое везение! Я, вот. . . Старый еврей. У меня, там живет маленькое счастье и маленькая любовь. У них там уголочек в каморочке. . . Но ты видишь: у меня же беспорядок, хлам везде. Понимаешь. . .если что, я могу сорваться, матами там крыть, накрыть все и вся. . .вот. . . Так что, если тебя это устроит – то, пожалуйста, проходи, раздевайся, ложись. 
Маленькое лохматое везение и отвечает ему: 
- знаешь что, старый еврей? А я, как бы говоря, нормально к этому отношусь. Я притерплюсь, выдержу. . . Только ты, если че, меня предупреждай, когда будешь матами ругаться. Я закрою уши – и ничего не услышу, а девчонку мы с маленьким счастьем защитим от твоих слов. Т.е. Ты живи, как жил, а мы будем тоже жить. Только прошу – предупреждай заранее, без предупреждения не стреляй! И все будет хорошо – мы справимся! 
Вот так они и жили (спали врозь, а дети были – это к слову) – малюсенькое счастье, маленькая любовь и маленькое лохматое везение. 
В один прекрасный день светило солнышко, было очень красиво, очень ярко. Был какой-то шумный, веселый еврейский праздник. 
Еврей проснулся ранним утром и заметил, что у него очень светло на душе, уютно и тепло. Он увидел, что к его малюсенькому, малюсенькому счастью пришло в гости и прилепилось столько маленьких счастий, что оно стало огромным! К маленькой красивой девочке любви зашло тоже очень много девочек, которым понравилось у маленькой любви – и они остались у нее и превратились в большую любовь. 
А маленькое лохматое везение, довольное всем этим, стало толстеть (потому что оно от радости всегда ело торты и шоколад), стало таким довольным, таким гордым за себя, что прямо пузырилось и переливалось всеми цветами радуги. И в самом деле, его стало больше, чем раньше. 
И старый еврей, увидев все эти чудеса, вновь почувствовал себя тем молодым евреем. Тем евреем, которым он был раньше и всегда. И он понял самое главное: 
Если бы он когда-то проворонил эти все маленькие, маленькие счастье, любовь и везение, то сегодня было бы гораздо хуже, плохее. 
Не бывает огромного счастья, не бывает большой любви и не бывает побольше везения. . . 
Бывает малюсенькое счастье, которое надо увидеть. . . И это маленькое, маленькое мгновение. 
Бывает маленькая любовь, которую тоже нужно найти, пригреть и не испугаться ничего. . . 
И бывает просто везение, которое надо заметить. 
И надо всегда найти в себе хоть чуточку сил, чтобы что-то увидеть. А сомнения, которые пугают и мутят воду на душе – они будут всегда, и это их работа – вводить в заблуждение, чтобы человек стал крепче. 
А наша «работа» – это всегда помнить чудесные слова – есть только миг между прошлым и будущим. Именно он называется жизнь: сегодня, здесь и сейчас. . . 
Вот и закончилась моя сказка. Наш еврей снова стал тем, кем был: веселым, уверенным, радостным и. . . Мудрым. (с)

 

Рік Новий - казковий час!
Хай здивує щастям нас
Рік добра і рік кохання.
Тож приймаймо привітання:

Будьмо добрі та здорові,
Побажаю нам любові,
Світла й радощів багато,
Щоб життя було, як свято!

З НОВИМ РОКОМ!
НЕХАЙ НАМ ЩАСТИТЬ!!!!!!!

 

Вечереет декабрь... Скоро полночь пробьет. 
Старый год навсегда в нашу память уйдет. 
И оттаяв душой, хоть кругом непогода, 
"С Новым годом! - мы скажем друзьям. - 
С Новым годом! 

Чтоб минули вас горе, болезнь и разлуки, 
Чтоб всегда обнимали любимые руки, 
Чтоб ушли в никуда и нужда, и невзгоды, 
С Новым годом! - мы скажем друзьям - 
С Новым годом!" 

Чтоб хранили вас ангелы от искушений, 
Указали бы путь в лабиринтах решений, 
Чтобы в реку вводили вас только по броду, 
"С Новым годом! - мы скажем друзьям. - 
С Новым годом!" 

Чтоб ваш дом обошло стороною ненастье, 
И глаза чтоб светились улыбкой и счастьем, 
Чтобы дети гордились всегда вашим родом, 
"С Новым годом! - мы скажем друзьям. - 
С Новым годом!" 

Чтоб любовь вам дарила не горечь, а сладость, 
Чтоб работа давала и деньги, и радость... 
Через год, поднимая бокалы с народом, 
Чтоб сказали: " Он был замечательным годом! "(с)

 

Я не владею испанским, немецким, французским.
Мой кругозор остается достаточно узким -
Только любовь, только воздух и суша, и море,
Только цветы и деревья в моем кругозоре.

Я не владею английским, турецким и шведским.
Мой кругозор остается достаточно детским -
Только летучие радости, жгучее горе,
Только надежды и страхи в моем кругозоре.

Греческим я не владею, латынью, санскритом.
Мой кругозор допотопен, как прялка с корытом -
Только рожденье и смерть, только звезды и зерна
В мой кругозор проникают и дышат просторно.

Я не владею морским, деревенским, спортивным.
Мой кругозор остается почти примитивным -
Только мое и твое сокровенное дело,
Чтобы земля с человечеством вечно летела.

Только любовь, только воздух, и суша, и море,
Только надежда и страхи в моем кругозоре.
В мой кругозор проникают и дышат просторно
Только рожденье и смерть, только звезды и зерна..

Юнна Мориц

 

Когда душа поет, весь мир прекрасен,
Кому же, как не нам об этом знать,
Страданий путь нелеп, да и опасен,
Мы в жизни выбираем благодать.

Не стоит замыкаться на проблемах,
Придут они, они же и уйдут,
Не стоит каждый миг терзать в дилеммах,
Важнее что, свобода иль уют.

Позволить просто быть себе счастливей,
Увидеть красоту и бег минут,
И жизнь, пожалуй, станет справедливей,
Когда в ней радость и победы ждут.

Как просто быть счастливым, но и сложно,
Как многое хотели б мы понять,
Идем по жизни очень осторожно,
Когда б могли подняться и летать.

Когда душа поет, весь мир прекрасен,
Когда прекрасен мир, душа поёт,
И этой связи круг как прежде ясен,
Позволь душе и счастье, и полёт.

Б. Пастернак

 

Прикосновение Создателя.
Тот, кто познал его, понял что-то из раздела «Главное».
Любое действие состоит из бесконечного набора касаний.
Будь, хотя бы в некоторых из них, и ты поймешь.

Можно ли коснуться кого-то словом?
Возможно ли касание взглядом?
Реально ли касание мыслью?

Кого я касаюсь, когда улыбаюсь о тебе?
Этим вопросам не нужны ответы.(с)