Алхимик взял в руки книгу, которую принес кто-то из путников. Книга была без обложки, но имя автора он нашел - Оскар Уайльд - и, перелистывая ее, наткнулся на историю о Нарциссе. Миф о прекрасном юноше, который днями напролет любовался своим отражением в ручье, Алхимику был известен: Нарцисс до того загляделся, что в конце концов упал в воду и утонул, а на берегу вырос цветок, названный в его память. Но Оскар Уайльд рассказывал эту историю по-другому. "Когда Нарцисс погиб, нимфы леса - дриады - заметили, что пресная вода в ручье сделалась от слез соленой.
- О чем ты плачешь? - спросили дриады.
- Я оплакиваю Нарцисса, - отвечал ручей.
- Неудивительно, - сказали дриады. - Мы ведь всегда бежали за ним вслед, когда он проходил по лесу, а ты - единственный, кто видел его красоту вблизи.
- А он был красив? - спросил тогда ручей.
- Да кто же лучше тебя может судить об этом? - удивились лесные нимфы. - Не на твоем ли берегу, склонясь над твоими водами, проводил он дни от зари до ночи?
Ручей долго молчал и наконец ответил:
- Я плачу по Нарциссу, хотя никогда не замечал, что он - прекрасен. Я плачу потому, что всякий раз, когда он приходил на мой берег и склонялся над моими водами, в глубине его глаз отражалась моя красота".
"Какая чудесная история", - подумал Алхимик.

Пауло Коэльо. "Алхимик"

ЛАКШМИ - БОГИНЯ ПРОЦВЕТАНИЯ





Лакшми. Ее имя — производное от слова на санскрите «лаксья», что означает «цель». Лакшми — прекрасная, с золотистой кожей, лунная богиня процветания и удачливой судьбы. Она всем приносит благословение и достаток. Лакшми также представляет красоту, безупречность, щедрость и истинное счастье. Сказано, что она возникла из бушующего океана с дарами и цветами лотоса, и все боги немедленно возжелали взять ее в жены. Она остановила свой выбор на боге солнца Вишну. После, в каждой своей жизни, она возрождалась, как спутник Вишну.

Если Лакшми изображается тёмной по цвету, это указывает на то, что она супруга Вишну, темноликого бога. Если она изображается золотисто-жёлтой, это означает, что она источник всякого богатства. Если она белого цвета, то это обозначает чистейшую форму пракрити (природы). Розоватый цвет, который более общепринят, отражает её сострадание ко всем существам, поскольку она - Матерь всего сущего.

Ее четыре руки указывают, на её способность даровать четыре пурушартхи (цели человеческой жизни): дхарму (праведность), артху (богатство), каму (телесные наслаждения) и мокшу (блаженство).

Основная миссия Лакшми — принести на Землю вечное счастье, поэтому она помогает нам сделать осмысленную карьеру. Она понимает, что одного богатства недостаточно, чтобы стать бесконечно счастливым; необходима духовность и чувство выполненного долга. Поэтому Лакшми ведет нас к такой деятельности, что приносит радость и достаток не только нам, но и другим.

Лакшми приносит в наши дома изящество, красоту и любовь и обеспечивает все наши домашние нужды. Ганеш ее обожает, и они часто сотрудничают вместе, чтобы помочь людям встретится со своей главной жизненной целью.

Лакшми говорит сладкозвучным голосом:

«Достижение богатства — одна из самих больших тайн жизни. Наиболее духовные честолюбцы терпеть не могут погоню за деньгами, но хотят свободы и возможностей, которые они обеспечивают. Многие из духовных учителей и целителей не любят получать деньги за свои труды, но при этом мечтают о том дне, когда смогут отказаться от других форм деятельности и посвятить себя духовному делу.

С этой дилеммой приходится жить, потому что пока вы на этом уровне. Небеса видят много решений, и со многими из них мы можем вам помочь, причем вам не придется очень сильно напрягаться или много думать. Я могу сказать следующее: ваша самая непреодолимая преграда — попытка надавить, чтобы все происходило как можно скорее, и вы справитесь с ней только тогда, когда поймете, что все сокровища мира, которые стоит иметь, уже давно обнаружены. Тогда вы сумеете расслабиться и с уверенностью понять, что обо всем уже позаботились; тогда исчезнут все ограничения».






ШИВА - "ПРИНОСЯЩИЙ СЧАСТЬЕ"





Шива ("приносящий счастье"), в индуистской мифологии один из верховных богов, который вместе с Вишну и Брахмой образует божественную триаду — тримурти. Шива не только добрый защитник, но и грозный бог, обитающий на полях сражений и у погребальных костров. Нередко его изображали с веревкой, на которую нанизаны черепа.
Шива — бог-творец и вместе с тем бог времени, а следовательно, и разрушения, бог плодородия и в то же время аскет, подавивший желания и обитающий высоко в Гималаях на горе Кайласе. Иногда он даже выступал как двуполое существо. Эти взаимоисключающие качества символизировали божество, вобравшее в себя все противоречия мира, которому отведена роль уничтожителя мира и богов в конце каждой кальпы, периода, равного 8 640 000 000 человеческих лет.

Считалось, что в качестве Натараджи, "царя танца", Шива регулирует мировой порядок. Устав танцевать, он останавливается, и во вселенной воцаряется хаос. Так вслед за периодом созидания приходит разрушение. Однажды Шива явился 10 000 мудрецам-риши, чтобы они поклонились ему. В ответ риши прокляли бога и наслали на него свирепого тигра. Шива ногтем содрал со зверя шкуру и сделал себе накидку. Риши наслали змею, но Шива надел ее на шею как ожерелье. Риши сотворили злого карлика и вооружили его дубинкой, но Шива, встав на спину карлика, начал танцевать. И риши бросились к его ногам.

Созидающая сила бога воплощена в его основном символе — линге-фаллосе, мужском детородном органе. Один из мифов повествует, как бог пришел в лес, где медитировали мудрецы. Те не узнали Шиву и, заподозрив его в том, что он хочет соблазнить их жен, лишили его фаллоса. Тотчас мир окутала тьма, и мудрецы утратили свою мужскую силу. Осознав свою ошибку, они принесли дары Шиве, и во вселенной снова воцарился порядок.

Шиву часто изображают четырехруким и трехглазым. Третий глаз, глаз внутреннего видения, расположен в центре лба. На шее у него ожерелье из змеи, еще одна змея опоясывает тело, а другие обвивают руки. Встречаются изображения Шивы с синей шеей; его называли Нилакантха, или "синяя шея"; об этом говорится в мифе о пахтанье мирового океана. Согласно широко известному мифу, боги использовали змея Васуки (Шешу) при создании амтриты и вращали с его помощью гору Мандару. Однако змей настолько устал, что испустил яд, который грозил уничтожить весь мир. Шива проглотил яд, и его шея окрасилась в синий цвет.






Шива — отец слоноподобного бога Ганеши и воинственного бога Сканды. Ездовое животное Шивы и его слуга — бык Нандин. По преданию, третий глаз Шивы возник в результате проделки его жены Парвати. Шива медитировал на горе Кайласа, а Парвати подкралась сзади и закрыла его глаза руками. Тотчас солнце померкло, и все живое затрепетало от страха. Вдруг во лбу Шивы появился глаз, источающий пламя, и разогнал тьму. Огонь, вырвавшийся из глаза, осветил все Гималаи и сжег бога любви Каму, когда тот пытался отвлечь Шиву от аскетических подвигов.




ЛАКШМИ - БОГИНЯ ПРОЦВЕТАНИЯ
>>>>>>><<<<<<<

Среди живописцев есть немало поклонников того или иного растения, которому они
посвящают большую часть своих произведений. Так, например, Клод Моне рисовал
ирисы, кувшинки на созданном им пруду и свой знаменитый цветник. Цветение пиона
также не могло оставить художников равнодушными. Ведь оно настолько ярко, красочно, поразительно красиво, и, увы, недолговечно! Пион - это одно из древнейших садовых растений, насчитывающее около 40 разновидностей. Родиной пионов является Китай. Эти цветы называют любимцами китайских императоров и греческих богов.


Поистине этот цветок удивителен, о его происхождении даже сложена легенда. В ней говорится, что в Древней Греции врачевал некто по имени Пион, который превзошел в своем умении к исцелению своего учителя Эскулапа, бога врачевания. За это Эскулап, мучимый завистью, решил отравить Пиона. Чтобы избежать смерти, Пион воззвал к богам с мольбой о помощи, и те, сжалившись, превратили его в прекрасный
цветок. Возможно, именно благодаря этой легенде и уклонению Пиона от мести Эскулапа, ботаники присвоили цветку название Пион уклоняющийся.



*************

 

Ей было восемнадцать весен,

Уж Сирин с прозелени сосен

Не раз налаживал свирель,

Чтобы в крещенскую метель

Или на красной ярой горке

Параше, по румяной зорьке,

Взыграть сладчайшее люблю...

Она на молодость свою

Смотрела в веницейский

складень,

При свечке, уморяся за день,

В большом хозяйстве хлопоча.

На косы в пядь, на скат

плеча

Глядело зеркало со свечкой,

А Сирин, притаясь за печкой,

Свирель настраивал сверчком,

Боясь встревожить строгий дом

И сердце девушки пригожей.

Она шептала: "Боже, Боже!

Зачем родилась я такой, -

С червонной, блёскою косой,

С глазами речки голубее?!

Уйду в леса, найду злодея,

Пускай ограбит и прибьет,

Но только душеньку спасет!..

Люблю я Федю Стратилата

В наряде, убраном богато

Топазием и бирюзой!..

Егорья с лютою змеей, -

Он к Алисафии прилежен...

Димитрий из Солуня реже

Приходит грешнице на ум,

И от его иконы шум

Я чую вещий, многокрылый...

Возьму и выйду за Вавила,

Он смолокур и древодел!.."

Тут ясный Сирин не стерпел

И на волхвующей свирели,

Как льдинка в икромет

форели,

Повыьел сладкое "люблю"...

Метель откликнулась: фи-ю!..

Параша к зеркалу все ближе,

Свеча горит и бисер нижет,

И вдруг расплакалась она -

Вавилы рыжего жена:

"Одна я - серая кукушка!..

Была б Аринушка

подружка, -

Поплакала бы с ней

вдвоем!.."

За ужином был свежий сом.

"К Аринушке поеду, тятя, -

Благославите погостить!"

"Кибитку легче на раскате, -

Дорога ноне, что финить,

В хоромах векше не

сидится!.."

Отец обычаем бранится.

 

 

Николай Клюев. "Песнь о Великой Матери"

 

Колдунья Годеруна была прекрасна.

Когда она выходила из своего лесного шалаша, смолкали затихшие птицы, и странно загорались меж ветвей звериные очи.

Годеруна была прекрасна.

Однажды ночью шла она по берегу черного озера, скликала своих лебедей и вдруг увидела сидящего под деревом юношу. Одежды его были богаты и шиты золотом, драгоценный венчик украшал его голову, но грудь юноши не подымалась дыханием. Бледно было лицо, и в глазах его, широко открытых, отражаясь, играли далекие звезды.

И полюбила Годеруна мертвого.

Опрыскала его наговорной водой, натерла заклятыми травами и три ночи читала над ним заклинания.

На четвертую ночь встал мертвый, поклонился колдунье Годеруне и сказал:

- Прости меня, прекрасная, и благодарю тебя.

И взяла его Годеруна за руку и сказала:

- Живи у меня, мертвый царевич, и будь со мной, потому что я полюбила тебя.

И пошел за ней царевич, и был всегда с нею, но не подымалась грудь его дыханием, бледно было лицо, и в глазах его, широко открытых, отражаясь, играли далекие звезды.

Никогда не смотрел он на Годеруну, а когда обращалась она к нему с ласкою, отвечал всегда только: "прости меня" и "благодарю тебя".

И говорила ему Годеруна с тоскою и мукою:

- Разве не оживила я тебя, мертвый царевич?

- Благодарю тебя, - отвечал царевич.

- Так отчего же не смотришь ты на меня?

- Прости меня, - отвечал царевич.

- Разве не прекрасна я? Когда пляшу я на лунной заре волки лесные вьются вокруг меня, приплясывая,  медведи рычат от радости, и цветы ночные раскрывают свои венчики от любви ко мне. Ты один не смотришь на меня.

И пошла Годеруна к лесной Кикиморе, рассказала ей все про мертвого царевича и про любовную печаль свою.

Подумала Кикимора и закрякала:

- Умер твой царевич оттого, что надышался у черного озера лебединой тоской. Если хочешь, чтобы он полюбил тебя, возьми золотой кувшинчик и плачь над ним три ночи. В первую ночь оплачь молодость свою, а во вторую - красоту, а в третью ночь оплачь свою жизнь; собери слезы в золотой кувшинчик и отнеси своему мертвому.

Проплакала Годеруна три ночи, собрала слезы в золотой кувшинчик и пошла к царевичу.

Сидел царевич тихо под деревом, не подымалась дыханием грудь его, бледно было лицо, и в глазах его, широко открытых, отражаясь, играли далекие звезды.

Подала ему Годеруна золотой кувшинчик.

- Вот тебе, мертвый царевич, все, что у меня есть: красота, молодость и жизнь. Возьми все, потому что я люблю тебя.

И, отдав ему кувшинчик, умерла Годеруна, но, умирая, видела, как грудь его поднялась дыханием, и вспыхнуло лицо, и сверкнули глаза не звездным огнем. И еще услышала Годеруна, как сказал он:

- Я люблю т е б я!

                                                                        * * *

На жертвенной крови вырастает любовь.

 

 

         Т э ф ф и

 

 

 

Т В О Р Е Н И Е

Женщине и мужчине снилось, что Бог видит их во сне. В том сне, который видел Бог, он пел, тряс мара
касы, окутывался клубами табачного дыма; он был счастлив, но в то же время его одолевало сомнение и
он страшился неизведанного - тайны.
Индейцы макиритаре знают, что когда Бог видит во сне еду, он наяву дает им плодородие и кормит их.
Женщине и мужчине снилось, что Богу в его сне является большое сверкающее яйцо. А внутри яйца -
они сами, они поют и танцуют, они кричат и машут руками, потому что их обуревает желание родиться.
Им снится, что во сне Бога радость пересиливает сомнение и страх тайны, и Бог создает их и говорит на
распев:
- Я разбиваю это яйцо и рождаю женщину, и рождаю мужчину. Они будут жить вместе и вместе умрут.
Они умрут и родятся вновь. Они будут рождаться, умирать и снова рождаться. И никогда не прервется
череда рождений, потому что смерти не существует.


Д Е Н Ь

Ворон, который увенчивает теперь тотем племени хайда, был внуком великого божественного вождя,
сотворившего мир.
Когда ворон стал плакать и просить луну, висевшую на бревенчатой стене дома, дед дал ему луну. Во
рон закинул ее на небо через дымовую дыру в потолке. И снова заплакал и стал требовать звезды. А ког
да ему дали звезды, он разбросал их вокруг луны.
После этого он так кричал, так хлопал крыльями и царапал пол когтями, что деду пришлось дать ему
деревянную резную шкатулку, в которой хранился дневной свет. Когда дед, божественный вождь, созда
вал мир, он решил, что его творение будет существовать в вечных потемках. Вот почему он запретил вы
носить шкатулку из дома.
Ворон играл со шкатулкой, а сам краем глаза следил за стражниками, караулившими ее.
Улучив время, когда стража отвлеклась, ворон со шкатулкой в клюве сбежал из дома. Вылетев через
дымоход, он подпалил себе крылья, с тех пор они навсегда остались черными.
Долетев до островов у побережья Канады, ворон услышал голоса людей и попросил у них поесть. Лю
ди ему отказали. Ворон пригрозил, что разобьет шкатулку.
- Если я выпущу на волю день, то небо никогда больше не потемнеет, - сказал он. - Никто не сможет
спать, невозможно будет сохранить тайну, и все узнают, кто - люди, кто - птицы, кто - лесные звери.
Но люди только смеялись. Тогда ворон разбил шкатулку, и в мире настал свет.


Ц В Е Т А

Перья птиц и шкуры зверей раньше были белыми.
Но потом все, кто искупался в озере, в которое не впадает и из которого не вытекает ни одна река, ста
ли голубыми. А те, кто окунулся в озеро крови, пролитой ребенком из племени кадьюэу, стали красными.
Кто окунулся в грязь, имеет теперь цвет земли, а в цвет пепла окрасились те, кто искал тепла у потух
ших костров. Зелеными стали те, кто терся о листья. А все остальные остались белыми.


Л Ю Б О В Ь

В амазонской сельве первая женщина и первый мужчина с любопытством разглядывали друг друга. Их
удивляло то, что они видели между ног.
- Тебе там отрезали? - спросил мужчина.
- Нет, - ответила женщина. - Всегда было так.
Он подошел ближе, чтобы получше все рассмотреть. В недоумении почесал голову. Перед ним была от
крытая рана. Наконец он сказал:
- Не ешь ни юкки, ни платанов и никаких других плодов, которые раскалываются, когда созревают. Я
тебя вылечу. Ложись в гамак и отдыхай.
Женщина повиновалась. Она послушно глотала настои из трав и позволяла натирать себя мазями. Она
еле удерживалась от смеха, когда он ей говорил:
- Ты только не беспокойся.
Игра ей нравилась, хотя она уже немного устала жить впроголодь и валяться целыми днями в гамаке.
Однажды вечером мужчина вернулся к ней бегом и, прыгая от радости, закричал:
- Я узнал! Узнал!
Он только что видел, как обезьяна-самец лечил на дереве свою подругу.
- Надо вот так, - сказал он, подходя к женщине.
Когда они разомкнули долгое объятие, воздух наполнился густым ароматом цветов и плодов. Два рас
простертых рядом тела были окутаны таким нежным испарением и таким мягким сиянием, что боги и све
тила, никогда не видевшие подобной красоты, замерли от смущения.


М У З Ы К А

Пока дух Бопэ-хоку насвистывал песенку, маис быстро рос. Был он несравненной красоты, початки на
нем были огромные с ровными - одно к одному - зернами.
Одна женщина собирала эти початки, но собирала неумело. Она грубо срывала их, роняла, ломала. По
чатки в отместку повредили ей руку. Женщина обвинила во всем Бопэ-хоку и прокляла его свист.
Тогда Бопэ-хоку сомкнул губы, и маис стал вянуть и сохнуть.
Никогда больше не раздавался тот веселый свист, который помогал маису расти, придавал ему красоту
и крепость. И индейцы бороро с тех пор с большим трудом выращивают маис и собирают скудный уро
жай.
Духи разговаривают свистом. Когда ночью зажигаются звезды, духи свистом приветствуют их. Каждая
звезда отвечает на какой-то один звук, этот звук - ее имя.


У Р У Т А У

"Я самая несчастная из дочерей", - сказала дочь вождя Ньеамбью, когда отец запретил ей любить чело
века из вражеского племени.
Сказала так и убежала.
Спустя какое-то время ее нашли в горах Игуазу. Ньеамбью смотрела на людей и не видела их, ее рот
был нем, а сердце уснуло.
Вождь приказал позвать того, кто сможет разгадать тайную болезнь дочери и вылечить ее. Посмотреть
на исцеление собралась вся деревня.
Шаман прошептал что-то над чашей с напитком йерба-матэ и вином из маниоки. Потом подошел к Нье
амбью и на ухо сказал ей неправду:
- Человек, которого ты любишь, только что умер.
От крика Ньеамбью индейцы превратились в плакучие ивы. А сама она обернулась птицей и улетела.
Жалобные стенания урутау, сотрясающие по ночам горы, слышны на расстоянии пол-лиги. Трудно уви
деть урутау, птицу-призрак. И невозможно ее поймать. Никому не удавалось это.


Эдуардо Галеано. "Первые голоса"