Опубликовано в журнале:
«Иностранная литература» 2007, №11


Ирина Дементьева, Зиновий Цукерман
Немцы – не немцы
С. А. Мадиевский С. А. Другие немцы.. - “Дом еврейской книги” - “Параллели”., М, 2006 г.
.................................................................................................................
Последние 65 лет отношения с немцами складывались у нас сложно, непросто.
От полного разрыва (“Папа, убей немца!”) - до почтительного удивления.
Как это целый распропагандированный народ сумел освободиться от ненависти ко всем “иным” и покаяться за себя и за своих правителей?!
О существовании немцев, не принявших по разным причинам Гитлера, конечно, было известно, но речь шла о политических и военных заговорах, что не меняло ни общих, ни частных оценок.

Был, правда,повод , заставивший в свое время задуматься. Гостили у нас дома слависты из ГДР и среди них фрау Людвиг.
Она оказалась женой погибшего в гитлеровском концлагере члена ЦК Германской компартии.
Фрау Людвиг, несмотря на свое еврейское происхождение, до самого конца войны выжила в Берлине - вплоть до 1945 года -и выжила.
Ей бы не уцелеть, если бы не бомба, попавшая в их дом.
Бомба разрушила лестничный пролет и всю квартиру, кроме спальни, где спала она с двумя детьми, и туалетной комнаты.
Разрушенная квартира сняла вопрос об обязательной депортации в Освенцим, а еду (со своих продовольственных карточек) передавали, по спущенной веревке, соседи до самого конца войны.
Значит, были и другие немцы, не признававшие государственной религии –- антисемитизма?
Однако, тогда нам и в голову не могло прийти, что реальные факты случаи укрывательства евреев, обреченных на депортацию (а, значит, на быстрое уничтожение), в одном только Берлине исчислялись сотнями.

Если бы не знаменитый фильм Стивена Спилберга “Список Шиндлера”, появившийся почти через полвека после окончания войны, мало кто из широкой публики узнал бы, что и среди немцев попадались люди, спасавшие евреев от нацистского государства. В самой Германии тема эта к тому времени довольно подробно обсуждалась, но для русского читателя, полагаю, что и не только для русского, продолжала оставаться практически недоступной.

Мы, на Востоке, привыкли думать, что Праведники мира (по современной терминологии) - это - украинцы, поляки, белорусы, русские, литовцы, латыши. Знали, конечно, о датчанах, голландцах, французах, финнах и других жителях Европы. Но –- немцы? ?

В России, Украине и Беларуси вышли и выходят сборники воспоминаний людей, переживших Холокост. Большинство спасшихся рассказывают о тех не-евреях, кто, преодолевая смертельный страх, помог им выжить.
Никто у нас, насколько я знаю, не попытался каким-то образом осмыслить осмыслить “механизм” такого героизма. Их прошлое проанализировать.Систематизировать и анализировать мотивы их поступков, построить социопсихологические характеристики личностей, исследовать взаимоотношения с окружающими в то время, когда они совершали свои поступки и позже, когда эти поступки могли быть объективно осмысленны.

Такую работу, но только на немецком материале, выполнил доктор исторических наук Самсон Мадиевский из Аахена.
Он тщательно изучил 190 публикаций, содержащих свидетельства современников и участников событий, архивные документы, статьи, рецензии, диссертации, а также обширную историческую литературу европейских, американских, израильских авторов.
Четыре года ушло на то, чтобы этот огромный и разнообразный объём данных был систематизирован, подвергнут анализу и прокомментирован.
Результаты исследований вошли в недавно изданную у нас монографию С. Мадиевского. “Другие немцы” ,* - удивительную и неожиданную книгу о немецких “спасателях” и “помощниках”, так в Германии принято называть - людей, реально сопротивлявшихся нацистской идеологии и политике в ее ключевом пункте –- расовой теории и практике.

“Бросается в глаза, прежде всего, - пишет С. Мадиевский, - что помощники, спасатели принадлежали к самым разным различным слоям общества, практически ко всем его социальным группам. Среди них были рабочие, мастера, промышленники, коммерсанты , банкиры, крестьяне и помещики, чиновники и служащие, адвокаты, врачи, аптекари, лица свободных профессий (адвокаты, врачи, аптекари, журналисты, писатели, художники, актеры), преподаватели и учащиеся, священники и монахи, старьевщики и прачки, домашняя прислуга, профессиональные преступники, проститутки, пенсионеры.…. Были солдаты…, унтер-офицеры и офицеры вермахта , полицейские и жандармы, даже штурмовики, эсэсовцы и гестаповцы”


1. Законопослушные, воспитанные в традициях бюргерской порядочности, немцы, ради спасаемых, подделывали документы, крали продовольственные карточки и бланки, лгали своим коллегам и начальникам, лгали даже членам своей семьи.

Разумеется, автору пришлось, пусть с малой степенью подробности, но все же коснуться событийной стороны. Возможно, как раз из-за сжатости изложения и научной сдержанности, каждый эпизод производит особо сильное эмоциональное впечатление. В них угадываются сюжеты неосуществленных романов, пьес и фильмов высокого драматического и трагедийного звучания. Даже в суховатой констатации ученого-историка они размывают колеблет устоявшиеся представления о “тех” немцах. Но есть несколько эпизодов, не укладывающихся ни в какие представления.

В июле 1942 г.ода военный комендант польского городка Пшемысль майор Макс Лидтке и его заместитель обер-лейтенант Альберт Баттель приказали солдатам блокировать мост через реку Сан, чтобы помешать СС вывезти евреев из местного гетто в лагерь уничтожения Бельжец. Представителю СС Лидтке заявил: “Если вы вступите на мост, я прикажу открыть огонь”.

3 декабря 1941 года военный комендант местечка Городенка Черновицкой области капитан Фриц Фидлер всех еврейских рабочих собрал на территории комендатуры, наказав своим людям в случае необходимости преградить эсэсовцам туда доступ даже с помощью оружия.

Майор Плагге в Вильнюсе посылал своих солдат извлекать евреев - работников автопарка из тюрем и лагерей, давая подчиненным "карт-бланш" право на применение с этой целью оружия.

(Разумеется, мотивировалоись такие поступки заботой о выполнении собственных служебных задач.)

И, наконец, самое удивительное. В конце февраля 1943 года перед сборными пунктами на Розенштрассе и Гроссен Гамбургерштрассе в Берлине, где находились евреи и дети от смешанных браков, ожидавшие депортации “на Восток” (теперь мы знаем –- в лагеря уничтожения), собралась толпа их “арийских” родственников:жен и мужей из смешанных браков с евреями, ожидавшими депортации “на Восток”.

Протесты немецких родственников (в уличной толпе были и люди в военной форме) вынудили гауляйтера Берлина Геббельса отступить: содержавшиеся на сборных пунктах евреи и полуевреи (“метисы 1-ой степени”, то есть дети) были отпущены, отправленные ранее возвращены из Освенцима!

Рассказы об этих событиях не только ломают наши стереотипы, но и заставляют пристальнее всмотреться в страницы истории гитлеровского рейха и в наше собственное прошлое. Конечно, ни масштабы, ни жестокость Катастрофы европейского еврейства не могли изменить такие, пусть из ряда вон выходящие, протесты.
Они, конечно, не могли изменить ни масштабов, ни степени жестокости катастрофы европейского еврейства, но, оказывается, не так уж отлажен был механизм гитлеровской машины уничтожения. При его проектировании не учли человеческий фактор –- ту малость, что может спасти одну жизнь, а может и сокрушить целую империю.

В Иерусалимском Музее Катастрофы и героизма европейского еврейства “Яд ва-Шем” в Иерусалиме хранятся сведения о 20 757 “Праведниках среди народов мира”.

Из них 410 494 немцев и 84 австрийцев. Это 2,4% общего числа Праведников. Много или мало? Население оккупированной Европы и самой Германии составляло более 370 миллионов человек. Нетрудно посчитать, что будущих Праведников среди них – 0,006%. По сравнению с этим числом, нравственные качества жителей Германии времен Третьего рейха выглядят вполне оптимистично. Разумеется, число Праведников –- это лишь число документально зарегистрированных в “Яд ва-Шем” людей, бескорыстно спасавших уничтожаемых евреев. Помогавших же им по разным мотивам было значительно больше.
Исследователи, цитируемые Мадиевским, предполагают - что-то около 20 тысяч. “По отношению к численности совершеннолетних “фольксгеноссен” (54 миллиона на 1939 год.), - замечает историк, - она это даст нам 0,04%”. Нелишне будет напомнить, что из 1,5 миллионов наших соотечественников, перешедших на сторону гитлеровцев, 400 тысяч (40 советских довоенных дивизий!) служили в полицаях и карателях. По сравнению с этим числом, нравственные качества жителей Германии времен Третьего рейха выглядят не так уж пессимистично.

Это даст нам 0,46% карателей. Не так уж много, но все же в десять раз больше, чем спасателей-немцев.

Так что же это было? Чем движимы были граждане Германии , выручавшие из смертельной беды евреев –- граждан Германии и даже неграждан? Среди мотивов С. Мадиевский приводит религиозные побуждения, желание противодействовать преступному режиму, личные причины: родственные, дружеские, романтические чувства, чувство благодарности., а кроме того - также корысть.

Да, и корысть. Коммерческий интерес, оказание помощи за взятку, за денежное вознаграждение, иногда - очень крупное., Но ведь и степень риска нужно учесть. “Взяточники”, а среди них были чиновники, военные, даже члены фашистской партии, –- в деле помощи достигали ощутимых результатов. Например, при организации переправки евреев за границу, в Швейцарию, Бельгию, Голландию, старыми контрабандными тропами. Среди Праведников, согласно установленным критериям, требующим полного бескорыстия, они не числятся. Однако принятые в Германии расширительные понятия –- “спасатели” и “помощники”, считает, в частности, Мадиевский, к ним применимы. Да и к какой категории, например, отнести поведение офицера-эсэсовца, переводившего через пограничную реку в Бельгию еврейскую семью и запросившего с них за это все их сбережения? Но когда ребенок, сидевший у него на закорках, упал в воду, эсэсовец, не раздумывая, бросился за ним вплавь и вытащил его на сушу. Хочется думать, что в характерах большинства этих людей неизбежно должно было присутствовать неосознанное, природное понимание ценности каждой человеческой жизни. Действительно, классификации такие поступки поддаются плохо. Но иногда ведь человек и сам не знает, что движет им в тех или иных случаях.

Однако главной задачей исследователь ставил себе разобраться в самом явлении.Так кто они были, эти “другие немцы”, что их объединяло?

“Сопротивление спасателей” - устоявшийся термин в немецкой исторической литературе. Доктор Мадиевский убежден в том, что каждый акт спасения, осознавал или не осознавал это спасатель, был актом борьбы против нацистского государства. Более того, он считает, что политическая оппозиция тоталитарному режиму менее опасна для него, по сравнению с чем личная, человеческая, поскольку последняя подтачивает самые устои тоталитаризма. Следует только добавить, что это прекрасно понимали и Гитлер, и Сталин.
Отсюда их одинаковое стремление сделать страх главным чувством своего народа, чем-то вроде религии. Отсюда их стремление к тотальному контролю над культурой, к превращению ее в пропаганду. Отсюда –- жестокие преследования идеологического диссидентства. Помощь евреям как раз и была идеологическим преступлением в Третьем рРейхе.

Когда говорят о различии двух тоталитарных систем, напоминают, что сталинская - не имела в своей основе расовой теории. И это правда. Но правда неполная. Репрессии против чеченцев и ингушей, против крымских татар, немцев Поволжья, балкарцев, карачаевцев,турок-месхетинцев –- трудно перечислить все народы, а их не менее четырнадцати, на которые он “отец народов” смог “обрушить свой верховный гнев”3 (А. Твардовский) - имели, если не расовый, то уж, во всяком случае, национальный характер.
Проживи Сталин чуть дольше, и его личный антисемитизм имел все шансы превратиться в юридически оформленный закон.

И вот теперь надо вернуться к покаянию, к преображению немецкой нации. С. Мадиевский, как, впрочем, и другие немецкие исследователи в Германии, отмечает стремление сегодняшних немцев подвести черту под прошлым и стать обычным народом, как все остальные. Но “мир судит и будет судить о Германии и немцах, - пишет историк, - в том числе и по их отношению к прошлому”.

Мир судит и о нас. Главное, однако, как сами мы будем судить о себе.

Нам, бывшему советскому народу, а он исторически не исчез, есть в чем каяться. И, в первую очередь,, - перед десятками миллионов жертв ГУЛАГа. “Широка страна моя, родная…”, “Здравствуй, страна героев…” - и, правда, широка была родная страна, и героев в ней было много. Но страны у нас было две: одна до колючей проволоки, другая –- за ней. И сажали полстраны за колючку, и расстреливали - чекисты. А мы от слова этого отказаться не можем!. До сих пор сотрудники спецслужб с гордостью называют себя чекистами!

Переживших ГУЛАГ, как и переживших Холокост, с каждым днем все меньше. Скоро эти старики совсем исчезнут. Останутся только книги, а книги –- не объект для покаяния. Между тем, нам, чтобы стать нормальной страной, нормальным народом, “таким же, как все остальные”, таким же, как все остальные, нельзя ничего и никого забывать. Где наши “помощники” и “спасатели”? Вы много ли вы знаете людей, укрывавших от депортации чеченцев, ингушей? Я никого не знаю. А кто спасал от преследований по национальному признаку крымских татар? А немцев,? А балкарцев,? А греков,? А калмыков? Вы знаете таких людей?

В каждом преследуемом народе есть свои легенды о “спасателях”. Невыносимо трудно оставаться один на один со злом. Из уст в уста передаются вымышленные и невымышленные истории о благородном поведении тех, кто оказался на стороне гонителей. Но только если и есть документальные подтверждения этих легенд, они недоступны или неинтересны историкам. Не мертвые, а живые сраму не имут: известно, что за депортацию своего народа - чеченцев и ингушей, - чекистов награждали фронтовыми(!) орденами и медалями. Медалями “За отвагу” и “За боевые заслуги”!

Может быть, наши “спасатели” и “помощники” до сих пор скрывают свои добрые дела? Возможно. И в Германии не все сегодня готовы говорить о своих давних подвигах. И вовсе не из скромности, а из боязни осуждения соседями, согражданами. Такое поведение особенно характерно для маленьких городков. Об этом тоже есть в книжке Мадиевского. Отнюдь не все немцы, и уж точно не тотчас после крушения гитлеровского тоталитаризма прошли через покаяние. Покаяние, пере воссоздание нравственности народа - тяжелейшая задача не только для политического руководства страны, это и непомерный труд души для каждого отдельного гражданина, пережившего униженность, отчаяние, духовное опустошение. Но без этого невозможно духовное возрождение народа.

Да, евреев от гитлеровцев у нас, бывало, спасали. Спасали от чужестранцев с их дикими законами. Но, ведь, немцы-то спасали от немцев!

Доктор Мадиевский цитирует своего коллегу Г. Д. Лойнера. Внимательно послушаем : “Если мы сегодня дивимся тому, что миллионы подчинялись гитлеровскому режиму, то тем более нужно дивиться тысячам, которые ему сопротивлялись.…… Эти люди спасли не только тысячи евреев, они спасли саму идею человечности”.

Ирина Дементьева

Зиновий Цукерман