Михаил Хазин – о борьбе Ротшильдов и МВФ на российских просторах

На прошлой неделе премьер Дмитрий Медведев поставил вопрос ребром: или в стране меняется экономическая модель – или мы катимся в тартарары. Об этом же на Сочинском инвестфоруме говорил министр экономического развития Алексей Улюкаев. По мнению известного экономиста, президента консалтинговой компании «Неокон» Михаила Хазина (он посетил Екатеринбург с публичной лекцией), выступление Медведева — лишь бледное проявление войны российских элитных группировок, за которыми стоят куда более могущественные силы. Что объединяет Путина, Обаму и Ротшильдов?

- Михаил Леонидович, в конце прошлой недели премьер-министр Дмитрий Медведев опубликовал статью об экономическом выборе России. Ее общий смысл: государство должно стать компактным и эффективным, создавать привлекательный инвестклимат (это предполагает и судебную реформу), вместе с обществом контролировать монополии, поддерживать бизнес, образование и инновации, точки роста в регионах, но помогать неконкурентоспособным производствам бессмысленно и многим надо готовиться к сокращениям, переобучению, поиску новой работы, переезду, в противном случае мы окажемся в пропасти. Но ведь все эти начинания приведут к многочисленным конфликтам. Готово ли правительство Медведева к ним?

- Во-первых, я не читаю статей Медведева. Нет времени читать бессмысленные тексты. Во-вторых, действительно странно. Владимир Путин заявляет, что надо поддерживать уровень жизни и выполнять майские указы, а его премьер-министр на «голубом глазу» на Сочинском форуме утверждает, что нечего держаться за поддержку рабочих мест. Что происходит? Объясняю. Нужно немного оглянуться на два десятилетия назад.

В мире до какого-то времени существовала только одна финансовая элита. И все наши государственные деятели, которые возникли в 1991 году, под эту элиту выстроились. Просто потому что не под кого было выстраиваться. А людей масштаба Ленина или Сталина у нас не появилось. А дальше происходит кризис. Из-за чего? Его причину описал еще Адам Смит, который сказал, что для углубления разделения труда нужно расширение рынка. Первое мощное расширение было в Первую мировую войну, потом во Вторую. В период распада СССР было еще одно расширение. А теперь все – расширения рынка быть не может. Как спасать ситуацию? Нужно стимулировать спрос. Каким образом? Давать деньги населению. Но сегодня и так выдана масса кредитов. Значит, нужно менять финансовую систему, ввести новую валюту и кредитовать в ней. И в 2011 году [Международным валютным фондом – ред.] принимается решение, что будет создаваться Центробанк центробанков, который будет давать деньги в специальной валюте и оптимизировать мировую денежную систему. А если все политики находятся на содержании финансовой элиты, то отказаться от такого решения невозможно.

Что делать [тем, кто против намерений МВФ – ред.]? Нужно сделать так, чтобы МВФ не мог функционировать. И тут главу МВФ Доминика Строс-Кана «берут под белые рученьки», обвиняя его в изнасиловании горничной из Гвинеи. Он уходит со своего поста. Мои знакомые, работающие в администрации президента, как-то позвонили мне и спросили: «Что означает дело Строс-Кана?» Я говорю: а что такого? Вы знаете, говорят они, до дела Строс-Кана тема создания Центробанка центробанков проходила через все международные встречи глав государств: G8, G20 и так далее. А после его ареста она внезапно исчезла. Я говорю: почему вы удивляетесь? В результате сейчас этой темы нет.

После дела Строс-Кана эмиссия (а именно она, как я уже сказал, является единственным спасением в условиях кризиса, когда структура транснациональных компаний экономически убыточна, а расширять рынки больше невозможно) оказалась в руках [обамовского – ред.] Белого дома в Вашингтоне. И никто больше не рыпается. Потому что все понимают, что если кто-то будет против, то сразу найдется какая-нибудь горничная.

И вот здесь произошел раскол элит. Первая группа [Обамы – ред.] выступает за то, что надо переформатировать всю финансовую систему: сделать несколько независимых валютных центров, основанных на долларе, евро, юане, рупии и рубле (последняя основана на базе сильно расширенного Таможенного союза).

Другая группа [группа МВФ – ред.] считает, что нужно сохранить все как есть и обратно захватить Федеральную резервную систему (эмиссионный центр Америки – ред.). Она стала двигать на пост ФРС Ларри Саммерса. В 90-е годы этот деятель давал рекомендации Чубайсу, как проводить реформы в России. Личность колоритная. Клейма на нем негде ставить. Даже в США его называют клептоманом. Обама и его группа не хотели этого, и им сказали: если будешь мешать, мы тебе в 2014 году устроим кризис. Но на прошлой неделе вопрос с Саммерсом решился. Он снял свою кандидатуру. И буквально на следующий день после этого Путин произносит свою речь на «Валдае», в которой говорит, что России нужна новая идентичность, гомосексуализм — это не наш профиль и многое другое. Понимаете, откуда ветер дует?

Михаил Хазин

- Как конфликт в мировой элите отражается на российских властных группах?

- Одновременно с этими процессами и после дела Строс-Кана наша российская элита также раскололась на две части. Одна из них решила, что надо развивать независимый финансовый центр, а другая — что нужно остаться в подчиненном положении под МВФ и все попытки независимости подавить железной рукой. Координатором первой группы является Ротшильд, а второй, понятное дело, МВФ. Те, кого у нас «политолухи» называют «семейными» или «либералами», дружат с МВФ. А те, кого принято именовать «патриотами» и «силовиками», дружат с Ротшильдами.

Ротшильды стали радикально менять свою политику. Например, они «кинули» своих бывших партнеров — Вексельберга, Фридмана и так далее. И продали реальный актив ТНК-ВР Игорю Сечину, которому до этого в западной прессе создавали репутацию «кровавой гэбни». Как говорил Вексельберг? «Пока я руководитель ТНК-ВР, я уважаемый в мире человек, а если я ее продаю, то становлюсь просто богатым евреем». Эта сделка с точки зрения Ротшильда вообще бред. Что они получили за продажу реальных активов? Бумажки, которые они чуть ли не сами же и печатают. Но на самом деле это стратегический союз. Они (Ротшильды – ред.) продемонстрировали, с кем они будут дружить в России.

- То есть Ротшильды теперь стоят за уход от мировой долларовой системы и создание валютных зон?

- Они даже свою штаб-квартиру перенесли из Лондона в Гонконг.

Путина и Обаму объединяет нечто большее, чем может показаться — противостояние «мировой закулисе»

- Как развивался конфликт российских групп?

- Внутри элит происходит раскол. Одна из групп, которую курирует Волошин, начала процесс по лишению легитимности власти Путина, так называемый «Болотный процесс». Его целью было не допустить, чтобы Путин пришел в Кремль с мандатом от народа и тем самым с правом чистить элиту. Первые два срока он был с мандатом от элиты. Но чистить он никого не мог, как наемный генеральный директор не может изменить состав совета директоров.

Дальше начались проблемы по созданию Таможенного союза. Изначально его курировал Сергей Глазьев, но его выгоняют с поста ответственного секретаря комиссии Таможенного союза. И фактически на его место назначают Виктора Христенко, вместе с Игорем Шуваловым они начинают тормозить развитие Таможенного союза. А Глазьева назначают на пост советника президента и одновременно членом национального банковского совета. Это происходит в августе прошлого года. После этого «либеральная» команда решает, что пост председателя Центробанка — это их частная собственность. На эту должность они хотят продвинуть Алексея Улюкаева. Но у них не получается. МВФ начинает бить тревогу, заявляя, что Улюкаев — это самая лучшая кандидатура на этот пост. И в этот момент называется фамилия Глазьева. Причем кто ее назвал, помните? Газета Guardian. Это та самая газета, которая публиковала Сноудена и тесно дружит с Ассанжем. Это газета Ротшильдов. У «либералов» происходит истерика, они бегут к Путину и объясняют, что Глазьев «наломает дров» в отношениях с МВФ и сможет помешать намечающемуся экономическому росту. Что дальше? После того как Путин объявляет Набиуллину главой Центробанка (а не Улюкаева – ред.), случается кризис на Кипре, и становится ясно, что в России начинается экономический спад.

- Что будет дальше?

- Возможны два сценария. Первый — это сохранение нынешней валютной системы и списывание финансовых обязательств через войну. Именно сторонники этого сценария хотели нанести удар по Сирии в надежде на то, что тогда Иран нанесет удар по Израилю, начнется новая заварушка, и пока она происходит, можно будет много списать.

Другая команда, за которую играет Обама, считает, что ни в коем случае нельзя наносить удар, а нужно создать новые валютные зоны. Но сейчас у Обамы сложная ситуация. Он и не хотел бы, чтобы США теряли лидерство. Но если вы прочтете последнюю речь Обамы в ООН, то там он прямо говорит: «Ребята, у нас больше нет сил держать ситуацию под контролем. Если вы нам не поможете, то мы уйдем с мировых позиций и вам же будет хуже».

Оружие МВФ — война?

- А что с экономикой происходит в нашей стране?

- В нашей стране экономический кризис носит субъективный характер. Мы находимся в состоянии спада. С начала года ВВП упал где-то на 2-2,5%, к концу года этот показатель составит 3-3,5%. Правительство попыталось найти выход в девальвации рубля. Кстати, заметили, как быстро выросли цены на бензин? Казалось бы, как так? Мы добываем нефть, перерабатываем ее в бензин, а цены растут. Потому что вся наша нефтянка закредитована там, на Западе. И балансы наши корпорации сдают туда в долларах, поэтому доходы в долларах падать не должны. А дело в том, что рублевая девальвация выросла. У них цель была девальвировать рубль настолько, чтобы остановить экономический спад. Они девальвировали на 15% — спад не прекратился. По моим расчетам, чтобы остановить спад, нужно девальвировать рубль на 40%. Это невозможно. Такая девальвация будет означать дефолт банковской системы и крупнейших корпораций, в том числе и государства. Поэтому девальвацию остановили и стали секвестрировать бюджет, то есть сокращать его расходы. У «либералов» никакого выхода нет. И Медведев, и Улюкаев стали, извиняюсь за выражение, нести какую-то пургу и всех пугать: ребята, скоро всем будет очень плохо. При этом говорят, что экономического спада нет. Но всем будет плохо… Странная позиция.

- А какой выход вы бы предложили?

- У нас официально импорт составляет 300-320 млрд долларов в год, а в реальности где-то больше — 400. Представим, что мы начинаем заниматься импортозамещением. За 10 лет мы сможем заместить на 200 миллиардов. То есть мы без проблем сможем обеспечить экономический рост где-то в 5-7%. Причем заняться импортозамещением не очень уж сложно. Казахстан начал аналогичную программу четыре года тому назад. И она вполне успешно идет. Хотя у них проблема с инженерными кадрами, но программа идет. У нас проблем с инженерами нет, но ничего не происходит.

Есть одна тонкость. У людей, которые руководят правительством и Центробанком, солнце всходит в Вашингтоне и они не могут себе позволить отобрать эти 200 млрд у своих лучших друзей. Поэтому пока они у власти, ничего не изменится.

«Одну из групп курирует Волошин…»

- И что тогда будет с социальной сферой? Что означают заявления Медведева? Насколько далеко способно пойти государство, чтобы избавиться от социалки?

- Это нельзя продать населению. Пока есть возможность, Путин будет держать ситуацию. При этом в США и ЕС нет шансов сохранить свою социалку, а у нас есть в виде ресурса импортозамещения. Почему Путин в апреле раскритиковал правительство по поводу того, что оно не выполняет его указы? Путин говорит: почему вы не исполнили? А Сурков отвечает: «Как не исполнили? Там все пункты исполнены». Путин говорит: «А по содержанию?» На что Сурков отвечает: «Какое содержание? 15 лет никакого содержания не было». Судьбу Суркова все знают. Но на этом процесс не закончился.

Все знают, что август тяжелый месяц. Что произошло в августе этого года? Этот август оказался с точки зрения российской элиты куда более тяжелым, чем август 1998 года. В августе того года элита не пострадала. В этом году Путин принял решение, которое до него принималось в истории России два раза. В 37-м году это стоило не только постов, но даже жизни больше чем половине элиты. В 1950-х это стоило поста секретарю ЦК КПСС Георгию Маленкову. Путин принял решение, что при открытии уголовных дел на чиновников больше не нужно согласования с вышестоящими администрациями. Это объявление войны. Буквально через полторы недели скоропостижно скончался руководитель управления кадров администрации президента генерал-лейтенант МВД Владимир Кикоть. Более этого я не могу комментировать.

Дальше история с «Уралкалием». Группа поддержки Волошина – Шувалов, Дворкович и прочая шушера — агрессивно нападает на Белоруссию. Им в какой-то момент говорят «цыц!», и они замолкают. А потом выясняется, что в Белоруссию приглашали не только какого-то Баумгертнера, которого никто не знает, но также Керимова и Волошина. Есть у кого-нибудь сомнения, что бы с ними было, если бы они поехали в Беларусь? Так что если кто-то имеет тесные связи с компаниями, которые «крышуются» Чубайсом или Волошиным, настоятельно рекомендую искать себе другую «крышу».