Только что прочла, еще под впечатлением. Невозможно настолько приблизиться к чужой жизни, чтобы расслышать и слова, и даже мысли, а потом просто отойти на безопасное расстояние, отвернуться и всё забыть.
Что такое жизнь? она "повернута к человеку своей бессмысленной, равнодушной, безнадежно пустой стороной, на которой написано ничуть не больше, чем на чистом холсте..." Так мог сказать только глубоко несчастный человек, не просто неудачник, это мизерное слово для того, кто несколько раз был разбит наголову в отчаянной схватке за право быть собой. И откуда брались силы, чтобы снова подняться?
В молодости Винсент Ван Гог бросил службу в семейном бизнесе по продаже картин, что могло бы со временем обеспечить и устойчивое положение в обществе, и свое состояние; но будущий художник хотел приносить пользу людям. Отец был сельским пастором, сам Винсент стал проповедником в шахтерском поселке. Его жителям нужны были и помощь, и утешение. Работа углекопов тяжела, заработки малы, жилища бедны, оставалось только молиться вместе с добрым молодым проповедником. Молитвы не были услышаны. Обвал на шахте, суровая зима, эпидемии. Казалось, бог наказывает злосчастный поселок или вовсе отвернулся от него. А что Винсент? Он раздал свое скромное жалование, еду, вещи, наконец снял последнюю рубаху для больного ребенка. Больше отдать было нечего, он ничем не может помочь. Сын священника теряет веру. Представляете тяжесть такого удара?
Если же оставить в стороне высокие материи и смотреть с точки зрения обывателя, судьба Ван Гога одно сплошное поражение. Он жил почти в нищете, жестоко голодая, когда заканчивались деньги, выданные отцом или братом Тео. Художник, который так и не начал зарабатывать своим мастерством. Прожив всего 47 лет, он, когда-то крепкий и сильный, лишился здоровья физического и душевного. Последние годы прошли в лечебницах для душевнобольных. Когда закончились силы и пропало желание рисовать, застрелился.
Женщины, которых Винсент любил, бежали прочь, стоило ему сказать о своей любви, а его настойчивость лишь сильнее отвращала. Возможно, причина в том, что первые возлюбленные Винсента были избалованы достатком и не хотели связывать свою жизнь с мужчиной, который не может обеспечить даже себя самого? Так или иначе, для влюбленного отказ, да такой жесткий, это сильный удар. Винсент еще попробует создать семью с совсем другой женщиной, бедной, как он сам, немолодой, некрасивой, к тому же беременной неизвестно от кого, попытается помочь, чтобы ей не нужно было выходить на панель. Однако семейное счастье продлится недолго.
Винсент узнает другое счастье - рисовать! Дать шахтерам, крестьянам, их женам и детям, деревенскому почтальону, рыбакам, и прочим, прочим вторую жизнь на бумаге. Показать мир таким, каким видит его Винсент Ван Гог. Рисовать один и тот же сюжет несколько раз, недели подряд, и добиться наконец воплощения своего замысла. Впитать в себя солнце и ветер и бросить их на холст! Вот счастье! Винсент говорил о жизни как пустом холсте, и он же продолжает: "Человек, полный веры и сил, не боится этой пустоты; он идет вперед, он действует, созидает, творит, и в конце концов полотно уже не пусто, оно расцветает всеми красками жизни."
Но... Рисунки Ван Гога называли грубыми и неверными, акварели неудачными, картины маслом слишком мрачными, а когда картины стали многоцветными, более яркими, это все равно было слишком не похоже на то, чего ждут от живописи хозяева художественных галерей и состоятельные покупатели. Винсенту несколько раз говорили, что он лишен способностей, что он зря тратит время, краски, а так же деньги своего многотерпеливого брата Тео. Художники успешные, уже получившие признание, придерживались того же мнения, или, даже признавая талант Ван Гога, не слишком стремились помочь. Новые художники, покамест не вкусившие славы, хоть и принимали голландца в свою шумную и пеструю компанию, поддержать не могли никого. Да и слишком они были разные, у каждого своя тема, своя манера, свой взгляд на мир. Поль Гоген, с которым Винсент сдружился ближе всех, говорил, что картины Ван Гога могут свести с ума, если жить с ними в одной комнате. Возможно, Гоген был не так уж далек от правды. Неудивительно, что у Ван Гога при жизни почти не было почитателей.
"Ирисы", "Подсолнухи", "Портрет доктора Гаше" были проданы за немыслимые деньги, какие и во сне не снились их творцу, но это было уже после смерти Ван Гога. Чего больше в этом ажиотаже, любви к искусству или любопытства, вызванного нелегкой жизнью художника и его более чем странным поведением - подумайте, отрезал себе ухо! А картины ведь не изменились, они те же, что и сто двадцать лет назад, когда их не хотели покупать.
Я начинала читать повесть о Ван Гоге из любопытства, потом втянулась. Узнала, как появились на свет эти странные, будоражащие картины, не могу сказать, что полюбила их, но присмотрелась внимательно, надеюсь, лучше поняла, за что огромная благодарность автору книги. Ирвинг Стоун очень внимательный биограф и очень деликатный. Не утаивая важного, он не выставляет на обозрение то, чего не должны касаться посторонние.