Советский резидент в Тегеране Иван Агаянц обеспечивал безопасность
лидеров "Большой тройки"

Август 1941 года. В ту пору в Иране сложилась крайне сложная внутриполитическая обстановка. Иранский монарх Реза-шах Пехлеви был за всестороннее сближение с нацистской Германией, особенно в военной сфере. К началу Второй мировой войны в Иране находилось около 20 тыс. немецких граждан: военные инструкторы, офицеры-разведчики и агенты спецслужб Третьего рейха под видом торговцев, бизнесменов, инженеров. Через свои резидентуры, шпионскую сеть, многочисленных местных сторонников германское руководство воздействовало на политические круги Ирана, на командование вооруженных сил, жандармерию и полицию.

Именно тогда в Тегеран был направлен новый резидент советской внешней разведки Иван Агаянц.

УСПЕШНЫЙ ДЕБЮТ В ПАРИЖЕ

Иван Иванович Агаянц родился 28 августа 1911 года в городе Гянджа (в 1935–1989 годах – Кировабад) в семье счетовода. Его отец был сельским учителем и священником (в 1924 году он отрекся от духовного сана).

Детские и школьные годы Ивана неотделимы от бурных событий, которые происходили в тот период и в России, и в Закавказье. Воспитанием мальчика занималась сестра – врач по профессии. В ее доме он набирался знаний в самых различных областях, приобщился к изучению иностранных языков. Ему импонировали взгляды и убеждения двух старших братьев, которые, безоговорочно и с энтузиазмом приняв советскую власть, в дальнейшем стали чекистами. Это впоследствии определило выбор и самого Ивана.


После окончания экономического техникума он сменил ряд профессий на производстве, находился на комсомольской и партийной работе. В 1930 году Иван Агаянц вслед за старшими братьями переезжает из Гянджи в Москву и становится сотрудником Экономического управления ОГПУ. Напряженные будни на Лубянке не помешали ему выкраивать часы для занятий историей и юриспруденцией, литературой и искусством. Благодаря исключительным способностям он в совершенстве овладел французским, персидским, турецким и испанским языками, достаточно хорошо знал английский и итальянский.

В 1936 году Ивана Агаянца переводят в аппарат внешней разведки, а уже в 1937-м командируют во Францию, в парижскую резидентуру. Сначала он находился в штате советского торгпредства, а затем возглавил консульский отдел посольства СССР. После падения республиканского режима в Испании принимал участие в операции по выводу в Советский Союз лидеров испанских коммунистов Хосе Диаса и Долорес Ибаррури. (Следует отметить, что один из старших братьев Ивана Агаянца – Владимир – в 1934–1937 годах довольно успешно трудился в парижской резидентуре. С мая 1937 года руководил берлинской легальной резидентурой. Лично восстановил связь с ценными источниками советской разведки: сотрудником гестапо «Брайтенбахом» и чиновником МИД Германии «Винтерфельдом». К сожалению, в декабре 1938 года он скончался в Берлине во время хирургической операции.)

Когда в 1940 году командировка подошла к концу, Иван Агаянц вернулся в Москву. Здесь он получает должность начальника отделения, а затем – заместителя начальника одного из отделов 1-го Управления НКГБ СССР (внешняя разведка).

ПРОТИВ ВРАГОВ И... СОЮЗНИКОВ

В июне 1941 года Берлин потребовал от иранского правительства вступления в войну на стороне Германии. Несмотря на сочувствие Реза-шаха Пехлеви гитлеровцам, созданный им Высший военный совет отверг это требование. Тогда немецкие спецслужбы начали подготовку государственного переворота. Для этого в Тегеран в начале августа 1941 года тайно приезжал шеф германской военной разведки (абвера) адмирал Канарис. На иранской территории резко активизировалась разведывательно-диверсионная деятельность фашистской агентуры.

Разумеется, Москва не могла оставаться безучастной к развитию событий в Иране. Она трижды предупреждала правительство соседней страны о создавшейся угрозе вовлечения ее в войну на стороне противников СССР. Поскольку эти заявления игнорировались, а обстановка продолжала ухудшаться, на основании 6-й статьи советско-иранского Договора от 26 февраля 1921 года и по согласованию с Лондоном и Вашингтоном Кремль принял решение о вводе частей Красной армии в северные провинции Ирана. Одновременно в его юго-западные провинции вошли войска Великобритании. Советские и английские подразделения соединились в районе Казвина, южнее Тегерана, а 17 сентября вступили в иранскую столицу.

Однако жесткое противоборство спецслужб союзников с абвером и политической разведкой (СД) нацистской Германии в Иране продолжалось до конца войны. Более того, Иран использовался гитлеровскими «рыцарями плаща и кинжала» и для ведения разведывательно-подрывной работы на советской территории. Тегеранская резидентура, которую возглавлял Иван Агаянц, сообщала в Центр в конце 1941 года: «Немцы из Ирана руководят разведкой, работающей в СССР, немцы «перелетают» из Ирана в СССР и обратно, как саранча».

Отметим, что в Тегеране действовала главная резидентура советской внешней разведки. Ей были подчинены периферийные резидентуры и разведпункты в различных иранских городах.

Перед тегеранской резидентурой руководством Лубянки была поставлена приоритетная задача по «созданию агентурной сети в целях выявления сотрудников и агентов иностранных разведок, враждебных СССР организаций, предотвращения возможных диверсий и иной подрывной работы, направленной на срыв военно-хозяйственных мероприятий, проводимых СССР в Иране».

Со всем этим Ивану Агаянцу и его подчиненным удалось справиться благодаря умелому осуществлению всесторонне продуманного комплекса разведывательных мероприятий. Агаянц лично участвовал в проведении наиболее важных операций, связанных порой с риском для жизни, проявил незаурядные способности в вербовочной работе. В документах Лубянки отмечалось: «Важная оперативная разведывательная информация, получаемая советскими разведчиками в Иране, сыграла существенную роль при принятии военным командованием и руководством страны тех или иных политических и военно-стратегических решений».

Тегеранской резидентуре довелось реализовывать и ряд острых оперативных мероприятий против британских коллег.

Так, Агаянцу стало известно, что англичане создали в Тегеране разведывательную школу, в которой обучают специалистов для подрывной работы в Советском Союзе. И это несмотря на то, что Москва и Лондон являлись союзниками по антигитлеровской коалиции, а их резидентуры в Иране даже сотрудничали по некоторым оперативным вопросам. В школу набирали молодых людей со знанием русского языка. В основном это были выходцы из СССР, которых готовили для заброски с разведывательными заданиями в советские республики Средней Азии и Закавказья. Срок обучения – шесть месяцев. Конспирация – строжайшая.

По заданию Агаянца один из его источников «Амир» (сын нелегального советского разведчика в Иране, в будущем – сам выдающийся советский разведчик, Герой Советского Союза Геворк Вартанян) внедрился в разведшколу. Через некоторое время у резидентуры была подробная информация об этом «учебном заведении» и занимающихся в нем курсантах. Переправленные на территорию СССР выпускники школы обезвреживались или перевербовывались и работали «под колпаком» советской контрразведки. В конце концов англичане заподозрили неладное. И тогда на одной из встреч с официальным представителем британской разведки в Иране советский представитель указал ему на «несоюзническое поведение». Англичанин все отрицал. Однако в скором времени школа перестала существовать.

СВЕРХОТВЕТСТВЕННЫЕ ЗАДАНИЯ

Но все же главный успех заключался в ином. Активность советской разведки в Иране по существу парализовала деятельность подпольных профашистских организаций в стране, способствовала нанесению сокрушительного удара по немецким спецслужбам: они не смогли в полной мере использовать свой потенциал и решить многие из поставленных перед ними задач, в том числе и по подготовке покушения на руководителей трех союзнических государств в ходе работы Тегеранской конференции, которая проходила с 28 ноября по 1 декабря 1943 года.

Из истории хорошо известно, что в 1943 году, в период работы Тегеранской конференции, гитлеровские спецслужбы планировали уничтожить лидеров «Большой тройки». Проведение операции по физическому устранению глав трех государств, названной «Длинный прыжок», Гитлер поручил опытнейшему парашютисту-диверсанту Отто Скорцени.

Передовая группа подразделения Скорцени, состоявшая из шести человек, включая двух радистов, была сброшена на парашютах с большим количеством оружия и снаряжения в районе города Кум, что в 70 км от иранской столицы. Отсюда им надлежало пробраться в Тегеран, наладить радиосвязь с Берлином и подготовить условия для высадки основного десанта и самого Скорцени. Теракт планировалось осуществить 30 ноября – в день рождения Черчилля. Более двух недель передовая группа добиралась до Тегерана и разместились на конспиративной вилле, подготовленной для них немецкой агентурой.

Резидентуре Агаянца удалось первой получить информацию о десанте и обнаружить местонахождение немецких «коммандос». Они были арестованы. Когда в Берлине стало известно о провале передовой группы, там решили отказаться от направления в Тегеран главных исполнителей операции «Длинный прыжок».

В период работы в Тегеране Ивану Агаянцу пришлось выполнять и другие важные оперативные мероприятия. Так по заданию Центра он выезжал в Алжир для проведения неофициальных встреч с Шарлем Де Голлем. Разведчику нужно было выяснить, какие силы стояли за генералом и каковы его шансы стать национальным лидером французов. Особый интерес для Москвы представляли взгляды Де Голля на послевоенное устройство Европы. Агаянц успешно справился с возложенной на него миссией.

После Ирана Иван Иванович находился в качестве резидента в Париже. Однако по состоянию здоровья командировка не была продолжительной (дал себя знать хронический туберкулез, которым этот энергичный и жизнестойкий человек страдал с середины 1930-х годов). С 1948 года он работал на руководящих должностях в центральном аппарате внешней разведки. В 1959 году возглавил Службу активных мероприятий. А несколько лет спустя газета «Нью-Йорк геральд трибьюн» сообщила, что в Конгресс США поступил доклад ЦРУ, в котором указывалось, что осуществлению многих операций американских спецслужб активно мешает деятельность структуры Лубянки, которой руководит генерал-майор Агаянц.

В 1967 году Иван Иванович был назначен заместителем начальника внешней разведки. Но 12 мая 1968 года его не стало.
Владимир Сергеевич Антонов - ведущий эксперт Кабинета истории внешней разведки. nvo.ng.ru.


tatasoz-