С поэтом старшего поколения,около 80 лет,обсуждаем современное состояние литературы.Дошла очередь до поэта N.

-Так у него давно не всё в порядке с головой,-говорит мне старший товарищ...-Я столько раз еще в советские времена видел его в клинике литфонда у кабинета психиатра ...Нуждался часто в помощи доктора...

Я по наивности,даже без задней мысли, возьми да и спроси старшего поэта:

-А сами вы что там делали у того кабинета,как там оказались?

Возникла затяжная пауза,когда только произнеся эту фразу,я увидев неловкую растерянность в глазах собеседника, и понял,ЧТО СПРОСИЛ! И наш живой разговор как-то быстро увял...

***

Знакомая поэтесса с паспортным именем Мария, сочинявшая возвышенные стихи о родине,русской природе,Боге и прочем,как-то настоятельно потребовала:

- Не называй меня больше Мария,я теперь - Марина! Запомни это!

- А что случилось? - наивно спросил я,знавший её много-много лет,как Марию и привыкший к нему.Тем более,что первое имя мне нравилось больше,пробуждая во мне какой-то необъяснимый библейский внутренний трепет.

- Ненавижу теперь это имя!- сказала,как отрезала, без подробностей.

Не сразу я догадался,что взяв имя Марина, поэтесса намекала в себе на саму Цветаеву.