А в основу книги легло судебное дело кандидата медицинских наук Евгения Ильича Миркина, который в 1944 году был обвинен в убийстве жены и приговорен к смертной казни. Муровцы профессионально выполняли свою работу, хотя все улики были против Миркина. Уже после вынесения приговора оперативники нарыли дополнительные материалы, подтверждающие невиновность врача, и Миркин был оправдан.





Братья Вайнеры рассказывали, что идею создать сценарий фильма к их роману подсказал Высоцкий. Ради него писатели даже пошли на изменение внешности героя: в романе Жеглов был высокий и плечистый красавец.


Вот что об этом рассказывает Аркадий Вайнер:
— Я пришёл застолбить Жеглова! Никто вам не сыграет Жеглова так, как я его сыграю!
А у меня печень разболелась, и вообще, характер достаточно ехидный, я и говорю ему:
— Ну уж, так и никто…
— А кто сыграет?!
— Ну, начнём с Николая Губенко. Мужественный, красивый, пластичный, талантливый… Чем плохой Жеглов?
— Ты знаешь, ты прав, он замечательный актёр…
— Ну, а вот сейчас бушует повсюду новая звезда — Серёжа Шакуров — такой красивый, такой обаятельный, чем не Жеглов?
— У-у-у! И его я забыл… И он сыграет Жеглова…
Тут я сел на стул, потому что ещё ни от одного артиста в жизни не слышал, что он может предположить, будто кто-то сыграет его роль лучше него… Высоцкий постоял, перекачиваясь с ноги на ногу…
— Да, он сыграл лучше бы…
И тут же…
— Но вам-то с Жорой лучше не надо, вам надо так, как только я сыграю…
Тут я расхохотался, обнял его…
— Конечно, Володя, нет вопросов!


Рассказывает С. Говорухин: «Володю я мог бы утвердить и без проб, потому что для меня, как и для всех нас, было ясно, что эту роль должен играть только он. Но это происходило в те времена, когда он еще ни разу не появлялся на телеэкране, а тут — такая одиозная фигура — в пятисерийном фильме! Поэтому я сделал на эту роль несколько проб других актеров, которые заведомо не могли тягаться с Высоцким. И когда показывал руководству пробы, я показал и эти пробы, которые были, конечно, гораздо хуже проб Высоцкого. Начальство это очень убедило».


А вот по поводу исполнителя роли Шарапова развернулась настоящая коррида. На роль пробовались Александр Абдулов, Сергей Никоненко, Евгений Леонов-Гладышев (сыгравший здесь роль Вани Векшина), Юрий Шлыков, Александр Курепов и даже Станислав Садальский... Сами Вайнеры хотели пригласить Евгения Герасимова. Он отказался из-за занятости в другом фильме. Говорухин же приглашал на пробы Сергея Иванова (знаменитого «Кузнечика» и Лариосика). Но тот тоже не смог, так как снимался у Григория Кохана в фильме «Рожденная революцией». В результате Шараповым, к великому неудовольствию Вайнеров, стал Владимир Конкин.


Высоцкий с самого начала на роль Шарапова «продвигал» своего друга и коллегу по театру Ивана Бортника, который в итоге сыграл бандита Промокашку (на снимке первые фотопробы Высоцкого (с усами) на роль Жеглова, и И. Бортника на роль Шарапова)


Рекордным было количество претенденток на главную женскую роль — пробовались 12 девушек. Варей могли стать, к примеру, Ирина Азер из Театра киноактера и Ольга Науменко (невеста Лукашина из «Иронии судьбы»). Высоцкий же уговаривал режиссера Говорухина утвердить на роль Вари его жену, актрису Марину Влади. Но против француженки категорически возразил худсовет. Сержант Синичкина должна была показать в кино настоящую жену и подругу борца с бандитами. Хотелось бы, чтобы актриса, играющая возлюбленную Шарапова, была с безупречной репутацией. А Влади никак не тянула на «советскую гражданку». Худсовет смирился с Высоцким в роли Жеглова, отдав должное его таланту, но забраковал Влади.


Не менее интересны поиски актера на роль Фокса. «Сначала я утвердил Бориса Химичева, — рассказывает Станислав Говорухин. — И теперь, когда встречаюсь с ним, испытываю чувство неловкости. Мы уже начали снимать, и вдруг я увидел — он современный. А Белявский, сыгравший роль ничуть не лучше Химичева, чисто из того времени». Кстати, кандидатуру Александра Белявского предложил опять же Высоцкий. В Москву из Одессы полетела телеграмма: «Надеемся на вашу отзывчивость, предлагаем роль Фокса в картине «Эра милосердия». Верим, что не откажетесь». Но в Москве Александра Борисовича не оказалось. Он только что получил шесть соток в деревне Ершово и собирался их благоустраивать. Но когда узнал, что в фильме снимаются Юрский, Высоцкий, Конкин и Джигарханян, бросил заступ и сел на самолет…


Не без помощи Высоцкого снялся в картине и В. Павлов, исполнитель роли Левченко.
«Сниматься мне предложил Владимир Высоцкий. Роль бывшего фронтовика, ныне заблудившегося человека была не очень большая, но чрезвычайно важная для понимания общего строя картины. Володя Высоцкий сказал мне тогда: «Соглашайся, – режиссёр тебе не знаком, роль сделаешь такой, какой ты её увидишь». Так и получилось. Я испытал большое творческое удовлетворение от участия в съёмках фильма «Место встречи изменить нельзя»


Ларису Удовиченко пригласили на роль Вари, но актриса мечтала сыграть Маньку Облигацию, так как этот образ был для нее более интересен. «Либо Манька-Облигация, либо я играть не буду!» В результате, только Удовиченко и подошла для Облигации. После фильма она стала получать письма из тюрем: «Не горюй! Выйду – моей будешь!», а один вернувшийся с зоны пришел к ней домой, так что пришлось вызвать милицию.


Благодаря Высоцкому попал в картину и В.Абдулов, исполнитель роли Соловьёва.
«В начале осени 1977 г. я разбился на машине буквально насмерть. Три недели без сознания – полный кошмар. Затем – одна больница, вторая, третья, четвёртая. Поначалу врачи вообще ко мне не подходили – знали, что случай смертельный и шансов нет. Но я… как-то не хотел умирать! Я ничего не соображал, но пытался им объяснить, что всё-таки жить буду! И когда уже весной я лежал в очередной больнице после тяжёлой операции, пришёл Володя со Славой Говорухиным. Они принесли мне 5 томов сценария «Места встречи…» И, понимая, что я не запомню, оставили на листочке список ролей – любую мне на выбор. Я выбрал Соловьёва. Страшные были съёмки. Я не мог текст запомнить. Не мог запомнить, что Володю зовут Глеб. Но для меня просто решался вопрос: либо я буду продолжать жить и работать, либо – всё… страшное время. И на сцене у меня были моменты полной «вырубки» – не то, что я текст забывал, я просто не мог понять, где нахожусь!..»


Гриша Ушивин, фотограф, «6 на 9» - Лев Алексеевич Перфилов: «…А в говорухинскую группу я попал просто. Как-то я оказался в одном кадре с Говорухиным: он играл белого генерала Дутова, а я — начальника штаба Белой армии. Не помню названия фильма, снимался он в Одессе. Какой-то очередной фильм о революции, они мало чем отличались друг от друга. А до этого я прочел книгу «Эра милосердия» и услышал, что Слава будет снимать. И я попросил у него роль одного из бандитов «Черной кошки», потому что до этого наигрался бандитов уже вот так!.. И вот я Славе говорю: «Я ничего делать в картине не буду. Буду только ходить среди банды и все. И будет все ясно: раз этот тип в банде — то это еще та банда!» А Говорухин, вы же его знаете, как-то так устало махнул рукой: «Да ладно, ты другого стоишь. Будешь играть у меня Гришу Шесть-На-Девять». И ушел».


Коля Тараскин - Градов Андрей Петрович: «Я очень обрадовался, когда узнал, кто будет играть: Высоцкий, Евстигнеев, Джигарханян, Белявский, Юрский, Гердт. Поскольку для меня это была лишь третья картина (опыт небольшой), я внимательно наблюдал за тем, как они играют, учился... Сначала мне предложили роль Васи Векшина, которого, если помните, почти сразу же на лавочке убивают. Я расстроился: «Что это такое? Я появлюсь на несколько мгновений и меня сразу пришпилят». И на мое счастье Говорухин передумал. Векшина в итоге сыграл Женя Леонов-Гладышев, а мне дали роль Тараскина. Энергичный характер его был четко прописан в сценарии, и мне придумывать ничего не пришлось».


Вася Векшин - Евгений Борисович Леонов-Гладышев: «Ну, как в то время артисты попадали на роль в фильм? Я тогда снимался на Одесской киностудии в одной из главных ролей в приключенческом фильме Самвела Гаспарова «Забудьте слово «смерть»». Мне предложили почитать сценарий «Место встречи изменить нельзя», это название мне тогда ни о чем не говорило, но прочитав, я увидел, что там прекраснейшая драматургия. Поначалу мне предложили роль главного героя — Володи Шарапова, но потом на кинопробах худсовет утвердил Владимира Конкина, который и сыграл эту роль…. С этой картиной у меня связано два сильных впечатления, несмотря на мое достаточно скромное участие в ней: и приятное и не приятное. Не приятное — это то, что я пробовался на роль Шарапова и не был утвержден; переживал еще и потому, что и сценарий мне понравился и «Эра милосердия», роман братьев Вайнеров, по которому он был сделан. Я очень хотел и был готов играть. Приятное, что получил роль и что — знал — в фильме сниматься будет Владимир Высоцкий, человек на творчестве, которого я воспитывался и был поклонником его талантов».


Роль Ручечника досталась Евгению Евстигнееву, но её мог сыграть и Ролан Быков, которого Вайнеры изначально пригласили на роль горбатого главаря банды.  Но тот отказался. Ему не нравилась роль горбуна: «Я и так небольшого роста, надо мной из-за этого подшучивают... Пойми, я только что разошелся с женой и оттого безмерно страдаю. А ты предлагаешь мне выйти на экран в образе карлика, да еще, горбатого! Побойся бога!» Но все-таки Ролана зазвали к себе домой и во время застолья сумели уговорить. Он приехал на пробы в Одессу, но там, на беду, угодил в больницу с инфарктом! Что делать?! Съемки уже в разгаре — нужен срочный ввод нового артиста. Второй режиссер Надежда Попова предложила на роль Горбатого Джигарханяна. Дозвонились до него, однако Арменчик, как выяснилось, наш роман не читал. С оказией, через знакомых, переслали в Москву сценарий, и уже на следующий день Джигарханян дал свое “добро” на участие в съемках.

Фото пробы на роль оперативника Пасюка


Фото пробы на роль водителя хлебного фургона Лошака


И ещё несколько фактов о съёмках фильма. рассказывает Станислав Говорухин: 10 мая 1978 года-первый день съемок.И день рождения Марины Влади. Мы в Одессе, на даче нашего друга. И вот — неожиданность. Марина уводит меня в другую комнату, запирает дверь, со слезами просит: «Отпусти Володю, снимай другого артиста». И Володя: «Пойми, мне так мало осталось, я не могу тратить год жизни на эту роль!» Очевидно, он увидел объем работы и понял, что надо вкалывать. Кроме того, прошел год с того момента, как мы решили снять фильм. За это время многое изменилось – у Высоцкого появилась возможность выезжать за границу чаще. Раньше его со скрипом отпускали во Францию на два дня, а теперь он мог путешествовать по всему миру. Я понимал, что картина все равно была бы, пусть даже с другим актером, но все-таки убедил Высоцкого остаться, пообещав отпускать его почаще во время съемок. Как много потеряли бы зрители, если бы я сдался в этот вечер.


Высоцкий и Куравлев, играющие заядлых биллиардистов, вообще не умели «катать шары». За них кий в руках держал одессит Владимир Иванов, мастер спорта СССР, уже тогда бывший одним из лучших биллиардистов Одессы. По шарам били Высоцкий и Куравлев, а потом делался монтажный стык — шары вгонял в лузу мастер.


Фильм «Место встречи изменить нельзя» должен был начинаться с пролога, где Левченко выносил на себе раненого Шарапова. Промокшие до нитки актеры дубль за дублем лезли в холодную воду. Когда закончились съемки, Конкин увидел на спине у Павлова следы от банок. Тот только встал с больничной койки после воспаления легких.


Героический пролог в картину так и не вошел. Режиссер понял, что если в начале фильма показать Левченко вместе с Шараповым, исчезнет детективная интрига 5-й серии, когда милиционер-оперативник проникает в банду. Вообще, Говорухин изначально снял 7-ми серийный фильм. Режиссёр не смог отстоять весь отснятый материал. Лапин, бывший тогда председателем Гостелерадио, потребовал две серии выкинуть. И их вырезали из готового фильма. Чтобы не изуродовать ленту механическим изъятием целых сцен, сокращали по маленьким фрагментам и эпизодам. Ухитрились сократить кинофильм на два часа экранного времени. Много интересного пришлось вырезать. После монтажа все вырезанные кадры режиссёр сдал в архив Одесской киностудии, где они, к величайшему нашему сожалению, благополучно потерялись


Когда снимали сцену погони за Фоксом, Высоцкого на съемочной площадке не было. Зритель слышит только закадровый голос Жеглова, а он был записан уже в студии. В фильме сцены «автомобильных догонялок» занимают несколько минут. Как пояснил Станислав Говорухин. — Еще в самом начале съемок фильма мы договорились с Володей Высоцким, что дадим ему возможность отдохнуть. Те несколько недель, пока снимались кадры погони, Володя провел в зарубежных поездках. Он появился лишь в самом конце и работал в течение буквально двух часов. Помните кадры: Жеглов разбивает стекло «Фердинанда» и, высунувшись, стреляет по уходящему «студебеккеру» с бандитами?.. — С этим моментом такая оплошность получилась, — вспомнил главный оператор сериала Леонид Бурлака. — Никто заранее проверить не догадался, а стекло-то в окне автобуса оказалось чуть ли не 5-миллиметровой толщины. Когда начали съемки эпизода, Володя раз по нему ударил, другой — без толку. Наконец с третьей попытки высадил. И тут же закричал сердито: «Ну все, п...ц!». Смотрим, у него рука в крови: на пальце очень глубокий порез от осколка. А ведь вечером того дня Высоцкий должен был выступать с очередным концертом, его уже и машина ждала. Но в итоге пришлось выступление отменить, поскольку Володя не мог играть на гитаре


По сценарию предполагалось, что Высоцкий в каждой серии будет петь. Среди предлагавшихся песен были и «За тех, кто в МУРе», и «Песня о конце войны», и «Баллада о детстве» – Он очень хотел спеть несколько своих песен, – продолжает режиссер, – но я посчитал, что это разрушит образ и в картине появится уже не капитан Жеглов, а Высоцкий в роли капитана Жеглова. Володя обижался, мы ссорились. А однажды, когда я попросил его спеть в кадре песню Вертинского, он ответил, «если ты не хочешь, чтобы я спел свое, не буду петь и Вертинского»

Трудностей на съемках было немало. Когда снимали ночную милицейскую погоню, часть территории возле Большого театра была оцеплена, и все же иногда поклонницы прорывали ограждение. Как-то в перерыве съемочная группа услышала крик Володи. Бросились в темень и увидели Высоцкого, который пытался оторвать от себя молодую женщину: она вцепилась зубами в его кожаное пальто (видимо, от переизбытка чувств). Хорошо, что пальто было из прочной отечественной кожи

Часть фильма снималась в Одессе, и Высоцкому приходилось по два-три раза в день летать в Москву на спектакль и обратно. Высоцкий не бросал театр. Милиция везла его в «Волге» с сиреной, а гримерша по дороге превращала Жеглова в Гамлета. А после спектакля, иногда и почтовым самолетом, рядом с кипой газет артист летел в Одессу на утреннюю съемку

А.Вайнер: Одежду для своего героя выбирал на костюмерном складе Одесской киностудии сам Высоцкий вместе с нашим художником по костюмам Акимовой. Вещи подыскивали долго и очень тщательно. Неизбежные для середины 1940-х элементы военной формы: галифе, сапоги. А еще — пиджак, рубашка-апаш, джемпер в полоску... Примерно так одет знаменитый киногерой Аль Пачино в одном из фильмов, который очень нравился Володе…

...Создавая Жеглова, Высоцкий чуть ли не впервые, что называется, вырвался на волю. А вырвавшись, проявил невиданную на съемочной площадке волю творческого порядка. Он подсказывал другим исполнителям «характерность», он диктовал своим поведением в кадре ритм всего эпизода. А однажды, как рассказывают, в отсутствие режиссера, сам снял подряд кадры с «жестом» — тем жестом Жеглова, который, кажется, все помнят: большой палец, даже в воздухе — как на плоскости. Со стороны могло показаться — трюкач. Но монтажное распределение этих кадров дало определенный смысловой и пластический стержень не только роли, но и фильму в целом. Высоцкий ни разу не сделал этого жеста зря. Он точно определил моменты, когда именно этим жестом Жеглов коротко заявляет свою правоту и начало действий.

Вспоминает И. Бортник: «Как снималась сцена выхода из подвала? После спектакля “Павшие и живые” мы с Володей подъехали к месту съемки у Яузских ворот. Это недалеко, минуты две езды. Говорухин стоит мрачный, матерится. Не складывался эпизод: все выходят, бросают молча пистолеты, скучно, серо, однообразно... Станислав мне говорит: “Слушай, я тебя очень прошу, ну придумай что-нибудь”. А время уже поджимает. Мы пошли с Володей вниз, в подвал, переодеваться. И тут мне пришла в голову мысль... Это было для всех неожиданностью. На выходе из подвала я истерически запел блатную песню, стал костерить охранников, пинаться с ними... Ни Говорухин, ни Володя этого не ожидали. От неожиданности Володя даже вдруг потерял серьез, улыбнулся. А я настолько вошел в роль, что плюнул Жеглову в лицо. Он оторопел, утерся… А я уже вовсю попер на них: «Мусора, суки…». Но еще неадекватнее повели себя охранники. Надо сказать, что Говорухин нашел для этого эпизода настоящих милиционеров тех лет, давно уже вышедших на пенсию. Их переодели в послевоенную форму и привезли на съемку. И что с ними случилось! Они вроде понимают, что я актер, но внезапно произошло что-то такое в их сознании: а вдруг не актер? Вдруг настоящий уголовник? У них, вероятно, перед глазами все смешалось, и они стали меня бить, заламывать руки так, что я просто заорал от боли. И они кричат: «Ах ты, тварь паскудная, да мы тебя сейчас здесь же и задавим!»…

…В общем, скажу я вам, было страшновато. А зрители, собравшиеся за ограждением съемочной площадки, аплодировали нам. Конечно, все это потом вырезали, потому что в те времена кадры, в которых уголовник плюет в лицо «власти», не могли быть допущены до зрителя. Замминистра МВД Никитин, консультант фильма, сказал: «А это что за персонаж? Уберите. Не то, завтра в каждом дворе будет стоять по Промокашке». …Жаргон весь убрали. «Малину» помните? Там сначала всех за столом показывают, потом каждого в отдельности. Потом бандиты уходят спать — и все. А у меня там еще целая игра была: приставал к пассии Горбатого, лез к ней, звал ее куда-то пьяным мычанием. Но актриса начинала откровенно смеяться, и ничего из этой сцены не получилось…»

Из воспоминаний С. Говорухина: «Книга Высоцкому тоже очень понравилась. Когда мы писали режиссерский сценарий, он приезжал к нам в Переделкино, принимал участие в работе. В частности, Володя придумал историю с фотографией Вари, приклеенной на дверь среди других фотографий, когда в сцене в подвале надо было дать Шарапову какой-то знак — указать дверь, ведущую к спасению».

Он давно подумывал о режиссуре. Хотелось на экране выразить свой взгляд на жизнь. Возможность подвернулась сама собой. Мне нужно было срочно уехать на фестиваль, и я с радостным облегчением уступил ему режиссерский жезл. Когда я вернулся, группа встретила меня словами: «Он нас измучил!»

Привыкших к долгому раскачиванию работников группы поначалу ошарашила его неслыханная требовательность. Обычно ведь как? «Почему не снимаем?» — «Тс-с, дайте настроиться. Режиссеру надо подумать». У Высоцкого камера начинала крутиться через несколько минут после того, как он входил в павильон. Объект, рассчитанный на неделю съемок, был «готов» за четыре дня. Он бы в мое отсутствие снял всю картину, если бы ему позволили.

Он, несущийся на своих конях к краю пропасти, не имел права терять ни минуты.
На зато входил он в павильон абсолютно готовым к работе, всегда в добром настроении и заражал своей энергией и уверенностью всех участников съемки. По этой короткой пробе легко было представить его в роли режиссера большой картины.

Консультантом на фильме был заместитель министра МВД СССР генерал-лейтенант К. И. Никитин. Он просил, чтобы Жеглов хотя бы раз показался на экране в милицейской форме. Ёту просьбу мне необходимо было выполнить, потому что за это я рассчитывал получить возможность оставить, к примеру, сцену, где Жеглов подбрасывает в карман Кирпичу кошелек, да и вообще предполагал, с какими огромными трудностями мы столкнемся при сдаче картины. Но Высоцкий был неумолим: — Нет, форму я не надену ни за что! Для него милиционер сталинских времен ассоциировался с теми людьми, которые творили то страшное беззаконие. Он столько был наслышан об этом и так больно это переживал, что все, что было связано с милицией, не переносил на дух. И тогда мне пришлось придумать ему сцену, где он стоит у зеркала в кителе и произносит примерно такой текст:
- Вот, Шарапов, моя домашняя одежда, вроде пижамы.
- Почему? — спрашивает Шарапов.
- Да потому что никогда не носил, да, наверное и носить не придется.

Из воспоминаний Л. Перфилова: «Почему легко было играть в этом фильме? Потому что Слава давал нам возможность поимпровизировать. Он иногда приходил и говорил: «Я не знаю, как это снимать. Давайте, попробуйте, ребята». И мы все начинали пробовать, предлагать ему чего-то такое, то есть он нас как бы разминал, разминал, разминал... А потом говорил: «А снимать, ребятки, будем вот так. Приготовились». Всегда спокойный такой...»

Из воспоминаний Л. Перфилова: «Первый раз режиссерская команда «Мотор!» на съемках сериала «Место встречи изменить нельзя» прозвучала в славном городе Одессе, в Парке культуры и отдыха... Из-за отсутствия вентиляции в бильярдной курить нельзя было, и нам периодически предоставляли пятнадцатиминутный перерыв. Выйдя на воздух в один из таких перерывов, я увидел стоящих неподалеку Марину Влади с какой— то женщиной.
Мы вежливо поздоровались, улыбнулись друг другу, и я, естественно, решил вернуться позвать Высоцкого. Но он появился в дверях сам, увидел Марину и, вместо того, чтобы броситься к ней, уйти вместе от посторонних глаз... затанцевал на крыльце бильярдной. Это был какой-то непонятный, сумбурный, радостный танец, похожий и на «цыганочку», и на «яблочко», с чечеткой, криками какими-то восторженными восклицаниями. Марина Влади улыбнулась. А я с любопытством ждал — что же дальше? А Высоцкий эффектно закончил танец, широко раскинул руки, засмеялся и... ушел в бильярдную. Марина Влади и ее спутница пошли к ближайшей скамейке, сели, о чем-то тихо заговорили...»

…Помните, Куравлёв с Высоцким играют в биллиард... Обаяние Куравлева действует безотказно, одна его улыбка дорогого стоит. Но режиссеру хотелось, чтобы он сыграл не просто обаятельного вора, а «вора в законе», с блатными повадками и соответствующим говорком. Куравлев, репетируя, необычно задвигался, необычно заговорил, изменил походку,
«завыдрючивался»... Это было и смешно, и грустно, похоже и непохоже. И тут Высоцкий неожиданно для всех сымпровизировал. Он заговорил с такими точными блатными интонациями, выразительно задвигался... Он не прикидывался, не играл. Все рассмеялись, Л.Куравлев громче всех. — Можно снимать! — сказал он, — я готов. И сцена была снята на одном дыхании, сходу, по-деловому и весело. Два талантливых человека встретились в работе и остались довольны друг другом. Высоцкий был тем камертоном, сверяясь с которым, одни звучали в унисон, другие фальшивили...

В. Высоцкий: «По поводу картины «Место встречи изменить нельзя» я не буду давать интервью. И не потому, что мне нечего сказать...Этот фильм мы делали с друзьями, кланом. Я получил удовольствие от работы, не то чтобы удовольствие, а купался в некоторых моментах роли. И больше ничего не скажу»

Фильм был завершен в 1979 году и впервые показан на День милиции, собрав миллионные аудитории. Отмечалось, что во время его последующих показов снижался… расход коммунальной воды.

Но несмотря на всеобщее признание, сериал не получил наград. Лишь министр внутренних дел СССР вручил его создателям почетные грамоты. А за Жеглова Владимир Высоцкий посмертно удостоен Государственной премии СССР 1987 года.

На следующее утро после окончания съемок «Места встречи» в квартире братьев Вайнеров появился Высоцкий: – Знаете, братцы, о чем я подумал сегодня утром: вы не имеете никакого римского права бросать Жеглова. – А ты не мог подумать об этом днем, и дать нам поспать?
– Не мог. Надо спешить. Авторы поняли это так: Высоцкий имеет в виду, что продолжение следует снимать по горячим следам. Но, похоже, Высоцкий чувствовал совсем другое, ведь он пришел не с отвлеченным предложением, а с хорошо разработанной сюжетной линией второго шестисерийного фильма «Место встречи». Он спешил. Через некоторое время на столе авторов сценария появилась папка, на которой значилось — «Эра милосердия. Продолжение». Увы, продолжение следует не всегда. В самый разгар работы пришла горестная весть: Владимира Семёновича Высоцкого не стало. Никакого другого Жеглова быть не могло. Эта папка больше никогда не открывалась, несмотря на многочисленные слухи о съёмках продолжения картины. Недавно Говорухин жестко обрубил разговоры на эту тему: «Жеглов умер, Шарапов стар, с кем и зачем продолжать?».




В интервью белорусской газете «Однако, жизнь!» Садальский рассказал: — У вас десятки ролей в кино, но многие ассоциируют вас с ролью Кирпича в фильме «Место встречи изменить нельзя». Как вы к этому относитесь? — После этой роли многие режиссеры смотрели на меня исключительно через ее призму и предлагали играть соответствующих персонажей. Помню, Эльдар Рязанов мне сказал: «Если бы «Место встречи» увидел раньше, на роль гусара Плетнева тебя бы не взял». Но с другой стороны я понимаю, что у каждого артиста есть свой Чапаев, своя Гуттиэра, как у Вертинской. А ведь у нее были и другие замечательные роли, например, Мона в «Безымянной звезде», и все же она до сих пор остается Гуттиэре из фильма «Человек-амфибия».

Журналист Федор Раззаков пишет: «Наверняка, многим запомнился блестящий дуэт, который изобразили на экране Владимир Высоцкий и Станислав Садальский. Поначалу дуэта не получалось; Садальский никак не мог найти ключ к роли, нужную интонацию и вписаться в эпизод. И тут ему на помощь пришел Высоцкий. Видя, как волнуется молодой артист, он посоветовал ему найти для своего героя какую-нибудь отличительную черту, особенность. Например — шепелявость. И чтобы актеру было понятно, о чем идет речь, Владимир Семенович прямо на съемочной площадке изобразил некоего шепелявого паренька, виденного им в далеком детстве. Так и появилось то знаменитое, садальское: «Коселек, коселек.. ха- ха! Какой есе коселек?..»




















 

link