Не интересуюсь особо алхимией. Мне этот материал показался интересным в связи с толкованием образов.

В царских палатах Костромского Ипатьевского монастыря распологаются пять печей, сплоши покрытых изразцами. Их можно датировать  предположительно XVII веком. Несколько десятков  кессонов представляют собой  целое алхимическое повествование.

Сам кессон представляет собой поле, центром которого является двухконечная стрела, устремленная единовременно вверх и вниз. Эта фигура, возможно, отражает главное положение герметической философии, запечатленное в «изумрудной скрижали» Гермеса Трисмегиста: «то, что вверху, подобно тому, что внизу, то, что внизу, подобно тому, что наверху, дабы свершилось чудо единого».

Центральное поле внутри стрелы разделено надвое. Сверху лежащий барабан за подписью «непотребен без грому». Снизу изображена лошадь за подписью «воля со страхом». Вероятно, эти надписи обращены к начитанному наблюдателю xvii в. герметический смысл изображения таков. Барабан — Первоматерия. Гром — воля алхимика, извлекающего звук из барабана. чтобы отверзнуть Первоматерию, необходим барабанщик, ведающий ритм, ибо ритмом все было создано. однако воля барабанщика должна сопрягаться со страхом божьим, ибо алхимическое делание требует смирения. но его недостаточно. нужно «знать кобылу», то есть каббалу. иными словами, необходимо тайное знание, дабы прочесть дальнейшее.
Венец в левом верхнем углу за подписью «прелестная вещь» показывает желанный исход делания. следует помнить, что слово «прелестный» имело исключительно негативные коннотации до конца xviii в. таким образом, желающий получить корону не должен соблазняться всем тем, что она сулит.
Птица в правом нижнем символизирует неуловимость и общезримость меркурия. ведь он доступен всем, надо только уметь примечать.
Гриб в правом верхнем углу за подписью «скоро родися скоро исчез» — предупреждение труженика о сроках.
Двенадцатиконечная звезда на основе шестиконечной в левом нижнем углу за подписью «покажи нам пути своя» говорит о непредрешенности работ алхимика на его поприще. Человек мыслит одно, а Бог - другое. Христианский эзотеризм, причем не только в своей нравственной части, переплетается здесь с алхимическим.

____________________________________________________________________________________________________________________

Сюжет другого кессона еще более странный. S-образный змей, распятый на сухом древе. подпись гласит: «с тобою засыхаю». S —это serpenta, змея, или, точнее, змей. Но в то же время s — это soter, спаситель. известна традиционная гностическая концепция, именовавшая христа — змием. Напомним слова Христа: «будьте мудры аки змии и цели яко голубие» (Мф. Ю:1б). В Традиции нет однозначных символов. Любой из них имеет два противоположных значения.

В нижней части стрелы расположен привязанный к сухому древу струпный пес. проказа обозначена пятнами на его теле. сточки зрения алхимии этот символ указывает, что наш Философский Камень «лепрозен». Подпись гласит: «не прикасайся ко мне». слова, сказанные Христом (ин. 20:17) по восстанию Его Марье Магдалыне (так это имя пишется по-древнерусски). Было много попыток истолковать эти загадочные слова Христа. Все они представляются нам неудовлетворительными.

В верхней части стрелы изображена птица, сидящая на сухом камне, от которого простираются ветви с набухшими почками. Речь здесь идет о появлении меркурия как такового.

____________________________________________________________________________________________________________________

Корона возвещает: «постояно исправленно». Наш Камень нуждается в исправлении. Он темен и безвиден, его не признают в жизни за царя, как не признавали за царя Христа. Лишь немногие могут опознать его, и тогда они обретут корону с двумя перьями — двумя летучими субстанциями. Но с ними не разобраться без языка пламени, исторгаемого из короны. речь здесь, видимо, идет о тайном огне философов, благодаря которому два легких пера могут пребывать в балансе. Камень не готов, его необходимо исправить. Исправивший его, даже и не получив желанного, уже обретает корону.

____________________________________________________________________________________________________________________

Следующий кессон с малой стрелкой повествует о перипетиях навигатора, мечущегося в своей посудине между сухим древом и живым цветком.

Паруса приспущены, что дает нам некое указание на режим работы и силу огня, который не следует поднимать слишком высоко, дабы избегнуть участи Савиньена де Сирано Бержерака, чье Философское Яйцо взорвалось от перегрева. В то же время здесь представлено и знание философских весов, баланса между двумя сущностями, каковые в герметике именуются сульфур и меркурий.

Внизу стрелки изображено сердце с замочной скважиной, окрыленное двумя перьями, над которым высится, судя по картинке, неложный венец. надпись гласит: «тебе данъ ключъ». Итак, алхимику предстоит открыть сердце, также представляющее философский субъект. Следует указать, что это все те же перья с описанной прежде пернатой короны. Меркуриальное сердце летуче, но оно обладает возможностью быть открытым. Только таков путь к той короне, что высится сверху.

__________________________________________________________________________________________________________________________

В нижней части стрелки следующего кессона изображены грабли, касающиеся земли. Некто сообщает нам смысл происходящего: «собирает рассыпанное». Действительно, собирать рассыпанное – одна из функций этого чудесного садового инструмента.

Следунт заметить, что алхимики сами себя часто величали небесными земледельцами.

Библейская отсылка к Экклезиасту здесь понятна. Конечно же, время собирать камни и время разбрасывать их. Однако эзотерическое послание этого изразца в том,  что алхимику предстоит определенным образом собрать фракции вещества, более пригодного к дальнейшему Деланию с поверхности философского навоза. Сухая и зеленеющая поросли указывают на работу со все теми же  двумя веществами, которые были выделены путем разделения из одного источника.

Сверху ползет черепаха: «помалу помалу...». Так должен действовать и алхимик. работа его занудна, требует усердия, внимания, зато и награда высока.

____________________________________________________________________________________________________________________

Следующий кессон в центре своем имеет весы в руке, выдвинувшейся из облака. Надпись гласит: «милость истинну сретостя». это парафраз из книги псалмов: «милость и истина сретостеся, правда и мир облобызастася. истина от земли возсия, и правда с небесе приниче» (пс. 84:11-12). милость в данном случае соответствует небесному излиянию, представленному в виде птицы, мирно покоящейся в облаке.

Из клюва птицы нечто капает в одну из чаш весов. никакого сомнения, что перед нами так называемые весы естества, образ алхимии, будораживший в самое разное время самые разные умы — от адептов до естествоиспытателей-скептиков. Речь здесь идет о соотношении сульфура и меркурия, об их пропорции.

В верхней части стеллы представлена рука, выдвинувшаяся из облака и сжимающая некий свернутый в мешок плат. Слева от мешка -сухое дерево, справа - расцветший цветок. Божественная рука - это вмешательство естества в ход событий Великого Делания, собирания от нижнего ровно столько, сколько необходимо для его сочитания с вышним.

_______________________________________________________________________________________________________

В центре одного изразца саламандра, заглатывающая свой хвост и горящая в огне, не сгорая. надпись возвещает: «неропкая верность».

Этот традиционный сюжет всегда был призван обозначать, что конец делания совпадает с его началом по принципу подобия. существо, подобное саламандре, на самом деле жертвенный агнец. это тот самый агнец, которого авраам принес в жертву вместо исаака, когда господь испытывал его веру. с алхимической точки зрения речь идет здесь об обработке материи. «неробкая верность» — качество, необходимое алхимику, дабы не только опознать материю, но и привести ее к приготовлению надлежащим образом посредством огня, не страшась ничего.
_______________________________________________________________________________________________________________

Крайне левый верхний кессон боковой части печи в центре стрелы содержит изображение курицы, сидящей на яйцах.

Подпись не менее безапелляционна: «курица», в герметике курица — весьма непростой иероглиф, отражающий в первую очередь принцип порождения. алхимики прежних веков не раз уподобляли огонь для варки высиживанию яиц курицей. Следующий сюжет в центре стрелы кессона гласит: «егда одно умрет, тогда другое родится».

________________________________________________________________________________________________________.

 Посередине изразца — древо. Справа от него подобное же, но меньшего размера, слева — пять нераспустившихся цветов. Речь идет о том, что ради рождения одного следует умертвить другое.

Внизу кессона изображен безжалостный полет стрел, никого не щадящий на поле брани. одна из стрел пронзает сердце. Надпись гласит: «ранить». Стрелы посылает не кто иной, как сам бог любви, эрот.

В верхней же части  кессона изобрражена башня за подписью: "Свободно и безопасно". Башня представляет собой защиту от летящих стрел. Иными словами, это  твердое , сульфурное начало.

==============================================================

Скакой же целью было создано столь сложное символическое повествование? очевидно, здесь речь идет о пособии по великому деланию (алхимии), которое можно назвать и одновременно деланием духовным, есть легенда, что алхимик не только мог получать золото в неограниченном количестве, он также обладал способностью быть вечно юным. философский камень, полученный им в результате трансмутации элементов, при растворении в винном спирте давал то, что алхимики называли «питьевым золотом». слух о чудодейственном «питьевом золоте» распространялся по всей европе, доходя даже и до московии. при употреблении его вовнутрь тело алхимика постепенно начинало претерпевать изменения. Через некоторое время происходило всецелое омолаживание организма. ходили слухи, что адепт, употребляющий «питьевое золото» мог жить бесконечно долго. это своего рода аллегория вечной жизни, достигаемой в результате духовного совершенствования.

Во времена Средневековья не только на Западе, но и на Руси центрами знания являлись монастыри. Одним из таких монастырей был и ипатьевский монастырь. мы можем предположить, что внутри него находилась некая особая духовная территория, сродни папской области в италии. За одним исключением. На момент XVII в. власть Римской Церкви не была столь тонко могучей, как в далекой Костроме, поставлявшей на царство нового государя. Как мы полагаем, мистическая традиция передавалась внутри самого монашества. вся иероглифика монастыря ни в одном из своих артефактов не противоречит священному Писанию. Наверняка здесь присутствовали и привнесенные из Византии религиозные тенденции.
 

По материалам статьи О. Фомина "Кострома или кровь пеликана" ("Империя духа" № 4, 2009)