Эрте был современником мирискусников, кубистов и футуристов, послевоенного абстракционизма и поп-арта. Он был знаком с Сергеем Дягилевым, Жоржем Баланчиным, Энди Уорхолом и Барбарой Стрейзанд, есть фотография, где Эрте стоит рядом с Глорией Вандербилд (с той самой, с которой соперничала Эллочка Людоедка из «Двенадцати стульев»). Эрте был мастером ар-деко — он был им в 1910-х, 1930-х, 1960-х и 1980-х годах. Несмотря на то что расцветом ар-деко специалисты признают лишь краткий период между 1912 и 1925 годами, а в остальном этот «стиль отеля „Ритц"» по сути довольно однообразный, претенциозный и эклектичный, но художник ухитрялся работать в нем так, что получал за свои произведения ежегодно по $100 млн. Американская компания Chalk & Vermilion, имеющая эксклюзивные права на его наследие, за последние 10 лет заработала $350 млн, а знаменитая круизная компания Royal Caribbean каждый сезон на своих судах продает его работы на сумму $1,70 млн. Конечно, можно предположить, что все эти денежки выложили люди, у которых туго с художественным вкусом. Но в 1967 году с выставки Эрте в одной из нью-йоркских галерей все 170 работ купил музей Метрополитен, а год спустя устроил выставку. Так как в то время в музее существовал запрет на проведение персональных выставок здравствующих художников, экспозицию скромно назвали «Эрте и современники», разбавив произведениями Льва Бакста, Натальи Гончаровой, Рауля Дюфи.

 

 

 

 

 

Интересно то, что Эрте-художник впитал абсолютно все традиции раннего и позднего искусства - от эстетствующего русского декаданса до восточной миниатюры и строгой античности. Большое влияние на него оказали художники из «Мира искусства». Но, где у русских декадентов ощущалось упадническое настроение и даже трагизм, хоть и в лирическом контексте (взять того же Велимира Хлебникова в поэзии: «Облакини плыли и рыдали... над высокими далями далей» или бледных коломбин художника Константина Сомова, ностальги-рующего по прошлому), там Эрте становится сторонним наблюдателем, умиляющимся при взгляде на продукт своей эпохи. Он обожает ощущение праздника, стройные дамские силуэты, сплетения жемчужных нитей, запрокинутые руки и тонкие обрисы чаровниц, но его образы несут жизнеутверждающее настроение. Известно, что «Русские сезоны» Сергея Дягилева потрясали Париж именно обилием бархата и жемчугов, обнаженными плечами в костюмах, созданных Львом Бакстом и Александром Бенуа. Но однажды Эрте, получивший персональное предложение поставить «Спящую красавицу» от самого Дягилева, отказался, предпочтя более выгодный американский проект. Он был современником самых разноречивых течений в искусстве и литературе - символизма, акмеизма, футуризма, кубизма, сюрреализма и поп-арта, но во все времена оставался приверженцем одного только стиля - ар деко. Даже после Второй мировой, во времена расцвета абстракционизма, его творчество было еще слишком популярным для того, чтобы он думал изменить своему стилю. В 1960-е гг. художник обратился к новому для себя виду искусства - скульптуре. Персонажи его ранних рисунков 1920-30-х гг. как будто ожили и застыли в движении танца, переместившись в трехмерное пространство. Обольстительные силуэты амазонок, одалисок, изящные нимфы и курильщицы опия из серии «Изобразительные формы» сохранили свои оригинальные размеры и пропорции. Но скульптура как жанр существует по другим законам. Каждая работа, по мнению Эрте, нуждалась в дополнительном фоне, превращаясь в самостоятельную выразительную композицию. Он лично доводил образ до совершенства, добавляя или отнимая детали, вносил пикантные штрихи в костюмы персонажей и создавал для фигурок изысканные постаменты. Бронза подвергалась тщательной обработке, покрывалась цветной патиной, золотом и серебром. Здесь требовалась даже другая цветовая палитра, гораздо более яркая и насыщенная, чем в графике.В 1960-е гг. художник обратился к новому для себя виду искусства - скульптуре. Персонажи его ранних рисунков 1920-30-х гг. как будто ожили и застыли в движении танца, переместившись в трехмерное пространство. Обольстительные силуэты амазонок, одалисок, изящные нимфы и курильщицы опия из серии «Изобразительные формы» сохранили свои оригинальные размеры и пропорции. Но скульптура как жанр существует по другим законам. Каждая работа, по мнению Эрте, нуждалась в дополнительном фоне, превращаясь в самостоятельную выразительную композицию. Он лично доводил образ до совершенства, добавляя или отнимая детали, вносил пикантные штрихи в костюмы персонажей и создавал для фигурок изысканные постаменты. Бронза подвергалась тщательной обработке, покрывалась цветной патиной, золотом и серебром. Здесь требовалась даже другая цветовая палитра, гораздо более
яркая и насыщенная, чем в графике.

оф.сайт