Эта история началась давным-давно, в 1893 году! На пароходе, совершавшем рейс по маршруту Санкт-Петербург - Нью-Йорк, сапожник Марк Гершович познакомился с дочерью скорняка Розой Брускиной. Они уезжали из России, спасаясь от погромов, постоянных унижений, бедности и надеясь на лучшую жизнь.

Молодые люди поженились два года спустя и обосновались в деревянном доме на Снедикер-авеню в Нью-Йорке. Там появился на свет их первенец Изя, которого родители на американский манер называли Айрой. Ну а 26 сентября 1898 года Роза родила еще одного мальчика Яшу. Весь мир знает его как Джорджа Гершвина - классика музыки 20 века и короля бродвейских и голливудских мюзиклов.

Он рос уличным сорванцом, если не сказать, хулиганом, к тому же и учился очень плохо! «Господи, что получится из этого мальчика!» - патетически восклицал папа Гершович. Все неожиданно изменилось, когда на концерте в школе Яша впервые услышал известного скрипача Макса Розенцвейга. Полтора часа после концерта ждал Джордж солиста, не обращая внимания на проливной дождь, а, обнаружив, что тот ушел другим ходом, помчался к нему домой.

Они подружились. «Макс открыл для меня мир музыки», - вспоминал композитор. В доме у Розенцвейга Джордж сам научился играть на фортепиано, подбирая по слуху популярные мелодии. Родители несколько раз пытались нанимать ему учителей, однако с ними отношения у Джорджа не складывались. Он так и остался самоучкой.

В 15 лет он нашел работу пианиста-аккомпаниатора в издательстве «Ремик и К». Вскоре появились знакомства в театральных кругах, и в 1918 Джордж Гершвин представил на Бродвее свой первый мюзикл. Закончилось все провалом, впрочем, молодой человек не унывал. Он буквально заваливал бродвейских продюсеров своими произведениями.

Наконец, в 1924году, ему улыбнулась удача. Мюзикл на его музыку «Детка, будь умницей» («Lady, Be Good») стал настоящим бродвейским хитом. Для этого шоу Гершвин написал композицию, которую многие считают одной из лучших любовных баллад 20 века, - «Любимый мой» («The Man I love»).

Кстати, эта композиция, как и практически все песни и мюзиклы Джорджа Гершвина, написана на стихи его старшего брата Айры - профессионального поэта и литератора. «Рапсодия в стиле блюз» и мюзикл «Lady, Be Good» принесли хорошие деньги. Это позволило семье Гершвиных переехать из захолустного района в собственный пятиэтажный дом на 103 улице, а Джорджу - отправится в путешествие по Европе.

В Париже он познакомился с прославленным французским композитором Морисом Равелем и даже пытался уговорить мэтра дать ему несколько уроков композиции:

- Но зачем вам учиться? - спросил Равель. - Вы и так знамениты. Сколько вы зарабатываете?
- Сто тысяч долларов в год, - смущенно ответил Джордж Гершвин.
- Потрясающе! - воскликнул Равель, - тогда я хотел бы сам брать у вас уроки!

Из поездки по Европе Гершвин вернулся с наброском симфонической поэмы «Американец в Париже». Ее исполнили в филармоническом обществе Нью-Йорка и благополучно забыли. Многие мелодии братья Гершвины впоследствии использовали для написания песен. Ну а в 1951 году, когда Джорджа уже не было на свете, режиссер Винсент Минелли снял чудесный мюзикл «Американец в Париже» на песни братьев Гершвинов: о любви художника Джери Маллинага и прелестной француженки Лиз. Главную роль сыграл Джин Келли.

«Американец в Париже» до сих пор неизменно входит в пятерку лучших фильмов-мюзиклов всех времен и народов. Кстати, в нем звучит еще один вечно зеленый шлягер Гершвина «The Foggy Day»

Говорят, что время расставляет все по своим местам! Нынче Джордж Гершвин признан гением 20 века. Однако славословия и серьезные музыковедческие статьи и книги заслоняют образ настоящего Гершвина - веселого, влюбчивого, легкомысленного человека, к тому же блистательного рассказчика и записного остроумца. Как-то один его приятель-пианист, отправившись в гастрольную поездку на Ближний Восток, внезапно вернулся на родину. При встрече с Джорджем Гершвином он объяснил, что вынужден был прервать гастроли и уехать, потому что его дважды обстреляли арабы:

- Да что ты говоришь! - удивился Гершвин. - Вот уж никогда не предполагал, что арабы так хорошо разбираются в музыке!

Ну и, конечно же, нельзя не сказать о Джордже Гершвине - Дон Жуане. Его романы с актрисой Полет Годар (которую он умолял бросить своего мужа Чарли Чаплина), французской кинозвездой Симон, красавицей танцовщицей Маргарет Монс - были главными темами светской хроники того времени.

Однако Гершвин не любил ни одну женщину до такой степени, чтобы на ней жениться. Его старый друг Оскар Левант как-то сказал: «Послушай, Джордж, если бы тебе пришлось начать жизнь с самого начала, ты что, опять влюбился бы только в себя?»

Тем не менее, многочисленные романы были, по признанию Гершвина, главным источником его вдохновения. В конец 20 века он написал мюзикл «Забавная мордашка» («Funny Face»): о фотографе Дике, который знакомится с продавщицей книг Джо и превращает ее, как сейчас принято выражаться, в супермодель. Главные роли на Бродвее сыграли Фред и Адель Астер. Кстати, через много лет в 1957 режиссер Стэнли Донен снял фильм «Забавная мордашка» все с тем же Фредом Астером. А его партнершей на сей раз стала Одри Хепберн!

Вообще в двадцатых-тридцатых годах Джордж Гершвин выдавал один мюзикл за другим, при этом не гнушаясь использовать одни и те же песни. Таковы были требования продюсеров, да и на жизнь нужно было зарабатывать! «О тебе пою», «Пусть гремит оркестр», «Прости мой английский» и, конечно же, «Безумная» («Girl Crazy»). Для этого мюзикла Гершвин сочинил одну из своих самых знаменитых мелодий «Fascinating Rhythm»

Многие до сих пор спорят о жанре этого произведения. Что это, опера или мюзикл? А может быть нечто другое? Речь идет, конечно же, о «Порги и Бэсс» - главном шедевре Джорджа Гершвина. Впрочем, сам композитор говорил: «Главное, чтобы публике нравилось, а жанр… жанр не важен».

Ну, а началось все с того, что как-то ночью композитора мучила бессонница, и он решил немного почитать. Тогда на глаза ему и попалась история о негритянских Ромео и Джульетте (пьеса Дю Боса Хейворда «Порги и Бэсс»).

Уже позже, после бродвейсокой премьеры 10 октября 1935 года в «Алвин-театре», критики назвали новое произведение Гершвина адской смесью из блюзов, духовных гимнов, джаза, европейской классической музыки и уличных напевов разносчиков. Еще одним упреком стало сочувственное и уважительное отношение к черным героям оперы. Тогда Америка не была столь политкорректной, как сейчас.

Кстати, будущий шедевр принес будущему классику довольно серьезный убыток в 10 000 долларов. «Ничего страшного, - сказал с улыбкой Джордж Гершвин своему расстроенному продюсеру. - Я думаю, что лет через пятьдесят Порги и Бэсс обязательно принесут доход». Собственно, так и оно и случилось.

Колоссальное нервное напряжение во время работы над «Порги и Бэсс» истощило силы Джорджа, он не мог ни есть, ни спать. Внешне он почти не изменился, но стал очень раздражителен и по временам выглядел усталым. Он стал забывать ноты и даже не мог вспомнить только что написанные фрагменты. 9 июля 1937 года врачи обнаружили у него симптомы опухоли головного мозга.

Жизнь Джорджа Гершвина оборвалась внезапно и трагически. То, что началось с простой головной боли, внезапно переросло в хроническую и серьезную болезнь. Когда Гершвин начал забывать целые части своих произведений, его друзья и родные посоветовали обратиться к врачу, который поставил диагноз "опухоль мозга" и посоветовал операцию. Хирург, специализировавшийся на операциях такого рода, уже был на пути в Калифорнию, чтобы спасти жизнь своего прославленного пациента, однако он опоздал - 11 июля 1937 года Джордж Гершвин скончался.

Наследие Гершвина никогда не теряло своей актуальности: только за последние пять лет вышло два упакованных "звездной мощью" (Стинг, Питер Гэбриэл, Шинейд О"Коннор, Шер и мн. др.) диска современных интерпретаций его песен ("Glory Of Gershwin" и "Red, Hot + Rhapsody").

Его музыка все звучит и звучит в бродвейских шоу, голливудских фильмах. Кстати, в 1945 году появилась первая кинолента о самом Джордже Гершвине  - «Рапсодия в стиле блюз», и, естественно, это был мюзикл. Его песни по-прежнему большие хиты. Все звезды музыки считают для себя честью записать любой из них. Как, например, Род Стюарт, включивший в свой альбом «Great American Song Book» композицию «Embraceable You» из мюзикла «Американец в Париже».