ИСААК ИЛЬИЧ ЛЕВИТАН
(1860 - 1900)

Исаак Левитан родился 18 августа 1860 на западной окраине России, неподалеку от пограничного пункта Вержболово в интеллигентной еврейской семье. Его отец Илья Левитан, когда-то учившийся в раввинском училище, не добился видного положения в еврейской общине и служил на российской железной дороге то кассиром, то контролером. В поисках лучшей доли семья со всем скарбом постоянно перебиралась с одной железнодорожной станции на другую.

Постоянное полунищенское существование и желание отца вывести сыновей в люди в конце 1860-х заставили Левитанов перебраться в Москву. Художественные склонности у сыновей Ильи Левитана проявились рано: старший Авель и младший Исаак поступили в Московское училище живописи ваяния и зодчества. И, хотя бедностью здесь мало кого можно было удивить, о Левитанах ходили малоприятные сплетни и слухи. Особенно тяжело пришлось обоим братьям после смерти их матери в 1875. В жизни Исаака были такие дни, когда ему просто некуда было идти после учебы. Он прятался в классе за портьеру или мольберты, чтобы не попасться на глаза сторожу и иметь возможность переночевать в тепле. Но чаще всего Левитана выставляли на улицу, и тогда подросток мерз на лавочке или бродил по ночному безлюдному городу. Спустя два года такой бесприютной жизни Исаак с отцом попали в больницу с одним и тем же страшным диагнозом — брюшной тиф. Юный художник выжил и вернулся к учебе, а отец умер на больничной койке. Дети окончательно лишись средств к существованию и не имели никакой возможности платить даже ту мизерную плату за обучение, которую они обязались вносить при поступлении.

 

Но у Исаака были прекрасные учителя. С самого начала обучения мальчик оказался в натурном классе, который вел Василий Григорьевич Перов. Знаменитый «передвижник» открыто объявлял себя выразителем всех обездоленных, страдающих и оскорбленных. А когда он практически возглавил МУЖВИЗ, в это здание на Мясницкой, известное своим масонским прошлым, ворвалась вся одаренная московская молодежь.

Наблюдательность и поэтичность натуры молодого художника, склонность к изображению природы и трудолюбие заинтересовали руководителя пейзажной мастерской Алексея Кондратьевича Саврасова, который буквально переманил к себе Исаака. На ученической выставке его картина «Осенний день. Сокольники» (1879, Государственная Третьяковская галерея, Москва) была не просто замечена и оценена зрителями, а заинтересовала самого Павла Михайловича Третьякова, известного коллекционера и знатока искусства, считающего главным в живописи не только красоту, но и поэзию, правду, душу.

 

Хотя материальные трудности, преследовавшие Исаака, несколько отступили, возникли другие, не менее серьезные проблемы: совет профессоров училища уволил преподавателя Саврасова, а молодые пейзажисты остались без мастера.

В МУЖВИЗ пришел талантливый живописец Василий Дмитриевич Поленов, привнесший в преподавание не только свое видение натуры, но и воодушевление, оптимизм. Его супруга являлась родственницей богатого промышленника и знаменитого мецената Саввы Ивановича Мамонтова. Однажды Поленов, направляясь в его усадьбу Абрамцево, в которую тогда стремилась попасть вся художественная элита Москвы, взял с собой самых способных своих учеников. Ими оказались Константин Коровин и Исаак Левитан. Благожелательное отношение к талантам и в целом веселая творческая атмосфера богатой усадьбы поразили молодых художников. Мамонтов, будучи прекрасным певцом и любителем оперы, устраивал грандиозные домашние спектакли. Он мечтал создать собственный музыкальный театр. Дружеские отношения с «Саввой Великолепным» впоследствии дали Левитану возможность попробовать себя в роли театрального декоратора.

 

Знакомство со знаменитыми художниками и меценатами упрочило положение Левитана в художественной среде. Но прекрасное время относительной финансовой и эмоциональной свободы быстро закончилось. Ушел из жизни Василий Перов, а в демократически настроенном МУЖВИЗе начались интриги.

Весной 1884, несмотря на успешную сдачу всех экзаменов, студент Исаак Левитан был отчислен с курса за систематическое непосещение занятий, и в жизни Левитана начался сложный период: не имея ни постоянной работы, ни жилья, художник чувствовал себя несчастным и одиноким. Отношения с братом Авелем еще в училище носили характер «каждый сам за себя». Замкнутый, чувствовавший себя неудачником, на тот момент из всех своих однокашников Исаак поддерживал отношения только с Николаем Чеховым, точно также отчисленным из МУЖВИЗа и таким же неуравновешенным, как он сам.
Левитан поселился неподалеку от дачи Чеховых, но теперь ближе сошелся с братом Николая — Антоном и его сестрой Марией. Именно эту девушку художник полюбил всем сердцем, но чувства эти не были взаимными. Кроме того Антон не советовал сестре выходить замуж за человека с нестабильным будущим. Исаак пребывал в состоянии депрессии и сильно страдал. Скорее всего, именно частое пребывание в доме Чеховых, где он мог отвлекаться от собственных мыслей и видеть любимую девушку, уберегло художника от попытки суицида. С мрачными настроениями и тяжелыми болезнями, которые периодически случались с Левитаном, ему помогал справляться Антон Чехов.

 

Весной 1886, наконец, оправившись от болезней и получив неплохие деньги за исполнение декораций для Частной оперы Мамонтова, Левитан решил уехать в Крым. Более двух месяцев художник провел на полуострове и, вернувшись, поразил своих друзей количеством привезенных работ.
После поездки в Крым жизнь Левитана несколько изменилась. Теперь он мог снимать жилье в Москве и позволить себе бывать в гостях у разных интересных людей. Он познакомился с Софьей Петровной Кувшинниковой, эксцентричная женщина, которая была намного старше художника, кроме искусства ценила личную свободу и обожала эпатаж. Она окружила своего молодого возлюбленного заботой и вниманием, всячески поддерживая его в трудные минуты. Очевидно, Софья Петровна любила этого грустного и неуравновешенного человека.

 

В 1887 и 1888 Левитан и Кувшинникова вместе совершили путешествие по Волге. Великая река традиционно являлась важной вехой в творчестве многих русских художников: Алексея Саврасова, Федора Васильева, Ильи Репина. Первые впечатления от Волги Левитана разочаровали, но во второй поездке он еще с парохода разглядел на берегу небольшой живописный городок, растянувшийся почти от одного изгиба реки до другого. Это был Плёс, чьи окрестности впоследствии запечатлел на своих полотнах живописец. Левитан искренне полюбил эти средне-волжские просторы и впоследствии часто возвращался к ним в своих работах.

Вскоре картины Левитана начали горячо обсуждать, о них спорили, а творчество живописца получило самый широкий резонанс. А спустя год он представил свою новую картину, о которой уже заговорила вся Москва.

 

 Депрессивное состояние мастера усиливались с каждым годом. В 1892 вышел в свет рассказ Антона Чехова «Попрыгунья». Вся московская интеллигентная общественность, даже та, которая не была лично знакома с Софьей Петровной Кувшинниковой, узнала ее в образе главной героини этого ироничного произведения. Хотя Левитан поначалу не придавал никакого значения тому, что даже он сам оказался прототипом одного из героев рассказа, вскоре под влиянием своей возлюбленной он разругался с Чеховым. Художник тяжело переживал разрыв с другом и его сестрой Марией, которая так и оставалась не замужем.

Художнику было, за что не любить чиновников власти: он как еврей попал в число подлежащих насильственной высылке из Москвы. Левитан не первый раз оказывался в центре подобных антисемитских гонений, устраиваемых царской властью, хотя его имя было хорошо известно среди столичной знати.

 

К середине 1890-х жизнь художника снова кардинально изменилась. Все еще проживая вместе с Кувшинниковой в одной из живописных провинциальных барских усадеб, он внезапно влюбился в отдыхающую на даче по соседству Анну Николаевну Турчанинову. И даже попытка суицида Кувшинниковой не охладила пыл художника. У него завязался бурный и страстный роман с этой женщиной, в который была вовлечена и ее старшая дочь Варвара.
Спустя время Левитан вновь стал частым гостем в доме Чеховых в Мелихове. Правда, Антон Павлович и особенно его сестра Мария не разделяли новых пылких увлечений друга. И хотя оптимистичное настроение художника порой сменяли приступы депрессии и желания покончить с собой, все-таки, очевидно, в этот период жизни его переполняли надежды, что все хорошее у него еще впереди.
1896 к Левитану пришло настоящее признание. В Цюрихе на международной выставке с успехом экспонировались его картины. Европейцы бы,и потрясены удивительными состояниями русских пейзажей. В этом же году Чехов, осмотрев своего друга, оставил в своем дневнике запись, в которой констатировал у Левитана расширение аорты.

 

Однако мастер продолжал активно работать, а в его пейзажах особенно остро чувствовалась жажда жизни. Левитан очень плохо себя чувствовал в тот период и по совету Чехова вскоре уехал на лечение за границу. Его привлекали виды Мон-Блана, вершины Апеннин, но врачи запретили художнику подниматься даже по лестнице, не говоря уже о походах на этюды в горы, куда он все равно отправился и в очередной раз подорвал здоровье. Находясь вдали от родных мест, живописец всегда тосковал, поэтому он очень скоро вернулся в Россию.Все же обычные, но бесконечно родные леса были больше по душе Левитану, чем красивые и ранее невиданные европейские ландшафты

В 1898 Академия художеств присудила Исааку Левитан)' звание академика. Спустя почти четверть века после того, как его выгнали из МУЖВИЗа с обидным дипломом «неклассного» художника, он вновь вошел в это здание на Мясницкой. Только теперь Левитана приглашали руководить пейзажной мастерской. К тому времени здесь работал Поленов, безмерно ценивший творчество своего бывшего ученика, и уже год как преподавал его хороший приятель Валентин Серов. Левитан со свойственными ему эмоциональностью и изобретательностью взялся за новое дело. В мастерскую художника из Подмосковья привезли несколько десятков деревьев в кадках, множество кустарников, еловых веток, мох и траву. На сооруженную внутри училища лесную поляну приезжали посмотреть многие именитые живописцы. Его студенты, работавшие в этой мастерской, поначалу недоумевали, но постепенно новый педагог научил их видеть в ничем не примечательной повседневности нечто неуловимо прекрасное.
Каждый день вокруг Левитана собиралась талантливая молодежь, вместе с которой он выезжал за город на этюды. Но постоянная грусть, которая и раньше являлась спутником всей жизни художника, уступив место внешней деловитости и целеустремленности, в полной мере отражалась в его картинах. Левитан, в полной мере испытавший нищету и унижения, всегда старался деликатно помогать своим ученикам, подыскивая для них через знакомых несложные живописные заказы или просто выдавая им из своего жалованья деньги на краски. Он хлопотал за молодежь перед художественным советом выставок и волновался за их работы, как за свои собственные картины, — а вдруг не примут?

Но, видимо, к тому времени самого себя Левитан подсознательно уже отделил от этого мира. Мастер продолжал преподавать, изредка встречался с друзьями, в 1899 предпринял поездку к Чехову в Ялту. Он чувствовал скорое приближение собственной смерти, о чем, задыхаясь во время крымских прогулок, с ужасом говорил своей спутнице Марии Павловне Чеховой.

Будущее лето 1900 Левитан намеревался погостить с Серовым в усадьбе его родственников, весной собирался отправиться с учениками на дачу писать этюды. Но планам не суждено было сбыться. В конце мае болезнь приковала художника к постели. К нему приехала Анна Николаевна Турчанинова с твердым намерением поставить любимого на ноги. Она часто писала Чехову письма, в которых рассказывала о здоровье живописца, просила советов, но с каждым днем все отчетливей понимала, что в своих хлопотах бессильна.

22 июля 1900 Исаак Ильич Левитан, не дожив до сорокалетнего возраста несколько дней, умер от ревматического миокардита (по неподтвержденному диагнозу). А в это время на Всемирной выставке в Париже с успехом экспонировались его картины. После смерти художника родственники в его мастерской нашли около сорока незаконченных пейзажей. Старший брат Левитана Авель Ильич, выполняя волю покойного, уничтожил некоторые его наброски, этюды, большинство писем, дневников и записок.

Среди работ, которые мастером считались незаконченными и не демонстрировались публике, была обнаружена картина «Озеро. Русь» (1899— , Государственный Русский музей, Санкт-Петербург). Очевидно, этот пейзаж был задуман художником еще в середине 1890-х. Яркое небо, сияющее на солнце озеро, камышовый островок, красные крыши поселений, белеющая вдалеке церковь и возделанная пашня на другом берегу — все наполнено одухотворенным приподнятым звучанием. И лишь небольшие тени от облаков, падающие на холмистый берег и прозрачную воду, вносят в радостное состояние гордости за свои землю и край толику грустных раздумий.Исаак Левитан не успел завершить это полотно, но даже в своем незаконченном виде оно принадлежит к самым значительным его произведениям.

 

Своим творчеством художник оказал огромное влияние не только на русское, но и европейское искусство XX века. Став практически основателем жанра пейзажа настроения, мастер обогатил отечественную культуру, а его духовный авторитет сыграл огромное значение в судьбе русской пейзажной живописи.

Источник: http://gallerix.ru/read/isaak-ilich-levitan/7/