1990-1991

Год 1990. Гласность, собрания, митинги, зачатки демократии, которые еще неизвестно к чему приведут, все это занимает место в обществе и вызывает брожение умов. Выборы в советы разных уровней, когда имеются несколько кандидатов из разных партий и движений. Средства информации меняют свой облик. Появляются такие ведущие как Познер и многое другое. Уже пошел процесс выезда евреев из страны. Так первым в 1981 г. из моего сектора уезжает в Израиль Александр Шипов, предварительно уволившись из института. За ним следует Александр Бердичевский, который уезжает в США. Меня вызывают в партбюро по этому поводу и указывают на недостатки в воспитательной работе с сотрудниками сектора, но никаких оргвыводов не следует. Уезжают наши знакомые и родственники. Первым из них был Виктор Голант, мой двоюродный брат, который вместе с женой уезжают в США. Очень быстро он продвигается там, становится одним из ведущих сотрудников фирмы «Монсанто», а затем открывает и собственное дело, а именно торговлю лекарствами и медицинской аппаратурой с Советским Союзом. Я могу его видеть только по телевизору, как он пожимает руки Горбачеву. Затем в Израиль уезжают Борис Краснер, двоюродный брат моей жены, с супругой. Здесь он сначала проходит обычную мясорубку, работая сторожем на табачной фабрике. Мы даже посылаем ему посылки из Москвы, чтобы облегчить его участь. Но потом он устраивается работать в авиационную промышленность и быстро поднимается до начальника отдела. В США выезжает Марина, дочка Бориса Подольского, моего двоюродного брата. В Канаду уезжает мой двоюродный брат Зиновий Позин вместе с супругой. А в 1990-1991 гг. начинается массовый отъезд, некая волна, которая подняла евреев и погнала их в Израиль, т.к. дорога в США закрылась. Евреи собираются у синагоги на улице Архиповой и решают ехать или не ехать. Это становится для них центральным вопросом.

Однако, несмотря на эти страсти, жизнь продолжается.
В марте 1990 г. нашему внуку Женечке исполняется 4 года.


Женя (4 годика) и Паша, март 1990 г., Москва

Саша с семьей, продолжая наши традиции, выезжает на дачу.

В моей жизни аккордеон это хобби. Как-то я увидел объявление, что продается старый немецкий аккордеон. Позвонил, и это было рядом с метро «Университет». Когда я пришел, хозяин вытащил с антресоли футляр и в нем полный (120 басов) явно немецкий аккордеон, примерно выпуска военных или довоенных лет. Попробовал звук, это чудесный звук аккордеона фирмы «Хонер», но без названия фирмы. Попросили смешную цену 50 руб., и я, не задумываясь, купил его. Дома я снял верхнюю деку с голосов, замочил ее и расправил. Так удалось довольно просто освободить клавиши от зажима, и аккордеон заиграл. Он был легкий, удобный и красивый, красного цвета с перламутровыми клавишами. Я очень любил играть на нем. Это был 4-х голосый инструмент, по-видимому, ручной работы с регистрами-движками на правой деке, как когда-то делали.


Леонид Позин, 1990 г., Москва

В июне 1990 г. Павлику исполняется годик.


Женя, Рая и Павлик, 1990 г., Москва

9 сентября 1990 г. в нашей семье произошло несчастье, в больнице от сердечного приступа скончался Григорий Чеснин, брат Раи. Это было большое горе, особенно для Евгении Краснер, которая потеряла мужа, а теперь и сына. У нее остались только дочь Рая, внуки Саша и Дима, и правнуки Женя и Павлик.

Наступил 1991 г. - последний год нашего пребывания в Советском Союзе.


Саша, Женя, Алена и Павлик, 1991 г., Подмосковье

Я решил получить водительские права перед отъездом в Израиль. Записался на кооперативные курсы. Сначала изучили теорию и сдали экзамены. Затем перешли к урокам вождения. Была зима, сначала занятия проводились на стадионе в Лужниках. Мой инструктор ругал меня, на чем свет стоит. Я старался, но не был таким ловким как молодые. Затем выехали на улицы Москвы. Дороги скользкие ото льда и снега. Кое-как я сдал экзамен, но понял, что пройти экзамен в ГАИ мне просто так не удастся. Наконец нашли одну знакомую, у которой были связи с ГАИ. Я встретился с этими людьми и передал им 600 руб., как было договорено. Они сказали, что когда я буду проходить экзамен по теории на компьютере, как только я допущу ошибку, я должен остановиться и ничего не делать. Так и было, этот экзамен я прошел. Затем наступил черед сдачи экзамена на вождение. Инспектор ГАИ посадил в машину четырех испытуемых, в том числе и меня. Сначала за руль сели трое клиентов до меня. И они не прошли экзамен. Потом он усадил меня за руль и сказал «Ну ты Самойлыч порадуй меня, наконец». Мне оставалось проехать 100 м до здания ГАИ. Кое-как проехал. В конце концов, права мне выдали.

Теперь о работе.
Новые времена и новые возможности. Вводится хозрасчет, можно заключать договора. Воспользовавшись этим, я заключаю договор с ВНИИНП и делаю для них математическую модель процесса, над которым они работают. Эту работу я проводил с большим удовольствием, помогал мне Владлен Бедрин. В итоге был выпущен серьезный отчет, а заказчику передана программа расчета. Были и другие договора. Все это позволило существенно увеличить зарплату сотрудников. Я получал 1000 руб. в месяц. Стало возможным платить сотрудникам зарплату в соответствии с их реальным вкладом. К этому времени в секторе работали Ольга Шубина, Игорь Шевчук, Михаил Цельнер, Лариса Барышникова, Галина Ксандопуло, Сергей Елистратов и Майя Леонова. С Ольгой Шубиной мы совершили поездки на различные заводы, пытаясь внедрить или усовершенствовать крупнодырчатые провальные тарелки. Мы посетили Менделеевск, где еще сохранилась лаборатория самого Дмитрия Ивановича Менделеева, Мозырь в Белоруссии и Иваново. К сожалению, несмотря на множество ценной информации, которую мы получили на местах, нам не удалось заинтересовать заводы в проведении реконструкции, но мы установили хорошие контакты на будущее. Игорь Шевчук и Сергей Елистратов продолжали испытания клапанных провальных тарелок. Результаты были очень многообещающими. Я подготовил данные, провел анализ результатов и их математическую обработку, но выпустить отчет до отъезда в Израиль не успел. Михаил Цельнер и другие сотрудники успешно работали по прикладным проблемам кипящего слоя. Затем он ушел из ВНИИОС в другую организацию. Удалось раскрутить хозрасчетную работу с НИИУиФ (Научно-исследовательский институт удобрений и фунгицидов), в котором работал Василий Николаевич Новожилов, мой приятель еще со времени учебы в институте. Кстати мы жили по соседству и часто встречались с ним по вечерам. Интересно отметить, что когда-то НИИУиФ назывался НИИ химических удобрений и ядов, читатель может представить себе, как он именовался сокращенно, здесь же я не хочу выражаться нецензурно. Было проведено экспериментальное исследование газожидкостного потока в короткой горизонтальной трубе. Статья [101] по этому вопросу вышла в свет в 1991 г. уже после моего отъезда. В этом же году было получено авторское свидетельство [102] с участием Олега Синановича Чехова (профессора МИХМа), Ольги Шубиной и др., касающееся конструкции крупнодырчатой провальной тарелки.

Теперь обо всем, что связано с подготовкой и отъездом в Израиль.

Инициатором отъезда в Израиль был наш младший сын Дмитрий. Еще в начале 1990 г. он заявил, что нужно уезжать. Так поступили некоторые из его знакомых, уехав в Израиль. Я сначала был категорически против. Но моя жена была согласна. Теща тоже не возражала. Я же раздумывал, но видел, что творится вокруг. Видел знакомых, собирающихся в дорогу, и начал колебаться в принятии решения. Я вообще человек консервативный, особенно при принятии судьбоносных решений, что вообще свойственно людям моего знака Зодиака - тельцам. В конце концов, и я решил, что нужно уезжать. Это решение было интуитивным и не было как-либо обоснованным. Но, приняв решение, я уже не колеблюсь, а действую. Начал изучать иврит по книге «Живой иврит» и некоторым другим. Но не мог схватить его сути. Рая пошла на кооперативные курсы по изучению иврита, но не очень продвинулась. Потом и я пошел по ее следам. Группа была сильно продвинутой, а я новичком, и поэтому почти не схватывал новый материал, и не мог догнать группу. Участвовал во всяких встречах с израильтянами, которые приезжали в Москву. Так одна из интересных встреч была с доктором наук Письмен Л.М. - соавтором классического учебника (Иоффе И. И., Письмен Л. М. Инженерная химия гетерогенного катализа. Изд-во «Химия», Л., 1972). Она состоялась в Доме ученых, было полно народа. Я еще помню, как М.Э. Аэров (мой наставник) был его оппонентом на защите докторской работы. Я спросил Письмена, каковы мои перспективы трудоустройства как кандидата технических наук по процессам и аппаратам химической технологии. Он ответил, что если я являюсь автором какого-либо процесса, то да. Я понял, что мои шансы равны нулю, т.к. я занимался аппаратурой, но не процессами, которые были областью занятий химиков технологов. В будущем я встретился с ним в Хайфском технионе, где он занимал должность профессора.
Решение об отъезде было принято, и я не делал из него никакой тайны в институте, где я работал. Отношение людей было неоднозначным. Некоторые одобряли, некоторые сомневались. Среди них был и мой зам. директора по научной работе Владимир Кузьмич Зизюкин. Он сказал, что ты там будешь делать - пропадешь. Между нами были прекрасные дружеские отношения, и его мнение для меня было важным, но оно не остановило меня в моем решении. Было совершенно неясно, что станет со всеми в России в ближайшем будущем, как и с теми, кто уезжает в Израиль.


Подготовка к отъезду была довольно хлопотным делом. Нужно было снять копии массы документов, сделать их переводы. Подготовил список своих работ на английском языке, а также рабочую биографию. Отправил ее в Отдел науки Министерства абсорбции в Иерусалим заказным письмом с уведомлением о вручении, но так его и не получил. Тем не менее, мою биографию там получили, о чем я в будущем узнал на месте, кроме того, она служила образцом для приезжающих репатриантов.

Пришлось отстаивать очереди в ОВИРе для оформления выездной визы, для получения которой требовалось еще уплатить значительную сумму за отказ от гражданства. В ОВИРе, кстати, как-то встретил Геннадия Чувилова, который также оформлял документы на выезд. Потом мы неоднократно встречались в Израиле, когда я работал в Мигдаль-а-Эмек.

Затем после получения визы были проблемы с отправкой багажа, хотя и отправлять-то было особенно нечего. Тем не менее, набралось порядочно вещей. Очередь на отправку была огромной, но вдруг открыли дополнительную таможню, и процесс ускорился. Чтобы отправить аккордеон «Ройяль-стандарт», пришлось оформлять справку в Министерстве культуры и заплатить таможне его полную стоимость 360 руб. Наконец, отправили багаж. Он прибыл в Израиль только через пару месяцев после нашего приезда.

Нужно было решать вопрос с квартирой, т.к. неясно, как отнесутся новые власти, что в такой большой квартире проживает только один человек - наш сын Александр, который был в ней прописан. Квартира в то время была государственной, и ее можно было только обменять на другую квартиру с доплатой. Дал объявление, приходили разные люди, предлагали много денег (по тем временам в моем понимании), но я же не мог их спрятать в карман. Кстати, одному из таких визитеров я за 1000 руб. продал старый немецкий аккордеон, который купил за 50 руб. (я полагал, что мне не удастся получить разрешение на его вывоз в Израиль). Наконец нашелся человек, который предложил в обмен за нашу большую квартиру хорошую однокомнатную квартиру рядом с метро «Коньково» и доплату. Последняя будет отправлена в Израиль на банковский счет, который мы укажем. Стали искать, кому же можно отправить деньги. Моя сестра отказалась, сказав, что они живут далеко от банка. Краснеры отказались, сказав, что т.к. они работают в авиапромышленности, им запрещено получать деньги из-за границы. Наконец, нашли Раину подругу, которая уехала в Израиль и жила в Холоне. Она согласилась, и на ее счет наш покупатель отправил договоренную сумму. Наконец, мы получили подтверждение из Израиля, что деньги получены, и завершили сделку по обмену. При этом Исаак, супруг Раиной подруги, которая получила наш перевод, вдруг заявил, что он берет часть наших денег и потом их вернет. Что я мог ему возразить, когда поезд ушел. Я сказал, что обо всем поговорим уже в Израиле.

Теперь после оформления виз и посещения Израильского посольства в Москве, осталось только заказать билеты и уехать. Наконец настал день в начале июня 1991 г., когда к нашему дому подъехал автобус, забрал нас и наши пожитки, и вместе с другими, такими как мы, выехал из Москвы и достиг Бреста. Саша, наш сын, провожал нас до Бреста, где мы с ним расстались. Расставание было очень тяжелым. В Бресте мы довольно быстро прошли таможенный досмотр, т.к. на наше счастье на таможню должен был приехать большой генерал, и нас решили оформить по быстрому. Из Бреста нас довезли до Варшавы, и оттуда через некоторое время повезли под конвоем в аэропорт. Примерно через 4 часа мы приземлились на Земле обетованной, получили удостоверения репатриантов и часть суммы от корзины абсорбции. Далее нас посадили на такси, и мы доехали до Нес-Ционы, где нас должна была встретить Лена Краснер. Краснеры по нашей просьбе сняли нам квартиру в этом городке (это две комнаты и кухня). Когда Рая увидела этот дом барачного типа, в котором нам предстояло жить, она заплакала и сказала маме, что она хочет обратно.

Так закончилась наша жизнь в Советском Союзе, и началась новая жизнь в Израиле.

Перейти к оглавлению

1987-1989 гг.

Жене уже годик.


8 марта у Раи в лаборатории на проспекте Мира регулярно отмечали Женский день.


Раиса Чеснина (слева), Марина Маркевич (стоит) и Алла Горбачева (справа), март 1987 г., Москва

Буквально после окончания 1-го курса института Диму забирают в армию.


Дима, 1987 г., Москва

Военкомат направляет его в стройбат в Калининград. Это относительно близко к Москве, и мы с Раей раз в полгода ездим туда, чтобы повидаться с Димой. Дима служит в стройбате флота.


Раиса Чеснина и Дима, 1987 г., Калининград

17 мая 1987 г. мне исполняется 50 лет. Я решил не устраивать банкет в ресторане, а отметить свой юбилей на работе. Это считалось общепринятым. Навезли всего, что требовалось, и устроили застолье в помещении сектора на проспекте Мира. Как обычно в таких случаях, приехали поздравить меня директор института С.П. Черных, секретарь партбюро и председатель месткома. Все было хорошо и по-домашнему.

В августе мы с Раей поехали отдыхать дикарями в Юрмалу. Там нам очень понравилось. Каждый день ходили к морю через сосновую рощу, где было полно земляники. Купались в море, много гуляли по побережью и часто ездили на экскурсии.


Леонид Позин с супругой (2-й и 3-я слева), 1987 г., Юрмала

Весной 1988 г. я еду в командировку в Полоцк, а оттуда заезжаю в Минск к родителям. Леня Рагинский, муж моей сестры Раи, ведет меня в студию известного в Советском Союзе скульптора Заира Исааковича Азгура.


Раиса и Леонид Позины, Мая Рагинская с дочерью Юлией и скульптор З.И. Азгур, 1988 г., г. Минск

В июне 1988 г. я отдыхал в санатории «Химик» в Ессентуках, имел одноместный номер с телевизором. Хорошо отдохнул и приятно провел время.


Леонид Позин (4-й справа), июнь 1988 г., Ессентуки

В Ессентуках случайно встретил Лилю Красную (двоюродную сестру моей жены) с мужем Семеном Ваксманом.


Семен и Лиля Вкасман, Леонид Позин, июнь 1988 г., Ессентуки

Жене уже 2 годика, его вывозят на дачу.

Женя, 1988 г., Москва

Женя с мамой и бабушкой Евгенией, 1988 г., Москва

В сентябре 1988 г. Дима приезжает на побывку.


Саша и Дима Позины, 1988 г., Москва

В мае 1989 г. Леня едет в Могилев на встречу одноклассников, через 35 лет после окончания школы.


(Слева направо) 1-й ряд: Вениамин Кравцов, Зинаида Бриккер, -, учитьельница немецкого языка, -, -; 2-й ряд: Лариса Мысова, Леонид Позин, Лиля Дайнеко, Тоня Жиц, -, Юрий Коновалов, -; 3-й ряд: Нина Ермоленко, -, Евгений Дайнеко, -, -, Марат Лисовский, май 1989 г., Могилев

В июне 1989 г. Диму демобилизуют из армии. После возвращения ему удается перейти на экономический факультет.


Рая и Женя, 1989 г., Москва


Женя, 1989 г., Москва

28 июня 1989 г. родился Павлик (наш второй внук).


Павлик, конец 1989 г., Москва

В августе 1989 г. я еду в санаторий Друскининкай. Стоит дикая жара, пью минеральные воды, купаюсь под водопадом и дышу воздухом с озоном. Это исключительно красивое место, получил массу впечатлений, участвовал во многих экскурсиях. Хорошо отдохнул.


Леня, 1989 г., Друскининкай

О работе и не только.

В начале 1987 г. безобразное поведение Ларисы Колтуновой привело к полному разрыву между нами. То, что она стерва, я слышал, но не придавал этому внимания, поскольку это не касалось сектора РиМА. В институте все знали о ее мерзком поведении по отношению к жене Бориса Кадера, который работал в ГИАПе. Как-то Лариса обратилась ко мне с просьбой, а затем и с требованием передать ей опытные данные по модернизации реактора с псевдоожиженным слоем, выполненной по моим рекомендациям. Речь идет о моей теоретической работе [62] по анализу влияния распределительной решетки на качество псевдоожижения, которая была опубликована еще в 1980 г. На основании этой работы я дал рекомендации по уменьшению живого сечения распределительной решетки для реактора в процессе получения дифенилолпропана. Выяснилось, что Колтунова решила написать докторскую диссертацию по влиянию неоднородности потоков на работу реакционных аппаратов, и хотела получить от меня данные по работе этого ректора после его модернизации. Однако таких данных у меня не было, а если бы они были, их можно было бы найти в технических отчетах. Я объяснил ей ситуацию, но она мне не поверила. Я сказал, что если ей нужны такие данные, я выпишу ей командировку в Новокуйбышевск на завод, и она проведет там обследование и получит необходимые ей данные. Она категорически отказалась, причем причина отказа мне не известна до сих пор. После этого разговора она стала доставать меня, где только можно. Дело не ограничилось ее жалобами в местком и партбюро. Меня вызывали на ковер, пытались понять, что происходит, и недоуменно разводили руками. Кроме этого, на меня пытались нажать ее именитые друзья, которых я не хочу здесь упоминать, и увещевали меня, как только могли. Мои объяснения не действовали, настолько Колтунова запудрила им мозги. Дело кончилось тем, что эта дама обратилась с письмом к генеральному секретарю ЦК КПСС М.С. Горбачеву. Суть ее письма я не знаю, но партийное бюро оповестило меня, что такое письмо было, и они отписали свое мнение по данному вопросу. Лариса стала совершенно невменяемой, где бы она ни появлялась, атмосфера накалялась до такой степени, что люди целый день не могли работать. Ее присутствие в секторе РиМА стало невыносимым не только для меня, но и почти для всех сотрудников. Надо было кардинально решать проблему. Я пошел к директору института С.П. Черных и заявил, что если Л.Н. Колтунову не уберут из сектора, я сам уйду из института. Он взял срок две недели, чтобы решить этот вопрос, но ничего не сделал, хотя я был ему крайне необходим. Тогда я уже нашел себе новое место работы в одном из институтов, и снова пошел к директору. Он категорически обещал решить проблему и таки решил ее. В это время в лаборатории математического моделирования института создали подразделение для Степаняна (протеже из Министерства) и поставили ему условием, что он возьмет к себе тех людей, которых ему укажут. Тот согласился, и Колтунову перевели под его начало. Так проблема благополучно разрешилась. Я избавился еще от одной психопатки и продолжил нормально работать. По поводу Л.Н. Колтуновой, много позже моего приезда в Израиль, мне стало известно, что эта мадам также находится здесь. Об этом мне сообщил доктор техн. наук Леонид Брагинский. Ему было интересно знать мое мнение о Колтуновой, которую он хотел взять на работу. Я кратко рассказал ему о том, что было. Это повлияло на его окончательное решение.

Идет перестройка, меняются взгляды и отношения к членам партии. Поднимается авторитет людей с либеральными взглядами. Партбюро назначает меня пропагандистом, и я провожу семинары - политзанятия. Мои занятия пользуются успехом. Как пропагандист учусь на курсах пропагандистов в Энергетическом институте в соответствии с требованиями Калининского райкома КПСС. Занятия довольно интересные, т.к. их проводят известные и хорошо подготовленные политологи. Они проходят несколько раз в месяц.

Весной 1987 г. в Таллинне состоялось совещания по проблеме «Абсорбция газов-3», на котором я доложил две работы: [90], касающаяся уравнения для расчета уровня светлой жидкости на переливных тарелках, и [91] по теплообмену на переливных трубчато-клапанных тарелках (совместно с О.Л. Шубиной).


Леонид Позин (3-й слева), весна 1987 г., (экскурсия) Таллинн

В этом же году в Уфе состоялась конференция «Устройства для массообменных колонн», где был представлен доклад [92] «Моделирование трубчато-клапанных тарелок для процессов неадиабатического массообмена» (написанный О.Л. Шубиной). Позже в Казани прошел семинар «Интенсификация процессов газофракционирования», где были представлены работы [93] по интенсификации процессов газофракционирования путем использования трубчато-клапанных беспереливных тарелок (с участием О.Л. Шубиной, В.Г. Гореченкова и М.Н. Миннуллина) и [94] по расчету уноса жидкости на контактных тарелках.
В 1987 г. было получено авторское свидетельство [95] на массообменную колонну (с участием В.Л. Бедрина, А.В. Бабочкина, В.А. Малюсова и др.).

В 1988 г. в Чимкенте состоялась Всесоюзная конференция «Химтехника-88», на которой была доложена работа [97] «Способ интенсификации тарелок для работы в массообменных аппаратах» (с участием И.В. Шевчука и В.Г. Гореченкова).
В том же году были получены два авторских свидетельства [98] и [99] на массообменную колонну (соавторы В.А. Малюсов, Н.А. Кочергин и др.).

В 1989 г. в Тольятти (Куйбышевская обл.) состоялась конференция «Химреактор-10», где был представлен доклад [100] «Исследование механизма процесса гидрирования ацетилена в этан-этиленовой фракции пирогаза» (авторы Жванецкий И.М., Колтунова Л.Н., Беренблюм А.С.). Участники конференции посетили известный автозавод.


(Справа налево) в 1-м ряду: д.т.н. А.М. Розен, д.т.н. В.М. Олевский, чл.- кор. АН СССР В.А. Малюсов, -; во 2-м ряду: -, к.т.н. Л. Шендеров, к.т.н. Лейтес, -, д.т.н. В.В. Дильман, -, д.т.н. Попов Д.М., к.т.н. Л.С. Позин; в 3-м ряду к.т.н. М. Шаргородский (с бородой) (с ним мы вместе работали в Израиле).

Перейти к оглавлению

УВАЖАЕМЫЕ ЧИТАТЕЛИ.
Это последний урок. Всех благ во всех ваших начинаниях

שדיים של בת שמונה עשרה / אתגר קרת

Грудь девушки, которой восемнадцать (окончание)
(Автор Этгар Керет, перевод Анны Дубинской)

קרץ לי וסימן לכיוון של מחומצנת אחת שעמדה לידינו ברמזור בג`אסטי חבוטה. `אני מודאגת בקשר ליוסי,` אמר בקול קצת מתכתי מהצד השני של הסלקום `הוא לא התקשר` .
- карац ли вэ-симэн ле-кивун шэль мэхум*цэнэт ахат шэ-амда ле-я*дэйну бэ-рамзор бэ-*Джести хавута. - «Ани мудъ*эгэт бэ-*кэшэр ле-*Йоси,» - амар бэ-коль кцат матахти мэ-hа-цад hа-шэни шэль hа-*Сельком - «hу ло hиткашэр».
- он подмигнул мне и показал в сторону одной крашеной, в [побитой Джести] Субару, которая стояла рядом с нами на светофоре. - Я переживаю за Йоси, - раздался несколько металлический голос, - он не звонил.

`איך הוא יתקשר. הוא בצבא, בשטח. מה את חושבת שיש להם שמה טלכרטים בלבנון?` `לא יודעת,` אמרה רונה `יש לי הרגשה לא טובה.`
«Эйх hу иткашэр. hу бэ-цава, бэ-*шэтах. Ма ат хо*шэвэт шэ-еш лаhэм *шама телекартис бэ-Леванон?» - «Ло йо*даат,» - амра *Рона- «Еш ли hаргаша ло това».
- Как он позвонит? Он в армии, на территориях. Ты что думаешь, у них там, в Ливане, есть телефонные карточки? - Не знаю, сказала женщина, - у меня нехорошее предчувствие.

`קטעים איתך, את וההרגשות השלך` קרץ לי הנהג שוב `בדיוק אני אומר כאן לנוסע, שכמו שאני מכיר אותך מתאים לך לדאוג.` `למה, אתה לא דואג?`
«Ктаим итах, эт hа-hаргашот hа-шэлах» - карац ли hа-наhаг шув - «Бэ-диюк ани омэр кан ле-но*сэа, шэ-кмо шэ-ани макир отах матъим лах лидъог.» - «Лама, ата ло доэг?»
- Ну, ты даешь [с твоими чуствами]! - подмигнул мне снова водитель, - я тут как раз говорю пассажиру, что сколько я тебя знаю, переживать - это для тебя святое. - Почему? А ты что не волнуешься?

`לא,` צחק הנהג `ואת יודעת למה, כי אני לא כמוך, אני מקשיב גם למה שאומרים ברדיו, לא רק לשירים המדכאים האלה באמצע.
«Ло,» - цахак hа-наhаг -«вэ-ат йо*даат *лама, ки ани ло камох, ани макшив гам ле-ма шэ-омрим бэ-*радио, ло рак ле-ширим hа-мэдакъим hа-*эле бэ-*эмца…
- Нет, - засмеялся водитель, - и знаешь почему? Потому что я не похож на тебя, я слушаю еще, что говорят по радио, а не только эти умирающие песни между известиями.

…ומה שאמרו זה שאלה בהליקופטרים היו צנחנים ויוסי שלנו בכלל בגבעתי אז מה יש לי לדאוג?` `אמרו שגם צנחנים,` מלמלה רונה `אבל זה לא אומר שלא היו עוד.`
…вэ-ма шэ-амру зэ шэ-*эле бэ-hели*коптерим hайу цанханим вэ-*Йоси ше*лану бихлаль бэ-Гивъ*ати аз ма еш ли лидъог?» - «Амру шэ-гам цанханим,» - мильмела *Рона - «Аваль зэ ло омэр шэ-ло hайу од».
А говорили, что эти, в вертолете, были парашютистами, а наш Йоси вообще в [бригаде Гивати] пехоте, так чего переживать? - Сказали, что и парашютисты тоже, - пробормотала Рона, - и это не значит, что больше никого не было.

אפילו שהקליטה היתה גרועה כבר יכולת לשמוע אותה בוכה `תעשה לי טובה, יש שמה מוקד כזה של הורים שאפשר להתקשר. תתקשר אליהם, ותשאל עליו. נו, תעשה לי טובה.`
А*филу шэ-hа-клита hайта груа квар я*хольта лиш*моа ота боха - «Таасэ ли това, еш *шама мокэд ка-зэ шэль hорим шэ-эфшар леhиткашэр. титкашэр элэйhэм, вэ-тишъаль алав. Ну, таасэ ли това.»
Даже несмотря на помехи, было слышно, что она плачет. - Послушай, сделай одолжение! Там есть специальный телефон, по которому могут звонить родители. Позвони им и спроси о нем. Пожалуйста, для меня!

אמרתי לך,` התעקש הנהג `אמרו שרק צנחנים. אני לא הולך לצלצל אליהם ולעשות מעצמי אידיוט.` ואחרי שלא קיבל תשובה מהצד השני המשיך `את רוצה, תתקשרי לבד.`
«А*марти лах,» - hитъакэш hа-наhаг - «амру шэ-рак цанханим. Ани ло hолех лецальцель элэйhэм вэ-лаашот ми-ацми идиот.» Вэ-ахарэй шэ-ло кибель тшува мэ-hа-цад hа-шэни hимших - «Ат роца, титкашри левад.»
- Я сказал тебе, - заупрямился водитель, - говорили, что только парашютисты. Не буду я сейчас звонить и делать из себя идиота. - И после того, как не получил никакого ответа, продолжил. - Тебе хочется (выглядеть недоразвитой)? Позвони сама.

`טוב,` ניסתה רונה מהצד השני להפסיק לבכות ולהישמע קשוחה `אז תפנה לי את הקו.` `בי!` אמר הנהג וניתק.
«Тов,» - ниста *Рона мэ-hа-цад hа-шэни леhафсик ливкот вэ-леhиша*мэа кшуха - «Аз тэфанэ ли эт hа-кав.» - «Бай!» - амар hа-наhаг вэ-нитэк.- Хорошо, - она попыталась говорить твердым голосом, - тогда освободи мне линию. - Опа! - сказал водитель и разъединился.

`עכשיו היא תנסה אותם במוקד אפילו עשר שעות עד שיבדקו לה` צחק מין צחוק קצר, מסומן כזה `עקשנית זאת, לא מקשיבה לאף-אחד.`
«Ахшав hи тэнасэ отам ба-мокэд а*филу *эсэр шаот ад шэ-ивдэку ла» - цахак мин цхок кацар, мэсуман ка-зэ - «Акшанит зот, ло макшива ле-аф - эхад.»
- Сейчас она будет изводить их хоть десять часов подряд, пока они не проверят, - хихикнул он, (как бы подводя итог). - Эта упрямица не слушает никого.

המבט שלו חיפש מחוץ לשמשה איזה משהו לצפור לו, אבל הרחובות היו כמעט שוממים. `תאמין לי,` אמר `עדיף בחורה צעירה מכוערת, על מבוגרת יפה, ואני אומר לך את זה מניסיון.
hа-мабат шэло хипэс ми-хуц ле-шимша *эйзэ *машэhу лицфор ло, аваль hа-рэховот hайу кимъат шомэмим. - «Таамин ли,» - амар - «адиф бахура цаира мэху*эрэт, аль мэву*гэрэт яфа, вэ-ани омэр леха эт зэ ми-нисайон»
Его взгляд искал кого-нибудь, кому бы посигналить, но улицы были почти пусты. - Поверь мне, - сказал он, - лучше молоденькая девочка, пусть даже уродливая, чем красавица в годах, я по опыту знаю…

…צעירה, אפילו מכוערת, העור שלה עוד מתוח, השדיים עומדים, לגוף שלה יש מין ריח כזה, של צעירות.
…Цаира, а*филу мэху*эрэт, hа-ор шэла од ма*туах, hа-ша*дайим омдим, ле-гуф шэла еш мин *рэйах ка-зэ, шэль цэирут.»
Молодая, даже если она дурнушка, - кожа у нее упругая, груди торчат, у ее тела есть запах, запах молодости…

…אני אומר לך, יש הרבה דברים יפים בעולם, אבל גוף של בת שבע-עשרה - שמונה-עשרה...` הוא ניסה לזמזם לעצמו שיר אחר מזה שהשמיעו ברדיו, כשהטלפון שוב צילצל.
…Ани омэр леха, еш hарбэ дварим яфим бэ-олам, аваль гуф шэль бат шва-эсрэ - *шмонэ-эсрэ…» - hу ниса лезамзэм ле-ацмо шир ахэр ми-зэ шэ-hиш*миу бэ-*радио, кшэ-hа-телефон шув цильцель.
…Я говорю тебе, в мире есть много красивых вещей, но тело семнадцати, восемнадцатилетней...- Он пытался напеть что-нибудь, отличное от доносящегося из приемника, (и после второго куплета) [когда] зазвонил мобильник.

`זאת היא,` אמר לי לפני שענה וקרץ שוב. `רונה מתוקה,` אמר כשענה לטלפון `מה שלומך?` ` בסדר,` ענתה רונה בקול מאושר שהתאמץ להישמע קורקטי
«Зот hи,» - амар ли лифнэй шэ-ана вэ-карац шув. - «*Рона мэтука,» - амар кшэ-ана ле-телефон - «Ма шломэх?» - «Бэ-*сэдэр,» - анта *Рона бэ-коль мэушар шэ-hитъамэц леhиша*мэа ко*ректи -
- Это она, - улыбнулся он и снова подмигнул. - Милая Рона, - [сказал он, когда ответил на звонок] (наклонился он к микрофону, как будто он - ведущий на радио, беседующий со слушателями). - Как дела? - Хорошо, - ответила женщина счастливым голосом, напрасно пытаясь изобразить хладнокровие. -

`רק צילצלתי להגיד לך שאמרו שהוא בסדר.` `תגידי,` צחק הנהג `בשביל זה את מתקשרת? יא אהבלה אני כבר אמרתי לך לפני רבע שעה שהוא בסדר.`
«Рак циль*цальти леhагид леха шэ-амру шэ-hу бэ-*сэдэр.» - «Тагиди,» - цахак hа-наhаг - «бишвиль зэ ат митка*шэрэт? Я аhбэла ани квар а*марти лах лифнэй *рэва шаа шэ-hу бэ-*сэдэр.»
Я звоню только сообщить - они сказали, что с ним все в порядке. - И для этого ты звонишь? - засмеялся водитель. - Ну, и дурища ты, я ведь уже [четверть часа] (полчаса) назад говорил тебе, что с ним все в порядке.

`ואללה,` אמרה `אבל עכשיו אני יותר שקטה.` `שיהיה לך לבריאות,` אמר הנהג. `יאללה, אני הולכת לישון, אני עייפה מתה.` `לילה טוב` אמר הנהג
«Валла,» - амра - «аваль ахшав ани йотер шкета.» - «Шэ-иhйе лах ли-вриут,» - амар hа-наhаг. - «Ялла, ани hо*лехэт лишон, ани айефа мэта.» - «Лайла тов» - амар hа-наhаг.
- Правильно, - вздохнула она, - но сейчас я более спокойна. - Ну, будь здорова, - подколол он. - Ладно, я иду спать, я страшно устала. - [Спокойной ночи, - сказал водитель.] (Чтоб у тебя были только хорошие сны, - и он нацелил палец на кнопку, чтобы прервать разговор).

`ופעם הבאה תקשיבי לי, הא?` כבר היינו ממש קרובים לבית שלי, ובפנייה מבן-יהודה, הוא ראה מישהי רזה עם מיני שהסתובבה בבהלה כשצפר.
«Вэ-*паам hабаа так*шиви ли, hа?» - квар hай*ину кровим ла-байт шэли, у-бэ-пния ми-Бэн-Йеhуда, hу раа *мишэhи раза им *мини шэ-hистовэва бэ-бэhала кшэ-цафар.
- В следующий раз будешь слушать, что я тебе говорю, а? - Мы уже были почти у моего дома, на повороте он увидел какую-то худышку в мини, испуганно заметавшуюся, когда он просигналил.

`תראה את זאתי,` אמר, מנסה להסתיר את הדמעות שכיסו לו את הפנים `פייר, לא היית מביא לה?`
«Тиръэ эт зоти,» - амар, мэнасэ леhастир эт hа-дмаот шэ-кису ло эт hа-паним - «фэйэ, ло ло hай*ита мэви ла?»
- Нет, ты только посмотри на нее! - сказал он, пытаясь скрыть слезы. - Ну, правда, что, ты бы ей не вставил?

УВАЖАЕМЫЕ ЧИТАТЕЛИ
Этот рассказ (здесь начало, будет еще окончание) будет последним в моих уроках иврита, которые я решил прекратить.
Однако, окончательное решение остается за вами, пишите комментарии.

שדיים של בת שמונה עשרה / אתגר קרת

Грудь девушки, которой восемнадцать (начало)
(Автор Этгар Керет, перевод Анны Дубинской)

`אין כמו שדיים של בת שמונה עשרה` אמר נהג המונית וצפר לאחת שהיתה מספיק תמימה בשביל להסתובב.
«Эйн кмо ша*дайим шэль бат *шмонэ эсрэ» - амар наhаг hа-монит вэ-цафар ле-ахат шэ-hайта маспик тмима бишвиль леhистовэв.
- Ничто не сравнится с грудью восемнадцатилетней, - сказал таксист и просигналил девушке, которая была достаточно наивна, чтобы оглянуться.

`תאמין לי אתה טוחן אחת שתיים כאלה ביום נעלמת לך הקרחת.` ואחרי זה צחק ונגע לעצמו באיפה שפעם היה לו שיער.
«Таамин ли ата тохэн ахат *штайим ка-*эле бэ-йом нээ*лэмэт леха hа-ка*рахат» - вэ-ахарэй зэ цахак вэ-нага ле-ацмо бэ-*эйфо шэ-*паам hайя ло сэар.
- [Поверь мне,] ты трахаешь в день по парочке таких, и у тебя исчезает лысина, - [после этого] он засмеялся и прикоснулся к тому месту, где у него когда-то [были волосы] была прическа.

`אל תראה אותי ככה, אני יש לי שני ילדים בגיל הזה. ואם הבת שלי הייתה הולכת עם איזה חאטיאר בגילי לא יודע מה הייתי עושה לה.
Аль тиръэ оти каха, ани еш ли шнэй еладим бэ-гиль hа-зэ. Вэ-им hа-бат шэли hайта hо*лехэт им *эйзэ хатиар бэ-гили ло йо*дэа ма hай*ити осэ ла.
- Не смотри на меня так. У меня двое детей, им столько же. И если бы моя дочь стала встречаться с такой развалиной как я, не знаю, чтобы я ей сделал.

אבל אין מה לעשות, ככה זה, זה הטבע, ככה אלוהים ברא אותנו, לא? אז מה שאני אתבייש בזה? הנה, תראה את זאת,` צפר לאחת עם ווקמן שהמשיכה ללכת.
Аваль эйн ма лаасот, каха зэ, зэ hа-*тэва, каха элоhим бара отану, ло? Аз ма шэ-ани этбайеш бэ-зэ? hинэ, тиръэ эт зот», - цафар ле-ахат им *вокман шэ-hим*шиха ла*лехэт.
Но, [ничего не поделаешь] тем не менее, все так и есть, это природа, такими нас господь создал. И что с того, что я буду этого стыдиться? Вон, глянь-ка, - он посигналил девице с плеером, продолжавшей идти, (не оборачиваясь на сигнал). -

`כמה הייתה נותן לה? שש-עשרה.` ותראה איזה תחת. פייר, לא הייתי מביא לה?` הוא צפר עוד כמה צפירות לפני שהתייאש.
«*Кама hай*ита нотэн ла? Шэш эсрэ.» - «Вэ-тиръэ *эйзэ *тахат. Фэйэ, ло hай*ити мэви ла?» - hу цафар од кама цфирот лифнэй шэ-hитъяэш.
Сколько б ты дал ей? Шестнадцать? А посмотри, какая задница! Ну, и ты б ей не вставил, а? - и он погудел еще несколько раз, покуда не [потерял надежду] разочаровался.

`לא שומעת כלום זאתי.` הסביר `בגלל הטייפ, נשבע לך אחרי שאתה רואה אחת כזאת, איך אתה יכול אחר-כך לחזור לאישה.`
«Ло шо*маат клум зоти»- hисбир- «биглаль hа-тайп, нишба леха ахарэй шэ-ата роэ ахат ка-зот, эй хата яхоль ахар-ках лахзор ле-иша.»
- Ничего не слышит, - пояснил он, - из-за плеера. - Клянусь тебе, после того, как насмотришься на такую, попробуй-ка, вернись к жене.

`אתה נשוי?` שאלתי, מנסה להישמע מאשים. `גרוש,` מלמל לעצמו הנהג שניסה לקלוט במראה עוד משהו מההיא עם הווקמן `תאמין לי, איך אתה יכול אפילו לחשוב אפילו לחזור לאישה.`
«Ата насуй?»- ша*альти, мэнасэ леhиша*мэа маашим. «Гаруш,» - мильмэль ле-ацмо hа-наhаг шэ-ниса ликлот бэ-маръа од *машэhу мэ-hа-hи им hа-*вокман - «Таамин ли, эйх ата яхоль а*филу лахшов а*филу лахзор ле-иша».
- Ты женат? - спросил я строго. - Разводной, - буркнул таксист, пытаясь удержать в зеркале ту, с плеером, - поверь мне, это и представить себе даже невозможно - возвратиться к жене...

ברדיו היה שיר עצוב של פוליקר והנהג שניסה לשיר איתו היה שמח מדי בכדי שיישאר בקצב. הוא העביר תחנה, ובתחנה השנייה חיכה עוד שיר עצוב, של שלמה ארצי.
Бэ-*радио hайя шир ацув шэль *Поликер вэ-hа-наhаг шэ-ниса лашир ито hайя са*мэах ми-дай би-кдэй шэ-ишаэр бэ-*кэцэв. hу hээвир тахана, у-бэ-тахана hа-шния хика од шир ацув, шэль *Шломо *Арци.
По радио звучала печальная песня Поликера, и водитель пытался ее петь, но слишком разыгрался, чтобы попасть в ритм. Он прокрутил одну станцию, а на следующей его опять поджидало нечто грустное, на сей раз Шломо Арци.
`
זה בגלל כל החרא הזה עם המסוקים,` הסביר לי כאילו שנחתתי מהמאדים `ההליקופטרים האלה שהתנגשו באוויר. שמעת? הודיעו על זה בחדשות לפני איזה שעתיים.`
-«Зэ биглаль коль hа-*хара hа-зэ им hа-масоким,» - hисбир ли кэ-*илу шэ-на*хатэти мэ-hа-маадим - hа-hели*коптерим hа-*эле шэ-hитнагшу бэ-авир. Ша*мата? hо*диу аль зэ бэ-хадашот лифнэй *эйзэ шаа*тайим.»-
Все из-за этой дерьмовой истории с вертолетами, - объяснил он мне, как будто я упал с Марса. - Вертолеты столкнулись в воздухе, ты слышал, в новостях уже сообщали об этом [два часа назад].

עשיתי כן עם הראש `עכשיו הם יבאסו לנו את הרדיו כל המשמרת, נשבע לך. רק דיווחים ודיכאון.` הוא עצר במעבר חציה לילדה גבוהה עם מכשיר כזה ליישור גב שמחזיק את הצוואר.
- Асити кэн им hа-рош - «Ахшав hэм евасъу лану эт hа-*радио коль hа-миш*мэрэт, нишба леха. Рак дивухим вэ-дикаон.» hу ацар бэ-маавар хацайя ле-ялда гвоhа им махшир ка-зэ ле-ишур гав шэ-махзик эт hа-цавар.
Я кивнул. - Сейчас они иссопливят нам все радио. Клянусь тебе, будут одни только новости и всеобщее уныние, - он остановился у перехода, пропуская высокую девочку с корсетом для выпрямления спины.
`
גם זאת שווה לא?` אמר בקול טיפה מהסס `אולי עוד שנה שנתיים הייתי נותן לה.` ואחר-כך צפר גם לה ליתר ביטחון.
«Гам зот шава ло?» - амар бэ-коль типа мэhасэс - «Улай од шна*тайим hай*ити нотэн ла.» - Вэ-ахар - ках цафар гам ла ле-*йетэр битахон.
- И эта тоже чего-то стоит, нет? - сказал он в некотором сомнении. - Я бы, пожалуй, дал бы ей еще год-два, - и для пущей уверенности просигналил и ей.

הוא המשיך לנסות תחנות ברדיו ונעצר על איזה תחנה שדיווחה ממקום ההתרסקות. `תראה אותי למשל,` אמר `אני יש לי בן עכשיו בצבא, קרבי. לא שמעתי ממנו יומיים.
hу hимших ленасот таханот бэ-*радио вэ-нээцар аль *эйзэ тахана шэ-дивха ми-маком hа-hитраскут. - «Тиръэ оти ле-машаль» - амар- «Ани еш ли бэн ахшав бэ-цава, крави. Ло ша*мати ми*мэну йо*майим...
Он продолжал крутить настройку и остановился на некой станции, которая вела репортаж с места падения. - Посмотри, например, на меня, - продолжал он, - у меня сейчас сын в армии, в боевой части. Ничего не слышал от него уже два дня…

אז אם אני אומר שצריכים לשים באסונות האלה משהו יותר קליל ברדיו, אז אף-אחד לא יכול לבוא אלי בטענות לא? אני אומר סתם מלחיצים פה את האנשים.
…Аз им ани омар шэ-црихим ласим бэ-асонот hа-*эле *машэhу йотзр калиль бэ-*радио, аз аф-эхад ло яхоль лаво элай бэ-таанот ло? Ани омэр стам малхицим по эт hа-анашим.
И если я скажу, что нужно в таких случаях пускать по радио что-то полегче, так никто не явится ко мне с претензиями. Вот я и говорю, что здесь понапрасну давят на людей.

תחשוב על אמא שלו, גרושתי, שומעת את כל הדברים השירים האלה על שלמה ארצי שמזיין איזה אישה של אחד שמת, במקום שישימו לה איזה משהו מרגיע.
Тахшов аль има шэло, грушати, шо*маат эт коль hа-дварим hа-ширим hа-*эле аль *Шломо *Арци шэ-мазмин *эйзэ иша шэль эхад шэ-мэт, бимком шэ-ясиму ла *эйзэ *машэhу мар*гиа.
Подумай о его матери, моей бывшей жене, которая слушает все эти песни Шломо Арци о том, как он трахает жену своего друга, умершего на войне. И это вместо того, чтобы поставить ей что-нибудь успокоительное.

בוא,` נגע לי פתאום ביד `בוא נתקשר אליה נשגע אותה.` לא עניתי, נבהלתי קצת שנגע בי. `הלו, רונה. מה העניינים?` כבר צעק לדיבורית ` הכול בסדר?`
«Бо,» - нага ли питъом бэ-яд - «Бо ниткашэр э*лэhа нэша*гэа ота.» - Ло а*нити, нив*hалти кцат шэ-нага би. - «hало, *Рона. Ма hа-инъяним?» - квар цаак ле-дибурит - «hа-коль бэ-*сэдэр?»
Давай, - он вдруг коснулся моей руки, - давай позвоним ей, немножко поморочим ей голову. - Я не ответил, слегка испугавшись, когда он ко мне притронулся. - Алло, Рона, как дела? - кричал он уже в трубку. - Все в порядке?

1985-1986 гг.

В 1985 г. Дима учился в 9-м классе, а Саша уже на 5-м курсе МИХМа. В эти годы в летний период я с Димой довольно часто совершали походы выходного дня по Подмосковью. Эти походы организовывались по субботам или воскресеньям, и о них заранее сообщали по радио. Мы выбирали маршрут и ехали на тот или иной вокзал, там присоединялись к группе, руководимой инструктором. Затем садились в электричку и ехали до определенной станции - начала маршрута. Длительность и расстояние пешего похода были известны заранее. Обычно путь проходил через лес или другие красивые места, иногда приходили к реке или водоему, там устраивали привал, купались, перекусывали и отдыхали. Затем возвращались домой. Мы получали большое удовольствие от этих походов выходного дня.

Саша уже начал встречаться с девушками. Мы опасались, что он свяжется с какой-нибудь «шиксой», и решили принять соответствующие меры. Я знал, что по субботам около синагоги на ул. Архипова собираются евреи и пытаются познакомить своих детей, внуков и т.п. Я поехал туда, и набрал массу телефонов потенциальных невест. Саша согласился позвонить им и познакомиться, так что выбор был в его руках, а не навязан нами. После некоторого времени Саша знакомится с Еленой (Аленой) Барер. Они начинают встречаться, мы знакомимся с Аленой, а Саша с ее родителями. Саше предстоит в этом году закончить МИХМ, а Алене бухгалтерский техникум. Наконец, наши дети решают пожениться, и мы знакомимся с родителями Алены и решаем все организационные вопросы, связанные со свадьбой. Свадьба назначена на 23 марта 1985 г., мероприятие проводится в банкетном зале кафе «Ангара» на Новом Арбате. С каждой стороны приглашены около 30 гостей. Это было время, когда страной правил Андропов. Поэтому обслуживание в кафе было отменным. Даже после банкета они отказывались взять чаевые. Но, в конце концов, взяли. Вечер был организован на высоком уровне, кухня была отличной, рядом в общем зале играла чудесная музыка и можно было выйти и потанцевать. А у нас в банкетном зале я тоже играл на аккордеоне известные еврейские песни, и мы все вместе пели. На свадьбу Саши и Алены приехали мои родители из Минска, Лиля (двоюродная сестра Раисы Чесниной) и ее муж Семен Ваксман (из Могилева), Владимир Шуб (двоюродный брат Раисы Чесниной) с дочерью Диной (из Могилева), Валерий Шуб (двоюродный брат Раисы Чесниной) с женой Альбиной и дочерью Ларисой (из Костромы). Кроме того были наши московские родственники - Гита Цоир (сестра моей мамы) с мужем Анатолием Голант, Илья Краснер (брат Раиной мамы) с женой Галиной и сыном Митей. Было также множество гостей со стороны невесты.


Алена Барер и Саша Позин, март 1985 г., Москва

Раиса Чеснина, Леонид Позин и Фаина (бабушка Алены), март 1983 г., Москва

На следующий день мы продолжили застолье у нас дома.


ФаФаина (бабушка Алены) и Евгения Краснер (сидят), Дима Позин, Раиса Чеснина и Алена Барер (стоят), март 1985 г., Москва


Злата Цоир и Самуил Позин (родители Леонида), март 1985 г., Москва

Алена и Саша, март 1985, Москва

После окончания учебы Саша и Алена начали работать в соответствии с распределением, которое они получили. Саша работал инженером во ВНИИГТ (ВНИИ гелиевой техники).


Саша Позин, лето 1985 г., Подмосковье

Когда Дима закончил 9-й класс, с ним случилось несчастье. Был август, кончались летние каникулы. У Димы был товарищ Гена Гольдфарб (который, кстати, сейчас живет в Иерусалиме). И вот они радостные, что встретились после каникул, пошли играть в бадминтон в сквер около кинотеатра «Казахстан» сравнительно недалеко от нашего дома. Это было в субботу примерно в 2-3 часа дня. И вот они играют в этом сквере, и к ним подходит группа парней с бутылкой в руках, и обращаются «Дайте закурить». У них, конечно, не было никаких сигарет, и эти парни набрасываются на них и начинают их избивать. Диме сломали нос, все лицо было опухшее и черное от синяков. У Гены было сотрясение мозга. Гена сумел вырваться и убежать, а Дима остался лежать. После этого эти парни испугались и разбежались. Гена позвал на помощь людей. После этого они пришли в милицию. Нас в это время не было дома, и когда вернулись, нам позвонили из отделения милиции. Мы сразу же направились туда, и туда же приехал отец Гены. Мы все поехали в 1-ю Градскую больницу. Там Диме вправили нос и велели придти через неделю. Когда мы пришли через неделю, оказалось, что нос сросся неправильно, и врач сказал: «Что ты хочешь снова его сломать, пусть уж будет так, небольшая кривизна», которую потом исправили, когда Дима был в армии, где ему снова сломали нос. Тогда уже нос встал на свое место. Милиция пыталась найти этих подонков, даже Диму сажали в милицейскую машину и объезжали злачные места, но он никого не узнал.

Осенью 1985 г. я должен был ехать в командировку, но почувствовал себя плохо. Это было в воскресенье, когда поликлиники были закрыты. Поехали с Раей в 1-ю градскую больницу на Ленинском проекте. Там у меня нашли воспаление тройничного нерва. Я пробыл в больнице около месяца. Сейчас это заболевание считается амбулаторным, а тогда лечили в больнице. Пичкали меня уколами, делали парафиновые компрессы. В конце концов, я поправился и вышел на работу. Интересно, что в пятницу, перед тем как я попал в больницу, я чувствовал себя совершенно нормально. По пути на работу у метро «Университет» меня окружили цыганки и предлагали погадать. Но я не взял с собой денег, и отказался. Одна цыганка посмотрела на меня и сказала, что ты совершенно больной. Так оно и было. Замечу, что это было в моей жизни второй раз, когда цыгане давали мне предсказания и не ошибались. В больнице под влиянием врачей я бросил курить. Это было довольно легко, просто я несколько дней ходил в туалет, а там дым от курева стоял столбом. Подышишь 5 минут, и ты уже накурился. Я не курил довольно долго, но сорвался примерно через год, когда умер Анатолий Борисович Голант (муж моей тети Галины Цоир).

В ноябре 1985 г. я отдыхал в санатории в Ессентуках. Это был очень приличный санаторий. Там я хорошо подлечился и отдохнул. Было много интересных экскурсий по Кавказу.


Леонид Позин (4-й справа вверху), 1985 г., Ессентуки (экскурсия в Железноводск)

7 марта 1986 г. у Саши и Алены родился Женя - наш первый внук.


Александр Позин (с Женечкой на руках) и Алена, 1986 г., Москва

В 1986 г. Дима окончил среднюю школу.


Дима Позин - выпускник средней школы, 1986 г., Москва

В начале лета 1986 г. Дима с Раей поехали отдыхать дикарями в Зеленоградск Калининградской обл., который расположен на берегу Балтийского моря. Это было очень красивое место, там не было жарко, как на юге. Они отлично отдохнули.


Рая и Дима, 1986 г., г. Зеленоградск

Летом 1986 г. я получил путевку в санаторий «Монино» в Подмосковье. Довольно старые здания, но близость к Москве проявляется во всем остальном: хорошее питание, лечебные процедуры и т.п. Как обычно развлекательные вечера, танцы и др. Прекрасная погода. Прогулки по лесу и окрестностям. Иногда посещение кинозала санатория. В целом отдохнул вполне неплохо.

Дима успешно сдал экзамены и поступил в МИНХиГП (Московский институт нефтехимической и газовой промышленности им. И. М. Губкина).
Он хотел учиться на экономическом факультете, но там был очень высокий конкурс, и принимали преимущественно только людей с протекцией. Ну, он согласился учиться на инженерно-механическом факультете, куда был шанс поступить. Вряд ли бы из него вышел инженер, но пусть учится, там видно будет.


Дима Позин, 1986 г., Москва


Дима и Женя, 1986 г., Москва (посмотрите, с каким вниманием они оба изучают игрушку)

Раин папа, Яков Львович Чеснин был серьезно болен, ему даже сделали операцию, но это не помогло. Он мучился от страшных болей, несмотря на то, что ему регулярно кололи наркотики. 19 июня 1986 г. он скончался от рака мочевого пузыря. Его похоронили на Хованском кладбище.

Зимой 1986 г. я поехал в командировку в Полоцк (на Полоцкий НХК). На обратном пути заехал в Минск проведать родителей и сестру.


Леонид и Раиса Позины, зима 1986 г., Москва

О работе и не только.

В книге [01] в разделе «Структура института (хронология)» с. 39 написано:
«В 1986 г. отдел № 5 был преобразован в отдел № 7 «Инженерно-технологический» - зав. отделом Меньщиков Вадим Алексеевич (1986-1992). Соответственно изменился номер сектора - Сектор № 7/2 «Реакционные и массообменные аппараты» - зав. сектором Позин Леонид Самуилович».
Это преобразование было число формальным, и никак не сказалось на работе сектора.

В этой же книге на с. 40 приведена структура отдела № 10 «Инженерно-технологический» - зав. отделом Меньщиков Вадим Алексеевич (1992-1995) после очередной реорганизации.В соответствии с этой структурой сектор № 10/6 «Реакционные и массообменные аппараты» существовал в 1992-1993 гг. под моим руководством. Возможно, он и существовал, но меня в это время там уже не было, т.к. я уже жил в Израиле. Это уж точно, как в той известной истории с поручиком Кижи. Очень забавно!!!

В начале 1986 г. безобразное поведение Ларисы Колтуновой привело к полному разрыву между нами. То, что она стерва, я слышал, но не придавал этому внимания, поскольку это не касалось сектора РиМА. В институте все знали о ее мерзком поведении по отношению к жене Бориса Кадера, который работал в ГИАПе. Как-то Лариса обратилась ко мне с просьбой, а затем и с требованием передать ей опытные данные по модернизации реактора с псевдоожиженным слоем, выполненной по моим рекомендациям. Речь идет о моей теоретической работе [62] по анализу влияния распределительной решетки на качество псевдоожижения, которая была опубликована еще в 1980 г. На основании этой работы я дал рекомендации по уменьшению живого сечения распределительной решетки для реактора в процессе получения дифенилолпропана. Выяснилось, что Колтунова решила написать докторскую диссертацию по влиянию неоднородности потоков на работу реакционных аппаратов, и хотела получить от меня данные по работе этого ректора после его модернизации. Однако таких данных у меня не было, а если бы они были, их можно было бы найти в технических отчетах. Я объяснил ей ситуацию, но она мне не поверила. Я сказал, что если ей нужны такие данные, я выпишу ей командировку в Новокуйбышевск на завод, и она проведет там обследование и получит необходимые ей данные. Она категорически отказалась, причем причина отказа мне не известна до сих пор. После этого разговора она стала доставать меня, где только можно. Дело не ограничилось ее жалобами в местком и партбюро. Меня вызывали на ковер, пытались понять, что происходит, и недоуменно разводили руками. Кроме этого, на меня пытались нажать ее именитые друзья, которых я не хочу здесь упоминать, и увещевали меня, как только могли. Мои объяснения не действовали, настолько Колтунова запудрила им мозги. Дело кончилось тем, что эта дама обратилась с письмом к генеральному секретарю ЦК КПСС М.С. Горбачеву. Суть ее письма я не знаю, но партийное бюро оповестило меня, что такое письмо было, и они отписали свое мнение по данному вопросу. Лариса стала совершенно невменяемой, где бы она ни появлялась, атмосфера накалялась до такой степени, что люди целый день не могли работать. Ее присутствие в секторе РиМА стало невыносимым не только для меня, но и почти для всех сотрудников. Надо было кардинально решать проблему. Я пошел к директору института С.П. Черных и заявил, что если Л.Н. Колтунову не уберут из сектора, я сам уйду из института. Он взял срок две недели, чтобы решить этот вопрос, но ничего не сделал, хотя я был ему крайне необходим. Тогда я уже нашел себе новое место работы в одном из институтов, и снова пошел к директору. Он категорически обещал решить проблему и таки решил ее. В это время в лаборатории математического моделирования института создали подразделение для Степаняна (протеже из Министерства) и поставили ему условием, что он возьмет к себе тех людей, которых ему укажут. Тот согласился, и Колтунову перевели под его начало. Так проблема благополучно разрешилась. Я избавился еще от одной психопатки и продолжил нормально работать. По поводу Л.Н. Колтуновой, много позже моего приезда в Израиль, мне стало известно, что эта мадам также находится здесь. Об этом мне сообщил доктор техн. наук Леонид Брагинский. Он хотел знать мое мнение о Колтуновой, которую он хотел взять на работу. Я кратко рассказал ему о том, что было. Это повлияло на его окончательное решение.

В 1985 г. вышли в свет следующие две работы с моим участием: статья [84], касающаяся закономерностей, определяющих уровень светлой жидкости на переливных тарелках (я включил в эту статью Геннадия Петровича Соломаху из МИХМа, т.к. использовал в работе экспериментальные данные его аспиранта, и О.Л. Шубину, считая, что эта статья поможет ей защитить кандидатскую диссертацию) и статья [85] по гидродинамике переливных трубчато-клапанных тарелок (написана О.Л. Шубиной).

В 1986 г. были опубликованы четыре работы: статья [86] (расширенная версия работы [85]) и статья [87] (написана А.В. Бабочкиным) по гидродинамике тарельчатой колонны, работающей в автоколебательном циклическом режиме.

Особое место имеет статья [88] (где соавторами были С.П. Черных и его сотрудники) по реактору гидратации метилциклобутана.

Наконец, последнее в этом году изобретение [89], придуманное мной и касающееся клапанной беспереливной тарелки. Я считал, что это очень перспективное изобретение и его ожидает большое будущее. Поэтому в число его авторов я включил молодых сотрудников сектора РиМА И.В. Шевчука, С.Т. Елистратова и А.В. Бабочкина, сотрудников ВНИИнефтемаша В.А. Шейнмана и Ю.Н. Лебедева, а также сотрудника Северодонецкого филиала ГИАП Н.А. Кочергина. Я полагал, что такой широкий авторский коллектив сумеет провести необходимые исследования и внедрение этой тарелки в промышленность.
Действительно такого рода исследования были начаты в секторе И.В. Шевчуком, но после моего отъезда в Израиль были прерваны.

Перейти к оглавлению

1983-1984 гг.

Во ВНИИОС случайно была путевка в оздоровительно-спортивный детский санаторий в Евпатории, и нам ее дали. Дима был довольно полный мальчик, и это было для него очень полезно. Там были дети с разных концов Советского Союза. Был строгий режим питания и физическая нагрузка. Давали очень мало еды, и Дима был голодный, так что он брал с собой из столовой хлеб, поливал его подсолнечным маслом и клал под подушку, чтобы съесть на ночь. В Евпатории он пробыл почти два месяца зимой 1983 г. Там дети и учились и лечились, теряя свои килограммы. В результате он сумел там здорово похудеть. Это даже заметно на фотографии. При отъезде из Евпатории в Москву Дима позвонил нам, и сказал, чтобы мы взяли с собой английскую булавку, когда приедем его встречать, т.к. у него падают штаны.


Дима Позин (2-й справа внизу), детский санаторий, 1983 г., Евпатория

В начале лета Рая и Дима совершили круиз на теплоходе по маршруту Москва-Пермь. Это было очень интересное и веселое путешествие. Дима принимал участие в танце «маленьких лебедей».


Дима Позин (в центре), 1983 г., круиз Москва-Пермь.

Этим же летом Рая и Дима побывали на турбазе «Сосновый бор» под Костромой, куда достали путевку с помощью Валерия Шуб (двоюродного брата Раи) и его жены Альбины (жителей Костромы).


Дима (5-й слева впереди) и Рая (справа сзади за Димой), 1983 г., турбаза «Сосновый бор», Кострома

В августе 1983 г. мой знакомый Роман Сусанов из Краснодара, который хотел поступить ко мне в аспирантуру и который в 1982 г. подвел Сашу с путевкой, решил искупить свою вину и устроил мне, Рае и Диме путевки в пансионат в пос. Шепси на берегу Черного моря. Там мы прекрасно отдыхали, каждый день купались в море, покупали фрукты на рынке и развлекались, как могли.
В итоге все неплохо отдохнули в этом году, особенно Дима.


Рая и Дима, 1983 г., пансионат, пос. Шепси


Леня, Рая и Дима, 1983 г., пансионат, пос. Шепси

Во время пребывания в пансионате в пос. Шепси для отдыхающих были организованы несколько экскурсий, включая в Новороссийск и Севастополь.


Дима и Рая (слева), 1983 г., экскурсия в г. Новороссийск

Летом 1984 г. Рая и Дима совершают круиз на теплоходе по маршруту Кострома - Ленинград - Кижи - Волгоград - Кострома. Это было незабываемое путешествие. Они посетили массу интересных и уникальных мест и получили множество впечатлений.


Рая (3-я слева сзади) и Дима (3-й справа), 1984 г., Валаам - Кижи

Этим же летом Саша вместе со своим приятелем (еще со школы) Андреем Головановым поехали дикарями в Архипо-Осиповку отдохнуть на Черном море.


Саша Позин и Андрей Голованов, 1984 г., Архипо-Осиповка


Евгения Краснер (мать Раи) и Дима, 1984 г., Москва


Дима Позин (2-й слева вверху), 8-й класс школы №7, 1984 г., Москва

Зимой 1984 г. мне дали путевку в санаторий «Боржоми» в Грузии. Санаторий был очень даже приличный. Хорошее диетическое питание, минеральная вода, ванны, грязи, различные развлекательные мероприятия, экскурсии и т.п. Ездил на экскурсию в Гори, родину вождя И.В. Сталина. В его музее все было как всегда, а огромная статуя вождя на площади в центре города, насколько мне известно, сохранилась и сегодня. После санатория поехал в Тбилиси, где до этого ни разу не был. Побродил по городу. Где-то в центре зашел в общественный туалет и был удивлен тому, что вода для смыва унитазов сама по себе периодически льется мощной струей. Понял принцип этого явления, а именно наличие сифонов на линии слива воды. Этот принцип позже использовал для переливных устройств тарелок, работающих в циклическом режиме. Заночевал у отца моего знакомого из Краснодара, о котором было сказано выше. Оказалось, что его отец является первым виноделом Грузии. Меня приняли подобающим образом, и им удалось споить меня, несмотря на сопротивление с моей стороны. На следующий день улетел в Москву.

Теперь о работе и не только.

Институту катастрофически не хватало площади. Благодаря усилиям дирекции удалось арендовать помещение на проспекте Мира. Это было старинное здание, находящееся совсем недалеко от станции метро «Колхозная» практически напротив Дома моделей Вячеслава Зайцева, которое было также очень близко от нашего министерства и от станции метро «Проспект Мира». Дом стоял во дворе, в тихом месте. Сюда переселили сотрудников сектора РиМА (Л.С. Позин), лаборатории проектно-технологических исследований (Э.В. Пинхасик) и патентной лаборатории (Л.Ф. Клименко). Сектор РиМА располагался на 2-м этаже в двух комнатах, одна большая и другая поменьше (мой кабинет). Условия работы были превосходными. Мы имели пропуска в столовую Дома моделей, и во время обеда могли видеть симпатичных модисток.

В силу ряда обстоятельств мы были вынуждены покинуть опытный цех НИИШПа, где были крупные стенды. Нужно было срочно искать новое помещение. Обратился к В.Г. Гореченкову, и он, используя свои связи, нашел нам место в опытном цехе ВНИИНП (ВНИИ нефтяной промышленности) на шоссе Энтузиастов. Это было вполне приличное здание, а главное, там работали достойные люди. Я познакомился с ними, и в дальнейшем во времена перестройки получил у них хороший заказ на разработку математической модели одного из их процессов. Это была очень интересная и эффективная работа к нашему общему удовольствию.

Теперь я вынужден был курсировать между проспектом Мира, главным зданием института на ул. Радио и опытными установками на шоссе Энтузиастов (в цехе ВНИИНП).

В сентябре 1983 г. партийное бюро снова отправило меня командиром отряда в подшефный колхоз на уборку картофеля. Все проходило по сценарию, отработанному ранее.


Леонид Позин (справа вверху), 1983 г., колхоз, Подмосковье



В конце 1983 г. М.Н. Миннуллина, Г.Г. Теляшева и др., в том числе и меня, награждают Бронзовой медалью ВДНХ, где были представлены наши разработки в области массообменной аппаратуры.


Леонид Позин, удостоверение о награждении бронзовой медалью ВДНХ;
бронзовая медаль (справа вверху) и знак «Изобретатель СССР» (справа внизу), 1983 г.


Леонид Позин, 1983 г., ВДНХ, Москва

В этом же году состоялась Всесоюзная конференция «Химреактор-8», которая проходила в г. Гродно (Белоруссия). Я и Л.Н. Колтунова присутствовали на этой конференции. Было много очень интересных докладов. На этой конференции я встретился со многими моими знакомыми, такими как Николай Николаевич Кулов (из ИОНХ АН СССР), Виктор Васильевич Дильман и Виктор Маркович Олевский (ГИАП) и Андриан Михайлович Розен. Город Гродно мне очень понравился, он как бы сохранил свою самобытность, этот небольшой и уютный город


Л.С. Позин (2-й ряд по стрелке); (1-й ряд слева от меня): Н.Н. Кулов, Л.Н. Колтунова (справа через одного от Кулова), В.М. Олевский, А.М. Розен; (3-й ряд 2-й слева от меня): В.В. Дильман, 1983 г., г. Гродно

Как-то со мной связался член-корреспондент АН СССР Владимир Александрович Малюсов и сказал, что на Ученом совете по теоретическим основам химической технологии выступит с докладом доктор наук Юрий Шаевич Матрос из Института катализа Сибирского отделения АН СССР с докладом «Нестационарные процессы катализа». В.А. Малюсов попросил меня в пику к нему подготовить доклад на тему «Нестационарные процессы массообмена». Этой темой я серьезно занимался в эти годы, поэтому мне самому было интересно подготовить такой доклад. Сначала выступил Ю.Ш. Матрос, а потом и я. Все прошло нормально. Члены Совета одобрили эти перспективные направления исследований.
В.А. Малюсов постоянно уговаривал меня подготовить докторскую диссертацию и обещал всячески помочь. Однако я отнесся к этому предложению без большого энтузиазма, считая, что лишние регалии мне не нужны, а хлопот предостаточно. Авторитета в научных кругах у меня более чем достаточно, а добавка 50 руб. к моему окладу в 400 руб. не столь велика.

В 1984 г. я участвовал в работе конференции «Теория и практика ректификации - 5» в г. Северодонецк, там я доложил две работы [80] и [81].

В 1983 г. с моим участием были опубликованы 3 работы: [76] по гидродинамике трубчато-клапанных тарелок (О.Л. Шубина выступила с таким докладом на конференции «Химтехника-83» в Ташкенте); [77] и [78] (написаны А.В. Бабочкиным и М.Н. Миннулинным) по ректификации в циклическом режиме.

В 1984 г. были опубликованы 5 работ с моим участием: [79] (написана М.Н. Миннуллиным) об уносе жидкости на тарелках с сепарационными элементами; [80] (при участии Г.П. Соломахи и О.Л. Шубиной) о расчете запаса жидкости на переливных тарелках и [81] о барботажно-струйном режиме на ситчатых тарелках (об этих двух работах упомянуто выше); [82] изобретение, касающееся массообменной тарелки (совместно с В.А. Малюсовым и сотр., а также с Г.Г. Теляшевым и сотр.). Наконец, [83] по моделированию реактора гидрогенизации нафталиновой фракции (написана Л.Н. Колтуновой и доложена ею на конференции «Макрокинетика и газовая динамика - 1» в Черноголовке).

Перейти к оглавлению

לב טוב / אתגר קרת Лев-Тов (окончание)
(Автор Этгар Керет, перевод Линор Горалик)

...אבל לי הוא נראה ממש רגוע, אני חושב שהם סתם אמרו, שהם פשוט נהנו להתעלל בו. התיישבתי מולו, הכול נראה כל-כך רגיל.
…аваль ли hу ниръа мамаш ра*гуа, ани хошэв шэ-hэм стам амру, шэ-hэм пашут нэhэну леhитъалель бо. hитъя*шавти муло, hа-коль ниръа коль-ках рагиль.
…но мне он показался совершенно спокойным. Я думаю, они сказали это [просто так] с потолка, им просто нравилось над ним издеваться. Когда я сел лицом к нему, все показалось таким обычным.

הדבר הראשון שאמר לי זה סליחה, על ההלוויה של דפנה ועל איך שהתנהג. 'סתם הסתערתי עלייך,' הוא אמר 'זה לא היה בסדר.'
hа-давар hа-ришон шэ-амар ли зэ слиха, аль hа-hальвайя шэль Дафна вэ-аль эйх шэ-hитнаhэг. «Стам hиста*арти алейха,» - hу амар -«зэ ло hайя бэ-*сэдэр.»
Первое, что он сделал - это извинился передо мной за похороны Дафны и за свое поведение. "Я набросился на тебя [без причины] ни с того, ни с сего," - сказал он, - "нехорошо получилось."

אמרתי לו שכבר מזמן שכחתי. 'זה כנראה ישב לי על הנשמה הרבה זמן, ופתאום עם המוות שלה והכול, זה פשוט יצא. זה לא בגלל זה שהיית שוכב איתה...
А*марти ло шэ-квар ми-зман ша*хахти. «Зэ ка-ниръэ яшав ли аль hа-нэшама hарбэ зман, вэ-питъом им hа-*мавэт шэла вэ-hа-коль, зэ пашут яца. Зэ ло биглаль зэ шэ-hай*ита шохэв ита…
Я сказал, что давно все забыл. "У меня, как видно, это долго лежало (камнем) на душе, и вдруг ее смерть и все дела, и оно просто [вышло] вырвалось. Это не из-за того, что ты с ней спал…

...מאחורי הגב שלי, נשבע לך, זה רק בגלל ששברת לה את הלב.' אמרתי לו שיפסיק לקשקש, אבל לא יכולתי לעשות שהקול שלי לא ירעד.
…мэ-ахорэй hа-гав шэли, нишба леха, зэ рак биглаль шэ-ша*варта ла эт hа-лев.» - а*марти ло шэ-яфсик лекашкэш, аваль ло я*хольти лаасот шэ-hа-коль шэли ло иръад.
…за моей спиной, клянусь, это только из-за того, что ты разбил ей сердце.» Я сказал ему, чтобы [он прекратил …] не болтал глупости, но не смог сделать так, чтобы у меня не дрожал голос.

'עזוב,' הוא אמר 'היא סיפרה לי. אבל כבר מזמן סלחתי. וכל הבלגן הזה בהלוויה, באמת. סתם התנהגתי כמו אידיוט.'
«Азов» - hу амар - «hи сипра ли. Аваль квар ми-зман са*лахти. Вэ-коль hа-балаган hа-зэ бэ-hальвайя, бэ-эмэт. Стам hитна*hагти кмо идиот.»
"Перестань," - сказал он, - "она рассказала мне. А я давно простил. Весь этот бардак с похоронами, честное слово, я [вел себя как…] был просто идиот."

שאלתי אותו על הרצח, אבל הוא לא רצה לדבר על זה, אז דיברנו על דברים אחרים. אחרי עשרים דקות השומר אמר שהחצי שעה נגמרה.
Ша*альти ото аль hа-*рэцах, аваль hу ло раца ледабэр аль зэ, аз ди*барну аль дварим ахэрим. Ахарэй эсрим дакот hа-шомэр амар шэ-hа-хаци шаа нигмэра.
Я спросил его про убийство, но он не хотел об этом говорить, так что мы поговорили о других вещах. Через двадцать минут охранник сказал, что полчаса истекли.

פעם היו מוצאים להורג בכיסא חשמל, וכשהיו מעלים את השלטר, כל האור באזור היה רועד לכמה שניות, וכולם היו מפסיקים את מה שהם עושים, ממש כמו בצפירה.
*Паам hайю моцъим ле-hорэг бэ-кисэ хашмаль, вэ-кшэ-hайю маалим эт hа-*шальтэр, коль hа-ор бэ-эзор hайя роэд ле-кама шнийот, вэ-кулам hайю мафсиким эт ма шэ-hэм осим, мамаш кмо бэ-цфира.
Когда-то смертников сажали на электрический стул, и когда поднимали [рубильник, выключатель] рычаг, во всей округе свет мигал несколько секунд, и все прекращали свои дела, в точности как во время сирены.

(Прим. переводчика: имеются в виду сирены в дни траура, в ходе которых принято прекращать все дела и неподвижно стоять в течение всей минуты молчания)

חשבתי על זה, איך אני יושב בחדר שלי במלון והאור מתעמם, אבל זה לא קרה. היום הם כבר מוציאים להורג בזריקת רעל, ככה שאף-אחד כבר לא מסוגל אפילו...
Ха*шавти аль зэ, эйх ани йошэв бэ-*хэдэр шэли бэ-малон вэ-hа-ор митъамэм, аваль зэ ло кара. hа-йом hэм квар моциим ле-*hорэг бэ-зрикат *рааль, каха шэ-аф-эхад квар ло мэсугаль а*филу…
Я представил себе, как я сижу в своем гостиничном номере, а свет начинает [тускнеть] мигать, но этого не произошло. Сегодня смертную казнь осуществляют, делая укол яда, так что никто [не способен даже] не может …

...להרגיש מתי. הסתכלתי במחוג של השניות שמגיע לשתיים-עשרה ואמרתי לעצמי, 'בטח עכשיו הוא מת'.
…леhаргиш матай. hиста*кальти бэ-махог шэль hа-шнийот шэ-ма*гиа ле-*штэйм - эсрэ вэ-а*марти ле-ацми, -«*Бэтах ахшав hу мэт».
…почувствовать, когда именно. (Они сказали, что это будет ровно во сколько-то часов.) Я [смотрел] следил за секундной стрелкой, и когда она добралась до двенадцати, я сказал себе: «Теперь он наверняка мертв».

]בלשון הדיבור הרגע האחרון, הזמן המכריע; הדקה התשעים[ האמת היא שאני הייתי זה שכתב את הגרפיטי על הקיר של ניצן, אמיר סתם הסתכל, אני חושב שאפילו היה קצת נגד.
[Бэ-лашон hа-дибур hа-*рэга hа-ахарон, hа-зман hа-мах*риа; hа-дака hа-тишъим] hа-эмэт hи шэ-ани hай*ити зэ шэ-катав эт hа-гра*фити аль hа-кир шэль Ницан, Амир стам hистакэль, ани хошэв шэ-а*филу hайя кцат *нэгед.
[В разговорной речи последний миг, решающий момент; последняя минута] если честно, то это я написал граффити на стене у Ницана, Амир просто смотрел, я думаю, что он даже был немножко против.

ועכשיו הוא כבר כנראה לא היה חי. בטיסה חזרה ישב לידי איזה אחד שמן, שהמושב שלו היה קצת שבור, אבל הדיילות לא יכלו להעביר אותו למקום אחר...
Вэ-ахшав hу квар ка-ниръэ ло hайя хай. Бэ-тиса хазара яшав ле-яди *эйзэ зжад шамэн, шэ-hа-мошав шэло hайя кцат шавур, аваль hа-дайялот ло яхлу леhаавир ото ле-маком ахэр…
А сейчас его, по видимости, уже нет в живых. Во время обратного перелета рядом со мной сидел какой-то толстяк. Его кресло было [слегка] сломано, но стюардессы не могли пересадить его на другое место,…

...כי הטיסה הייתה מלאה. קראו לו פלג, והוא סיפר לי שלא מזמן השתחרר מצבא קבע בדרגת סגן אלוף, ועכשיו הוא בדיוק חוזר מהשתלמות...
…ки hа-тиса hай*ита млеа. Каръу ло *Пэлег, вэ-hу сипэр ли шэ-ло ми-зман hиштахрэр ми-цва *кэва бэ-даргат сган алуф, вэ ахшав hу бэ-диюк хозэр ми-hиштальмут…
…потому что самолет был забит. Его звали Пелег, он рассказал мне, что совсем недавно освободился с контрактной службы в звании полковника, а сейчас он как раз возвращается с курсов повышения квалификации…

...להכשרת מנהלים לתעשיות עתירות ידע. הסתכלתי עליו נשען אחורה בעיניים עצומות, לא מצליח למצוא לעצמו תנוחה על המושב השבור הזה שלו,...
…ле-hахшарат мэнаhлим ле-таасиот атирот *еда. hиста*кальти алав нишъан а*хора бэ-эй*найим ацумот, ло мац*лиах лимцо ле-ацмо тнуха аль hа-мошав hа-шавур hа-зэ шэло,…
…для менеджеров в области высоких технологий. Я смотрел, как он откидывается в кресле с закрытыми глазами, не может найти удобную позу в своем поломанном кресле,…

...ואיכשהו עברה לי פתאום בראש המחשבה שאולי הוא בעצם זה שהיה בצבא המפקד של עלמה.
…вэ-*эйхшэhу авра ли питъом бэ-рош hа-махшава шэ-улай hу бэ-*эцэм зэ шэ-hайя бэ-цава hа-мэфакэд шэль Альма.
…и ни с того, ни с сего меня посетила мысль, что, может быть, он-то и был армейским командиром Альмы.

יכולתי לדמיין אותו מחכה לה באיזה חדר מלון מסריח, סופר לעצמו בידיים מזיעות אלף שקל. לא יודע, פתאום נורא ריחמתי עליו.
Я*хольти ледамъен ото мэхакэ ла бэ-*эйзэ хадар малон мас*риах, софэр ле-ацмо бэ-я*дайим мэзиот *элеф *шэкель. Ло йо*деа, питъом нора рихамти алав.
(Тот тоже был толстым). Я представил себе, как он ждет ее в какой-нибудь вонючей гостиничной комнате, пересчитывает потными руками тысячу шекелей. (Думает о предстоящем трахе, о жене, о младенце. Пытается придумать себе какое-нибудь оправдание. Я смотрел, как он вертится в своем кресле, его глаза все время были закрыты, но он не спал. И тут у него из горла вдруг вырвался короткий вздох, такой печальный. Может, он как раз вспомнил именно это.) Не знаю, мне вдруг стало его жалко.

ВВЕДЕНИЕ

Я приехал в Израиль в 1991 году в возрасте 54 года, зная всего лишь несколько слов на иврите. Обучение в ульпане явилось первоначальной основой освоения языка. К сожалению, мой уровень знания иврита на этой стадии был далек от того, которого достигли мои молодые соученики. Вероятно, это связано с более сильной памятью у человека в молодом возрасте по сравнению с моим. Однако мне было совершенно ясно, что без надлежащего знания языка найти работу по специальности и чувствовать себя полноценным членом общества почти невозможно. Поэтому все свободное время я посвятил изучению иврита.

Несмотря на определенные успехи в овладении языка, через какое-то время я почувствовал, что имеющихся словарей недостаточно для полноценного понимания того или иного текста, особенно художественной литературы. Я не говорю о словарях объемом 10-15 тысяч слов, которые хороши только на начальном этапе. Речь идет о серьезных словарях с объемом слов порядка 25-30 тысяч. К сожалению, выяснилось, что один из лучших словарей, изданных ранее, а именно словарь Михаила Дрора 1975 г. (объемом 30 тысяч слов), безнадежно устарел, как с точки зрения орфографии, так и с точки зрения перевода. Перевод некоторых слов в этом словаре дан в контексте Библии, причем специальные стилистические пометы отсутствуют. В настоящее время в продаже имеется прекрасный словарь д-ра Баруха Подольского, в котором устранены указанные выше недостатки. Словарь ИРИС д-ра Баруха Подольского продается в книжных магазинах, и, кроме того, есть компьютерная версия, см. сайт: http://www.slovar.co.il/

В связи с вышесказанным, я вынужден был обратиться к толковым словарям иврита и очень этим увлекся. В последние годы, когда я уже не работал, у меня появилась реальная возможность посвятить свободное время написанию иврит-русского словаря.

Не являясь лингвистом, но почти всю жизнь занимаясь научно-исследовательской работой, я попытался осмыслить структуру языка, закономерности словообразования в иврите и построить методику, обеспечивающую быстрое и эффективное изучение лексики. Мне кажется, что я успешно справился с поставленной задачей. Результатом кропотливой работы по изучению иврита явилось создание ключевого словаря, работу над которым я закончил в 2003 году. Это довольно большая книга в 610 стр., которая содержит более 3500 ключевых слов, охватывающих примерно 25000 слов. Общий объем словаря 31000 слов и словосочетаний. Я убежден, что любой человек, пользующийся данным словарем, сумеет без большого труда в кратчайший срок пополнить свой багаж лексики до уровня, который позволит ему свободно читать современную прессу, слушать радио и общаться на иврите. Люди пожилого возраста, имеющие, как правило, достаточно высокое образование и в большинстве случаев склонные к аналитическому мышлению, также найдут много ценной информации для более быстрого и интенсивного освоения иврита. К сожалению, опубликовать этот словарь мне не удалось.

КОРНИ И КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА

Под корнем слова обычно понимают нечто, что является общим для группы слов, часто близких по смыслу и относящихся к корню. Например, слова שמע, שמועה, שמיעה, השמיע имеют корень <שמע>. Корень в иврите, как правило, является более легко узнаваемым по сравнению с русским языком. Для сравнения рассмотрим две группы русских слов. Первая группа - ехал, еду, езда, езжай (ехать). Вторая группа – ел, ем, еда, ешь (есть). У каждой из этих двух групп слов, т.е. как у группы «ехать», так и у группы «есть» общим является единственная буква «е». Я не знаю, какой корень имеет каждая из этих групп слов.

Поговорим теперь о ключевом слове. Это понятие гораздо более простое, чем корень. Следует отметить, что даже для одного корня существуют слова, имеющие принципиально разное значение. Например, в русском языке слова: коса (волосы) и коса (для косьбы) наверное, относятся к одному корню, однако принадлежат двум разным семействам. Пример из иврита, к корню <אבק> принадлежат слова נאבק (бороться) и אבק (пыль), однако ясно, что эти слова относятся к разным семействам. Ключевое слово обобщает группу близких по значению слов, т.е. слов одного семейства, и является его символом. В приведенных в начале этого раздела примерах слов из русского языка можно ввести два ключевых слова: 1 – ехать, 2 – есть (кушать).

Понятие ключевого слова очень важно и не является чем-то новым. Деление слов, относящихся к одному корню, но имеющих принципиально разный смысл, на отдельные семейства, объединенные ключевым словом, является чрезвычайно полезным для изучения языка. Необходимо отметить, что в толковом словаре «Рав милим» под редакцией проф. Якова Швика приведены ключевые слова и список слов семейства, которое описывает это ключевое слово. В свое время я приобрел компакт-диск с этим уникальным словарем. Сегодня через Интернет можно приобрести компьютерную версию этого толкового словаря (иврит - иврит - английский), см. сайт:
http://www.ravmilim.co.il/naerr.asp

Особенностью языка иврит, как и других языков, является то, что отдельные буквы корня могут выпадать или же меняться на другую букву. Для примера приведем часть слов, объединенных корнем <טוב>: הטבה, טוב, טובה, טובין, טיב, טיוב. Другой простой пример, глагол «петь» с корнем <שיר> и глагол «проживать» с корнем <גור>. Из этих примеров видно, что в корнях <טוב> и <גור> может выпадать буква «вав», а в корнях <שיר> буква «йуд». Пример из русского языка, глаголам «бегать» и «бежать» (имеющим фактически одинаковый смысл) соответствуют корни <бег> и <беж>. Таким образом, здесь имеет место более сложное явление, а именно вариация третьей буквы корня «г» и «ж».
Следует отметить, что есть множество корней иврита, где могут выпадать первые буквы корня «йуд» и «нун».

Начиная с 2004 г. работа над корневым (ключевым) словарем ведется мною совместно с д-ром Риной Раковской, см. сайт:
http://www.college2000.co.il/index.php?page=dictionary_root&lang=hebrew
К сожалению, эта работа временно приостановлена.
В нашей работе было предложено заключать выпадающую букву в круглые скобки. Таким образом, упомянутые выше корни будут записаны как <ט(ו)ב>, <ג(ו)ר> и <ש(י)ר>.

Читатель увидит множество примеров вышесказанного в записи «Ключевой словарь». Для облегчения работы с ключевым словарем составлен «Индекс к словарю» В нем приведены «усеченные» части корней, ограниченные косыми линиями. Для приведенных примеров это будут /טב/, /גר/ и /שר/. По этим частям можно найти сам корень. Кроме того, вторичные и производные корни в словаре приводятся рядом, поскольку они имеют общие этимологические основы. Для удобства их нахождения в «Индексе к словарю» представлены соответствующие ссылки. Это же замечание относится к корням с буквами «самех» и «син». Отмечу, что в написании корней для буквы «син» использован символ «ש*».

Также для удобства читателей приведены «Приставки и им подобные». Знание их облегчает нахождение корня.

Все вышесказанное сначала кажется достаточно сложным, но, поверьте мне, что со временем вы по достоинству оцените принципы построения словаря.

Словарь снабжен стилистическими пометами, которые облегчают правильный выбор слова при переводе текста. Ниже представлен перечень этих помет:

(акад.) – слово, предложенное Академией языка иврит
(Библ.) – слово или выражение из Библии или другого древнего
источника
(вульг.) – вульгаризм, бранное слово или выражение
(кн.) – книжный стиль
(образ.) – образное, поэтическое слово или выражение
(перен.) – в переносном значении
(разг.) – разговорное слово или выражение
(редк.) – редко употребляемое слово
(сленг) – сленг, жаргон
(уст.) – устаревшее слово или выражение
(эвфем.) – эвфемизм

Для глаголов указан биньян:
פ' (פעל),
נפ' (נפעל),
פי' (פיעל),
פו' (פועל),
ה' (הפעיל),
הו' (הופעל),
הת' (התפעל).

Для существительных указан род:
ז' (זכר),
נ' (נקבה),
ז"ר (זכר רבים),
נ"ר (נקבה רבות).
Прилагательные отмечены символом:
ת' (תואר)

РЕКОМЕНДАЦИИ ПО ИЗУЧЕНИЮ ИВРИТА

Основное назначение уроков иврита это расширение словарной базы и усвоение лексики.
Я рекомендую вести собственный ключевой словарь на компьютере. Каждое новое слово, которое вы встречаете в тексте, желательно внести в этот словарь.
Следует выделить ключевую группу рамкой. В первой строке внутри этой рамки написать ее корень. Эти рамки с группой ключевого слова размещаются по алфавиту в соответствии с корнем. Далее следует разбить пространство внутри рамки на таблицу с двумя половинами: слева писать слова на иврите, а справа перевод. Оптимальный вариант, использовать словарь ИРИС, откуда все можно просто скопировать. Это легко и не требует времени. В этом словаре четко прописано произношение слова, написание слова в сопряженной форме, особенности слова во множественном числе, спряжение глаголов и др. Для ключевого слова можно выделить перевод жирным фонтом. На первом этапе, можно писать слова на иврите просто в алфавитном порядке. Затем их можно будет упорядочить в соответствии с определенными принципами, о которых поговорим позднее.
Слова, которые не входят ни в одну группу ключевого слова, можно поместить по алфавиту между этими группами.

Если вы будете работать по такой методике, постоянно возвращаясь в словарь и добавляя в него новые слова, вы рано или поздно будете прекрасно знать иврит.

Желаю успеха!

1981-1982 гг.

В эти годы Дима учится в школе, он уже в 5-м, а затем и в 6-классе.
Саша учится в МИХМе, на 2-м, а затем и на 3-м курсе. Он начинает подрабатывать, работая лаборантом на кафедре, а летом ездить вожатым в пионерлагерь от МИХМа, и даже один раз взял с собой Диму. Тому не очень понравилось быть в лагере, и через некоторое время его оттуда забрали.

Я и Рая работаем во ВНИИОСе. Родители Раи уже на пенсии, помогают нам и заботятся о внуках. Летом снимаем дачу, и они выезжают туда с Димой, а мы наезжаем к ним по выходным, а иногда и вечером после работы.


Дима с дедушкой Яшей, 1981 г., Подмосковье

Зимой в начале 1982 г. мне дали горящую путевку в санаторий «Кашин» в Тверской области. Это был деревенский санаторий. Помню, что отдыхающие дали особые названия корпусам этого санатория. Например, корпус «Хоккеистов», т.к. там жили мужчины с палочками, или корпус «Свинарка и пастух», в котором жили как мужчины, так и женщины, и т.п. Меня заселили как раз в это здание, причем у меня был одноместный номер. К этому времени, не знаю почему, я изменил свою внешность, отрастив бородку клинышком. В институте, шутя, дали ей классное название «Мефистохес». Тем не менее, этот элемент моей внешности заметно отличал меня от иных обитателей этого санатория. Иногда устраивались танцы, иногда другие развлечения. Но вообще-то было достаточно скучно. Ни водки, ни приличного вина в этом городке не было. Как-то сложились на троих и купили водку «Тверская» местного производства. Ничего хорошего об этом сказать не могу. Лечение было неплохое, а зимний лес вообще был чудесным. В принципе неплохо отдохнул. Приехал домой и сбрил эту бородку. К сожалению такой импозантной фотографии у меня нет.


Саша Позин, 1982 г., Москва

Летом 1982 г. Рая с детьми едут погостить в Минск. Леонид Рагинский, муж моей сестры Раисы Позиной, отснял много фотографий, часть из них приведены ниже.


Раиса (моя сестра) и Саша Позины, 1982 г., Минск


Дима Позин, 1982 г., Минск


Дима Позин, 1982 г., Минск

В этом же году Саша поехал отдыхать на турбазу, на берегу Черного моря, куда обещал его пристроить мой знакомый Роман Сусанов из Краснодара, который занимался исследованием провальных тарелок и хотел поступить ко мне в аспирантуру. Он ничего не сделал, и Саша сам жил там дикарем, ничего нам не рассказав. Там он заболел гепатитом, и после приезда в Москву его положили в инфекционное отделение больницы. Здесь он пролежал около двух недель. Итак, вместо отдыха были одни мучения.

Во ВНИИОС у месткома появились возможности организовывать экскурсии для сотрудников института. Одна из таких экскурсий состоялась в ноябре 1982 г. Была организована 3-дневная поездка во Львов. Я принял участие в этой экскурсии. Когда мы прилетели во Львов и ехали в гостиницу, мы увидели, что в городе развешивают портреты Л.И. Брежнева с черной каймой, и поняли, что он умер. Это я помню хорошо, поэтому удалось установить дату нашей экскурсии. Это была очень интересная экскурсия. Особое впечатление осталось от самого города, в котором сохранилось много старинных зданий, а также от кладбища.

Такого же рода экскурсия была в Мурманск, но когда она состоялась, я не помню. Помню только, что впервые я увидел полярное сияние. Очень интересным было посещение морского порта, а также поселка вблизи электростанции, который был построен финнами. Там в лесной зоне было полно грибов, и я даже привез их домой.

Теперь о работе и не только.

В 1981 г. были опубликованы следующие работы с моим участием: [68] и [69] по исследованию клапанных тарелок, подготовленные Мансуром Миннуллиным.

Летом того же года я принимал участие в работе конференции «Аэрохим - 1», которая проходила в г. Северодонецк на Украине. Там я посетил завод производственного объединения «Азот» с их опытным цехом, где были установлены стенды огромного размера. На заводе познакомился с начальником цеха, канд. техн. наук Иосифом Бельцером. Мы хорошо знали друг друга по публикациям, а через много лет встретились в Израиле, и с тех пор поддерживаем дружеские отношения. На конференции я выступил с докладом [71] «К выбору параметров распределительных решеток для аппаратов с кипящим слоем», который базируется на результатах теоретического анализа [62], выполненного ранее.


Леонид Позин (слева), 1982 г., Северодонецк

Значительным событием в моей жизни явилось участие в работе Седьмого международного конгресса по процессам и аппаратам химической технологии, он состоялся в сентябре 1981 г. в Праге (Чехословакия). Здесь я был сопредседателем одной из секций и выступил с докладом [70] «Исследование массообменных устройств с пульсирующими потоками». В нем речь шла о новых возможностях повышения эффективности массообменных процессов.

Нашу делегацию от Миннефтехимпрома возглавлял Станислав Тимофеевич Кузьмин - гендиректор НПО «Нефтехимавтоматика», и она состояла из трех человек: Кузьмин, я и главный инженер проекта ВНИПИнефть Иванов (забыл имя и отчество, кажется Виктор Петрович, но могу ошибиться). Нас заселили в гостиницу (название не помню) рядом со станцией метро. Помню только, что это было внушительное 5-ти или 6-ти этажное здание, которое построили советские строители в знак дружбы между нашими странами где-то после окончания войны. Я и Иванов жили в 2-х местном номере, а Кузьмин - в одноместном, как и положено ему по статусу. По приезде мы почувствовали себя как дети, которых выпустили погулять, и желающие оторваться по полной.

Каждый из нас взял по бутылке водки, чтобы угостить наших чешских хозяев (разрешалось провезти только одну). У меня и Иванова была полулитровая бутылка Столичной, а у Кузьмина литровая бутылка Посольской, которую можно было приобрести только по особым каналам. Кроме этого у моих бывалых коллег было полно мясных консервов. По приезде чехи выдали нам боны, на которые можно было поесть в любом ресторане гостиницы. Режим дня был следующий, утром мы шли в ресторан завтракать, особенно увлекались ветчиной и салатами. Потом шли на заседания, или же просто прошвырнуться по Праге. К обеду возвращались в гостиницу и садились обедать. Иванов вообще не пил, а Кузьмин и я могли себе позволить. Обычно заказывали рюмку боровички (это водка, настоянная на можжевельнике - вкус отменный) и кружку пива, а также закуску. Потом супчик (гуляш или грибной) и хороший кусок мяса, а напоследок кофе с пирожным. После этого шли на заседания или другие мероприятия. Ужинали дома. Оказалось, что никого угощать не надо, поэтому нужно было оприходовать водку, которую привезли с собой. Вечер проходил в отличной атмосфере, с воспоминаниями тех или иных забавных случаев. Каждому было о чем рассказать.

В первый день было открытие конгресса, которое проходило в Доме ученых. После этого был организован очень скромный фуршет, каждому выдали несколько талонов на «дринк» (выпивку - бокал вина или кружка пива) и на «снэк» (канапе на шпажке). Кузьмину это не понравилось, и он сказал мне «Найди господина Коничека, который нас встречал в аэропорту, и передай ему мое «фэ». Пусть он вспомнит, как его принимали в Москве!» Я так и сделал, отыскал Коничека, и передал ему все, что мне было сказано. Это мгновенно подействовало, и я вернулся назад с полной связкой талонов. Их с избытком хватило не только нам, но и всем нашим знакомым. Даже я увидел одного очень известного ученого из Англии (фамилию забыл) и как-то объяснил ему жестами, что мы его приглашаем к нашему столу. Он с удовольствием откликнулся. Кузьмин и Иванов знали английский, и свободно с ним объяснялись.

По существу, мне нечего было делать на самом конгрессе, т.к. доклады, как правило, были на английском языке, а на слух я почти не понимаю его. На секции, где я был сопредседателем, моим коллегой был какой-то известный ученый из ФРГ. Я сказал ему, что мои интересы лежат вне данной секции, и передал ему все права сопредседателя, чему он был очень рад. Единственный раз, когда я присутствовал на этой секции, это был мой доклад. Он был сделан на русском языке, одном из принятых на конгрессе, и меня понимали только чехи, да и то не все. Тем не менее, были вопросы. Я на них обстоятельно отвечал, и кто-то из присутствующих переводил мои ответы на английский. Фактически все доклады были переведены на английский язык, и их можно было приобрести в оргкомитете. Обычно специалисты покупали доклады, которые их интересовали, и были в курсе дела.

Нам также была отпущена небольшая сумма денег на приобретение этих докладов для того, чтобы иметь их в библиотеках институтов нашего министерства. Но их было явно недостаточно, поэтому мы снова прибегли к услугам господина Коничека. Практически, мы получили почти все доклады. Кузьмин поручил мне составить полный отчет по этим докладам для министерства, что я и сделал в Москве с большим удовольствием и пользой для себя. Но об этом позже.

Организаторы конгресса предусмотрели большую культурную и иную программу. Она включала посещение Оперного театра (мы были на балете «Ромео и Джульетта»), посещение научных центров, художественной выставки в новой картинной галерее (открытие которой было приурочено ко времени проведения конгресса), экскурсии в Карловы Вары (куда мы тоже съездили) и другие места. Программа была достаточно насыщенной.

Особо следует остановиться на посещении упомянутой выше галереи. Вы помните юмореску Аркадия Райкина «В греческом зале, в греческом зале». Так вот это было точно, как там. Мы приехали. В большом холле на столах были бутылки с вином и канапе на шпажках. Все устремились в выставочные залы на втором этаже, а Кузьмин и я принялись поглощать угощение. Через некоторое время мы решились немного пройтись, и попали во внутренний дворик. Побродили там и вернулись в холл. Там продолжили начатое. Наконец, напоследок, мы решили посмотреть выставку и стали подниматься на второй этаж. Оказалось, что мы идем против движения, т.к. люди сходили по лестнице, а мы поднимались. Мы поняли, что надо было подниматься по другой лестнице, но решили продолжить. Так мы попали к концу маршрута просмотра, и двинулись к его началу. Где-то посредине Кузьмин предложил вернуться и посидеть на свежем воздухе. Так мы и сделали, а потом еще раз подкрепились и поднялись наверх уже по другой лестнице. В конце концов, мы завершили просмотр всей выставки и достойно удалились. Но потом мы долго смеялись.

Помимо культурной программы у каждого из нас были еще и другие цели, нужно было что-то купить для дома. И мы втроем отправились по магазинам. Там я купил для Раи гранатовые серьги и ожерелье, кроме этого туфли, которые ей очень подошли, а также 6 стаканов из богемского стекла. Кузьмин сказал, что всегда из такого рода поездок он привозит жене новое платье. Это в их семье традиция. Пошли в универмаг «Май». Это был большой современный магазин с эскалаторами. Поднялись наверх и постепенно спускаемся вниз. И здесь произошел забавный случай. Мы попали в отдел женского нижнего белья. И тут один украинец, слыша, что мы говорим по-русски, обрадовался и попросил нас помочь. Он вытащил из своего «дипломата» (тогда это был примитивный чемоданчик, уж не помню, как он назывался) выкройку необъятного размера из газеты, подозвал продавщицу, тыкая пальцем ей в грудь и в эту выкройку. Ни она, ни мы не понимали, что он хочет, а то, что он говорил на украинском, было вообще что-то несусветное. Она подозвала заведующую, та посмотрела на выкройку и принесла женские трусы максимального размера. Но он орал, что это не то. Наконец-то мы и продавцы поняли, что он ищет бюстгальтер. Они сказали, что такого размера у них нет. Он чертыхнулся и сказал, что опять его жена ему не поверит и скажет, что он пропил все деньги. После этого мы очень долго смеялись.

Конгресс подходил к концу, а у нас еще оставалось около 60 бонов. Кузьмин отправил меня разведать, что еще есть в нашей гостинице. Я обошел все этажи и потом доложил начальству названия всех ресторанов и казино, которые я обнаружил. Кузьмин сказал, что в казино с нашими деньгами нам делать нечего и что мы идем в ресторан французской кухни. Это был очень уютный и почти пустой зал с очень тихой не мешающей беседе французской музыкой. Нам принесли огромное меню. Поначалу мы заказали боровичку и пиво, а также ветчину и салаты. Потом Кузьмин предложил отведать суп из черепахи, мы, конечно же, согласились. Это была небольшая чашечка с бульоном золотистого цвета и внизу крохотный кусочек мяса. Но вкус был обалденный. Изучив меню, мы остановились на самом дорогом мясном блюде, которое имело загадочное название «фристомисто для двоих». Мы спросили у официанта, можно ли сделать для троих и получили положительный ответ. Нам принесли хорошо прожаренный хрустящий шницель диаметром с огромную тарелку, это была свинина толщиной в 1 см с тонким слоем сала внизу. А на гарнир подали огромное блюдо с жареной картошкой. Все это было изумительно вкусно. Кузьмин сказал, что к такой трапезе нужно заказать бургундское. Принесли это вино. Для меня, как человека несведущего, показалось, что это обычное вино типа рислинг. Но на самом деле это было не так. На десерт мы заказали мороженое, кофе и коньяк «Наполеон». Посидели отлично, и, по-видимому, выполнили план этого ресторана, т.к. когда мы закончили, официанты провожали нас строем как почетных гостей. В общем, оттянулись по максимуму.

Вернулись в Москву с отличным настроением. В одном из бланков, которые требовалось заполнить по возвращении, на вопрос кто из иностранцев проявил хорошее отношение к Советскому Союзу, мы, подумав, написали господин Фристомисто из Италии, указав название какой-то фирмы среди участников конгресса. Это был уже полный апофеоз нашей поездки. Потом долго смеялись, и при встрече всегда вспоминали эту личность.

Итак, уже в Москве я составил подробный отчет о трудах конгресса, с соответствующими выводами. Среди прочего я написал, что очень важно использовать современную измерительную технику при проведении экспериментов, особенно при измерении гидродинамической обстановки в новых разработках реакторов и массообменных аппаратов. Я имел в виду приобретение термоанемометра, который стоил 50 тысяч долларов, и включал ПК (персональный компьютер), который в те времена стоил около 5 тысяч долларов. Отчет был утвержден на ученом совете ВНИИОС и передан в министерство. Министерство согласилось с нашим предложением и выделило деньги для закупки. Вообще у нашего министерства, связанного с нефтехимией и нефтепереработкой, было полно валюты. Основная цель моего предложения было получить ПК, которых в то время в СССР купить было невозможно.

Получив разрешение на закупку, оформил соответствующую заявку и обоснование, которое отнес в Министерство внешней торговли. Минвнешторг помещался в левом крыле Министерства иностранных дел на Смоленской площади. Там всячески мурыжили мою заявку, пока косвенным образом чиновник, с которым я постоянно общался, намекнул мне, что я не обосновал достаточным образом фирму-производитель. Так у меня был указан термоанемометр одной из фирм Дании, а ПК фирмы ИБМ. Я уже понимал, что к чему, а именно, что эти люди в Минвнешторге получают комиссионные от продавцов оборудования. Тогда, я прикинулся простачком и стал играть с ним в его игру, попросил обоснования других организаций на аналогичные вещи, после чего переоформил заявку на соответствующих продавцов. Тогда дело сдвинулось с мертвой точки, и через полгода я получил все, что заказывал. Это был ПК первого поколения фирмы «Эпл» (Англия) с черно-белым экраном 14 дюймов, оперативной памятью около нескольких мегабайт и также небольшой твердой памятью, к нему прилагался принтер, и 100 дискеток. Работали в системе ДОС, о ВИНДОУС тогда и не помышляли. Расчеты вели с помощью программ, которые писали на языке ФОРТРАН. Потом поставили Электронные таблицы (прообраз ЭКСЕЛЬ), позволяющие проводить некоторые расчеты и строить графики. Но для нас это было огромным достижением. С этого момента мы писали наши отчеты, проводили расчеты и строили графики с помощью ПК. Термоанемометр производства США опробовали на стенде, но, по сути, без него можно было обойтись. Поэтому я сдал его в аренду в Институт механики АН СССР. Они были безмерно счастливы, получив такой уникальный прибор. Со времен хозрасчета мы получали за этот прибор солидную арендную плату.

В 1982 г. были опубликованы следующие 4 работы с моим участием: 2 изобретения, касающиеся массообменных тарелок [73] (в числе авторов Теляшев Г.Г., Миннуллин М.Н., Чекменев В.Г.) и [74] (в числе авторов Малюсов В.А., Теляшев Г.Г., Миннуллин М.Н., Чекменев В.Г. и др.). В том же году вышли 2 работы, касающиеся реакционных аппаратов [72] (при участии Боудена Б.С. и др.) для процесса парофазной гидратации этилена и [75] (среди авторов Черных С.П., Голынец Ю.Ф., Пинхасик Э.В., Табер А.М., Калечиц И.В. и др.) для процесса получения диметилциклобутанов.

В том же году летом состоялось заседание Комиссии по тепло-массообменной аппаратуре АН СССР. В эту комиссию меня ввел член-корреспондент АН СССР Владимир Александрович Малюсов. Заседание комиссии проходило в п. Каменка, Косарского района, Черкасской обл. на базе Косарского спиртзавода. (Кстати, п. Каменка знаменит тем, что он является родиной многих декабристов, мы посетили музей в их память.) На этой комиссии были представлены очень интересные доклады известных ученых страны в области тепло-массообмена. Заседания проходили в актовом зале завода. Мы посмотрели заводское оборудование - это были классические медные аппараты, изготовленные еще в начале века. Технология обеспечивала получение пищевого спирта марки «Экстра», который шел на экспорт в страны СЭВ. Жили в гостинице, там же питались в ресторане. С завода в ресторан нам привозили бутылки с минеральной водой, в которой вместо воды был налит спирт. Этот напиток пользовался успехом среди участников заседания. Читатель может подумать, что люди науки сплошные алкаши. Но на самом деле это не так. Если и выпивали, то всегда знали меру.

Хозяева устроили для нас поездку по Украине. Мы посетили много мест, в том числе Краснодон, где сражались и погибли известные всей стране молодогвардейцы. Еще городки, где были музеи Аркадия Голикова (Гайдара) и Щорса, и многое другое. Нам устроили интересную и приятную поездку на теплоходе по Днепровскому водохранилищу.

Перейти к оглавлению

לב טוב / אתגר קרת Лев-Тов (продолжение)

זה היה בערך לפני שש שנים, אבל אני עוד זוכר את המבט השונא הזה אצלו בעיניים. לא דיברנו מאז. כל יום, כשהייתי חוזר מהעבודה, הייתי מחפש דיווחים...
Зэ hайя бэ-*эрэх лифней шэш шаним, аваль ани од зохэр эт hа-мабат hа-сонэ hа-зэ эцло бэ-эй*найим. Ло ди*барну мэ-аз. Коль йом, кшэ-hай*ити хозэр мэ-hа-авода, hай*ити мэхапэс дивухим…
Это было примерно шесть лет назад, но я до сих пор помню его ненавидящий взгляд. С тех пор мы не разговаривали. Каждый день, вернувшись с работы, я искал отчеты…

... CNN-מהמשפט ב
פעם בכמה ימים יש עדכון. לפעמים, כשמראים את התמונה שלו בטלוויזיה, אני נורא מתגעגע
…мэ-hа-мишпат бэ-Си-Эн-Эн. *Паам бэ-*кама ямим еш идкун. Лифъамим, кшэ-маръим эт hа-тмуна шэло бэ-телевизъя, ани нора митга*гэа.
…о ходе суда на CNN. Раз в несколько дней сообщали новые подробности. Иногда, когда его портрет показывали по телевизору, я чувствовал, что ужасно скучаю.

תמיד זה אותה תמונה, מין תמונת פספורט ישנה כזאת שהוא מסורק בה שביל, כמו איזה ילד בטקס יום הזיכרון. עלמה נורא נסערת מזה שהכרתי אותו.
Тамид зэ ота тмуна, мин тмунат паспорт ешана ка-зот шэ-hу мэсурак ба швиль, кмо *эйзэ *елэд бэ-*тэкэс йом hа-зикарон. Альма нора нисъ*эрэт ми-зэ шэ-hи*карти ото.
Это всегда был один и тот же портрет, что-то вроде старой фотографии на паспорт, его волосы были расчесаны на пробор, как у хорошего мальчика на церемонии Дня Поминовения. Альма пришла в волнение от факта моего знакомства с ним.

!!! Прим. переводчика: День поминовения - ежегодный день траура в память о жертвах Холокоста.

זה מעסיק אותה. לפני כמה שבועות היא שאלה אותי מה הדבר הכי נורא שעשיתי בחיים שלי. סיפרתי לה איך אחרי שאימא של ניצן גרוס התאבדה,...
Зэ маасик ота. Лифнэй *кама шаувот hи шаала оти ма hа-давар hахи нора шэ-а*сити бэ-хайим шэли. Си*парти ла эйх ахарэй шэ-*има шэль Ницан Грос hитъабда,…
Ее это все время занимало. Несколько недель назад она спросила, какой самый ужасный поступок я совершил в моей жизни. Я рассказал ей, что когда [мама Ницана Грос покончила с собой] (папу Ницана Гросса убили на территориях, …)

…אמיר ואני עשינו לה גרפיטי על הקיר של הבית 'אימא שלך קפצה'. עלמה חשבה שזה די נורא, ושגם מהסיפור הזה לב-טוב לא ממש יוצא בנאדם נחמד.
…Амир вэ-ани асину ла гра*фити аль hа-кир шэль hа-*байит «*Има шэльха кафца». Альма хашва шэ*зэ дэй нора,
…Амир [и я сделали ей] (уговорил меня пойти с ним и сделать) на стене их дома граффити [«Твоя мать прыгнула (из окна и покончила с собой)] ("Сын полка"). Альма решила, что это вполне ужасно и, вдобавок ко всему, рисует Амира Лев-Това как не слишком приятного человека.

הדבר הכי נורא שעלמה עשתה היה בצבא. המפקד שלה כל הזמן ניסה לזיין אותה. והיא שנאה אותו, בעיקר כי היה נשוי ואשתו היתה בדיוק בהריון.
hа-давар hахи нора шэ-Альма аста hайя бэ-цава. hа-мэфакэд шэла коль hа-зман ниса лезайен ота. Вэ-hи санъа ото, бэ-икар ки hайя насуй вэ-ишто hайта бэ-диюк бэ-hэрайон.
Самый ужасный поступок, который совершила она, был в армии. Ее командир (толстый и мерзкий) все время пытался ее трахнуть, а она его ненавидела, тем более что он был женат и его жена как раз была на сносях.

'אתה יכול לדמיין את זה?' היא שאפה מהסיגריה 'אשתו סחבה את התינוק שלו בבטן, והוא באותו זמן רק רצה לזיין אחרות'.
«Ата яхоль ледамйен эт зэ?»- hи шаафа мэ-hа-сигаръя - «Ишто сахва эт hа-тинок шэло бэ-*бэтэн, вэ-hу бэ-ото зман рак раца лезайен ахэрот».
"Ты можешь себе это представить?" - она затянулась, - "Его жена таскает в животе его собственного ребенка, а он в это время только и думает, как бы трахнуть [других] (другую)."

המפקד שלה היה אובססיבי לגמרי בקטע שלה, אז היא ניצלה את זה, ואמרה לו שתסכים להזדיין איתו, אבל רק בשביל הרבה כסף, אלף שקל,...
hа-мэфакэд шэла hайя обсе*сиви ле-*гамрэ бэ-*кэта шэла, аз hи ницла эт зэ, вэ-амра ло шэ-таским леhиздайен ито, аваль рак бишвиль hарбэ *кэсэф, *элеф *шэкель,…
Ее командир [был совершенно одержимый] (заимел совершенную обсессию) насчет нее, а она решила это использовать и сказала ему, что готова с ним потрахаться, но только за очень большие деньги, тысячу шекелей,…

...אז זה נראה לה הרבה. 'לא עניין אותי הכסף,' היא כיווצה את השפתיים שלה כשנזכרה 'רציתי רק להשפיל אותו.
…аз зэ ниръа ла hарбэ. «Ло инъен оти hа-*кэсэф,» - hи кивца эт hа-сфа*тайим шэла кшэ-низкера - «Рацити рак леhашпиль ото.
…тогда ей казалось, что это много. "Деньги меня не интересовали," - вспомнив эту историю, она поджала губы, - "Я просто хотела его унизить.

שירגיש שבלי לשלם אף אישה לא תרצה אותו. אם יש משהו שאני שונאת זה בוגדים.' המפקד שלה בא עם אלף שקל במעטפה, רק מרוב התרגשות לא עמד לו.
Шэ-яргиш шэ-бли лешалем аф иша ло тирцэ ото. Им еш *машэhу шэ-ани сонэт зэ богдим.» hа-мэфакэд шэла ба им *элеф *шэкель бэ-маатафа, рак ми-ров hитрагшут ло амад ло.
Чтобы он почувствовал, что бесплатно ни одна женщина его не захочет. Уж если я кого ненавижу, так это изменяющих мужиков.» Ее командир явился с тысячей шекелей в конверте, но от всех волнений у него не встало.

אבל עלמה לא הסכימה להחזיר לו את הכסף וההשפלה היתה כפולה. היא סיפרה לי שהכסף שלו כל-כך הגעיל אותה, שקברה אותו באיזה תוכנית חיסכון...
Аваль Альма ло hис*кима леhахзир ло эт hа-*кэсэф вэ-hа-hашпала hайта кфула. hи сипра ли шэ-hа-*кэсэф шэло коль-ках hигъиль ота, шэ-кавра ото бэ-*эйзэ тохнит хисахон…
Но Альма не согласилась вернуть деньги, так что унижение было двойным. Она рассказала мне, что его деньги вызывали у нее такое отвращение, что она погребла их в какой-то накопительной программе…

...ועד היום היא לא מוכנה לגעת בו בכלל. המשפט ניגמר די במפתיע, בשבילי לפחות, ולב-טוב קיבל עונש מוות.
…вэ-ад hа-йом hи ло мухана ла*гаат бо бихлаль. hа-мишпат нигмар дэй бэ-маф*тиа, бишвили лефахот, вэ-Лев-Тов кибэль *онэш *мавэт.
…и до сих пор не готова до них дотронуться. Суд кончился довольно неожиданно, по крайней мере, для меня, и Лев-Това присудили к смертной казни.

הקריינית היפנית ב-CNN סיפרה שהוא בכה בשקט כששמע את גזר הדין. אימא שלי אמרה שמגיע לו, ואבא שלי אמר, כמו תמיד,...
hа-карьянит hа-япанит бэ-Си-Эн-Эн сипра шэ-hу баха бэ-*шэкет кшэ-шама эт гзар hа-дин. *Има шэли амра шэ-ма*гиа ло, вэ-*аба шэли амар, кмо тамид,…
Ведушая-японка рассказала по CNN, что, услышав приговор, он тихо заплакал. Моя мама сказала, что так ему и надо, а папа, как всегда, сказал:

...'לך תדע מה עובר לאנשים בראש'. בשנייה ששמעתי על גזר הדין ידעתי שאני חייב לטוס לבקר אותו לפני שהורגים אותו.
«Лех теда ма овэр ле-анашим бэ-рош». Бэ-шния шэ-ша*мати аль гзар hа-дин я*даъти шэ-ани хайяв латус левакэр ото лифней шэ-hоргим ото.
«Иди знай, что творится у людей в головах.» Как только я услышал приговор, я понял, что должен слетать с ним повидаться прежде, чем его убьют.

בכל זאת, פעם היינו החברים הכי טובים. זה היה קצת מוזר, אבל כולם חוץ מאימא הבינו. ארי, אחי הגדול, ביקש ממני שאבריח לו מחשב במכס בדרך חזרה,...
Бэ-коль зот, *паам hай*ину hа-хаверим hахи товим. Зэ hайя кцат музар, аваль кулам хуц ми-*има hэ*вину. Арье, ахи hа-гадоль, бикэш ми*мэни шэ-ав*риах ло махшэв бэ-*мэхэс бэ-*дэрэх хазара,…
В конце концов, когда-то мы были лучшими друзьями. Это было странновато, но все, кроме мамы, меня поняли. [Арье] (Ави), мой старший брат, попросил меня протащить ему оттуда ноутбук,…

...והכי הרבה, אם יתפסו אותי, שפשוט אשאיר אותו במכס ואלך. בטקסס, נסעתי ישר משדה התעופה לכלא של אמיר. את הביקור תאמתי עוד מהארץ.
…вэ-hахи hарбэ, им итпэсу оти, шэ-пашут ашъир ото бэ-*мэхэс вэ-элех. Бэ-Тексас, на*саъти яшар ми-сдэ hа-тэуфа ле-*кэле шэль Амир. Эт hа-бикур та*амти од мэ-hа-*арэц.
…и в крайнем случае, если меня поймают на таможне, просто оставить его там и уйти. В Техасе я поехал из аэропорта прямо к Амиру в тюрьму. Я договорился о посещении еще из Израиля.

נתנו לי חצי שעה. כשנכנסתי לפגוש אותו הוא ישב על כיסא, הוא היה קשור בידיים וברגליים. השומרים אמרו שהוא כל הזמן מתפרע, בגלל זה חייבים לקשור אותו,...
Натну ли хаци шаа. Кшэ-них*насти лифгош ото hу яшав аль кисэ, hу hайя кашур бэ-я*дайим у-вэ-раг*лайим. hа-шомрим амру шэ-hу коль hа-зман митпа*рэа, биглаль зэ хайевим ликшор ото,…
Мне дали полчаса. Когда я вошел к нему, он сидел на стуле. Он был связан по рукам и ногам. Охранники сказали, что он все время бузит, и поэтому его приходится связывать,…

1978-1980 гг.

В 1978 г. Дима учился во 2-м классе, а Саша в 8-м классе.


Саша и Дима Позины, 1978 г., Москва

В ноябре 1978 г. мы все поехали в Минск навестить моих родителей и сестру Раю, которая к этому времени уже была замужем за Леонидом Рагинским. Мои родители и сестра съехались, обменяв свои 1-комнатные квартиры на хорошую 2-комнатную квартиру в центе Минска (на Ленинском проспекте - между площадью Победы и площадью Якуба Коласа, близко от филармонии).


Дима Позин, ноябрь 1978 г., Минск


Саша Позин, ноябрь 1978 г., Минск


Леонид Позин, ноябрь 1978 г., Минск


Дима Позин (внизу 3-й справа), 3-й класс, май 1979 г., Москва

В 1979 г. врачи нашли у меня гастрит с подозрением на язву двенадцатиперстной кишки, и я получаю путевку в санаторий «Эльбрус» в Нальчике. Это мое первое пребывание в санатории. Место очень красивое, хотя условия проживания средние. Недалеко грязелечебница, а рядом с ней водоем с достаточно холодной водой. Вокруг водоема сосны и травка. Можно было сидеть там весь день, играть в карты и купаться. Т.е. между процедурами было чем заняться. Вечером танцы и всякие другие мероприятия как концерты, игры и т.п. Было много разных экскурсий, посещение интересных мест. Я очень хорошо отдохнул там и поправил свое здоровье. Этому способствовали грязи, ванны, минеральная вода и диетическое питание.


Леонид Позин (3-й слева), 1979 г., санаторий «Эльбрус», Нальчик (экскурсия на Голубое озеро)

Саша и Рая совершают круиз Москва - Астрахань на теплоходе. Это также очень интересная поездка, они увидели массу новых мест. Приехали в Москву полные множеством впечатлений.


Саша и Рая (слева), 1979 г., Ульяновск (круиз Москва-Астрахань)

В 1980 г. Саша окончил школу и поступил в МИХМ. Это было не так просто, но он преодолел все трудности, и начал учиться в МИХМ, т.е. пошел по моим стопам. Дима уже учился в 4-м классе.


Саша Позин, 1980 г., Москва


Саша и Дима Позины, 1980 г., Москва


Евгения Краснер (мама Раи), 1980 г., Москва


Яков Чеснин (папа Раи), 1980 г., Москва


Григорий Чеснин (брат Раи), 1980 г., Москва

В этом же году я и Рая купили путевки и впервые провели отдых за границей в Болгарии. С нами отдыхали также Элис Владимирович Пинхасик (тоже сотрудник ВНИИОС) с женой Зиной. Мы обычно вместе проводили время в экскурсиях, походах в магазины и т.п. Мы были очень хорошей компанией. Помнится, как мы были в одном месте, где болгары ходили босиком по горячим углям, а мы сидели за столиками и ели шашлыки, которые жарили на этих углях. После этого представления были танцы, здесь был полный интернационал, было очень интересно видеть людей со всего мира. Нас возили по очень многим местам, жили в разных городах. Как-то нас привезли в Варну и поселили в шикарную гостиницу, где у нас был огромный номер. Вдруг в 6 часов утра нас разбудила музыка военных оркестров, оказывается это был какой-то национальный праздник. Люди собирались на демонстрацию. Практически мы все время были в разных местах на берегу Черного моря (это Золотые пески, Варна и др.), там были шикарные пляжи. Мы купались и загорали все свободное время. Как-то нас повезли на плантации роз, из лепестков которых готовят розовое масло. Однажды мы ездили в колхоз, и там нас угощали свежей черешней. Впечатлений было так много, что все и не упомнишь.


Леонид Позин с женой и Зина Пинхасик, 1980 г., Болгария (плантация роз)


В книге [01] в главе «Создание и развитие института» на с. 27 сказано: «Государственный комитет по труду и социальным вопросам принял 11 февраля 1980 г. решение об отнесении ВНИИОС к первой категории по оплате труда»

С этого момента моя зарплата возросла до 400 руб. в месяц.

Теперь о работе и не только.

Я уже работаю заведующим сектором. В составе сектора при его создании кроме меня были Татьяна Александровна Быстрова, Лаура Натановна Колтунова, Нина Ивановна Никитина (все трое канд. техн. наук в должности ст. научного сотрудника), Ольга Львовна Шубина, Галина Ксандопуло и Лариса Барышникова (все в должности мл. научного сотрудника) и Майя Ивановна Леонова (лаборант). Таким образом, при создании сектора его численность составляла 8 человек. Т.А. Быстрова перед этим была зав. лабораторией процессов и аппаратов, в которой я раньше работал. Она была уже в предпенсионном возрасте и через некоторое время вышла на пенсию. Н.И. Никитина также раньше работала в этой же лаборатории вместе с ее сотрудниками Ксандопуло и Барышниковой. Они занимались в основном экспериментальными исследованиями гидродинамики неподвижного и псевдоожиженного слоя. С Лорой Колтуновой я работал с момента моего прихода в институт. Ольга Шубина пришла к нам примерно в 1977 г. по распределению после окончания МИХМ. Она сразу же начала работать под моим руководством (отмечу, что она была дочкой моего учителя Л.С. Аксельрода). В последующем она была моей аспиранткой. С Майей Леоновой я также познакомился, когда начал работать в НИИОС. Она была исключительно добросовестным и опытным работником.
Позже в сектор пришли новые сотрудники Михаил Ефимович Цельнер (канд. техн. наук, занимался исследованием псевдоожижения, очень инициативный работник, к сожалению, он недавно скончался) и Александр Львович Бердичевский (канд. мех.-мат. наук, выпускник МГУ, высокообразованный человек, уехал в США и там работает по специальности). Они работали в секторе на должности ст. научн. сотрудника. По рекомендации А.Л. Бердичевского я принял на работу Александра Анатольевича Шипова, который также закончил механико-математический факультет МГУ и работал в секторе как высококвалифицированный программист (потом в 1981 г. он уехал в Израиль, и здесь я с ним неоднократно беседовал по телефону). В это же время в секторе начал работать Владлен Леонидович Бедрин. Он пришел во ВНИИОС по распределению после окончания МИТХТ (Московского института тонкой химической технологии). Химические лаборатории не хотели его принимать, а я согласился и не жалею. Он хорошо знал английский язык и быстро освоил программы для работы с ЭВМ (сейчас живет в Германии, поддерживает со мной связь). Несколько позже ко мне пришел работать Алексей Васильевич Бабочкин, который закончил аспирантуру МИТХТ (он продолжал исследования по своей теме, кроме того, обладал хорошими знаниями в области патентоведения). Также по распределению после окончания МИХМ в секторе начали работать Игорь Владимирович Шевчук и Сергей Тимофеевич Елистратов.

Накануне тридцатилетнего юбилея ВНИИОС дирекция организовывает фотографирование подразделений института.


Сектор реакционных и массообменных аппаратов: (сидят) Лаура Натановна Колтунова, Татьяна Александровна Быстрова, Леонид Самуилович Позин и Нина Ивановна Никитина; (стоят) Галина Ксандопуло, Михаил Ефимович Цельнер, Лариса Георгиевна Барышникова, Александр Львович Бердичевский, Ольга Львовна Шубина, Сергей Тимофеевич Елистратов, Мая Ивановна Леонова и Владимир Леонидович Бедрин, 1979 г., Москва


Патентная лаборатория: (сидят) Раиса Яковлевна Позина, Тамара Яковлевна Добкина, Константин Петрович Атапов, Людмила Николаевна Чернышова и Вера Львовна Елисеева; (стоят) Нелля Алексеевна Данилина, Лидия Ивановна Серова, Ната Вульфовна Улицкая и Александр Григорьевич Киршенбаум, 1979 г., Москва

Как указано в предыдущей главе Сектор механики неоднородных сред АН СССР под руководством академика В.В. Струминского регулярно проводил всесоюзные конференции по аэродинамике и механике неоднородных сред. Одна из таких конференций была организована на спортивной базе Харьковского авиационного института в поселке Рыбачий на берегу Азовского моря. Это был сентябрь месяц, но море еще было теплым. Так что в перерывах между заседаниями можно было искупаться в море. Программа заседаний была очень интересной. Неоднократно выступал и сам академик В.В. Струминский. На этой же конференции я познакомился с докт. наук Юрием Шаевичем Матрос из Новосибирска, который пригласил меня выступить у него на конференции «Нестационарные процессы катализа». Я как раз занимался работой в этом направлении, связанной с синтезом этанола, и с удовольствием согласился.

Хочу отметить один интересный факт. Я провел теоретическое исследование, которое отражено в статье [62]. Отправил эту статью в редакцию «Инженерно-физического журнала» и получил отзыв, в котором сказано, что автор не знаком с литературой по данному вопросу. Я вычислил рецензента, и им оказался известный ученый Юрий Александрович Буевич, член редколлегии журнала. Мне повезло, что он тоже был на этой конференции. Мы познакомились, и он подтвердил, что это именно он рецензировал мою статью. Мы договорились встретиться с ним в Москве. Действительно он был автором многочисленных работ по теме, затронутой в моей статье. Когда мы встретились, он любезно дал мне ссылку на его работу. После добавления этой ссылки, статья довольно быстро была опубликована. Об этой же моей работе см. ниже.

В октябре 1979 г. ВНИИОС отмечал свое 30-летие. Договорились провести это мероприятие в музее Н.Е. Жуковского, на территории Центрального аэрогидродинамического института (ЦАГИ). Здание музея находилось как раз напротив ВНИИОС. С.П. Черных (директор ВНИИОС) вызвал руководителей всех подразделений и предложил организовать приглашение на это вечер известных людей, которые, так или иначе, сотрудничают с нашим институтом. Я позвонил академику В.В. Струминскому, и он, услышав о том, что идет речь о ЦАГИ (а это его альма-матер), сразу же согласился.
С.П. Черных был потрясен моими связями, т.к. это был единственный академик, присутствующий на юбилее.


С.П. Черных, Л.С. Позин и В.В. Струминский (на юбилее ВНИИОС), 1979 г., Москва


Леонид Позин и Мансур Миннуллин (при регистрации на юбилее ВНИИОС), 1979 г., Москва

Позже в этом же году участвовал в работе конференции «Нестационарные процессы катализа» в Новосибирске, где выступил с докладом [61].

В 1978 г. были опубликованы 8 работ с моим участием. Это статьи [48] и [49] по исследованию клапанных тарелок, подготовленные моим аспирантом Мансуром Миннуллиным; статья [50] по эффективности контактных устройств с пульсирующими потоками (статья написана Л.Н. Колтуновой, мое участие ничтожное); статья [51] по трубчато-клапанным тарелкам для неадиабатического массообмена (подготовлена моей аспиранткой Ольгой Шубиной); изобретение [52], касающееся устройства для массообмена (мое участие ничтожно). Особо следует выделить статьи [53] и [54], которые посвящены синтезу этанола. Они написаны в период, когда я работал в лаборатории математического моделирования, и в них уже просматривается направление работ в секторе РиМА. Эти статьи написаны совместно с сотрудниками лаборатории синтеза этанола и др. (в частности З.Н. Верховская и Г.Л. Аврех). Статьи затрагивают технические решения по реконструкции и экономико-математическую модель цехов синтеза этанола. Статья [55] касается производства глицидола и глицерина, и выполнена совместно с Е.А. Кацманом и А.А. Григорьевым.







В 1979 г. вышла статья [56] по беспереливным трубчато-калапанным тарелкам, подготовленная моим аспирантом М.Н. Миннуллиным. Остальные работы касались только реакционных аппаратов, и это работы [57] и [59], связанные с производством этанола и процесса парофазной гидратации этилена, а также работы [58] и [61], касающиеся математической модели реактора синтеза этанола с переменной активностью катализатора, и, наконец, работа [60], относящаяся к математической модели реактора синтеза глицидола (основная роль в этой работе принадлежит А.Л. Бердичевскому и Л.А. Кацману).

В 1980 г. вышла значительная, на мой взгляд, работа по анализу влияния распределительной решетки на качество псевдоожижения [62]. О роли Ю.А. Буевича в ее публикации описано выше. Хочу отметить еще один момент. Эту мою работу еще до ее публикации я представил на семинаре по теоретическим основам химической технологии. Собралась масса людей, которые занимались псевдоожижением. Меня пытались критиковать со всех сторон, как новичка, посягнувшего на их святыню. Ну, я отбивался, как мог. Существенных замечаний не было. Вообще эту работу я начал несколько лет назад, когда мне стали известны проблемы с реактором такого типа в процессе получения дифенилолпропана. Я хотел привлечь к этой работе Ксандопуло и Барышникову, сотрудниц Н.И. Никитиной, чтобы провести экспериментальные исследования, но не нашел у них поддержки. С самой же Никитиной не было смысла вообще говорить. После смерти мужа, она стала совсем неуправляемой. Тогда я занялся теоретическим анализом, результатом которой и явилась статья [62].

В начале 1980 г. зимой мне пришлось поехать в командировку в Уфу на Ново-Уфимский НПЗ. Там, конечно, встретился с Мансуром Миннуллиным и его шефом Гумером Теляшевым. Когда к ним приезжаешь на завод и приходишь в опытный цех, то почетных гостей они сначала ведут в финскую баню, в которую они переоборудовали обычную душевую. Дело не ограничивается парилкой, а продолжается выпивкой и дружеским застольем в предбаннике. После этой процедуры, уже отдохнув с дороги, можно идти в цех и заниматься делом. По окончании командировки на выходные я решил заехать в Свердловск и проведать своих родственников. Остановился у Бориса Подольского. Он прекрасно меня встретил, мы гуляли по городу, а затем он свозил меня к Семену Израильскому, который жил на окраине города. Так я сумел навестить своих двоюродных братьев и пообщаться с  ними..

В этом же году была опубликована статья [63] по исследованию теплообмена на неадиабатических трубчато-клапанных тарелках, написанная О.Л. Шубиной, руководители работы я и Валентин Гаврилович Гореченков. Эта работа была представлена на конференции «Химтехника-80» в Чимкенте. Следует отметить, что сотрудничество с В.Г. Гореченковым было чрезвычайно полезно для развития и продолжения работ по массообменной аппаратуре. Он в свое время защитил кандидатскую диссертацию по провальным тарелкам в МИНХи ГП. Сейчас же он занимал очень высокий пост, будучи референтом Алексея Николаевича Косыгина (председателя Совмина СССР) по химической, нефтяной и газовой отраслям. Его офис размещался на ул. Разина, и я встречался с ним много раз.

Несколько слов хочу сказать о конференции в Чимкенте (Казахстан). Она была организована на базе Чимкентского химико-технологического института осенью 1980 г. Участников конференции заселили в гостиницу «Чимкент». Вечером мы присели в номере, чтобы отметить успешное прибытие. Выпили пару рюмок и вдруг видим, что люстра качается, и шкаф начал перемещаться. Вроде мы еще совсем трезвые. Я выбежал в коридор, и горничная меня успокаивает: «Не волнуйтесь, это землетрясение, наша гостиница сейсмоустойчива». Это было 5 баллов по шкале Рихтера. Вернулся в номер, и мы продолжили нашу трапезу. Чимкент поразил меня своей красотой. Было интересно посмотреть в лаборатории ХТИ стенд с провальной тарелкой, имеющей крупные отверстия. Картина барботажа на этой тарелке была удивительной, жидкость стекала у краев отверстий, а газ проходил в центре. Позже я использовал этот принцип при разработке конструкции реактора по спецтематике (но об этом потом). Меня, к моему удивлению ввели в Оргкомитет как сопредседателя одной из секций. В Оргкомитет входили такие известные люди как член-корреспондент АН СССР Владимир Александрович Малюсов (он был председателем оргкомитета), доктора наук, профессоры Виктор Васильевич Дильман, Андриан Михайлович Розен и др. Я хорошо знал этих людей, но здесь я особенно сблизился с В.А. Малюсовым. А.М. Розен был одним из постоянных председателей семинара по теоретическим основам химической технологии, но довольно часто он поручал мне заменить его, когда был занят. В свое время он предложил мне написать главу для книги, которую он готовил «Масштабный переход в химической технологии», см. работу [64]. На следующий день после заседания ко мне подошел молодой кандидат наук из Чимкента, у которого я выступал оппонентом (сейчас уже не помню его фамилию), и пригласил меня в гости. Пришли к нему, это большой дом с огромным участком, меня приняли по-царски. Выяснилось, что его отец занимает очень высокую должность в обкоме партии. Всех участников вечерами возили в разные злачные места, например в ресторан «Юрты» за городом, где мы действительно сидели в юртах и пили водку, запивая ее кумысом. Была уже ночь, чтобы как-то охладиться, пошли искупнуться в горную речку рядом с рестораном. Было хорошо. Но зато потом, когда вернулся в Москву, были боли в коленках. В то время, как кандидата наук, меня приписали на обслуживание в Центральную поликлинику Минздрава РСФСР на Киевском вокзале. Там мне провели несколько сеансов магнитотерапии, и все стало на место. Была организована очень интересная экскурсия в Ташкент (столица Узбекистана). В конце работы конференции наши хозяева из Чимкентского ХТИ организовали для членов оргкомитета прощальный обед. Это было нечто бесподобное. Нас отвезли в лесничество за 80 км от города, и мы разместились на открытой веранде, где стол ломился от яств. Рядом росли огромные деревья грецких орехов, множество их плодов в зеленой оболочке лежали на земле. Рядом протекала горная речка. Воздух был идеально чистым. Шли тосты за тостами. Люди уже не могли ни пить, ни есть. Предложили собирать орехи, пройтись к речке и умыть лицо. Это помогло. После очередного застолья и последующей прогулки, уже никто не был в состоянии продолжить застолье. Но наши хозяева не унывали, а предложили отведать бульон с курдючным салом. Я вообще не хотел ничего есть, но меня уговорили, сказав, что это сало абсорбирует спирт. И, действительно, это помогло. Но тут пришло время мне, В.В. Дильману и Л.Н. Колтуновой уезжать, дабы не опоздать на самолет. Нас посадили в машину, нагрузив каждого огромным арбузом, парой дынь и ящиком с виноградом. Доехали до гостиницы, забрали свои вещи и поехали в аэропорт. К этому времени я уже практически отключился, но казахские друзья внесли меня в самолет, и мы благополучно долетели дл Внукова. Там взяли такси, и так я успешно добрался до дома.

В этом же 1980 г. вышли еще несколько работ с моим участием: [64] по гидродинамике и массопередаче на беспереливных тарелках (с учетом их негоризонтальности) в книге под редакцией А.М. Розена (совместно с Л.Н. Колтуновой и В.Г. Чекменевым); [65] по выбору параметров регулирования производительности цеха синтеза этанола (совместно с Б.С. Боуденом); изобретение [66], касающееся установки трубчатых отбойных элементов (совместно с О.Л. Шубиной и др.) и, наконец, изобретение [67], касающееся носителя для фосфорнокислотного катализатора гидратации олефинов (основные авторы Людвиг Ишневич Хейфец и Александр Васильевич Неймарк - доктора наук из ГосНИИхлорпроект, в соавторстве с Б.С. Боуденом). Моя инициатива - привлечение этих талантливых людей из ГосНИИхлорпроект, с которыми я познакомился и подружился на одной из конференций

Перейти к оглавлению.

לב טוב / אתגר קרת Лев-Тов (начало)
(Автор Этгар Керет, перевод Линор Горалик)

(Прим. переводчика: лев тов - на иврите буквально означает "доброе сердце")

לפני שישה חודשים באיזה עיירה עלובה ליד אוסטין טקסס הרג אמיר לב-טוב, רמת גני, כומר בן שבעים ואשתו. לב-טוב ירה בהם מטווח אפס בזמן שישנו.
Лифней шиша ходашим бэ-*эйзэ айяра алува ле-яд Остин Тексас hараг Амир Лев-Тов, Рамат Гани, *комэр бэн шивъим вэ-ишто. Лев-Тов яра бэ-hэм ми-твах *эфэс бэ-зман шэ-яшну.
Шесть месяцев назад в каком-то захудалом городишке возле Остина, штат Техас, Амир Лев-Тов [из Рамат-Гана] убил семидесятилетнего священника и его жену. Лев-Тов застрелил их в упор, пока они спали.

עדיין לא יודעים איך ניכנס לדירה, אבל כנראה היה לו מפתח. וכל הסיפור הזה נראה מה-זה משונה. איך בחור צעיר, בלי עבר פלילי, יוצא סיירת, קם יום אחד...
А*дайин ло йодъим эйх нихнас ла-дира, аваль ка-ниръэ hайя ло маф*тэах. Вэ-коль hа-сипур hа-зэ ниръэ ма-зэ мэшунэ. Эйх бахур цаир, бли авар плили, йоцэ сай*ерэт, кам йом эхад…
До сих пор не известно, как он вошел в квартиру, но, по видимости, у него был ключ. Все-таки это какая-то очень странная история: каким образом молодой парень, без уголовного прошлого, отслуживший в спецназе, в один прекрасный день идет [встает]…

...ודופק כדור בראש לשני אנשים שמעולם לא הכיר, באיזה חור נידח בטקסס, ועוד מישהו שקוראים לו לב-טוב. בלילה שהודיעו על זה בחדשות, אפילו לא ידעתי,..
…вэ-дофэк кадур бэ-рош ле-шнэй анашим шэ-ми-олам ло hикир, бэ-*эйзэ хор нидах бэ-Тексас, вэ-од *мишэhу шэ-коръим ло Лев-Тов. Ба-*лайла шэ-hо*диу аль зэ бэ-хадашот а*филу ло я*даъти,…
… и вбивает пули в голову двум совершено незнакомым людям в какой-то богом забытой дыре посреди Техаса, - да еще и парень по фамилии Лев-Тов. Когда вечером об этом объявили в новостях, я даже не знал,…

...כי בדיוק הייתי עם עלמה בסרט. אחר-כך, במיטה, באמצע הזיון, פתאום היא התחילה לבכות, ואני ישר הפסקתי, כי חשבתי שאני מכאיב לה,...
…ки бэ-диюк hай*ити бэ-*сэрэт. Ахар-ках, бэ-мита, бэ-*эмца hа-зиюн, питъом hи hит*хила ливкот, вэ-ани яшар hиф*сакти, ки ха*шавти шэ-ани махъив ла,…
…потому что как раз был с Альмой в кино. А потом, в постели, как раз когда мы трахались, она вдруг заплакала, и я сразу прекратил, потому что решил, что делаю ей больно,…

...אבל היא אמרה שאמשיך,שזה שהיא בוכה זה רק סימן טוב. התביעה טענה שלב-טוב קיבל שלושים אלף דולר עבור הרצח, שכל העניין הזה קשור לאיזה...
…аваль hи амра шэ-амших, шэ-зэ шэ-hи боха зэ рак симан тов. hа-твиа таана шэ-Лев-Тов кибэль шлошим *элеф долар авур hа-*рэцах, шэ-коль hа-инъян hа-зэ кашур ле-*эйзэ…
…но она сказала, чтобы я продолжал, что ее слезы [что она плачет] - это только добрый знак. Обвинение утверждало, что Лев-Тов получил тридцать тысяч долларов за убийство, и что все это дело связано с каким-то…

...סכסוך מקומי סביב ירושה. לפני חמישים שנה העובדה שהכומר ואשתו היו שחורים, היתה רק עוזרת לו, אבל היום זה בדיוק ההיפך.
сихсух мэкоми свив еруша. Лифней хамишим шана hа-увда шэ-hа-*комэр вэ-ишто hайу шхурим, hайта рак о*зэрэт ло, аваль hа-йом зэ бэ-диюк hа-*hэфэх.
…местным конфликтом вокруг наследства. Пятьдесят лет назад тот факт, что священник и его жена были черными, только помог бы ему, но сегодня все строго наоборот.

העובדה שהזקן היה כומר, גם כן שיחקה נגדו. העורך-דין שלו הצהיר, שאחרי המשפט, במידה ולב-טוב יימצא אשם, הוא יבקש שירצה את עונשו בארץ.
hа-увда шэ-hа-закэн hайя *комэр, гам кэн сихку нэгдо. hа-орэх-дин шэло hицhир, шэ-ахарэй hа-мишпат, бэ-мида вэ-Лев-Тов имацэ ашэм, hу евакэш шэ-ерацэ эт оншо ба-*арэц.
Тот факт, что старик был священником, тоже играл против него. Его адвокат сообщил, что [после суда] если Лев-Тов будет признан виновным, то попросит отбывать свой срок в Израиле.

כי עם כל השחורים בבתי הכלא בארצות הברית החיים שלו יהיו שווים פחות משקית תה משומשת. התביעה, לעומת זאת, טענה שלב-טוב ממילא ימות הרבה קודם.
Ки им коль hа-шхурим бэ-батэй hа-*кэле бэ-арцот hа-брит hа-хайим шэло иhъю шавим пахот ми-сакит тэ мэшу*мэшэт. hа-твиа, ле-умат зот, таана шэ-Лев-Тов ми*мэйла ямут hарбэ *кодэм.
Потому что со всеми черными в американских тюрьмах его жизнь там будет стоить меньше, чем использованный чайный пакетик. Обвинение же, напротив, утверждало, что Лев-Тов все равно умрет гораздо раньше.

טקסס היא אחת המדינות היחידות בארצות הברית שעדיין קיים בה עונש מוות. אני ולב-טוב כבר עשר שנים לא בקשר, אבל פעם, בתיכון, הוא היה החבר הכי טוב שלי.
Тексас hи ахат hа-мэдинот hа-ехидот бэ-арцот hа-брит шэ-а*дайин кайем ба *онэш *мавэт. Ани вэ-Лев-Тов квар *эсэр шаним ло бэ-*кэшэр, аваль *паам, бэ-тихон, hу hайя hа-хавер hахи тов шэли.
Техас - один из немногих штатов, где существует смертная казнь. Мы с Лев-Товом не поддерживаем отношения уже десять лет, но когда-то, в школе, он был моим лучшим другом.

את כל הזמן שלי הייתי מבלה איתו ועם דפנה, שהיתה החברה שלו משישית. כשהתגייסנו הקשר ניתק, אני לא ממש טוב בלשמור קשרים.
Эт коль hа-зман шэли hай*ити мэвале ито вэ-им Дафна, шэ-hайта hа-хавера шэло ми-шишит. Кшэ-hитгай*ясну hа-*кэшэр нитак, Ани ло мамаш тов бэ-лишмор кшарим.
Я все время проводил с ним и с Дафной, его подружкой еще с пятого класса [В соответствии со словарем ИРИС: שישית - десятый класс израильской средней школы]. Когда нас призвали в армию, связь прервалась, я не большой мастер сохранять связи.

עלמה דווקא מצוינת בזה, החברות הכי טובות שלה הן כאלה שהיא מכירה עוד מהגן. אני קצת מקנא בה על זה. אני קצת מקנא בה על הרבה דברים.
Альма *давка мэцуй*енет бэ-зэ, hа-хаверот hахи товот шэла hэн ка-*эле шэ-hи макира од мэ-hа-ган. Ани кцат мэканэ ба аль зэ. Ани кцат мэканэ ба аль hарбэ дварим.
А вот Альма как раз умеет [отличается в этом], своих лучших подружек она знает еще с детского сада, и я ей немного завидую. [Я немного завидую ей во многих вещах]

המשפט נמשך שלושה חודשים. ים זמן, בהתחשב בעובדה שכולם היו בטוחים שלב-טוב עשה את זה. אני אמרתי לאבא שלי שמשהו בכל סיפור הזה נשמע לי...
hа-мишпат нимшах шлоша ходашим. Ям зман, бэ-hитхашэв бэ-увда шэ-кулам hайю бэтухим шэ-Лев-Тов аса эт зэ. Ани амарти ле-*аба шэли шэ-*машэhу бэ-коль сипур hа-зэ нишма ли…
Процесс длился три месяца. Кучу [море] времени, если учитывать, что все были уверены в том, что Лев-Тов это сделал. Я сказал папе, что во всей этой истории что-то кажется мне…

…לא הגיוני .אנחנו הרי מכירים את אמיר, הוא היה אצלנו בן בית, ואבא שלי אמר 'לך תדע מה עובר לאנשים בראש'.
…ло hэгъёни. Анахну hарэй макирим эт Амир, hу hайя эц*лену бэн *байит, вэ-*аба шэли амар «Лех теда ма овэр ле-анашим бэ-рош.»
…нелогичным. Мы же знаем Амира, он был нам как родной, а папа сказал: "Иди знай, что творится у людей в головах."

אימא שלי אמרה שתמיד ידעה שיגמור רע שהיה לו מין מבט כזה של כלב חולה בעיניים. היא אמרה שמזעזע אותה לחשוב איך הרוצח הזה אכל מהכלים שלה,...
*Има шэли амра шэ-тамид ядъа шэ-игмор ра шэ-hайя ло мин мабат ка-зэ шэль *кэлев холе бэ-эй*найим. hи амра шэ-мэзаа*зэа ота лахшов эйх hа-ро*цэах hа-зэ ахаль мэ-hа-кэлим шэла,…
Мама сказала, что она всегда знала, что он плохо кончит, что у него был такой взгляд, как [в глазах] у больного пса. Она сказала, что ей делается дурно [ее трясет] при мысли о том, что этот убийца ел из ее посуды,…

...ישב איתנו ליד אותו שולחן. אני נזכרתי בפעם האחרונה שפגשתי אותו, זה היה בלוויה של דפנה, היא מתה מאיזה מחלה.
…Яшав и*тану ле-яд ото шульхан. Ани низ*карти бэ-*паам hа-ахарона шэ-па*гашти ото, зэ hайя бэ-левайя шэль Дафна, hи мэта ми-*эйзэ махала.
…сидел с нами за одним столом. Я вспомнил, когда виделся с ним в последний раз. Это было на похоронах у Дафны, она умерла от какой-то болезни…

זה היה בדיוק אחרי שהשתחררנו מהצבא. באתי ללוויה, והוא פשוט גירש אותי. הוא ביקש ממני ללכת בכזאת תקיפות שאפילו לא שאלתי למה.
Зэ hайя бэ-диюк ахарэй шэ-hиштах*рарну мэ-hа-цава. *Бати ле-левайя, вэ-hу пашут гэрэш оти. hу бикэш ми*мэни ла*лехет бэ-ка-зот ткифут, шэ а*филу ло ша*алти *лама.
…как раз после нашего выхода из армии. Я пришел на похороны, а он просто прогнал меня. Он с такой яростью попросил меня уйти, что я даже не спросил, почему.

1975-1977 гг.

В июне 1975 г. Саша отдыхал в Могилеве у моих родителей.


Раиса и Саша Позины, 1975 г., Могилев


Дима Позин, 1975 г., Москва

Потом мы всей семьей поехали дикарями в Евпаторию. Там сняли комнату и проводили все время на море или в парках. Дети были очень довольны таким отдыхом, мы тоже.


Семья Леонида Позина, лето 1975 г., Евпатория


Дима и Саша Позины, лето 1975 г., Евпатория

Новый год (1 января 1976 г.) Саша и Дима встретили на елке в Доме культуры медицинских работников (на ул. Герцена). Для них это было незабываемым праздником вместе с Дедом Морозом.


Дима и Саша Позины, 1 января 1976 г., Москва

В марте 1976 г. у меня была интересная командировка в Минск в Институт тепломассообмена АН БССР.


Леонид и Раиса Позины, март 1976 г., Минск

В августе 1976 г. родители Раи вместе с Сашей и Димой едут в Могилев. В это же время мои родители переезжают в Минск. Там Саша отдыхает в пионерском лагере, а Дима вместе с бабушкой и дедушкой (родителями Раи) отдыхают на турбазе «Днепр» в Любуже, под Могилевом. Потом я и Рая приезжаем к ним на смену. Это очень красивое место на берегу Днепра. Рая с Димой остаются на турбазе, а я на несколько дней отправляюсь в пеший турпоход.


Злата Цоир, Дима и Леонид Позины (все справа), 1976 г., Могилев


Дима Позин и родители Раи Чесниной, август 1976 г., т/б Днепр, Могилев


Дима Позин (стоит в центре) и Евгения Краснер (справа от него), август 1976 г., т/б Днепр, Могилев


Дима (стоит слева) и Леонид Позины (стоит 3-й слева), август 1976 г., т/б Днепр, Могилев


Леонид Позин, август 1976 г., т/б Днепр, Могилев

Летом 1977 г. мы с Раей покупаем туристские путевки по Молдавии, и едем в Кишинев. Побывали во множестве красивейших мест, например, Сорока, Тирасполь, Бендеры, Вадулуй-воды и др. Меня почему-то сразу выбрали старостой группы, наверное, я обладал какой-то харизмой. Но люди не пожалели. Уже на первой экскурсии в какое-то село экскурсовод хотел нас свести к хозяевам, у которых по его словам есть отменное вино. Я пошел с ним, попробовал вино, и сказал, что это дерьмо. После этого он уже знал, с кем имеет дело, и нам предлагали только хорошее вино. Все были довольны.


Леонид Позин (внизу) и его жена Раиса (вверху 2-я слева), лето 1977 г., Молдавая


Леонид Позин (с караваем) и его жена Раиса (впереди справа), лето 1977 г., Молдавия

Дима Позин, 1-й раз в 1-й класс, 1 сентября 1976 г., Москва


Леонид Позин с супругой, 1977 г., Москва

Очень скоро я получаю партийное задание возглавить отряд института на уборке картофеля в подшефном колхозе. Наша задача убрать 10 га картофельного поля. Делать нечего, я соглашаюсь. Обращаюсь к зам. директора по общим вопросам Александру Семеновичу Ермакову, которому было поручено общее руководствво. А.С. Ермаков был очень интересный человек, первым делом он соорудил прямо в поле отхожее место. Кроме того, умудренный опытом, он организовывает мне горючее - бутыль с 10 л медицинского спирта. Это горючее нам очень пригодилось. Наша работа была ручной, никаких комбайнов, никакой техники, все находилось в руках студентов МВТУ им. Баумана. План есть план и его надо выполнять любой ценой. Раз в несколько дней я шел домой к председателю колхоза, неся с собой соответствующее количество спирта, 1 л - 1 га. Сколько могли, выпивали на месте, а наши гектары списывались, как убранные. В конце концов, мы успешно завершили наше задание. Еще несколько слов о А.С. Ермакове. В связи с большой теснотой в институте, он добывает помещение-подвал у Курского вокзала. Там размещают проектную группу и группу информации, где работает моя жена. Ермаков сооружает там грандиозный объект - туалет, имеющий в плане форму треугольника, с острием в конце. В этой точке он ставит унитаз на возвышении со ступеньками, почти как царский трон. Это уникальное сооружение всегда вызывало здоровый смех у сотрудников. Еще один забавный факт, институт приобрел множительную технику. Как-то на одном из партийно-хозяйственных активов он докладывает об этом такими словами «теперь у нас есть «херокс» (вместо ксерокс)», после чего весь зал покатился со смеху. Вообще то он был неплохой хозяйственник и хороший человек.


Александр Семенович Ермаков


Леонид Леонид, 1977 г., колхоз, Подмосковье

Где-то в эти же годы был еще один интересный случай. Вызывает меня директор института Сергей Прокопьевич Черных и спрашивает «Самойлыч, ты вроде бы не пьешь?» Ответ на этот сакраментальный вопрос у нормального человека, живущего в России, вызывает недоумение. Поэтому я продолжаю молчать и жду, к чему он клонит. Он говорит, что руководство института (имеется в виду дирекция, партбюро и местком) решили послать меня участвовать в ревизии Московского ликероводочного завода «Кристалл». Этот завод находится в нашем Калининском районе, и периодически райком партии проводит там ревизию. Они еще помнят, что когда-то наш институт назывался НИИСС, т.е. НИИ синтетических спиртов, а отсюда и ассоциация, что наши специалисты что-то понимают в производстве водки. Ну что ж, еду на этот завод и нахожусь там в течение недели. Кроме меня там еще человек 6 в комиссии, в том числе финансовый ревизор и другие специалисты. Они познакомились со мной и послали меня в лабораторию тары, а потом в лабораторию новых разработок. При знакомстве с заводом мне сразу же вспомнилась юмореска, которую читает Геннадий Хазанов, там неоднократно произносится фраза «Слово имеет начальник транспортного цеха…». Мне объяснили, что если новый рабочий неделю работает и не спивается, его можно брать на работу. В лаборатории тары мне долго объясняли, что тара (т.е. бутылка для водки) это первое дело в ее продаже за границей, приводя в пример водку «Смирновскую». Я пожелал им успехов в этом важном деле. В лаборатории новых разработок я попросил познакомиться с несколькими отчетами. Получил отчет, чем заменять импортные напитки типа бренди, виски, ром и др. при приготовлении коктейлей, используя отечественные напитки. Тут я вспомнил, что купил в Минске книжку «Приготовление коктейлей в домашних условиях». Я не стал выяснять, кто у кого списывал.
Утро работы комиссии начиналось с посещения дегустационного зала и опробованием продукции. Потом все куда-то расходились. Как-то нам устроили посещение закрытого специализированного цеха, где готовились напитки для членов Политбюро. На полках стояли музейные образцы, например перцовка, которая готовилась специально для Н.С. Хрущева и др.
Вообще, здесь механизированное производство, больше всего впечатляет конвейер разлива водки. Если бутылка после ее закупоривания протекает, оператор снимает ее с конвейера, разбивает и бросает в специальный бункер. Здесь водка проходит фильтрацию, а стекло собирается отдельно.
После недели работы комиссии было зафиксировано много недостатков. Заключительное заседание комиссии проходило в кабинете директора завода. Выяснилось, что все замечания уже были благополучно выброшены из отчета, и остались только незначительные.
На столы была выставлена водка «Московская» в импортном исполнении и бальзам «Москва», а также всякие закуски домашнего приготовления. Пили так, в рюмки по 100 мл наливали половину водки и сверху половину бальзама. Вкус водки исчезал напрочь, а оставался приятный вкус бальзама. Заседание продолжалось где-то до 14 часов. После этого каждого посадили в автомобиль и доставили по назначению. Я решил поехать в институт, и тут слегка придти в себя. После поехал домой.

Теперь о работе.

В книге [01] в главе «Создание и развитие института», с. 24 сказано:
«В силу объективных причин по личной просьбе А.Т. Меняйло в январе 1975 г. он был освобожден от занимаемой должности директора института. Руководством МНХП СССР на эту должность был назначен Сергей Прокопьевич Черных»

Приход в институт Сергея Прокопьевича Черных кардинально изменил состояние дел в институте, так он добился изменения названия института, его руководство содействовало продвижению молодых научных кадров и многое другое.

Там же [01] на с. 27 сказано:
«Государственный комитет Совета Министров СССР по науке и технике принял 29 декабря 1976 г. решение о преобразовании Научно-исследовательского института синтетических спиртов и органических продуктов с филиалом и Опытным заводом в г. Новокуйбышевске во Всесоюзный научно-исследовательский институт органического синтеза (ВНИИОС)»

В книге [01] в главе «Подготовка специалистов» на с. 266 сказано:
«Начиная с 1963 г. молодые ученые приняли эстафету и продолжили дело подготовки научных кадров для его института, его филиала и отрасли. Среди них д.т.н. А.А. Григорьев, к.т.н. Н.И. Зеленцова, д.т.н. В.М. Платонов, к.т.н. В.А. Меньщиков, к.т.н. Ю.Д. Емелин, к.т.н. Л.С. Позин, к.т.н. А.Ф. Нестеров, к.т.н. В.Н. Мельников, к.т.н. Л.В. Шалимов, к.т.н. Л.Ф. Косова и др.»

Действительно, где-то в эти годы я получаю право руководства аспирантами. С этого времени у меня в разное время были аспирантами М.Н. Миннуллин, О.Л. Шубина, И.В. Шевчук. Из них успели защитить кандидатскую диссертацию только Мансур Нурмухамедович Миннуллин. С ним я познакомился в 1974 г. через Владимира Григорьевича Чекменева, с которым мы познакомились раньше. М.Н. Миннулин работал на Ново-Уфимском НПЗ в опытно-исследовательском цехе. Он иногда приезжал в Москву, и заходил к нам. Я часто бывал в Уфе в командировках, и заходил к Мансуру. У нас были прекрасные дружеские отношения.

Кроме Уфы несколько раз пришлось съездить в Ангарск на Ангарский НХК. Там была группа, состоящая из сотрудников НИИСС (Л.С. Позин, аппаратурные вопросы), ВНИИНП (А.Д. Сулимов, вопросы технологии) и ВНИПИнефть (проектировщики). Ездили зимой, а потом в летний период. Очень подружился с докт. техн. наук Андреем Дмитриевичем Сулимовым. Он был интересный человек, и с ним было приятно разговаривать на любые темы. Летом мы решили выбраться на озеро Байкал. Поехали в Иркутск, и оттуда на теплоходе сначала в Листвянку, где встречались Хрущев и Эйзенхауэр, а затем на турбазу. Там кое-как нас приняли, и мы пробыли здесь несколько дней. Это была незабываемая поездка.

Я знал В.Г. Чекменева с момента, когда он защитил кандидатскую диссертацию в МИНХиГП, и начал работать в ИПКнефтехим. Он еще был не женат, и мы часто встречались у него на квартире. Устраивали мальчишники, иногда к нам присоединялся и Юрий Николаевич Лебедев, он работал тогда во ВНИИнефтемаш. В коллекции Чекменева была масса записей В. Высоцкого, и мы с удовольствием их слушали.

В 1975 г. в Уфе состоялась Конференция «Теория и практика ректификации - 3». Помнится один забавный случай. Выступала одна женщина-проектировщик, и рассказывала о методике ВНИИнефтемаш по расчету клапанных тарелок (это была довольно сложная методика с использованием графиков). И вот она говорит, что все гораздо проще, если взять уравнение (и пишет на доске мое уравнение). Это все не принципиально. Но потом, Мансур устраивает парилку у своих родственников со всеми угощениями, горячительными напитками и т.п. Гости по очереди идут париться. Настала очередь моя и Юры Лебедева (одного из авторов упомянутой методики ВНИИнефтемаш) идти в парилку. Юра начал лупить меня веником, приговаривая «Это тебе за клапанные тарелки, это тебе за уравнение» и т.д. Мы потом часто со смехом вспоминали этот случай.

Где-то в эти же годы я приезжал в Уфу на завод, но обследование установки откладывалось. И тогда Миннуллин повез меня в д. Давлеканово (там жили его родители). Помните, как в выражении «деньги есть - Уфа гуляем, денег нет - Чишма сидим». Оказалось это удивительно красивое место Чишма, рядом речка Дёма, недалеко совхоз Юматово. Здесь я впервые отведал настоящий кумыс. Бесподобный слабоалкогольный напиток.

В марте 1976 г. на базе отдела ИПМ АН СССР В.В. Струминского была создана самостоятельная организация — Сектор механики неоднородных сред АН СССР. Этот сектор установил тесную связь с промышленностью, став центром и связующим звеном между фундаментальной и отраслевой науками. Ученые химических и нефтехимических отраслей промышленности регулярно участвовали в работе семинара Сектора и комиссии Госкомитета по науке и технике. Регулярно проводились всесоюзные конференции по аэродинамике и механике неоднородных сред. Я всегда посещал эти семинары.

Широкое применение математических моделей и необходимость обработки большого экспериментального материала привели меня к необходимости использования ЭВМ. В институте в эти годы уже была ЭВМ «Минск» - это монстр, занимающий большое помещение. Уже была и лаборатория математического моделирования под руководством докт. тех. наук В.М. Платонова. Тогда это была современная техника, но сегодняшний персональный компьютер превосходит ее многократно. Да и работать было неудобно, программы набивались на перфокарты и вообще... Я срочно стал изучать программу Фортран, и вскоре уже писал программы и проводил расчеты. Стал частым гостем в этой лаборатории.

Шло время, уже был конец 1975 г. Я думал о своем завтрашнем дне, т.к. уже вырос из детских штанишек. Оценив обстановку, я понял две вещи.

Первое, разработки массообменной аппаратуры (тарелки и т.п.) не могут быть главным направлением работы лаборатории процессы и аппараты в технологическом институте - и это потому, что реально даже при наличии пионерских разработок, - решающее слово остается за институтами машиностроительного профиля (ВНИИнефтемаш, ВНИИхиммаш). Без них внедрение новых разработок невозможно. Но даже включение их в число авторов также ничего не дает.

Второе. Более существенно для такого института, как наш, заниматься инженерными разработками реакционных аппаратов, важными для всех наших технологических лабораторий. Замечу, что в лаборатории была группа канд. тех. наук Нины Ивановны Никитиной, которая занималась экспериментальными исследованиями реакторов с неподвижным или псевдоожиженным слоем. Но это было недостаточно. Я, а также Вадим Алексеевич Меньшиков еще раньше занялись исследованиями барботажных реакторов.

Поэтому я решил, что нужно создать сектор реакционных и массообменных аппаратов во ВНИИОС. Я обратился к М.Э. Аэрову с таким предложением, он в принципе поддержал его, но ничего не делал. Видя такое положение, я обратился к В.М. Платонову. Он не только согласился со мной, но тут же написал соответствующую докладную и предложил мне перейти в его лабораторию. Я так и сделал. Тут уже и М.Э. Аэров понял, что он меня теряет, и тоже обратился в дирекцию. Решение вопроса зрело.

В конце 1975 г. я уже работал в лаборатории математического моделирования. В это время пришло приглашение на курсы АСУТП (автоматизированная система управления технологическим процессом) и научные основы управления социалистическим производством, которые пробивал для себя работающий в лаборатории О.Б. Соболев. Он уехал из Ленинграда в Москву, и всегда рвался на родину. И вдруг он уехал в отпуск, и нужно было кого-либо послать. Мне предложили, и я согласился. Курсы проходили в Ленинградском технологическом институте им. Ленсовета. Был январь 1976 г. В принципе эти курсы были предназначены для заместителей директоров заводов по финансовым вопросам. Но формально это не имело никакого значения. Нас заселили в аспирантское общежитие на окраине города. Утром за нами приезжал автобус. До обеда мы слушали лекции. Затем шли в столовую, нам рекомендовали зал для преподавательского состава, где, по сути, был шведский стол стоимостью 1 руб. Только за кофе нужно было платить отдельно. Мы наедались на весь день, и далее всю группу везли на экскурсии. Такой учебы в моей жизни больше не было. Полный кайф. Единственное неудобство, в аудиториях ЛТИ в это зимнее время стоял лютый холод. Некоторые простужались. Я тоже слегка. Мой сосед (казах из Мангышлака) привез с собой несколько батонов сырокопченой конской колбасы. С водочкой это было отличное лекарство. Он, кроме всего прочего, в отличие от меня был заядлый театрал, и мы почти каждый вечер шли в театр.


Олег Борисович Соболев

По прошествии времени вопрос об организации сектора был уже практически решен. Новый директор ВНИИОС С.П. Черных осуществил кадровую реструктуризацию, которая давно назрела.

В книге [01] в главе «Структура института (хронология)» на с. 38-39 сказано:
«В 1977 г. был создан отдел № 5 «Инженерно-технологический» (зав. отделом Меньщиков Вадим Алексеевич) (1977-1985). Отдел состоял из сектора «Химическая физика» (зав. сектором Милья Аркадьевич Маргулес), сектора «Инженерная кинетика» (зав. сектором Меньщиков Вадим Алексеевич), сектора «Ректификация» (зав сектором Валентина Николаевна Вострикова) и сектора «Реакционные и массообменные аппараты» (зав. сектором Позин Леонид Самуилович).






Валентина Н



В марте 1977 г. я был назначен зав. сектором РиМА (реакционные и массообменные аппараты). Моя зарплата поднялась до 300 руб. Я собрал сотрудников сектора и организовал для них банкет в ресторане «Националь».

Итак, накануне своего 40-летия я был отцом двух сыновей, имел ученую степень кандидата технических наук и возглавлял сектор в НИИ. Я считал свое новое положение пределом возможного, и был счастлив.

В 1975 г. были опубликованы 11 моих работ. Это статья [30] о расчете газосодержания пенного слоя на провальных тарелках и статьи [31], [32] и [33] о перемешивания жидкости на беспереливных тарелках (модели и экспериментальные результаты) (с активным участием Л.Н. Колтуновой). Далее статья [34] о влиянии негоризонтальности монтажа на эффективность работы беспереливных решетчатых тарелок (с участием В.Г. Чекменева). Затем статьи [35], [36] и [37] о моделировании, расчете и совершенствовании переливных устройств тарелок (с активным участием моего аспиранта М.Н. Миннуллина). И, наконец, статьи [38] об исследовании новых клапанных прямоточных тарелок и [39] об исследовании высокоскоростного массообменного аппарата с восходящим прямотоком, а также изобретение [40] (мое участие в этих работах было минимальным).

В 1976 г. были опубликованы 3 мои работы. Это [41] об испытании новых клапанных тарелок (с активным участием моего аспиранта М.Н. Миннуллина). Затем [42] «Методика расчета тарелок без переливных устройств». Особое место занимает статья [43] о распределении продуктов реакции при ступенчатом металлоорганическом синтезе в каскаде реакторов идеального смешения (совместно с М.А. Маргулисом). Это одна из первых моих работ по моделированию реакторов.

В 1977 г. вышли еще 4 мои работы. Статья [44] об изучении структуры потоков жидкости на решетчатых тарелках (написана Л.Н. Колтуновой). Еще 2 заключительные работы [45] о технико-экономической оценке эффективности применения клапанных и решетчатых тарелок в ректификационных колоннах и [46] - это обзор по промышленному применению решетчатых тарелок (это совместные работы М.Э. Аэрова, Т.А. Быстровой, Л.Н. Колтуновой и Л.С. Позина). Последняя работа в этом году [47] - это изобретение, мое участие в котором было минимальным.

Перейти к оглавлению

אתגר קרת / חברה שלי ערומה Моя обнаженная девушка (окончание)
(автор Этгар Керет, перевод Анны Дубинской)

…בגלל שלבושם שלה היה מין ריח כזה, כמו של דטרגנט. האליזובים נעצרים מסתכלים על החברה שלי שקוראת ערומה על הדשא, שניהם מאוד דומיננטיים בוועד הבית, המטפס על הגדר, למשל, היה רעיון שלהם.
…биглаль шэ-ле-*босэм шэла hайя мин *рэйах ка-зэ, кмо шэль дэтергент. hа-Элизовим нээцарим мистаклим аль hа-хавера шэли шэ-корэт арума аль hа-*дэшэ, шнэйhэм мэод доми*нантиим бэ-ваад hа-*байит, hа-мэтапэс аль hа-гадэр, ле-машаль, hайя район шэлаhэм.
…потому что от ее парфюма несло каким-то моющим средством. Рабиновичи останавливаются и смотрят на мою обнаженную девушку, [которая читает голая на траве] возлежащую на травке. Оба они - важные персоны в домовом комитете. [Вьющееся, ползучее растение, лиана…на ограде] Плетущиеся розы, например, были их идеей.

אדון אליזוב לוחש משהו לאשתו באוזן, והיא מושכת כתפיים בחוסר אונים, כאילו מישהו מת, והם ממשיכים ללכת.
Адон Элизов лохэш *машэhу ле-ишто бэ-*озэн, вэ-hи мо*шэхет ктэ*файим бэ-*хосэр оним, кэ-*илу *мишэhу мэт, вэ-hэм мамшихим ла*лехет.
Господин Рабинович шепчет что-то на ухо своей супруге, она пожимает плечами [в бессилии, как будто кто-либо умер], и они продолжают свой путь.

חברה שלי לא שמה לב בכלל שהם עוברים לידה, היא עמוק בספר, שקועה. והדעה שלי, אם אני מתאמץ לנסח אותה, זה שזה שהיא תופסת צבע זה יופי,…
Хавера шэли ло *сама лев бихлаль шэ-hэм оврим ле-яда, hи амок ба-сэфэр, шкуа. Вэ-hа-дэа шэли, им ани митъамэц лена*сэах ота, зэ шэ-зэ шэ-hи то*фэсэт *цева зэ йофи,…
Моя подруга не обращает на них ни малейшего внимания [когда они проходят возле нее], она [погружена в книгу] глубоко в книге. Что до моего мнения, то вот, я попробую его выразить. То, что она поглощает [цвет] солнечные лучи - это прекрасно,…

…כי כשהיא שזופה זה מבליט לה יותר את הירוק של העיניים. ואם היא כבר משתזפת, אז הכי טוב ערומה, כי אם יש משהו שאני שונא זה את הקווי שיזוף האלה של בגדי ים, שהכול כהה ופתאום לבן.
…ки кэшэ-hи шэзуфа зэ мавлит ла йотэр эт hа-ярок шэль hа-эй*найим. Вэ-им hи квар мишта*зэфет, аз hахи тов арума, ки им еш *машэhу шэ-ани сонэ зэ эт hа-кавэй шизуф hа-*эле шэль бигдэй ям, шэ-hа-коль каhэ вэ-питъом лаван.
…потому что на фоне загара ее глаза еще зеленее. А если она уж загорает, то лучше всего голышом, ибо, если и есть что-нибудь, что я ненавижу, то это белые полоски от купальника, когда все вокруг - темное от загара, и вдруг - белое.

זה נותן לך תמיד את התחושה שזה לא אותו עור בכלל, שזה מין משהו סינטטי כזה שקונים בקלאב- מד. מצד שני, גם לא כדאי להרגיז את האליזובים.
Зэ нотэн леха тамид эт hа-тхуша шэ-зэ ло ото ор бихлаль, шэ-зэ мин *машэhу син*тэти ка-зэ шэ-коним бэ-Клаб-мад. Ми-цад шэни, гам ло кедай леhаргиз эт hа-Элизовим.
И всегда у тебя возникает ощущение, что это вообще не кожа, а что-то такое искусственное, что всегда покупают в курортных гостиницах. С другой стороны, не стоит сердить Рабиновичей.

כי אנחנו בסך-הכול גרים כאן בשכירות, אומנם עם אופציה לשנתיים, אבל בכל זאת. ואם יתחילו להגיד עלינו שאנחנו עושים בעיות, בעל הבית יכול להעיף אותנו מכאן בהתראה של שישים יום.
Ки а*нахну бэ-сах - hа-коль гарим кан бэ-схирут, омнам им *опция ле-шна*тайим, аваль бэ-коль зот. Вэ-им ят*хилу леhагид а*лэйну шэ-а*нахну осим бэайот, *бааль hа-*байит яхоль леhаиф о*тану ми-кан бэ-hатраа шэль шишим йом.
Мы ведь, в конце концов, живем на съемной квартире, правда, сроком на два года, но тем не менее. Если о нас станут говорить, что мы [создаем проблемы] причиняем беспокойство, хозяин дома может выставить нас в течение шестидесяти дней.

זה כתוב בחוזה, לא באותיות קטנות אפילו. למרות שכל הצד הזה של הנגד, לא קשור לשום דעה, ובטח לא שלי, זה יותר מין סיכון שצריך להתחשב בו.
Зэ катув бэ-хозэ, ло бэ-отийот ктанот а*филу. Ламрот шэ-коль hа-цад hа-зэ шэль hа-*нэгед, ло кашур ле-шум дэа, вэ-*бэтах ло шэли, зэ йотэр мин сикун шэ-царих леhитхашэв бо.
Так записано в договоре [и даже не мелкими буквами]. И, несмотря на то, что вся эта другая сторона, не имеет отношения ни к какому мнению, и тем более к моему, все же есть некий риск, и с ним надо считаться.

חברה שלי מתהפכת עכשיו על הגב. הכי אני אוהב את התחת שלה, אבל גם החזה שלה משהו.
Хавера шэли митhа*фэхет ахшав аль hа-гав. hахи ани оhэв эт hа-*тахат шэла, аваль гам hа-хазэ шэла *машэhу.
Моя девушка переворачивается на спину. Больше всего я люблю ее попку, но и грудь у нее нечто.

ילד קטן שעובר על רולר-בליידז צועק לה 'הי, גברת, רואים לך את הכוס!' אילו שהיא לא יודעת.
*Елэд катан шэ-овэр аль *ролер - блайдз цоэк ла «hэй, ге*вэрет, роим лах hа-кус!» Кэ-*илу шэ-hи ло йо*даат.
Мальчуган, катящий мимо на роликах, кричит ей: "Эй, у тебя все видно [כוס - женский половой орган (вульг.)]!" Будто она не знает.

אח שלי אמר לי עליה פעם שהיא מהבחורות האלה שלא נשארות במקום אחד הרבה זמן, אז שאני אהיה מוכן, שלא תשבור לי את הלב.
Ах шэли амар ли а*лэhа *паам шэ-hи мэ-hа-бахурот hа-*эле шэ-ло нишъарот бэ-маком эхад hарбэ зман, аз шэ-ани эhъе мухан, шэ-ло тишбор ли эт hа-лев.
Брат сказал мне однажды, что она из тех девиц, которые подолгу не задерживаются на одном месте, и я должен быть к этому готов, чтобы потом не убиваться.

זה היה לפני הרבה זמן, אני חושב, כמעט שנתיים. וכשההוא למטה שרק לה, פתאום נזכרתי בזה, ולאיזה שנייה אחת פחדתי שתקום ותלך.
Зэ hайя лифней hарбэ зман, Ани хошэв, кимъат шна*тайим. Вэ-кэшэ-hа-hу ле-*мата шарак ла, питъом низкарти бэ-зэ, вэ-ле-*эйзэ шния ахат па*хадэти шэ-такум вэ-телех.
Это было давно, думаю, года два назад. И когда тот, внизу, засвистел, я вдруг вспомнил об этом и на минуту испугался, что она встанет и уйдет.

עוד מעט השמש תרד, והיא תחזור הביתה. כי כבר לא יהיה אור להשתזף, וגם לא לקרוא.
Од мэат hа-*шэмэш тэрэд, вэ-hи тахзор hа-*байта. Ки квар ло иhйе ор леhиштазэф, вэ-гам ло ликро.
Еще немного и солнце сядет, и она вернется домой. Потому что, [уже не будет (солнечного) света] нельзя будет больше загорать, да и читать тоже.

ושהיא תחזור אני אחתוך לנו איזה אבטיח ונאכל אותו על המרפסת ביחד. אם זה יקרה ממש עוד מעט, אולי אפילו נספיק לשקיעה.
Вэ-шэ-hи тахзор ани эхтох *лану *эйзэ ава*тиах вэ-нохаль ото аль hа-мир*пэсэт бэ-яхад. Им зэ икрэ мамаш од мэат, улай а*филу наспик ле-шкиа.
А когда она вернется, я нарежу арбуз, и мы [вместе съедим его] примемся за него на балконе. Если поторопимся, может быть, даже успеем к заходу солнца.

1972-1974 гг.

Мы уже пообвыкли и приспособились к жизни в Очаково. Саша жил у бабушки и дедушки на Б.Сухаревском пер. На выходные я привозил его в Очаково. Мы любили совершать экскурсии по окрестным местам, вплоть до Кунцева. Здесь было много красивых мест, особенно нравилось нам бывать в Ворошиловском парке у метро «Кунцевская», где были построены шикарные дома для высшего руководства. Там была идеальная чистота и порядок. Дима рос и взрослел потихоньку. С ним мы гуляли у нас во дворе. К нам частенько приезжали и Раины родители.


Дима, весна 1972 г., Москва


Дима, весна 1972 г., Москва

В мае 1972 мы с Димой и Сашей поехали погостить в Могилев к моим родителям.


Дима, лето 1972 г., Могилев


Дима, лето 1972 г., Могилев


Дима и Саша, лето 1972 г., Могилев


(Сидят) Злата Цоир, Саша и Дима Позины, Раиса Чеснина; (стоят) Самуил, Раиса и Леонид Позины, лето 1972 г., Могилев

На лето 1973 г. мы сняли дачу на 42 км по Казанской дороге. Это было очень красивое место, рядом лес, ягоды, грибы. Рая с детьми и ее родители жили там вместе все лето. Я тоже часто туда наезжал и вечерами и в выходные. Так же было и летом 1974 г.


Дима (слева) и Саша (справа), лето 1973 г., Подмосковье


Саша, лето 1973 г., Подмосковье


Саша и Дима, 1973 г., Москва


Евгения Краснер, 1973 г., Москва


Яков Чеснин, 1973 г., Москва


Леонид Позин, 1974 г. , Москва

В мае 1974 г. Рая вернулась работать в НИИСС, и ее зачислили на должность переводчика в патентно-лицензионный отдел. Рая работала там вплоть до отъезда в Израиль. Ее начальником был Константин Петрович Атапов, а с 1983 г. Лев Федорович Клименко. Рая должна была ездить в Патентную библиотеку на Бережковской наб. и там делать рефераты патентов по требованиям лабораторий. Это была очень хорошая работа, которую можно было сделать за 4-5 час, и вернуться домой. Для женщин, которые работали с Раей, это было чрезвычайно удобно. Никто не проверял, ты в библиотеке или нет. В то время еще не было сотовых телефонов.





Мы и родители пришли к единому решению съехаться, и я начал заниматься вопросом обмена. Просматривал бюллетени по обмену, дал наше объявление, часто ездил на Банный пер. Там находилось Центральное бюро по обмену жилплощади, там же по выходным дням собиралась тусовка желающих произвести обмен. Мы меняли 2 квартиры на одну, казалось, что съезд это проще, чем разъезд. На самом же деле это не так. Прежде всего, я изучил возможные варианты, и несколько раз даже ездил с Яковом Львовичем смотреть квартиры. Наконец я понял, что нам нужно. Были разные варианты, и даже неплохие. Обмен задерживался отсутствием телефона в Очаково. Когда поставили телефон, то довольно скоро я нашел квартиру, которая всех нас устроила. Это квартира в доме на ул. Крупской 5. Дом находился во дворе между улицами Крупской и Марии Ульяновой в тихом месте. Это был добротный кирпичный 8-ми этажный дом с лифтами и мусоропроводом на лестничной площадке. Квартиры имели паркетные полы. Наша квартира имела 3 изолированные комнаты: 24 кв.м. с балконом, 16 кв.м. и 20 кв. м. также с балконом. Кухня 10 кв.м., раздельный санузел и коридор длиной около 9 м со встроенными шкафами. Комнату 24 кв.м. занимали родители Раи, комнату 20 кв.м. занимали я и Рая и комната 16 кв.м. была детской. Квартира была на 4-м этаже. Рядом на ул. М. Ульяновой была остановка троллейбуса № 28 (5 мин езды до метро «Университет» или 15-20 мин. пешком), а на Крупской - автобуса № 1. Рядом магазин «Диета» (на Крупской) и продуктовый магазин и магазин одежды от ателье (на Ульяновой). В 5 мин. ходьбы находился Ленинский просп. На его противоположной стороне был магазин «Лейпциг», а ближе к нам магазин «Власта» и чуть далее «Школьник». В общем, это было чудесное место. Ул. Крупской и ул. М. Ульяновой представляли собой аллеи лиственниц. Школы были во дворах. Поликлиника была тоже недалеко, на ул. Кравченко. Это был довольно элитарный район. Площадка, находящаяся между ул. Крупской и Ульяновой, примыкающая к Ленинскому проспекту, служила эстрадой и местом сбора публики во время тех или иных празднеств.


На фото мы видим угловую часть дома. В левом углу находится подъезд. Балкон на 4-м этаже, который почти закрыт ветками дерева, относится к комнате 20 кв.м., в которой мы жили, справа от него окно комнаты 16 кв.м., где жили дети. Затем мы видим окно кухни. Далее на торцевой стороне можно видеть балкон комнаты 24 кв.м., где жили родители Раи. Мы не видим окно этой комнаты, т.к. оно выходит на противоположную сторону дома. В этом шикарном доме мы жили вплоть до отъезда в Израиль в июне 1991 г.

Вскоре я купил в магазине «Лейпциг» немецкий аккордеон марки «Ройяль-стандарт» размером 7/8 4-голосый (за 360 руб.), т.к. мой предыдущий итальянский аккордеон требовал значительных затрат на ремонт, и кроме того у него была очень жесткая клавиатура.

Большая неприятность была, когда однажды Саша с Димой устроили игру в догонялки. Это было поздно вечером, когда все уже отправились спать, а они решили поиграть. Вдруг мы слышим шум в коридоре. Это Дима бежит, вытянув руки вперед, по длинному коридору, а Саша за ним, и Дима врезается руками в дверь кухни с верхней застекленной частью, которая к несчастью была закрыта. Стекла разлетаются в дребезги. Руки Димы все в крови, у Саши ноги выше колен в крови от попавших осколков стекла. Дима кричит: «Ой, мамочка прости, больше не буду» - «Что ты больше не будешь?» - «Стекла бить». У Раи конечно столбняк от всего увиденного. Мама Раи была очень сильная женщина, сразу же собралась и без паники обмазала детей йодом. Мы быстро их одели и на такси поехали в травмопункт на Ленинском проспекте. Там Диме зашили рану на запястье руки, счастье, что не была задета вена, и сделали укол от столбняка. Саше обработали раны на ногах. Дети вели себя хорошо, не плакали, понимали, что сами виноваты.

Однажды Саша отправился в побег со своим школьным приятелем. Это был рыжий мальчик по фамилии Тюхтяеев, который в этот день получил двойку, побоялся идти домой и уговорил Сашу поехать с ним в Калугу. Мы ничего не знали. Так как Саша долго не приходил из школы, мы начали волноваться. После звонков к одноклассникам Саши, ничего не узнав, обратились в милицию. Нам сказали, что поиск объявляется только через 2 суток после пропажи, и велели принести фотографию сына, но все-таки начали искать раньше, видя наше состояние. Поздно вечером нам позвонили, что их сняли с электрички, и что нам надо приехать за Сашей в отделение милиции. Так благополучно закончилось его путешествие.

Позже было еще подобное событие, когда Сашу с этим же Тюхтяевым задержали около гостиницы «Россия», где они выпрашивали у иностранцев значки (в то время Сашуля коллекционировал значки). Нам снова позвонили из милиции. У Раи был шок после этого звонка. Она очень хорошо помнит лицо и глаза своего папы после того, как она ему об этом рассказала. Он только улыбнулся и спокойно поехал забирать Сашеньку.

У Димы и Саши несколько раз были боли в животе, подобные приступу аппендицита. Вызывали врачей, но все обходилось. Но однажды Диму забрали с острой болью и отвезли в больницу. Там срочно сделали операцию по удалению аппендицита.

В 1972 г. во ВНИИОС пришел Павел Семенович Чекрий, который был избран секретарем партбюро (говорили, что он был зятем полковника КГБ). Не знаю почему, но он ополчился против меня, может быть, была такая установка райкома КПСС, и во время войны Судного дня (1973 г.) он вызвал меня в партбюро и спросил, ты можешь написать письмо, обличающее Израиль в этой войне. Я сказал, что нет, т.к. у меня нет достоверной информации по этому вопросу. Но ведь в газетах пишут, он сказал. Ну, а если такое письмо напишут все коммунисты евреи института, ты его подпишешь, спросил он. Я ответил, что если именно так, то может быть. На этом его вопросы окончились. Видимо, что-то затевалось в те дни сверху, но так и не проявилось до конца. Замечу, что через несколько лет после нашего отъезда в Израиль он скоропостижно умер.



Где-то в эти годы меня избрали в местком и назначили ответственным за охрану труда. Кроме всего прочего мне приходилось участвовать в работе комиссии по проверке знаний по технике безопасности. Для меня, как не химика, это было пустое времяпрепровождение.

Теперь о работе.

В марте 1972 г. ВАК присвоила мне ученое звание старшего научного сотрудника по специальности процессы и аппараты химической технологии, которое соответствует званию доцента ВУЗа.

За эти годы наверняка участвовал в научных конференциях, но где и когда не помню. Вероятно, одна из таких конференций проходила в Днепропетровском химико-технологическом институте. Здесь я познакомился с Вильямом Михайловичем Задорским. Наше знакомство продолжилось в будущем написанием совместной статьи [21] (по классификации клапанных тарелок) и изобретения [22] (касающегося использования клапанных переливов в переливных желобах). Эти работы были опубликованы в 1972 г.


Вильям Михайлович Задорский

В том же году с большим опозданием вышла моя статья по расчету гидравлического сопротивления перфорированных тарелок [23].

Следующая работа [24] написана мною совместно с сотрудниками ВНИПИнефть и касается результатов обследования промышленной колонны с решетчатыми тарелками для четкой ректификации в производстве ортоксилола на Новоуфимском НПЗ, куда я ездил неоднократно.

В 1973 г. были опубликованы 2 работы по исследованию беспереливных трубчато-клапанных тарелок, одна касается экспериментальных результатов [25], другая - зависимостей для расчета гидравлического сопротивления и высоты пены [26].

В 1974 г. были опубликованы статьи, в которых изложены результаты исследования беспереливных трубчато- клапанных тарелок [27], методика расчета беспереливных решетчатых тарелок [28] и, наконец, статья [29], которая обобщает опыт промышленного применения колонн с решетчатыми тарелками.

В эти годы, будучи уже канд. техн. наук, мне пришлось писать множество отзывов на авторефераты кандидатских диссертаций по просьбе руководителей соискателей или их самих. По-видимому, это было связано с тем, что мое имя стало достаточно известным в мире науки.
Так же неоднократно мне приходилось выступать оппонентом на защите кандидатских диссертаций. Авторефераты кандидатских диссертаций, на которые я писал отзывы или же выступал оппонентом, занимали у меня целую полку в книжном шкафу на работе. Все это осталось в прошлом, сейчас я уже не помню. То, что я помню, это то, что примерно раз в несколько месяцев меня приглашали на банкет в честь удачной защиты диссертации, в которой я выступал как оппонент.

В 1971 г. академик Владимир Васильевич Струминский возвратился из Новосибирска в Москву, став заведующим отделом физической аэромеханики Института проблем механики Академии наук СССР. К этому времени у него созрели новые идеи — по использованию огромного опыта и научного потенциала, накопленного в оборонной промышленности, для интенсификации технологических процессов в промышленности и сельском хозяйстве. Он создает комиссию по внедрению новейших достижений аэромеханики в химическую технологию, состоящую из представителей академической и отраслевой науки. Миннефтехимпром рекомендует меня в эту комиссию как молодого подающего надежды ученого. Мне поручено собрать экспериментальные данные по провальным тарелкам, и я вместе с Л.Н. Колтуновой готовим отчет, и выступаем с соответствующим докладом на этой комиссии. Кстати эта работа оплачивается.

В последующем В.В. Струминский организовывает ряд выездных заседаний этой комиссии, одна из них была зимой, в каком-то подмосковном пансионате. Там была лыжная база, и в свободное от заседаний время участники проводили, катаясь на лыжах.

Перейти на оглавление