Политическая организация бедуинов весьма интересна, так как она представляет собой пример самой чистой в мире демократии, может быть даже единственной, в которой громкие выражения - свобода, равенство и братство - более чем слова. Свобода действительно базис всей системы, и не национальная только свобода, но и личная, не связанная никакими сетснениями подданства ни королю, ни государству.
Бедуин, как личность, не имеет никаких обязанностей, даже по отношению к своему племени, с которымон между тем связан неразрывными свяызями. Он точно так же не подчиняется, относительно своей личности, никаким ограничениям от какой либо высшей власти. Если он недоволен тем или другим действием общества, которому он принадлежит, он может во всякое времяотделиться от него без объяснения причин и без опасения наказаний. По своему положению он больше похож на члена политического клуба, чем на подданного или гражданина.
Пока он со своим племенем, он обязан подчиняться известным правилам и принимает участие во всех его совещаниях, но он может во всякое время удалиться от его авторитета, если он находит, что его мнение в меньшинстве или что его независимость стеснена. Поэтому в пустыне никто не имеет ни малейших причин жаловаться на притеснение, так как средство освободиться от него всегда под рукой. Так, например, весьма часто бывает, что, когда враждебность различных партий в племени очень разгорается по какому-либо вопросу, меньшинство, вместо того чтобы подчиниться мнению большинства, отделяется от главного племени и живёт врозь, причём это отделение не считается враждебным действием или изменой общему делу. Даже одно лицо может удалиться без спроса и разбить свою палатку где ему угодно; в мирное время редко, чтобы более 50-100 семейств жили вместе в ежедневных сношениях. Даже во время войны члены племени держатся вместе скорее из боязни подвергнуться поодиночке нападению, чем по чувству долга к своему племени.
Таким образом, исходный пункт обзора политической системы пустыни есть личность. Подобно тому как англичане хвастаются, что дом каждого из них его крепость, так и палатка каждого бедуина своего рода царство, где он свободен действовать как ему вздумается, без возражений или препятствий со стороны его соседей. В ней он свободен от всякого надзора, как сборщиков податей, так и полиции. Он ничего не обязан давать своим соседям, даже своих услуг во время войны. Но для него весьма выгодно отступаться несколько, ради защиты, от совершенной незавиимости, так как он не может жить один из опасения быть ограбленным членами других племён, имеющих естественное право его грабить.
Он живёт, таким образом, с редкими исключениями, со своим племенем и, когда нужно, способствует своей пикой к общей защите. Он участвует таже со своими товарищами в набегах и войнах, которых он не мог бы вести один, и подчиняется общим законам и правилам, необходимым для всякого общества. Между тем и несмотря на то, что бедуины вообще бедны, у них не может быть чувства подчинённости законам, установленным другими, в чуждых каждому из них интересах.
Система правления очень простая. Каждое племя или подразделение племени находится под номинальным управлением шейха, избираемого посредством голосования. Ни от избирателей, ни от избираемого не требуются никакие особенные качества или имущественное положение. Впрочем,
народные взгляды в пользу того, чтобы верховная власть была бы вручена членам известных семейств, из которых шейх обыкновенно и избирается. Некоторое богатство тоже необходимо для шейха, так как на него падает главное бремя гостеприимства.
Нужные для управления качества, которые всюду бывают по-видимому, наследственными, вполне признаются таковыми в пустыне. Сын, или брат, или дядя умершего, шейха обыкновенно выбирается ему в заместители, и такового же положения новый человек может достигнуть обладая лишь какими-либо выдающимимся качествами. Настоящей власти в руках шейха очень мало, хотя номинально сотни людей ему подчиняются. В действительности же он только представитель соединённой воли племени, и в политических делах ему приходится более следовать общему мнению, чемоблечён настоящей властью, но не в силу своего положения, а исключительно по своим способностям. Слабохарактерный же человек лишь представитель общественного мнгения и такой обыкновенно предпочитается.
У шейха много обязанностей и мало выгод. На него возлагается разбор маловажных спорных вопросов, ссор между мужьями и жёнами, споров относительно владения вербюлюдом или овцой. он должен заниматься политическими делами племени, подписывать письма, написанные писцом племени, принимать гостей и в особенности держать открытый дом во все часы дня для сволих соплеменников.
Бывают ли ссоры - призывают шейха, чтобы прекратить их авторитетностью своей личности и чтобы попрекнуть нарушителей порядка. главное его преимущество водить племя из стоянки в стоянку, определяя положением своей собственной палатки вечно меняющиеся положения других. Он получает большую против других часть добычи, взятой на войне, имеет, конечно, самое почётное место во всех собраниях и председательство в военных советах. Он тем не менее не может своей личной властью ни взимать малейшего налога, ни решать какие-либо особенно важные вопросы, а также в его распоряжении не имеется ни какого подобия полиции или стражи для поддержания его авторитета. Его приказания в незначительных делах исполняются, потому что общественное мнение на его стороне; но когда последнего нет, то приказаниями пренебрегают.
Тем не менее в большинстве племён все оказывают своему избранному представителю много наружного уважения: мужчины встают, когда он входит в их палатки, и относятся к нему с тем фамильярным почтением, которое выказывается благовоспитанными людьми своим родителям; он же редко злоупотребляет своим положением. Бедуины не терпят проявления власти, и таковое почти никогда не выказывается шейхами.
Выделяться одеждой или даже великолепием вооружения у них не принято. Шейхов, впрочем, можно обыкновенно отличить потому, что они носят саблю, старинное дамасское оружие, в потёртых ножнах, унаследованное ими от предков; затем, они всегда выделяются от других своими манерами.
Древность происхождения и умение держаться почти всегда совмещаются у жителей пустыни.
По принципу все члены племени равные, и беднейший пастух говорит со совим шейхом как с родственником, называя его по имени, но это равеноство умеряется предубеждениями о рождении. Богатсвто само по себе ни способно приобрести уважение, но высокй род, происхождение от некоторых известных героев или семейств, отличающихся, по преданиям, благовоспитанностью, ценятся очень высоко. Как бедуины Аназэ и шоммар стоят выше бедуинов Джибури или Хаддадин, так и члены семейства Ибн-Джендал или Ибн-Хемазди выше обыкновенного Аназэ. Ибн-Мезиад из Хессеней хоть и бедный человек, но может выбрать любого из шейхов пустыни себе в зятья и получить богатое приданное верблюдами.
Но всё это лишь общественные отличия. Политически говоря, и перед законом все членыы племени равныы, будь они богаты или бедны, высокого или низкого рождения; единственные исключения из этого правила составляют, сожет быть, известные семейства, которым даёются небольшие преимущества при раздаче военных добыч..
Переходя затем от лиц, составляющих племя, к самому племени, можно вообще сказать, что верховенство, присваемое членами племени, принадлежит также и последнему. Каждое племя, в сущности, есть отдельная нация со своими специальными правами относительно мира, войны и своей политической независимости. Некоторые из них, как, например, Роала и Шоммар, достаточно сильны, чтобы держаться отдельно, но большая часть остаётся группированной вместе связями древнего родства или для взаимной защиты. Так Себаа состоят из семи независимых племён, каждое имеющее своего отдельного шейха и держащиеся вместе связями крови. Каждое считается равным своему соседу и не признаёт никакого общего авторитета. С незапамятных времён они кочевали вместе и на войне сражались под предводительством общего начальника.
На время войны авторитет шейха за исключением гражданских дел, передаётся военному начальнику, избранному племенами исключительно за его личные достоинства и принимающему сразу над ними предводительство, которому подчиняются все, не исключая и самого шейха. Этот военный начальник называется
акид, дословно предводитель. Война такое обычное явление между племенами, что
акид всегда важное лицо; от него зависит богатство и благосостояние всех, и к нему обращаются с величайшим почтением.
The Bedouins of the euphrates by Lady Anne Blante. T. II, c. 228 (~1880 г.)
сб.АЛ, ЦП-2003, стр. 176-179
