Красная армия и англо-американские войска воевали против одного врага – германского вермахта, но нередко это были разные войны. Освобождение Красной армией польского города Познани и бомбардировки англо-американской авиацией немецкого города Дрездена - события, имевшие место 70 лет назад, в феврале 1945 года, и отстоящие друг от друга по времени всего на неделю, - дают об этом отчётливое представление. 

В ходе Висло-Одерской операции в январе 1945 г. войска 1-го Белорусского фронта под командованием Маршала Советского Союза Г.К. Жукова получили возможность стремительным ударом выйти на реку Одер и захватить плацдармы на его западном берегу в интересах последующей операции по взятию Берлина. Правда, для этого потребовалось оставить в своем тылу блокированные, но не уничтоженные группировки немцев в районе Шнайдемюля и Познани. С Познанью, учитывая, что основные силы фронта ушли на запад, пришлось повозиться. 

«Познань, – вспоминал командующий 8-й гвардейской армией будущий Маршал Советского Союза В.И. Чуйков, на которого было возложено общее руководство боевыми действиями по уничтожению окруженного противника, – в военной науке считалась классической крепостью, сооружавшейся по той же схеме, по которой сооружались крепости знаменитым фортификатором Вобаном. Форты в центре, в главном узле обороны Цитадель. И форты, и Цитадель – сооружения целиком подземные, в которых мог разместиться очень большой гарнизон… Город и крепостные сооружения насыщены мощными огневыми средствами…»

Все полевые сооружения связывались общей системой огня с фортами крепости, расположенными вокруг города. Каждый форт, представлявший собой подземное сооружение, которое почти не выступало над уровнем местности, был окружен рвом шириной 10 метров и глубиной до 3 метров, с кирпичными стенами, в которых были бойницы для фронтального и флангового обстрела. Самый большой из познанских фортов Цитадель – пятиугольник неправильной формы – имел стены и перекрытия толщиной 1,8–2 метра. По периметру Цитадель была обнесена рвом и земляным валом. Гарнизон города вместе с батальонами фольксштурма насчитывал до 60 тысяч человек. 

Общая атака началась утром 26 января. Главный удар советские войска наносили с юга. Удар оказался для противника неожиданным, поэтому удалось захватить два южных форта на западном берегу Варты, что, в свою очередь, дало возможность ввести войска с танками в кольцо фортов и атаковать противника с внутренней стороны его фортов. Атака с севера частями особого успеха не имела, а с запада советские войска атак не вели. «Мы сознательно оставили здесь выход, надеясь, что противник воспользуется им и двинется из крепости, – вспоминал В.И. Чуйков. – Но наши расчеты не оправдались: враг не собирался покидать город. Мы поняли, что за Познань придется долго драться». 

28 января штурм был повторен. Чтобы избежать лишних потерь, гитлеровцам был предъявлен ультиматум следующего содержания: «К офицерам и солдатам окруженного гарнизона города Познань. Город Познань окружен, и для вас нет выхода из него. Я, генерал Чуйков, предлагаю вам немедленно сложить оружие и сдаться в плен. Я гарантирую вам жизнь и возвращение на родину после войны. В противном случае вы будете уничтожены, и по вашей вине вместе с вами погибнут многие жители города Познань. Поднимите белые флаги и смело идите в направлении наших войск. Генерал Чуйков».

Однако гитлеровцы сдаваться не собирались. Советская артиллерия и авиация наносили удары по крепостным сооружениям. Городские строения, подчеркивает В.И. Чуйков, не трогали, щадя мирное население. Все наземные сооружения форта Цитадель были сметены с лица земли. Гарнизоны фортов забились в подземные казематы. 

К 5 февраля штурмовые группы полностью очистили от противника жилые районы города. После 12 февраля главное внимание было приковано к Цитадели – центру обороны познанского гарнизона. По мере приближения советских войск к этому центру упорство сопротивления противника возрастало. Стены рва высотой 5–8 метров были выложены кирпичом. Танки не могли преодолеть это препятствие. На помощь им подтянули тяжелые орудия. С дистанции 300 метров они били по Цитадели. Но даже 203-миллиметровые снаряды, ударяясь в стены, особого разрушения не производили. 

А войска 1-го Белорусского фронта, продвигавшиеся на запад, в это время уже вели бои на Одере. 

Общий штурм, начавшийся 18 февраля, длился четверо суток безостановочно, днем и ночью. Только в 3 часа ночи 22 февраля танки и самоходная артиллерия 259-го танкового и 34-го тяжелого танкового полков вошли в Цитадель. И только тогда гитлеровцы группами от 20 до 200 человек стали сдаваться в плен. Из 60 тысяч немецких солдат и офицеров, находившихся в Познани, осталось боеспособных около 12 тысяч. 

30-дневные кровопролитные бои завершились в день 27-летия Красной армии – 23 февраля 1945 года. В честь этой победы в Москве был произведен артиллерийский салют 20 залпами из 224 орудий. 

И тут же образ другой войны, которую предпочитали вести англо-американские союзники. 13-15 февраля 1945 года они обрушили на Дрезден удар, соизмеримый с атомной бомбардировкой Хиросимы и Нагасаки. 

Налётам на Дрезден американцы дали громкое кодовое название - «Удар грома». На кого же должен был обрушиться этот удар? 

В городе фактически не было крупных оборонных предприятий, зато он был переполнен беженцами. Из меморандума Бомбардировочного командования, с которым в ночь перед первой атакой 13 февраля ознакомили английских пилотов, следует, что «Дрезден, седьмой по размеру город Германии… на настоящий момент крупнейший район противника всё ещё не подвергавшийся бомбёжкам. В середине зимы, с потоками беженцев, направляющимися на запад, и войсками, которые где-то должны быть расквартированы, жилые помещения в дефиците, поскольку требуется не только разместить рабочих, беженцев и войска, но и правительственные учреждения, эвакуированные из других районов…» 

Зачем же требовалось стирать с лица земли город, не имевший сколько-нибудь серьезного военного значения? В том же меморандуме Бомбардировочного командования об этом говорилось предельно ясно и цинично: «Целью атаки является нанести удар противнику там, где он почувствует его больнее всего, позади частично рухнувшего фронта… и заодно показать русским, когда они прибудут в город, на что способны Королевские ВВС». И королевские ВВС действительно показали, на что они способны, швыряя бомбы с безопасной высоты на забитый деморализованным населением город…

По мере приближения конца войны англо-американская авиация все чаще осуществляла налеты с явно выраженным политическим подтекстом, разрушая и уничтожая города, где не было военных объектов, но куда готовилась вступить Красная армия. К подобным налетам можно отнести бомбардировки Праги, Софии и других городов. А самый яркий пример этой зловещей тактики – бомбардировка Дрездена. 

Площадь зоны полных разрушений в Дрездене в 4 раза превышала площадь аналогичной зоны в Нагасаки. Температура в огненном смерче, охватившем большую часть города, достигала 1500° C. На улицах плавился асфальт, люди, пытавшиеся скрыться на окраинах, падали в него, сливаясь с дорожным покрытием. Дым поднимался на высоту до 4500 метров. По самым скромным подсчетам, погибло около 25 тыс. человек, хотя ряд авторов называют куда большие цифры – до 135 тыс. человек. 

Выдающийся немецкий писатель Гюнтер Грасс, лауреат Нобелевской премии по литературе, назвал бомбардировку Дрездена военным преступлением. С ним согласны многие. Президент правозащитной организации Genocide Watch Грегори Стэнтон, президент Международной ассоциации учёных по исследованию геноцида, высказывается на этот счёт еще более резко: холокост, бомбардировки Дрездена и ядерные удары по Хиросиме и Нагасаки – это не только военные преступления, но и акты геноцида.

http://www.fondsk.ru/news/2015/02/26/drezden-i-poz...da-dva-obraza-vojny-31937.html