Цитата сообщения Galyshenka

Модистки в России и большой выбор дамских нарядов.

В светском обществе, где мода и туалеты были определенным языком, на котором общались высшие круги, наряд стал символом этикета. Отсюда появление с XVIII века модисток, - лучших портних, шивших на индивидуальный заказ, а потом и магазинов парижского платья.
Законодателем женских мод всегда был Париж. Французских портных пригласила еще венценосная Елизавета Петровна, а ее фактическая преемница Екатерина Великая указом от 1763 года позволила иностранцам жить и торговать в Москве с привилегиями. В екатерининское время уже появились в обеих столицах французские модистки и разные модные лавки: последние появились под названиями: "Аu temple de gout" (Храм вкуса), "Musee de Nouveautes" (Музей новинок) и т. д. В то время в Москве славилась модистка Виль, которая продавала модные "шельмовки" (шубки без рукавов), чепцы, рожки, сороки, "королевино вставанье" а Lа грек, башмачки-стерлядки, улиточки, подкольный женский кафтан, распашные кур-форме и фурро-форме, разные бантики, кружева.


После революции 1789 года в Москву хлынули эмигранты. Среди них была знаменитая мадам Мари-Роз Обер-Шальме. С конца XVIII века мадам имела магазин на Кузнецком мосту, а потом в собственном доме в Глинищевском переулке близ Тверской, где среди прочего торговала превосходными шляпками с запредельными ценами, отчего москвичи прозвали ее «обер-шельмой» - даже считают, что само слово шельма произошло от ее имени. У нее был такой «приезд», что Глинищевский переулок был весь заставлен каретами, а сам магазин стал модным центром встреч московского бомонда. Знатные клиенты однажды спасли саму мадам, когда ее магазин был запечатан за контрабанду. Профиль модистки был весьма широк. У нее заказывали и «приданое» для богатых девиц на выданье, и бальные платья, - так мадам попала на страницы эпопеи «Война и мир»: именно к ней старуха Ахросимова повезла одевать дочерей графа Ростова.
Модистку постигла печальная и нелестная участь. Когда Наполеон напал на Россию, два враждовавших мира столкнулись и на Кузнецком мосту. Став советницей Наполеона, опытная мадам давала ему ценные рекомендации относительно политики в России и вместе с наполеоновской армией она покинула Москву и в дороге умерла от тифа.

На смену Обер-Шальме пришла еще более известная модистка Сиклер, в московском просторечии Сихлерша. В Петербурге она имела магазин близ Гороховой улицы, а в Москве - на Большой Дмитровке. У нее одевался высший свет России и жены
знаменитостей.
Одной из постоянных клиенток Сиклер была Натали Пушкина, которая обожала заказывать у нее туалеты, а однажды преподнесла в подарок шляпку от Сиклер жене Павла Нащокина, друга Пушкина. Из писем поэта известно, что модистка не раз теребила его за долги. Говорили, что Пушкин заплатил Сиклер за туалеты жены сумму, едва ли не большую гонорара за «Историю Пугачевского бунта», а после смерти Пушкина опека возместила Сиклер еще 3 тысячи его долгов.
Высшее общество заказывало у Сиклер бальные платья в тот год, когда Москву посещал Николай I, за что модистка имела в месяц 80 тысяч барыша. Выходили и казусы. Иногда небогатые, но нежные мужья большим финансовым усилием баловали любимых
жен платьем от Сиклер, но оно оказывалось настолько роскошным, что в нем нельзя было показаться на вечер в обществе их круга, и для визитов требовалось шить новый туалет попроще. Над такими мужьями особенно любил язвить М.Е.Салтыков-Щедрин, - его собственная жена выписывала платья себе и дочери только из Парижа, и «скупочные аппетиты» супруги сильно огорчали сатирика.

Преемницами Сиклер стали две московские модистки. Первой была «французская искусница» госпожа Дюбуа, имевшая на той же Большой Дмитровке лучший магазин с изысканной круглой залой, где всегда были самые хорошие шляпы и не витринах, а в шкафах - для знатоков.
Второй преемницей Сиклер с 1850-х годов стала знаменитая мадам Минангуа: ее слава лучшей модистки Москвы не меркла до самой революции. Мадам имела роскошные магазины и на Большой Дмитровке, и на Кузнецком мосту, которые были посвящены исключительно последним парижским модам. Здесь делали дамские платья, приданое, белье и корсеты изящной отделки. Это была крупнейшая и самая дорогая в старой Москве фирма заказа капризного дамского платья даже в ту пору, когда появились в изобилии
магазины готовой европейской одежды.
Важнейшими были бальные туалеты, в которых женщина представала на глаза столичному бомонду - согласно этикету, даже в самом роскошном платье нельзя было показываться более 3-4 раз. Наиболее дешевыми были девичьи платья: для самой балованной оно стоило 80 рублей серебром, легкое, с воланами, из шелка или газа. Дама же платила за одну только ткань для сего туалета 200 рублей серебром, а за само платье – еще сотни рублей. Роскошь неимоверная, которую, воздыхали современники, право, стоило бы ограничить каким-нибудь законом.
Дамские наряды 18- начала 20 вв.
Картинки увеличиваются при клике мышкой


Московские модистки 19 в.

Испокон веку слыла в Европе законодательницей моды и Одесса , она, как о том еще Пушкин писал, изначально была европейским городом. По таковой причине местные дамы щеголяли тут и изумляли заезжих провинциалов изящнейшего фасона и тончайшего плетения французскими соломенными шляпками от мадам Мулис или Виктории Оливье на Дерибасовской в доме Фраполи, изысканными, последней моды туалетами из магазинов Адель Мартен на Итальянской, нынешней Пушкинской улице, госпожи Пальмер или
Сюзанны Помер. А мадам Лобади, хозяйка шикарного салона на Ришельевской, периодически даже приглашала специальных консультанток из самого Парижа, у которых покупательницы всегда могли «иметь все новости
мод».
С построением же в 1842 году обширного торгового комплекса, коего побывавшие во французской столице одесситы вскорости стали называть Пале-Роялем, туда перебрался модный магазин Марии Ивановны Страц. Открытый еще в допушкинские времена и потом просуществовавший множество лет, магазин этот приобрел известность далеко за пределами Одессы и долго не имел себе подобных чуть ли ни на всем Юге. Оно и неудивительно
было, поскольку имелось там буквально всё, что только самой капризной женской душе угодно: готовые наряды, шерстяные ткани, голландское полотно, лионские шелка, французские шали, кружева, невиданной красоты перчатки, тяжелый бархат всевозможных цветов и тончайший батист, трепетавший, казалось, от одного дыхания…


http://lady.webnice.ru/forum/viewtopic.php?t=6807&start=8085