Вот что там по воспоминаниям очевидцев происходило. Это юнкерский мятеж во Владимирском пехотном училище 29 окт. 1917.

«Выломав вход, красногвардейцы ворвались и начали расправу… Груды кирпичей были перемешаны с трупами юнкеров… Лужи крови, оторванные части тел валялись среди опрокинутой мебели, винтовок, матрасов, одежды… с момента сдачи толпа вооруженных зверей с диким ревом ворвалась в училище и учинила кровавое побоище. Многие были заколоты штыками — заколоты безоружные. Мертвые подвергались издевательствам: у них отрубали головы, руки, ноги». 71 убит, 130 ранены — мальчишки, вчерашние гимназисты… Нескольких Владимир Тацки, после рукопашного боя, сумел увести по крышам. За ним самим придут очень скоро. А через пару дней его жене какой-то мальчишка передаст завернутые в бумажку два кусочка сахара, с запиской: «Я в Дерябинских казармах. Сахар — Ирочке. Прощай. Володя». Во дворе находившихся в Гавани казарм, куда она бросилась со всех ног, ее остановит солдат:
— Куда?
— Там муж мой!
— Нету никого. Вся контра пошла рыб кормить…
Потом станет известно — арестованных связали между собой, погрузили на баржи и вывезли в залив, куда и сбросили, привязав к ногам колосники.
«А уже в 90-е годы я услышал в питерском обществе «Мемориал» о том, что в архивах Областного комитета КПСС было найдено письмо старушки, члена ВКП(б) с 1918 года Она просила о назначении ей персональной пенсии, поскольку является вдовой того самого матроса, который и придумал, как уничтожать врагов революции, не тратя на них патроны…»