Шестьдесят пять лет назад в Крыму состоялась вторая общая конференция глав государств-союзников, противостоящих Третьему Рейху, в составе маршала И. Сталина, премьера У. Черчилля и президента Ф. Рузвельта. Можно без преувеличений сказать, что Ялта оказалась поворотным пунктом в истории современной Европы – были проведены неизменные доселе границы, произошло разделение «сфер влияния» между СССР и западными державами, определившее затем возникновение двух военно-политических блоков, а также решена судьба послевоенной Германии. Устойчивость «Ялтинской системы» доказана временем, до недавних пор никто открыто не осмеливался оспаривать нерушимость границ в центральной и восточной Европе, а схема равновесия между Востоком и Западом отчасти не перестает действовать и сейчас, не смотря на распад Советского Союза и неуклонное продвижение НАТО на восток.

Ялтинская система была единственной разумной альтернативой «версальско-рижской системе», сформировавшейся после Первой мировой и советско-польской войны, в 1919-21 гг. В основе той системы лежало создание цепи агрессивных, неустойчивых буферных государств, разделявших Европу «санитарным кордоном», геополитически изолировавших Россию и разделявших её с Германией. Сталин ликвидировал этот кордон в 1939 году и проявил железную волю, чтобы не допустить его восстановления в 1945-м. Одним из главных принципов Ялты, наряду с признанием приоритета интересов безопасности СССР, было признание исторической и геополитической преемственности Советского Союза от Российской Империи, признание всех тех прав, которыми обладала историческая Россия и от которых СССР не отказался добровольно (как от прав на Польшу и Финляндию). Важнейшим результатом соглашений в Ялте являлось право СССР (а теперь и России) на безопасность и право обеспечивать эту безопасность в том числе и за пределами своих границ. Более того, соглашения в Ялте были подтверждены ведущими державами мира на конференции в Хельсинки в 1974 году, когда был подписан «заключительный акт совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе».

Насколько серьезными могут оказаться последствия разрушения основных принципов Ялтинских соглашений для Европы и России? Тем более, что сейчас начали раздаваться голоса, призывающие к ревизии послевоенного устройства? Ответ на эти вопросы однозначен: пересмотр результатов конференции 1945 года, особенно в отношении границ, чреват новой глобальной катастрофой. Те, кто призывают «навсегда покончить с Ялтой» видимо сами плохо осознают, каких ужасных демонов способны вызвать.

Польско-германская проблема. Взаимный аншлюс.

Ф.Рузвельт и У.Черчилль в Ялте настаивали на расчленении Германии. Американские политические руководители, как видно из документа, подготовленного для делегации США в Ялте и озаглавленного «Долгосрочная программа для Германии», видели только две альтернативы в этом вопросе: «а) Германия должна быть ослаблена политически, в военном и экономическом отношении. Ее надлежит оставить слабой на многие годы; б) любая программа, преследующая цель восстановления Германии в качестве оплота против России и коммунизма, неизбежно приведет к третьей мировой войне». Так что, как это ни покажется странным, вовсе не «ужасный Сталин» был инициатором раскола Германии, продолжавшегося без малого полвека, а представители западных демократий.

Вместе с тем на конференции решался вопрос о будущей германо-польской и польско-советской границе. Восточные границы Германии были перенесены на запад к линии Одер-Нейсе, что сократило германскую территорию на 25 % по сравнению с 1937 годом. Территории к востоку от новой границы состояли из Восточной Пруссии, Силезии, Западной Пруссии, и двух третей Померании. Это в основном сельскохозяйственные районы, за исключением Верхней Силезии, которая являлась вторым по величине центром немецкой тяжелой промышленности. Большая часть территорий, отторгнутых от Германии, вошла в состав Польши. В состав Советского Союза вместе со столицей Кёнигсбергом (который в следующем году был переименован в Калининград) вошла одна треть Восточной Пруссии. Границы СССР и Польши закреплялись по «линии Керзона», оставляя все территориальные приобретения 1939-1940 годов Советскому Союзу.

Следует особо отметить, что немецкое гражданское население в переданных Польше Силезии и Померании по окончанию войны подвергалось жесточайшим репрессиям, а затем было изгнано собственно в Германию (тогда – ФРГ и ГДР). польские власти начали сгонять оставшееся немецкое население в концентрационные лагеря, обычно рассчитанные на 3–5 тыс. человек. Заключенные использовались на принудительных работах, причем в зиму 1945/1946 года смертность в лагерях достигала 50%. 13 сентября был подписан декрет президента Берута об «отделении лиц немецкой национальности от польского народа». Впрочем, продолжение эксплуатации заключенных концентрационных лагерей оставалось важной составляющей экономики Польши, и депортация немцев все откладывалась, несмотря на декрет. В лагерях продолжалось насилие над немецкими заключенными. Так, в лагере Потулице в период между 1947−м и 1949 годом от голода, холода, болезней и издевательств со стороны охранников погибла половина заключенных. Окончательная депортация немцев с территории Польши была начата только после 1949 года. По оценкам «Союза изгнанных немцев», потери немецкого населения в ходе изгнания из Польши составили около 3 млн. человек, что недвусмысленно попадает под определение геноцида.

Неудивительно, что сейчас в Германии все чаще вспоминают об «утраченных территориях», а глава действующего в Германии Союза изгнанных Э. Штайнбах настойчиво проводит идею создания «Центра изгнанных» в Берлине и ставит вопрос о необходимости отмены т.н. «декретов Берута», касающихся выселения немцев. Более того, в свое время Э. Штайнбах пыталась увязать этот вопрос с приемом Польши и Чехии в ЕС. И, разумеется, не обходится без робких (пока) заявлений националистов о «несправедливости» границы по Одеру-Нейсе и отторжении от Германии четверти территории с последующей насильственной и тотальной полонизацией. Вполне естественно, что такие настроения начинают пользоваться сочувствием части населения - первые за несколько десятилетий немецкие ультраправые выиграли выборы в ряде местных органов управления. По мнению ряда экспертов, пропаганда в очередной раз перегнула палку «чувства вины», и новые поколения немцев вместо раскаяния за преступления нацизма могут продемонстрировать диаметрально противоположную реакцию, что, конечно, не будет способствовать улучшению отношений с другими государствами. Конкретно – с Польшей, к которой в среднесрочной перспективе могут быть предъявлены территориальные или финансовые претензии. Может быть поднят и вопрос о реституции – возвращению потомкам изгнанных собственности на территории Польши.

А что же сама Польша? Довольны ли в Варшаве итогами Ялтинской конференции, решившей судьбу Польского государства? Конечно же нет – при администрации покойного президента Л. Качиньского официальной доктриной стал крайне националистический взгляд на последствия Ялты. Официальная пропаганда в последние годы провозглашала Польшу «Христом Народов» - государством, весь ХХ век страдавшем от агрессий, геноцидов, аннексий и множества других мнимых или реальных преступлений соседей, особенно России и Германии. Компенсации за утерянные территории на востоке в виде Силезии, Померании и Восточной Пруссии для польской политический элиты явно недостаточно, теория «Великой Речи Посполитой» с зоной влияния от Прибалтики до Кавказа вновь становится крайне популярной.

Однако, не будем забывать, что «Христос Народов» в 1918-1939 годах являлся жестоким и агрессивным тоталитарным государством, где политические репрессии, этнические чистки и «завоевательная» стратегия были самым обычным делом, а «Восточные Кресы», Kresy Wschodnie, были отторгнуты от Литвы, Украины и Белоруссии в ходе развязанной Польшей войны 1920-21 годов. Естественно, в терминологии польских политиков это именуется не «оккупацией» (оккупантами могут быть только русские или немцы), а «возвращением исконных земель», а принудительную полонизацию не-польского населения и колонизацию данных территорий этническими поляками (с польских земель в западную Белоруссию было переселено порядка 300 тыс. осадников-колонистов) – «цивилизаторской миссией».

Следует отдельно напомнить, что мечты о повторном аншлюсе «Восточных Кресов» включая Виленский край (ныне входящий в состав Литвы, польского партнера по Евросоюзу) в последние годы принимают вполне материальное воплощение, под патронатом варшавского «Института Национальной Памяти» - якобы «гуманитарной» организации с неслыханным годовым бюджетом более 100 миллионов долларов. Поляки, так возмущающиеся немецким «Союзом изгнанных» и изображающие его руководительницу Э. Штайнбах в форме SS, ничуть не стесняются организовывать «Всемирный конгресс кресовян» - выходцев из восточных областей и их потомков, - и даже отдельный «Кресовый институт» (2006, Краков) занимающийся «изучением исторической памяти утерянных территорий» и пропагандирующий возможное «возвращение» этих земель в состав «Великой Речи Посполитой». Неудивительна появившаяся в связи с подобными заявлениями озабоченность соседних стран, в состав которых входят бывшие Kresy Wschodnie.

Тематика «компенсаций» за «утерянные территории» так же поднимается в польской политической среде и прессе, причем претензии направлены в адрес России, как правопреемницы СССР, а в зоне возможных территориальных претензий на востоке оказываются Галиция, Волынь и Полесье (Украина), пять областей Белоруссии и Виленский край (Литва) с общим населением более 12 миллионов человек по состоянию на 2010 год. Причем памятуя польскую «санацию», «пацификацию», политику насильственной ассимиляции и прочие сомнительные прелести польского правления в 1920-1939 годах вряд ли кто-нибудь из граждан бывших «Восточных Кресов» жаждет вновь вернуться в состав «Речи Посполитой» в настоящий момент. После изгнания из страны немцев, евреев и прочих национальных меньшинств в конце 40-х годов, - страна является моноэтническим государством, проводящим вызывающе-националистическую политику.

Если «ялтинские границы» будут пересмотрены.

Что может ожидать Центральную и Восточную Европу, если принцип незыблемости послевоенных границ будет пересмотрен? Ответ прост: катастрофа. Катастрофа, которая в условиях современной цивилизации вызовет бедствия, рядом с которыми Вторая мировая война будет выглядеть незначительным конфликтом.

Список возможных территориальных претензий огромен. Теоретически, Германия претендует на Силезию, Померанию и Пруссию в ущерб Польше и России. Польша в свою очередь ожидает «возвращения» восточных территорий и части Литвы, Словакия и Венгрия могут потребовать часть Закарпатья. Румыния в настоящий момент не стесняясь заявляет о своих претензиях на полный аншлюс Молдавии и некоторых территорий Украины. И так далее, и так далее.

Что дальше? Эльзас и Лотарингия? А если в Москве вспомнят о том, что сама Польша и Финляндия входили в состав Российской империи и потребуют вернуть «исконные территории»? Австрия предъявит претензии на Триест, а Италия – на Абиссинию? Ведь достаточно одного-единственного прецедента, малейшего изменения линии границы в пользу националистически настроенных политиков, как последний рубеж «ялтинской системы», и так полуразрушенной после окончания Холодной войны, рухнет. После чего Европейский континент вновь превратится в арену жесточайших территориальных споров и конфликтов. О дальнейших перспективах лучше не думать.

К сожалению, такой вариант развития событий не является совсем уж невероятным. Организации наподобие «Союза изгнанных» в Германии или польского «Кресового института» не способствуют сохраняющемуся с 1945 года status quo, а наоборот являются дестабилизирующим фактором, подогревающим националистические настроения в государствах, чей конфликт вызвал Вторую мировую войну и, как следствие, десятки миллионов жертв.

Хватит одного камня, чтобы вызвать лавину. Будет ли это камень брошен? И кем?