Оноре де Бальзак, главный трудоголик французской литературы, работал по пятнадцать часов в сутки, выпускал по три-четыре романа в год и сочинил «Человеческую комедию», эпохальный цикл из ста тридцати семи произведений. Ради этого он отказывался от многих радостей жизни и налегал на самый известный в мире стимулятор — кофе. Биограф Пьер Сиприо ехидно замечал: «Сам Бальзак злоупотреблял кофе только пока писал роман. Правда, иногда он писал их четыре сразу». Впервые Оноре попробовал кофе в частном пансионе Жака-Франсуа Лепитра, куда его отдали в 1814 году. Пятидесятилетний колченогий толстяк Лепитр внешне походил на Людовика XVIII, только что занявшего престол, но его учебное заведение славилось свободой нравов. Консьерж в старинном особняке Жуайёз, где помещался пансион, потворствовал воспитанникам: он сквозь пальцы смотрел на их постоянные самовольные отлучки, позволял им возвращаться позже установленного часа, снабжал запрещенными книгами. А еще он приторговывал мерзким на вкус кофе. Этот неведомый напиток помогал не только почувствовать себя аристократом — в те времена зерна стоили чудовищных денег, — но и бодрил, приводя мысли в порядок. С тех пор кофе стал постоянным спутником Бальзака. К тридцати годам и до самой смерти жизнь писателя укладывалась в четкую схему. Днем он посещал выставки и салоны, знакомился с представителями литературной тусовки, влезал в очередные долги и набирал заказов, чтобы эти долги погасить. Ночью же Бальзак наглухо закрывал ставни, с заметным усилием втискивался за маленький письменный стол и при свете четырех свечей в двух серебряных канделябрах писал — иногда по несколько романов одновременно. Кофе, который в условленные часы приносил слуга Огюст, помогал поддерживать этот зверский график. Страсть к кофе поддерживали и коллеги Бальзака по журналу Chronique de Paris, который писатель начал издавать в 1836 году. Накануне выхода очередного номера вся звездная редакция — в нее входили Виктор Гюго и Теофиль Готье — собиралась дома у издателя Эдмона Верде. Традиционно обнаруживалось, что все дедлайны сорваны, и никто, включая самого Бальзака, обещанных статей не принес. Журналисты плотно обедали, накачивались кофе и вином и к ночи отправляли готовый номер в типографию. «Я живу как заводная кукла. Ложусь в шесть или семь часов вечера, вместе с курами; в час ночи меня будят, и я работаю до восьми утра; потом сплю еще часа полтора; затем легкий завтрак, чашка крепкого кофе, и я вновь впрягаюсь в упряжку до четырех часов дня; затем у меня бывают посетители, или я сам куда-нибудь выхожу, или принимаю ванну; наконец я обедаю и ложусь спать. Такую жизнь мне придется вести целый месяц, в противном случае невыполненные обязательства поглотят меня», — писал Бальзак Зюльме Карро, самой близкой своей подруге. Но чашкой кофе на завтрак писатель не ограничивался. Когда работаешь по пятнадцать часов в сутки, нужны стимуляторы посерьезнее. Бальзак начал экспериментировать и вскоре стал в этом деле профессионалом, написав даже Traite des excitants modernes, «Трактат о современных возбуждающих средствах». О количестве выпитого Бальзаком кофе ходят легенды. Самая распространенная (и очевидно завышенная) цифра — фантастические 50 чашек кофе в день. Биограф писателя Виктор Соден Притчетт осторожно полагает, что за всю жизнь Бальзак выпил около 50 000 чашек — по 3–4 в день. Впрочем, по воспоминаниям Бальзака, до трех чашек он сокращал свой кофейный рацион, только когда становилось совсем невмоготу — в желудке кололо, жилы набухали, лицо приобретало землистый оттенок. Выходит, верная дозировка находится где-то посередине. Скорее всего, речь идет не о привычных нам чашках, а о демитасах, вмещавших 60–90 миллилитров. Впрочем, по необходимости писатель увеличивал дозу, поглощая по несколько порций за раз. Когда густой напиток переставал помогать, Бальзак просто зачерпывал горсть зерен и разгрызал их, не давая себе уснуть. За неделю тяжелой работы он мог уговорить полкило зерен и отправлялся через весь Париж к знакомым бакалейщикам на Рю де Вьей и Рю де Л’Юниверсите — поставщикам, которые для него запасались самыми крепкими сортами кофе из Йемена и с Ямайки. Такое путешествие могло занять полдня, зато на правильно приготовленном кофе Бальзак мог работать без сна по двое суток. Для начала он отказался от молотого кофе в пользу толченого по-турецки: так и вкуснее, и крепче. Потом обнаружил, что напиток действует сильнее, если заливать его холодной водой, а не кипятком. Наконец, пить кофе по-бальзаковски следует натощак. «Кофе превращает прекраснейшие стенки желудка в подстегиваемую скаковую лошадь; они воспаляются; искры пронизывают все тело, вплоть до мозга. <…> И тогда все приходит в движение: мысли начинают перестраиваться, подобно батальонам Великой армии на поле битвы, и битва разгорается. Воспоминания идут походным шагом с развернутыми знаменами, легкая кавалерия сравнений мчится стремительным галопом; артиллерия логики спешит с орудийной прислугой и снарядами; остроты наступают цепью, как стрелки». Андре Моруа, один из многих биографов Бальзака, добавлял к этому параду метафор еще одну, менее бравурную: «Книга входит в строй, сердце писателя выходит из строя». Временами Бальзаку поневоле приходилось отступать от привычного изматывающего режима. После месяца работы на износ он испытывал приступы слабости, когда не мог ни читать, ни писать, ни двигаться, ни разговаривать. Поначалу такие периоды длились по несколько часов, но с возрастом только увеличивались. После одного из таких срывов Бальзак решил было испытать новое расписание: месяц работать и месяц отдыхать. План провалился с оглушительным треском. Бальзак просто не мог не работать и писал, пока перо само не выпадало из ослабевшей руки. В 1837 году Бальзак попытался избавиться от кофеиновой зависимости, променяв один стимулятор на другой. Жорж Санд приучила его курить кальян и латакию, один из лучших сортов табака. Поначалу Бальзак был в восторге: его перестала мучить хроническая усталость, мысли текли легко. Но вскоре он вернулся к старым привычкам: табак не помогал ему достичь столь желанного мучительного напряжения. Известно, что писатель баловался опиумом и был не прочь опрокинуть стаканчик вина из Вувре, но всерьез признавал только один стимулятор — кофе. Судя по всему, именно кофе, «черная нефть», стал одной из причин смерти Бальзака. В последние месяцы жизни он все время болел: то бронхит, то водянка. Изнутри его убивал запущенный васкулит, разрушавший кровеносные сосуды писателя. Однажды Бальзак встал с постели, но споткнулся об уголок кровати. От этой пустяковой травмы на ноге образовался нарыв, развившийся в гангрену. Месяц врачи делали больному пункции, вскрывали нарывы и мучали пиявками, но ничто не помогло, и 51-летний Бальзак скончался. «Кофе — вот черная нефть, вновь и вновь приводящая в движение этот фантастический робот, и поэтому для Бальзака, который дорожит только своим творчеством, кофе важнее, чем еда, сон, чем любое другое наслаждение», — отмечал Стефан Цвейг, тоже большой ценитель кофе. Сумей Бальзак отказаться от зависимости, он наверняка прожил бы дольше. Но нам это стоило бы двадцати четырех томов его сочинений, которые пропитаны не чернилами, а крепчайшим напитком.

Сегодня Марку Захарову исполняется 85 лет

Анекдот

 У А.Дюма просят пять франков на похороны известного критика.
- Получите десять, - говорит Дюма, - и похороните двух критиков.

Недавно прочитала, что по признанию Андрея Битова, впервые он узнал о дзен-буддизме в тридцатилетнем возрасте, ознакомившись с диссертацией одного английского литературоведа под названием «Дзен-буддизм в раннем творчестве Андрея Битова».

История не новая. Островский, тот, который «Грозу написал», только от Добролюбова узнал, что он пишет о «темном царстве».

Чем отличается хаотичный набор звуков и слов от стихотворения? Ритмом и метром. И метр соотносится со скоростью пульса или дыхания. Стихотворение – оно сродни молитве. К примеру, в стихотворении В. Маяковского «Ананасы и шампанское»  - нервный ритм создает иллюзию учащенного дыхания

 Биение сердца – это ритм, это вдох и выдох, и если хотите, смена времен года – тоже ритм. Ритм в стихотворении не только эстетическая категория. Ритм  может усиливать сердцебиение, расширять объем легких и напитывать энергией наши органы.

Если пульс сбивается с ритма у человека – это болезнь.

 При молитвах  нередко используют  четки. Перебирая бусинки, поддерживают определенный ритм. Потому как все молитвы, имеют определенный и неслучайный внутренний строй, ритм, образную систему, и, пройдя через тысячелетия, они по-прежнему врачуют наши души. Причем фраза: "молитвы врачуют наши души" здесь не литературный штамп, не пустые слова - констатация реальности. А при погружении  в молитвенный экстаз происходит замедление ритма биотоков до частоты трех Герц и настройка организма на исцеление, потому как причины болезни находятся в глубинах подсознания.

Для справки: На востоке поющие (тибетские) чаши и колокола в церквях настраивают на эту частоту.

• В григорианских песнопениях используются ритмы естественного дыхания, что позволяет добиться ощущения пространственной расслабленности. Они хорошо подходят для тихих занятий и медитации, могут снизить стресс.
• Медленная музыка в стиле барокко (Бах, Гендель, Вивальди, Корелли) дает ощущение устойчивости, порядка, безопасности и создает духовную стимулирующую среду, которая подходит для занятий или работы.
• Классическая музыка (Гайдн и Моцарт) отличается ясностью, элегантностью и прозрачностью. Она способна повышать концентрацию, память и пространственное восприятие.
• Музыка романтизма (Шуберт, Шуман, Чайковский, Шопен и Лист) подчеркивает выразительность и чувственность, часто пробуждает индивидуализм, национализм или мистицизм. Ее лучше всего использовать для того, чтобы активизировать симпатию, страстность и любовь.
• Музыка импрессионистов (Дебюсси, Фавр и Равель) основана на свободнотекущих музыкальных настроениях и впечатлениях. Она вызывает приятные образы, как в сновидениях. Четверть часа сладкой дремы под такую музыку, после которых, необходимы гимнастические упражнения на растягивание (стретчинг), могут пробудить ваши творческие импульсы.
• Джаз, блюз, регги и другие музыкальные и танцевальные формы, в основе которых лежат выразительные африканские мелодии, могут поднять настроение и вдохновить, дать выход радости, рассеять печаль, обострить юмор и иронию, повысить общительность.
• Румба, маранга, макарена обладают живыми ритмами и импульсивностью, что повышает сердцебиение, делает дыхание более частым и глубоким, заставляет все тело двигаться. Самба, тем не менее, отличается редкостным свойством возбуждать и успокаивать одновременно.
• Поп-музыка, а также народные мелодии провоцируют телодвижения, создают ощущение благополучия.
• Рок-музыка может пробудить чувства, стимулировать активные движения, снять напряжение, ослабить боль и снизить неприятный эффект громких и резких звуков, присутствующих в окружающей среде. Эта музыка также способна создать напряжение, вызвать диссонанс, стресс и боль в организме.
• Спокойная фоновая музыка или современные оркестровки, в которых нет четких ритмов, усиливает состояние расслабленной готовности.
• Музыка в стиле панк, рэп, хип-хоп и грандж может возбудить нас, повысить активность.
• Религиозная и обрядовая музыка, включая барабаны шаманов, церковные гимны, храмовую музыку, может успокоить нас и привести в состояние умиротворения.

Известный галерист Гельман очень хорошо объяснил сущность «современного изобразительного искусства», «Если красиво — это не искусство, а дизайн. Если есть смысл — это не искусство, а иллюстрация. А вот если безобразно и бессмысленно — это и есть искусство» .

В связи с этим вспоминается замечательная детская книга «Незнайка на Луне»: — Ты, братец, лучше на эту картину не смотри, — говорил ему Козлик. — Не ломай голову зря. Тут все равно ничего понять нельзя. У нас все художники так рисуют, потому что богачи только такие картины и покупают. Один намалюет такие вот загогулинки, другой изобразит какие-то непонятные закорючечки, третий вовсе нальет жидкой краски в лохань и хватит ею посреди холста, так что получится какое-то несуразное, бессмысленное пятно. Ты на это пятно смотришь и ничего не можешь понять — просто мерзость какая-то! А богачи смотрят да еще и похваливают. «Нам, говорят, и не нужно, чтоб картина была понятная. Мы вовсе не хотим, чтоб какой-то художник чему-то там нас учил. Богатый и без художника все понимает, а бедняку и не нужно ничего понимать. На то он и бедняк, чтоб ничего не понимать и в темноте жить».

Наша память строится на впечатлениях. На коротких и ярких мгновениях. Пусть воображение вашего ребенка растёт на прекрасных, написанных и проиллюстрированных с выдумкой и любовью изданиях.

Еще важный вопрос - как вы думаете, ребенок сможет отличить уродливое от прекрасного без наших подсказок?

https://letidor.ru/dom-i-rebenok/16-illyustraciy-i...-po-sebe.htm?utm_source=social

16 иллюстраций из детских книг, от которых не по себе

"Всякий раз, когда из Кремля показывают награждения, я вспоминаю рассказы о еврейском вундеркинде Бусе Гольдштейне.

Более 60 лет назад мальчик Буся стал самым юным лауреатом Международного конкурса скрипачей в Брюсселе.
После триумфа Сталин пригласил его к себе на чай.
Мальчик так тронул вождя виртуозной игрой на скрипке, что утром в "Правде" нарисовался указ о награждении вундеркинда орденом Трудового Красного Знамени. Больше всех радовалась мама Буси.
Уже идя в Кремль, в Георгиевский зал, на церемонию награждения, она сто раз своему чаду повторила:
— Когда тебе будут вручать орден, ты, Бусенька, сыночек, обязательно позови дедушку Калинина к нам в гости.
Еще и еще раз, зализывая ему тоненькие курчавые волосики перед огромными царскими зеркалами, она неустанно напоминала:
— Бусенька, это я, твоя мамочка, сделала из тебя лаВреВата… Не забудь пригласить Михал Ваныча к нам домой…
И вот, час настал. Под сводами старинного зала прозвучала фамилия Гольдштейн. Юный Буся, в пионерском галстуке, отдавая честь Всесоюзному старосте, стал произносить заготовленную речь:
— Дорогой и любимый Михал Иваныч, мы с мамой вас и вождя всех народов боготворим. И хотели бы сегодня вечером пригласить вас к себе домой, чтобы отме…
Тут в зале раздался чудовищный крик.
— Сыночек, дорогой, ты с ума сошел, мы так бедно живем. Как же таких великих людей приглашать в нашу нищую квартиру?..
Вечером, у Бусеньки и его мамочки был новенький ордер на трехкомнатную квартиру на Тверской".

Нет больше на нашем Парнасе таких авторов, она единственная неподражаемая во всем своем детском - внешности, голосе, интонации. Искренность и непосредственность – вот характеристика ее творчества.

Так чувствуют только дети, так умеют любить и понимать только дети. Она из какой-то не нашей взрослой жизни, а из той далекой страны, из которой все мы ушли, а вот Новелла Николаевна задержалась.





Девушка из харчевни. Поет Новелла Матвеева.

 



 

Вот как  пишет о ней Дмитрий Быков:

Самое чистое вещество искусства, которое мне в жизни случалось видеть, — это песни Новеллы Матвеевой в авторском исполнении, просто так, на концерте или у нее дома, в Москве или на Сходне, за чайным столом или на крыльце. Человек берет семиструнную гитару, начинает играть и петь — и дальше то, о чем точнее всего сказала Эмили Дикинсон: словно откидывается верхушка черепа, и я уже не глазами, но всем разумом вижу звездное небо. Самый прямой репортаж из рая.

Пожалуй, ни у кого в поэзии нет столько васильков, ромашек и одуванчиков, одухотворения поэзии садов, как у Новеллы Матвеевой. Да и сама она похожа на одуванчик. Вот дунет ветер, и разлетятся пушинки по сторонам света стремительные, словно время.

О ней многие уже забыли.

Голос  -детский, наивный, чистый, потому что умные вещи с умным видом говорят одни дураки. А она никого никогда не учила.

Никуда и ни к чему не призывала. Кроме доброты, но так робко и мягко, словно молитва. Она всегда, словно нашёптывала молитву, только под гитару. То есть пыталась говорить с веком и своими современниками не на языке этого века, а на чужом, малопонятном – языке кельтских преданий, баллад, солнечного лепета, языке ветра, листьев, цветов.

А ещё звук её голоса похож на струну. Возможно, поэтому так естественно и просто звучит он в тишине дачных комнат с притихшей кошкой, старым диваном, угрюмым рукомойником и ведром с водой, в котором отражается небо. Небо Новеллы Матвеевой – поэта, который забыл об окружающих, а те, в свою очередь, забыли о нём.

Новелла в переводе с итальянского — новость. Новелла, как благая весть. Как впоследствии сказал Евгений Евтушенко, "давным-давно в русской поэзии не случалось ничего подобного…

...Мечтательница и фантазерка, женщина с тонким чувством юмора, она всегда была «не такой». Она шла за Александром Грином: ее мир воплотился в спектакле по ее пьесе «Предсказание Эгля», поставленном в Центральном детском театре Москвы. Она создала для него больше тридцати песен..

 Статус - пенсионэрка по старости. Говорят, когда женщина старая, надо быть либо с шармом, либо умной. Какое из зол выбрать?

КАЗКА - ЛОЖЬ, ДА В НЕЙ НАМЁК

Известный психоаналитик Эрик Берн в своей книге "Люди, которые играют в игры" уделил большое внимание сказкам – и в первую очередь их воздействию на "жизненный сценарий" личности. Вообще тема "Сказки и их влияние на жизнь" давно интересна как психоаналитикам/трансактным аналитикам, так и многим их клиентам.

Эрик Берн скорее всего прав в том, что сказки в принципе являются существенным сценарным элементом (хотя может быть, в первую очередь они формируют "общественное бессознательное", а потом уже личностные сценарии). И анализируя сказки при работе с личностью, в общем много чего можно выцепить. Но! Сложности опять-таки в конкретной интерпретации. Дело в том, что сказки – это в первую очередь явление национальной культуры, а скорее даже, если будет позволено так выразиться, культуры "местечковой". То есть даже при вроде бы известном оригинале в столице та же "Красная шапочка" может звучать по-одному, а в маленьком городке – по-другому. Не говоря уже о разных странах. И это сказки авторские, а уж народные… там вариантов не счесть. 

Многие психотерапевты очень любят говорить о том, что "у каждой нации свои акцентуации". Например, мол, немцы – эпилептоиды, итальянцы – истероиды-маниакалы, англичане – шизоиды, россияне – конечно же, "импульсивные"… Понятно, что это верно лишь с известной натяжкой (к тому же личностный портрет каждого человека составляется из нескольких акцентуаций, а никак не из одной), но все-таки некая тенденция прослеживается. И в немалой степени этому способствуют именно сказки.

Даже в русском переводе многие детские английские песенки звучат, скажем так, довольно нестандартно. Первое, что приходит на ум:
"Жил на свете человек – скрюченные ножки,
и ходил он целый век по скрюченной дорожке…
А за скрюченной рекой в скрюченном домишке
жили летом и зимой скрюченные мышки…" 

Да и та же "Алиса в стране чудес", хоть это и авторская сказка? 

А вот русские сказки – в них действительно очень много, как говорится сейчас, "халявы" и везения. А также… жестокости. Увы, чаще всего это так, но к счастью, немногие об этом знают. Ибо детям предлагаются чаще всего "адаптированные переложения". 
Но если уж говорить о личностях, которым сейчас 30-50 лет, то они выросли в том числе и на так называемых "советских сказках:  Данко, Буревестник, им подобные опусы и выхолощенные в том же стиле народные сказки.

И что характерно: последствия этого воспитания я наблюдаю все чаще в своем кабинете. Наряду с элементами "сценарной жестокости" у многих присутствует "сценарная романтика", этакая незрелая дезадаптированность, отсутствие здравого скепсиса и здравого смысла, практицизма и разумного эгоизма. Подозреваю, что тут без сказок "советского периода" не обошлось.

Но здесь желательно говорить обо всем по порядку. И вначале – об интерпретациях некоторых всем известных сказок, данных непосредственно Эриком Берном (всех, кто не читал, отсылаю к его книге "Люди, которые играют в игры".)

***
 

Министр по налогам и сборам прочитал дочке сказку про Золушку. Дочка:
- Папа, а вот когда тыква в золотую карету превратилась, Золушке выставили подоходный налог или налог на транспорт?
 

...Не секрет, что "психотерапевтическое истолкование" знакомых сказочных сюжетов, принадлежащее перу Э.Берна, многих откровенно коробит и вызывает неприятие. Исповедуемая Берном "позиция марсианина" отягощена здоровым цинизмом, к которому опять же мы не привыкли. Но нередко берновская трактовка "отталкивает" из-за того, что в ней не учтены особенности нашего менталитета. И если хотите, не замечены некие наши "специфические шероховатости". 

Для примера возьмем сказку о Золушке. 

Первое, на чем обычно "застревают" русскоязычные читатели Берна: их возмущает сам вопрос "что делали фея с отцом Золушки во время бала". Потому что в русском переводе, насколько могу помнить, папа Золушки уехал на бал вместе с семьей! Но в очень оригинальной роли: кучером.

…Здесь позвольте чуть отступить от темы и вспомнить приведенный одной из участниц Мастер-класса итог опроса по поводу ассоциации со словом "мужчина".

• "Это не моя выдумка, а научный факт. Когда психолингвисты проводили анкетирование для ассоциативного словаря (это такой словарь, где к каждому слову прилагается ряд наиболее частых для представителей данного народа ассоциаций), они просили назвать первое слово, которое ассоциируется со словом "мужчина". Где-то у 80 процентов опрошенных русских выплыла ассоциация "дурак" (прошу прощения). Стали удивляться - почему? Ведь в русской культуре глупыми обычно считаются женщины (волос долго, ум короток, курица не птица, баба не человек). Так вот, оказалось, что это типичная сказочная ассоциация (Иван-дурак), и "дурак" в данном сказочном контексте означает не "глупый человек", а "счастливец, везунчик" (дуракам - счастье)".

Может быть, что не в одном Иване-дураке тут дело: вот в той же "Золушке" мужчина, то есть папа, этакий все же… странный, что ли. И всем в доме заправляет жена, а он молча смотрит, как шпыняют его родную дочь.
Подобных сказок наверняка немало (филологи подтвердят или раскритикуют?). Тот же Мальчик-с пальчик: жена велела мужу отвести детей в лес, а он и повел. А у Пушкина в "Сказке о мертвой царевне каков папа? А в "Золотой рыбке" каков муж?

И может быть, именно этот момент в сказках укоренился в восприятии нашего общества - потому, что это опять-таки отголоски "политики гаремной власти". Мол, пусть мужчина вовсю кричит, что он глава, и машет своим мечом, а я, "слабая женщина", буду манипулировать им исподволь. А он будет полагать, будто он тут главный. И не потому ли у того же Пушкина "ум у бабы догадлив, на всякие хитрости повадлив", и не потому ли уже в русских народных сказках Иван непременно дурак, а вот Марья – чаще всего искусница и Василиса – если не прекрасная, то премудрая? 

…Но продолжаем о Золушке. 

"Не наш менталитет" у Берна отражается еще и в вопросе, "какими мотивами руководствовалась фея, наряжая Золушку на бал"?
У российского читателя зачастую в принципе не может возникнуть такого вопроса.
Начнем с того, в одном из распространенных русских вариантов фея была крестной матерью Золушки. А значит, в рамках тех же религиозных и мегасемейных традиций обязана была "перед богом и людьми" одаривать крестницу и опекать ее. 

Кстати, тут любопытный такой ход - в российском восприятии: человек со здоровым прагматизмом тут скорее озадачится тем, где же была фея все предыдущие годы? Ведь если Золушка на балу понравилась принцу именно как будущая жена, значит, она была уже достаточно взрослой девушкой? Мать ее умерла, когда Золушка была девочкой. Но крёстная, насколько известно, ни разу до сего времени не давала о себе знать. И теперь ее дары больше похожи на некий откуп, или на компенсацию собственного отсутствия в прошедшие годы.

Хотя у некоторых читателей даже это вызовет справедливое возмущение. Ибо в нашем восприятии фея не могла иметь никакого материального интереса и одаривала Золушку из чистого альтруизма! В русских сказках, как правило, волшебники совершенно не меркантильны (в отличие тех же древнегреческих мифов, где боги не гнушаются идти со смертными на взаимовыгодные сделки). И если уж вкратце, - последствия "волшебного альтруизма" испытывали и испытывают на себе порой как раз психотерапевты, которым очень часто выговаривали ранее, что они-де "волшебники, целители человеческих душ, и потому обязаны помогать страждущим бесплатно". А также из этого может вытекать и другая наша тенденция: стремление тех или иных личностей повышать свою самооценку, самим "становясь волшебниками" и оказывая "безвозмездную помощь" даже в ущерб себе (отсюда масса "психологов по жизни").

Так или иначе, получается, что берновская трактовка кое в чем не совпадает "по менталитету", и оттого вся суть метода "анализа сказок и их влияния на сценарии" может восприниматься негативно.

А уж если говорить о "сценарии Золушки", то у наших женщин это именно сценарий "безропотной Загнанной домохозяйки, которой вдруг однажды повезет". Или еще: "Ничего нельзя в жизни получить, не имея такой волшебной крестной матери". 

Еще одна разбираемая Берном сказка - "Красная шапочка."
Тоже возникает много интересных разночтений. 

Берн спрашивает, почему мама спокойно послала дочку к бабушке одну через лес. А также почему беспомощная бабушка живет так далеко на отшибе и к тому же держит дверь открытой? 

Честно говоря, не помню (хотя знаком со многими вариантами – тут опять скорее слово филологам), чтобы в русских вариантах сильно акцентировалась беспомощность бабушки. Бабушка там вполне еще крепкая, только предпочитает жить отдельно. Вернее, можно сказать, что отдельно, скорее всего, приходится жить Красной шапочке с мамой; ибо бабушка в русских традициях – это женщина еще не старая и достаточно властная. И потому, если маме не хочется быть у бабушки под каблуком, ей нужно жить отдельно. Здесь вспоминается материал про психологическую дистанцию.

Да и дверь-то "русская бабушка" худо-бедно закрывала вроде? Помните: "Дёрни, деточка, за веревочку - дверь и откроется…" 

Но при том, как бы далеко ни жила мама, ей все равно вменяется в обязанность снабжать бабушку продуктами в рамках той же мегасемьи. Но опять предположим, что у мамы с бабушкой отношения такие, что обе они предпочитают жить подальше друг от друга, и возможно, даже видеть бабушку лишний раз маме не хочется. Поэтому ей приходится посылать с продуктами дочку. 

А вот и еще один специфический русский вопрос: а где папа Красной шапочки? Очень может быть, поскольку в сказке нет ни папы, ни дедушки, речь идет о двух женщинах (маме и бабушке), воспитавших своих дочерей без отцов (вот и "родительский сценарий" как вариант).  И если при этом мама, явно не избалованная бабушкиными дотациями (и даже вынужденная сама бабушку кормить), надрывается "на трех работах", как часто бывает в нашем обществе, то ей часто ничего не остается, как посылать к бабушке дочку. Потому что маме просто некогда. И кто говорит о том, что мама при этом была спокойна? 

Потом, опять же насколько помню русские варианты, мама дочку наставляла и предупреждала, что в лесу ходит волк, и что с ним ни в коем случае нельзя заговаривать. Но пикантность ситуации в том, что мама не объяснила дочке (может, и сама не знала), как этот волк выглядит, так что в нескольких вариантах попадается сцена, когда Красная шапочка заговаривает с волком, спрашивая "Кто такой волк". Это очень хорошо сочетается и с нашей психологической проблематикой: "Дочка, бойся вот того и этого, только мама не знает точно, как это выглядит - она сама этого никогда не видела, потому что это очень страшно". 

…В общем, становится понятно, почему эта сказка стала такой популярной у нас. Но многое в ее подспудной трактовке с позиции российской ментальности опять-таки слегка отличается от анализа Берна. 
Некоторые последователи Берна (нередко именно российские) берут более приближенный к оригиналу вариант Перро, где девочка несет бабушке "кусок пирога и бутылку вина". И тут же начинают разводить разные теории о "пьющей бабушке".
 

***

Русские сказки
 

Собирается купец в дальние страны и спрашивает у дочек, что им привезти. Старшая отрезы заказала, средняя жемчуга, а младшенькая говорит: "Привези мне, папа, ужасное волосатое чудище-юдище для сексуальных утех!" "Доченька, опомнись, что ты такое просишь, я ведь твой папа, как же тебе не стыдно!" "Ладно, пойдем сложным путем. Привези мне аленький цветочек..."
 

Русские сказки иногда просто поражают своей "многослойностью" не хуже той же интерпретированной Э.Берном "Золушки" или "Красной шапочки" - главное, умело и внимательно на наши сказки посмотреть...

Вот, например, та же сказка "По щучьему веленью". Честно говоря, она довольно-таки хитрая в плане сценарных элементов.
Многие говорят, что данная сказка "воспитывает лентяев". Но это поверхностно.

Если помните, Емеля лежал на печке и всячески отбрехивался, извините, от приказаний родной матушки: "Пойди, принеси, сделай". Объяснить, почему не хочется подчиняться ее приказам, было невозможно, проще было сказать: "А мне ле-ень…" Но может быть, делать не хотелось не из-за лени, а из-за чувства протеста? Но когда уж мама насильно выгнала на мороз за водой, тут и появилось спасение в лице щуки (кстати, персонаж тоже женского пола). И всякий раз, когда Емелю что-то заставляли (!) делать – он и прибегал к ее помощи. То есть щука вполне может играть роль в первую очередь психологического "тыла" для мужчины-психастеника.

А был ли Емеля лентяем? Скорее всего нет. Ибо как известно, отказался он от царства и стал жить со свей женой, царской дочкой, в своей деревне. А вот пользовался ли тогда он помощью щуки – наверное, если и да, то уже не так часто.
 

...Еще одна любопытная сказка – "Аленький цветочек". Является сценарной для многих моих клиенток (при этом они убеждены, что сказка – русская народная, хотя у нее есть автор - С.Аксаков; вот насколько она проникла в общество и укоренилась в нем!)
Нагрузка у этой сказки колоссальная.

Во-первых, достаточно традиционные для наших сказок распри между сестрами. Часто эту сказку только из-за этого "делают любимой" девочки, у кого есть хоть одна старшая сестра.

Но самая главная сценарная опасность сказки – "Он жил так несчастливо до встречи со мной, а теперь мы полюбим друг друга и он превратится в принца, даже если до того он был чудовищем".
На фоне этого сценария у женщины снижается критичность к любым отрицательным качествам кандидата в мужья, не только в плане внешности: он может быть грубияном, хамом, наглецом, невежей, относиться к ней без уважения и даже с презрением (и сам, кстати, может не считать, что до встречи с ней он жил так уж несчастливо…) Более того, у некоторых женщин с таким сценарием, из которых и вырастают практически готовые "жертвы самопожертвования", устанавливается еще один "сценарный камень": "Я не могу от него уйти, он без меня пропадет".

И еще несколько "опасностей" этой сказки, когда она становится сценарным элементом:
- неверный постулат "Человека можно переделать, изменить к лучшему без его участия"
- дочь купца в сказке, воспылав любовью к чудищу, при этом никогда его не видела (кажется, только раз он ей показался, и она от страха упала в обморок). Отсюда произойти может все, что угодно, от "да убоится женщина мужчину своего" до "если я тебя придумала, стань таким, как я хочу". Не говоря уже о сексуальном аспекте такой любви.
- Еще такой штрих: любовь чудища к девушке выражалась в том, что он (к слову о сексуальном аспекте) говорил ей о любви и исполнял все ее прихоти, более ни на что не претендуя. Этакий, как сейчас принято говорить (извините), "папик". Тоже может оказать влияние на выбор женщиной партнера "для любви".
- И еще: в "Цветочке" описана все-таки некая любовь-долг. Мол, "он обо мне так заботится, не могу я его не любить". И за это "долготерпение" девушка вознаграждена свадьбой с красавцем юношей.


Из обсуждения жизненных сценариев в Мастер-классе - пишет одна из участниц:

• В связи с последней конференцией я перебрала свои старые видеокассеты с русскими сказками.
  И нашла сказку "Аленький цветочек". Помню, она меня в некоторых местах задевала эмоционально, но самое основное - вызывала много вопросов ( которые некому было задатъ).
  А сейчас, попробовав проанализировать эту сказку с точки зрения жизненного сценария - вообще пришла в ужас от деструктивности оного.
  Хотелось бы побольше узнать, какой сценарий может скрываться за этой историей.
  А вот вопросы, которые остались непонятными:
  
  1. В сюжете присутствуют отец и три дочери. А где мать? Что с ней? Одна ли мать у всех троих сестер, т.к. очевидно, что отец любит и балует только младшую дочь?
  2. Не помню имена старших двух дочерей ( да и были ли они вообще названы в сказке?), зато о младшей говорится вполне определенно "младшая дочка Настенька". Что же такого особенного в этой Настеньке и в каких она отношениях с сестрами? Похоже, они ревнуют отца к ней.
  3. Откуда Настенька узнает об аленьком цветочке? Это что, проявления шизоидности? Вроде бы радио и телевидения тогда не существовало - откуда же она может знать о его существовании?
  4. Если идея аленького цветочка была взята из воздуха, то получается, что Настенька послала отца искать "то, не знаю что"? А зачем? Что это? Такой вид манипуляции? Чтобы отец так быстро не привез подарки сестрам ( которые гораздо легче было достать), бегая в поисках подарка ей?
  5. Далее, Настенька отправлается к чудовищу вместо отца, даже не предупредив его об этом. Это оплата долга родителям?
  6. Жизнь у чудовища: исполнение любых капризов за жизнь взаперти и под контролем? Т.е. послушная Настенька "катается как сыр в масле" за четкое следование требованиям чудивища, которое она даже ни разу не видела. И не видя, и не зная, успевает его даже полюбить в конце сказки ( за "доброе отношение" к ней). Т.е. она нашла замену отцу в виде этого чудовища? Сценарий "папик и дочка"?

***

Еще один "женский сценарий" – "Гадкий утенок". Сказка Андерсена, но стала чуть ли не народной для многих женщин.

Кстати: как-то я говорил на тему сказок и сценариев с одной своей клиенткой - как раз там были проблемы сценарного характера, и она в разговоре обмолвилась забавно: "Да, а еще Женский утенок, гадкий сценарий…" 
…Вот именно – гадкий сценарий "Женский утенок".

Иными словами – "Ты некрасива, тебя все гонят и обзывают, никто тебя не понимает, но в один прекрасный день, ничего не делая, ты станешь прекрасным лебедем…"
Вообще это сценарий не только женский ("Меня никто не понимает, я для всех чужой, но в один прекрасный день...") – очень много обманутых ожиданий и личности с сочетанием "истероидность-шизоидность", независимо от пола. Но чаще всего подобный сценарий связан именно с внешностью, и потому стал в основном женским.

Итак, "девочка-подросток некрасива, но в один прекрасный день она станет молодой красивой девушкой, полной очарования юности…" – увы, именно так утешают многие мамы и учительницы своих дочерей и учениц, когда те жалуются, что они "некрасивы и их никто не любит". Но на самом-то деле девочке важно научиться: во-первых – любить и понимать себя, чтобы ее любили другие – и опять-таки, любить себя такой, какая она есть (может быть, она сама не видит своей красоты?), и во-вторых – уметь общаться: может быть, из-за этого неумения ее везде "гонят", а не из-за внешности? Увы, женщинам нередко проще во всем обвинить свой внешний вид.

Но часто получается, что девочка-подросток сидит себе по жизни, ничего не делает, - ни вкус эстетический не развивает, ни общаться не учится, и все ждет, когда же наступит прекрасный день. И вот в один не прекрасный день она понимает, что она уже зрелая женщина, а лебедем так и не стала. Обману-у-ули! Иногда на этом фоне вырастает агрессия на родителей и в частности, на мать. Или на все общество. 
И еще один аспект: девушка ждет превращения в "лебедя" не просто так, а чтобы "всем доказать", что она вот гораздо лучше, чем вы все думали! И даже если она станет стильной, красивой, общительной – все равно в характере может сквозить противненькое "Ну что, поняли, кого вы игнорировали несколько лет назад?" Последствия такого настроя, думаю, тоже всем понятны. Месть никогда не приводила ни к чему конструктивному – особенно если это месть ни в чем не повинным людям, которые такую девушку раньше не знали вообще. Но она тем не менее доказывает что-то всем людям, а не только конкретным личностям.

• "А я о гадком утёнке думала, но немного в другом ключе: не то, что он был всю жизнь гадкий, а потом вдруг в лебедя превратился - он сразу был лебедёнком, только маленьким, нужно было время, чтобы его качества развились. А попал он в чужеродную среду, где ни на кого не был похож... "

На самом деле больше как раз в этом ключе-то сама сказка и написана, полагаю: я говорил о том, что "в ином ключе" часто воспринимают ее клиенты (а чаще клиентки). И нередко эта сказка в ее "ином смысле" , когда она становится сценарием, оказывается предтечей всяческих проблем - от психологических купонов до комплекса сверхполноценности: "Меня никто не любит не потому, что я не умею общаться, а потому, что я тут не такой, как все! Но ничего - вот вырасту, превращусь в лебедя (ничего для этого не делая), вот я всем покажу!" 

Часто такой сценарий провоцирует "манию величия" у тех, у кого было "омежное детство", неосознанно теперь используемое как купон. И мало кто помнит, что превращение досталось утенку не без труда.
Более того, сейчас уже я думаю, что подобный сценарий, именно воспринятый "не в том ключе, как написано", бывает источником и тех жефобий: мол, "я был(а) гадким утенком, теперь выросла - и все должны мной восхищаться! А если есть шанс, что восхищаться будут не все, то я буду бояться выйти из дома на люди".
 

 

"Царевна-лягушка."

Смысл этого сочетания обычно воспринимается как "временно заколдованная царевна" (как гадкий утенок?). Но личности, не испытывающие проблем с сочетанием несочетаемого, могут воспринимать это так: одновременно и "победитель", и "неудачник". 
…Пару лет назад беседовал на эту тему с одной дамой. Так она вообще говорила, что Иван-царевич царевну-лягушку "из болота вытащил и в люди вывел".
Вот вам сценарное отражение штампов и традиций. Кстати, именно за это, за "униженное положение" главной героини, та дама эту сказку и не любила.

А опять, заметьте-ка: лягушка-царевна здесь опять умная и умелая (независимо от того, сама ли она ткет ковер на показ царю-батюшке за одну ночь или это по ее велению делают мамки-няньки, главное – она сумела этот процесс организовать и обеспечить), а Иван-то царевич в итоге как опростоволосился… Это опять к слову об ассоциациях.

И по сути "Царевна-лягушка" – это "Аленький цветочек" наоборот.
Единственная ловушка" при таком сценарии – ни на чем не основанная попытка женщины искать себе в мужья кандидата "непременно царского рода", да еще, не дай бог, ждать, пока он сам в нее стрелой запустит.

Кстати, когда в Мастер-классе обсуждали эту тему, одна из участниц задала такой вопрос:

• "Считается, что Иван-Царевич сделал плохо, когда сжег лягушечью кожу. А, может, наоборот? Может, это было необходимо для того, чтобы лягушка стала царевной? И все, что дальше делалось, было просто продолжением, невозможным без сжигания кожи? 
  И «психологический» смысл тоже получается прозрачным – пока Царевне-Лягушке не показали, что она кому-то нужна в качестве царевны, она и оставалась лягушкой, а как только показали, так сразу «пошел процесс» превращения в царевну :) "

...Может, не совсем по сказке - но полагаю, не всегда полезно "в процессе превращения" сжигать мосты, да еще делать это "за кого-то"; в том числе за кого-то принимая такое решение, которое в основном к этому "кому-то" и относится.
Если человек проходит какое-то сложное превращение, то во-первых, ему полезно знать, что чья-то поддержка выражается в уважении и понимании, а не в "отрезании пути назад". Наоборот, "путь назад" может оставаться достаточно долго и создавать некое чувство свободы - мол, если ты захочешь, ты можешь вернуться в свою прежнюю "лягушечью кожу".
И сама-то лягушка-Царевна что сказала? "Три года ждал, а три дня подождать не смог"... То есть не смог подождать еще немножечко, чтобы она сама эту кожу решила сжечь - надавил на нее, так сказать, волевым решением. Вот она и улетела - частично из-за такого давления, а еще, возможно, из-за того, что поняла: а вдруг она нужна ему только в образе царевны, и поэтому он ее кожу сжег?..

Понятно, что все бывает в жизни по-разному, но полагаю, сжигать свою "лягушечью кожу" имеет право только лично тот, кому она раньше принадлежала.

• "А как вы относитесь к Ивану-царевичу из сказки про жар-птицу и Серого волка? Это который все делал не так, как ему Волк говорил (клетку нельзя было брать - взял, уздечку надо было оставить - тоже взял и т.д.), и в результате "переходил на новый уровень", и в конце концов Волку надоело, когда дело дошло до девушки, он все сделал сам, и сказке конец? "

Конечно, анализ психологической подоплеки поведения выдуманного литературного героя – дело довольно неблагодарное, но если хотите, могу предложить несколько идей, почему же этот герой так непонятно себя ведет. 

Идея первая. Если не ошибаюсь, в сказке напрямую говорится: "Возьми Жар-птицу, но не бери золотую клетку; возьми коня, но не бери уздечку с драгоценными камнями  – а Иван, не в силах противостоять элементарному искушению, все-таки такое добро, да на халяву, берет. Таким образом, лежащая на поверхности мораль данной сказки – не будьте такими жадными, дети! 

Идея вторая. Но более глубинный смысл под этой моралью, возможно, сложнее. И гласит он: "Если старший в твоей семье повелел тебе принести ему то-то и то-то, то ни в коем случае не пытайся в процессе выполнения приказания попутно обогатиться еще и самостоятельно. Тебя послали четко выполнить приказ – принести добычу старшему. И ни в коем случае не прихватывай что-то и для себя самого, не то получишь большие неприятности". Вполне вписывается в возможную стратегию общества - воспитание какого-нибудь "неразумного альтруизма": "Все другим (особенно по приказу свыше), ничего для себя!" То есть – "делай что велено обществом, а личные потребности – даже самые естественные – притормаживай". 

И идея третья: еще более глубокая. Если уж усматривать в действиях Ивана какую-то игру, то это вполне может быть игра с условным названием "Ты неловок, дай-ка я". Подробности игры таковы. Участников двое: Инструктор, он же Гуру, он же Воспитатель (в данном случае - серый волк) и Обучаемый, он же Послушник, он же Воспитанник (в данном случае - Иван). Любому Воспитателю, играющему в данную игру, ВЫГОДНО, чтобы Воспитанник постоянно оставался, простите, тупым и необучаемым, чтобы ни в коем случае не "превосходил своего учителя", чтобы Воспитатель всегда оставался на ступеньку выше, всегда был главным помощником и итоговым благодетелем – посему Воспитуемому постоянно даются задания, во многом невыполнимые (к примеру – "бери птицу, но не бери золотую клетку". И когда волей-неволей Обучаемый задания выполняет неточно, Воспитатель в конце концов, вроде бы теряя терпение, говорит: "Эх, как ты неловок – дай-ка я!" – и самую сложную часть заданий делает за своего ученика, принося при этом какие-то результаты от сделанного ему на блюдечке. Это своего рода награда от Учителя Ученику за то, что последний остается вечным неучем и так и не обучается точно и самостоятельно выполнять получаемые извне задания. 

И по сути дела, эта сказка – во многом воспитание субординации, готовности оказываться "вечными воспитуемыми " по отношению хотя бы к старшим членам мегасемьи, а то и к обществу и государству в целом. Это больше восточная философия, если можно так выразиться, а не западная. В западном менталитете такие игры не срабатывают (в смысле – не дают такой выгоды) и потому зачастую не ведутся: в связи с чем и Берн такой игры описать не мог.

***

"Советские" и современные сказки 
 

Приходит Волька в клинику по пересадке волос. Сзади плетется Хоттабыч. У старика руки за спиной в наручниках, на лице следы побоев, во рту кляп.
Волька, кивая на Хоттабыча, говорит сотрудникам клиники:
- Хочу такую же бороду, как у него. Давайте своим лазером - пшик-пшик. Старик в принципе согласен.

...Одной из основных характеристик "советского периода" может быть следующая: в этот период активно пытались сформировать "неестественную личность человека". Для того общественного строя, который планировалось сформировать и называть коммунизмом, нужен был человек совершенно иной формации, с иным бессознательным и вообще иной физиологией. То есть "будущий прогрессивный строй" явно не желал учитывать "того, что есть" и шел упорно поперек естественных вещей. Что ему, как и предполагалось, даром не прошло.
Но перед тем, как благополучно (то есть неудачно) закончиться, этот "счастливый строй" поломал психологию как минимум трех-четырех поколений (а уж сколько как максимум – боюсь даже предполагать). 

В советский период, вместо того чтобы учитывать естественные вещи, пытались их подчинить идеологии. Было это трудно, поэтому контроль за "нежелательными проявлениями человеческой натуры" шел по всем фронтам, в том числе и в области искусства. Как известно, тотальной партийной цензуре подвергались все его "продукты": книги, фильмы, живопись и т.п. Одним словом, сказками фактически можно назвать всё, что было произведено в тот период; даже программу "Время" (О том, как она делалась "с изнанки", хорошо показано в одном из современных наших фильмов – "Зависть богов"). 

Но вот берновскому анализу такие сказки (даже настоящие сказки, прошедшие советскую цензуру) поддаются с трудом. Ведь это не "спонтанное творчество" какого-то автора или народа, а конкретный заказ сверху, подвергшийся фильтрации. Говорят "Сказка – ложь, да в ней намек", а в те годы и была сплошная такая сказка, правды по сути не было – одни намеки.

И главное - увы, многие "советские сказки" (так и хочется сказать – агитки) напрямую способствовали тому, что можно назвать "формированием 1 группы мотиваций на государственном уровне". Поскольку государству так было выгоднее.

Судите сами: взять разные продолжения "сказки про Буратино" (да и сама изначальная сказка Толстого), и во многом тот же "Старик Хоттабыч", и другие сказки, особенно из тех, что были распространенными и входили аж в школьную программу – все были в той или иной мере основаны на пресловутых бинарных оппозициях. Мы – хорошие, "они" – плохие. Причем одновременно в тех же сказках нередко "мы" были "бедные", а "они" – богатые (хотя чаще всего не оговаривалось, стараниями каких добрых меценатов в советских городах были Дворцы пионеров, цветочные клумбы и множество игрушек для детей). В общем, любимый тезис "формирователей 1 группы мотиваций" – "денег хотеть стыдно, кто хочет денег, тот не наш".

Потом - подростковая нетерпимость, бескомпромиссность и т.п. Для пущего оттенения этого фактора – непременный образ врага. И главное – готовность "презреть личное ради общественного" и в любую минуту "подняться на защиту общегосударственных ценностей".

Особого внимания и интереса заслуживают народные сказки, прошедшие "цензуру советского времени". Может быть, я и ошибаюсь, но что-то упорно кажется, что на тот период были наиболее "разрешенными и распространенными" сказки, так или иначе прославляющие… те же мегасемейные ценности. Потому что именно эти ценности были фактически отражены в государственной политике: "15 республик, 15 сестер", и Россия – "большой брат".

Репка. Тут вообще без комментариев - "дедка за бабку, внучка за Жучку…" Все вместе, и главное – строго по ранжиру. 
Колобок. Все его беды и неприятности получились из-за того, что он "от дедушки и бабушки ушел".
Теремок. Есть много вариантов этой сказки (в том числе пьеса Маршака, где "хорошие звери" против "плохих зверей"), но народный вариант – когда все "вместе живут и песни поют" – более показателен.
Курочка-Ряба. Самая нелогичная сказка, если подумать. Дед и баба золотое яичко били-били, хотели, то есть, разбить - не получилось у них. Но тут мышка бежала, и яичко наконец разбилось, так что же плакать-то по этому поводу? В одной детской книжке есть картинка, как мышку… поставили в угол. Дети нередко недоумевают: "За что?!"
"Заюшкина избушка". Этот та сказка, где была у зайца избушка лубяная, а у лисы ледяная. Весной избушка у лисы растаяла, лиса пришла погреться к зайцу да его же и выгнала. Остался заяц без дома, и к кому за защитой не обращался – никого лиса не послушалась, обещая "клочки по закоулочкам". Пока не нашлась на ее угрозу такая же откровенная угроза – "несу косу на плечи, хочу лису посечи". Тогда лиса удрала (в некоторых версиях ее таки зарубили), а героический петух… куда делся? Правильно, стал вместе с зайцем жить в его избушке.
По ассоциации, уж простите, тут же всплывает Чуковский: "Я тебя освободил, а теперь, душа-девица, на тебе хочу жениться". То есть должна быть такая благодарность за спасение.

Когда я вел обучающие семинары (в том числе по сказкам) среди психологов, доводилось слышать интересные точки зрения по этому поводу. Например, такие: 
"Понятно, что прямые мат

Загадка стихотворения «Мне нравится, что вы больны не мной».

Елена Камбурова

Пение птиц завораживает. Слушаешь его и не замечаешь ничего. Особенно красиво поют соловьи. Хоть на вид они и неказисты, но поют очень стройно и красиво. Как нам иногда не хватает услышать пение птиц!!!

ИНТЕРЕСНЫЕ ФАКТЫ О ПЕНИИ ПТИЦ

Птицы способны воспроизводить звучание многих музыкальных инструментов. Например, пение австралийской бриллиантовой амадины напоминает звучание гобоя, а белобрюхого зеленого голубя и тигрового астрильда — флейты. Голос лесного козодоя звучит как фагот.

К числу лучших имитаторов в мире относятся майны, австралийские лирохвосты и, конечно, пересмешники. Они могут имитировать звуки 21 вида других птиц — от криков чаек и ястребов-перепелятников до рулад певчих дроздов. Иногда пересмешники имитируют скрип двери или даже кошачье мяуканье.

Крики редкой южноамериканской птицы, граллярии Риджли, напоминают собачий лай. Орнитологи открыли этот вид только в 1997 году, в Южном Эквадоре. По их мнению, лаем птица отпугивает от границ своей территории врагов.

Одна из песен самца гагары напоминает йодль, напевы альпийских пастухов.

Вокальные способности птицы сильно зависят от пищевого рациона, а значит, и формы клювов. Самые сложные звуки издают насекомоядные птицы с тонкими и изящными клювами. Птицы с массивными клювами попросту не способны чередовать звуки с такой же высокой скоростью.

Самым тонким музыкальным слухом, вероятно, обладают самцы обыкновенного соловья. Некоторые из них могут запоминать и воспроизводить сложные музыкальные фрагменты, содержащие десятки различных созвучий.

Птицы передают свои песни из поколения в поколение. У тропических крапивников самцы обучают пению сыновей, а самки — дочерей. Кстати, самки певчих птиц обучаются пению быстрее самцов.
Самка индийской яканы живет в окружении гарема самцов. Пытаясь привлечь внимание супруги, они норовят перекричать друг друга и поднимают при этом дикий гвалт.

Достоверно известно, что Моцарт испытывал творческий подъем, слушая своего любимого ручного скворца. Когда скворец воспроизвел Моцарту один из фрагментов только что сочиненного фортепианного концерта № 21, заменив при этом диезы на бемоли, Моцарт признал, что в интерпретации скворца этот кусок звучит лучше, и включил его в окончательный вариант сочинения.

Внезапно

 В гостинице «Северная» в Петрозаводске известный российский литературовед Мариэтта Чудакова прочитала открытую лекцию об истории России начала ХХ века — о Ленине, Сталине, Керенском, Ельцине и других.

Главные цитаты из ее выступлений — в обзоре «7x7».

Об учебнике истории — Даже к 100-летию октября школьники, подростки представления не имеют, что произошло и что такое вообще наш ХХ век. Это абсолютная отсталость во тьме, когда года два назад было спущено сверху указание создать учебник истории, который показывал бы главным образом наши потрясающие подвиги за всю историю России, чтобы воспитывать патриотизм. Люди не понимают, что такое патриотизм. Патриотизм — это не гордость за Родину, любовь к Родине сродни нашей любви к родителям или детям. Это большая ошибка — думать, что учебник должен воспитывать гордость. Если учебнику истории вменяется какая-то неположенная задача помимо исторической истины, значит, мы не получим ни исторической истины, ни того, что задумывают те, ради чего они ломают историю. Ни того, ни другого не будет. Любовь к своей стране надо воспитывать в семье, а не в учебнике истории.     О правде в СССР — Здесь большинство людей взрослые. Загляните, как говорится, в свою голову: хоть один день в нашей стране после конца 1917 года власть принадлежала Совету? Хоть в одном городе, в одном поселке? Мы все, кому больше 40 лет, знаем, что она принадлежала исключительно правящей партии. Никакой советской власти не существовало.     Где-то я встретила, один умный человек написал: «В аббревиатуре СССР нет ни одного точного слова». Союз — очень много туда было согнано насильно. Советских — это я сказала. Социалистических — пусть кто-нибудь объяснит, что такое социализм и где он у нас был? Республик — все сидят взрослые люди, все знают, что такое республиканское правление: во главе стоит президент, который выбирается — у нас назначался из ЦК. Когда-то надо поставить точки над «и».   О судебной системе — В 1864 году произошло явление, потрясающее для России, — был введен суд присяжных и были присяжные поверенные — адвокаты. На них ходили толпами русские люди всех сословий, на знаменитейших адвокатов [Владимира] Спасовича, [Сергея] Андреевского, князя [Александра] Урусова, [Фёдора] Плевако. В чем была задача адвоката? Он обращался не к судье, он обращался исключительно к суду присяжных, желая их убедить в смягчении или отмене наказания для своего подзащитного — в этом задача была. Поэтому они славились своим красноречием, появилось выражение «адвокатское красноречие». Самая короткая речь Плевако была, когда он защищал сельского священника. Сельские священники были, как правило, очень бедные. У них было немало детей, а приход маленький, они жили за счет прихода, у них очень мало было средств — семью не прокормить. Этот сельский священник присвоил небольшую часть церковных денег. Вина его была полностью доказана, защищать было нечего. Папа мне так с гордостью рассказывал, что он обратился к присяжным с самой короткой речью: «Господа присяжные заседатели! Сколько раз этот человек отпускал вам ваши грехи? Отпустите вы один раз». Присяжные единогласно проголосовали: «Невиновен». От присяжных, как и сейчас, требовался не приговор, а вердикт. Как в Америке: guilty or not guilty [в пер. с англ. — виновен или невиновен], так и у нас: виновен или невиновен. Невиновен — отпускают тут же. Если виновен — дело передавалось судье, который выбирал уже приговор, формулировал меру наказания. Что делает Ленин, учившийся на юридическом факультете? Он уничтожает всю систему судебного производства, которую такими трудами создавала Россия. Никаких защитников, никаких присяжных, вместо этого он назначает ЧК, которое будет и вести следствие, и выносить приговор, и вести судопроизводство, и приводить приговор в исполнение.     О достижениях России — Усилия [Сергея] Витте, а за ним [Петра] Столыпина привели к тому, что нет никаких сомнений: в начале ХХ века Россия была, во-первых, правовым государством — конечно, много совершалось неточностей, но если человек добирался до Петербурга и до начальства, то можно было быть уверенным, что он добьется правды, чего раньше невозможно было представить. Во-вторых, в начале ХХ века был общий экономический кризис в мире, он был преодолен, и Россия в 1913 году была на пятом месте в мире по удельному весу своего промышленного продукта на рынке. Тут нечего больше прибавить. Я объездила большую часть земного шара, главным образом, преподавая. Никогда не видела в магазинах, ничего вообще, made in Russia. Вообще ничего, не то что там промышленные продукты. Мы умеем долго запрягать, а потом иногда быстро едем. В этот раз мы быстро ехали, в 1910-е годы.   О патриотическом угаре — Столыпин говорил (его убили в 1913 году, но до этого он успел сказать): «Россию может затормозить только война». Он страшно боялся войны. И Николай II, что называется, совершенно не по делу в нее ввязался. Другое дело, что все были в восторге. Все вы помните недавний восторг, когда это было, два-три года назад, теперь уже четыре, по поводу приобретенных новых территорий. Это было совершенно то, что происходило летом 1914 года, когда началась война. Люди обнимались, целовались в восторге. У психиатров, оказывается, давно есть точное определение. Это называется «патриотический угар». Он держится месяца два, потом проходит. У нас не знали, что такое мировая война, и во всем мире не знали. Все ввязались, вся Европа, в эту войну, потому что раньше были войны, как правило, страны со страной или очень небольшого круга стран. И хоть и была 30-летняя война, но все же она была более локальная, она не приобретала такого жуткого масштаба. Собственно говоря, Ленин назвал [Первую мировую войну] империалистической бойней, и поэтому мы ее не исследовали. Чего ее исследовать? Раз империалистическая бойня, все и так ясно. Исследовать ее стали только в 2014 году, когда столетие было.     О Сталине — У меня была прямая дорога в партию. У меня дома было три коммуниста: отец и два брата. Один брат фронтовик, как и отец, ушел добровольцем. Более честных людей я не встречала и вряд ли встречу. И честных, и, главное, абсолютно бесстрашных в это тяжелое время. Для меня всегда очень поучительно было: в доме не было атмосферы страха. Как [отец] ухитрился? Как с моих двух-трех лет открывался [альбом семейных фотографий], фотографии деда в окружении семьи были на месте. Видимо, моему отцу в голову не могло прийти вынуть или уничтожить фотографию отца. Я работала 13 лет в отделе описи библиотеки им. Ленина. Привозили архивы, я все время обрабатывала архивы ХХ века. Не то что сжигали фотографии, говоря высокопарно: пепел от сожженных фотографий уничтожали. Огромная заслуга Хрущева в том, что он показал злодеяния. Никогда не забуду, как вышел парторг и сказал: «Сейчас будет зачитан документ ЦК КПСС, обсуждению не подлежит». Никогда не забуду то, что оценила только спустя годы. Шумок недовольный пролетел над всей нашей аудиторией. Студентам не понравилось, что обсуждению не подлежит. Но только спустя много лет я поняла, что за два года произошли изменения со смерти Сталина. Потому что при Сталине никто бы ни звука не издал. Я, как добросовестная студентка, после доклада Хрущева кинулась читать подряд том за томом Ленина. Поверьте, ничего не надо, никаких дополнительных документов, которые там скрывали и прочее, хотя они есть. Все ясно из его слов: человек патологической целеустремленности, для которого цель оправдывает средства безусловно и для которого, как для шахматиста, люди не существуют, они деревянные фигурки. Сталин просто его ученик, больше ничего. Еще неизвестно, что бы было…     О политических решениях — Для меня тайна до сих пор, как человек, который 17 лет провел в Европе с 1900 года по 1917-й, когда его отпустили и он решил вести людей к светлому будущему, ему как-то не пришло в голову, что его, брата повешенного цареубийцы, его, который отсидел в ссылке, царское правительство выпустило спокойно за границу. [Ленин] строит общество, в котором не могло быть об этом речи. Он жил благополучно в Лондоне и в Женеве. Я преподавала в Женеве в 1994 году, вела семестр, и мне коллеги говорили: «Видите, какая у нас тут жизнь спокойная?». Поверьте, в начале 1900-х годов было то же самое. Как он увидел тут чреватость мировой революции?! Это тайна. Можно говорить, что он умный, предположим, образованный. Есть множество людей, которые до сих пор считают его великим мыслителем, почему и стоят памятники. Но это абсурдно. Не может считаться великим мыслителем человек, совершивший грандиозную мыслительную ошибку. Он уверовал, что, если он совершит революцию в России, она полыхнет по всему миру, что это будет непременно. Не просто «возможно» или «будем надеяться», нет. Он был стопроцентно уверен, что это будет начало мировой революции. На чем он основывался, он эту тайну унес с собой. Это авантюризм как явление в чистом виде.     О Ленине в шалаше — Ленину говорили, что за ним охотятся. Единомышленники говорили, что ему надо предстать перед судом и защититься. Но Ленин абсолютно никогда не ставил свою жизнь в опасность. Его предупредили, и он быстро отправился, как всем известно, в Разлив. Всем известно, что ехал на поезде в Сестрорецк, всем известно, что там был [Николай] Емельянов, рабочий, который всячески ему помог. У Емельянова было семеро сыновей от 3 лет до 17. Все, включая трехлетнего, помогали Ленину. Неизвестна главная вещь: с ним уехал из Петрограда, с ним вместе жил [в Разливе] Зиновьев. Неотлучно. Зиновьева стали сразу преследовать — его то исключали из партии, то обратно, он как бы считался троцкистом. Масса картин: за столиком сидит Ленин. А потом уже в 1947–1948 году, чтобы краше было, появились картины «Ленин и Сталин в Разливе». [Ленин], прощаясь с Емельяновым, сказал ему: «Я вас никогда не забуду, и партия вас никогда не забудет, и ордена подпишет». Да, партия его не забыла. Его, его жену, посадили на 10 лет [в лагеря]. Этого было мало. Нескольких сыновей расстреляли. Другой пошел на войну, получил два ранения, когда приехал, его снова судили, отправили в лагерь, он оттуда бежал, а когда бежал, его тут же расстреляли. Один выжил, единственный, который вовремя переехал в Москву. Выходят 80-летний Емельянов и его 75-летняя жена после ссылки, едут на свои места. С большим трудом его взяли электриком, чтобы хоть как-то жить. Что его спасло? Как говорят в Одессе: «Вы будете смеяться». Последние два года [жизни] ему хоть было что есть, а так они голодали. В 1956 году задумал к нам приехать Броз Тито [Иосип Броз Тито, югославский революционер]. Тут забегали-запрыгали наши начальники, которые что тогда, что сейчас одними и теми же свойствами славились. Срочно дают Емельянову «Орден Ленина» и персональную пенсию, срочно дают его жене «Орден Красного знамени». В результате Тито туда не приехал, а приехала жена, есть фотография, где она осматривает шалаш.   Об октябрьском перевороте — Когда Ленин включился в подготовку октябрьского переворота? В ночь с 24 на 25 [октября], осознайте, он впервые пришел в Смольный, загримированный, с повязкой зубной, а там уже вовсю шуровали Троцкий и Антонов-Овсеенко, они ему все рассказали, телеграф взят, и так далее. Он тут же написал воззвание. В дальнейшем Антонова-Овсеенко расстреливают, Троцкого изгоняют из страны, а затем убивают ледорубом. Сталин четко и ясно объясняет, и это проходит в школах ряд поколений, что Октябрь делали Ленин и Сталин. Хотя Ленин включился в последние часы. Ленин собирался устроить единоличную диктатуру и не скрывал этого. Это Сталин все время лукавил, а Ленин так и говорил: «Диктатура — это насилие одного класса над другим, и социализм без этого построить нельзя». Насилие как принцип.     О Керенском Если бы не злосчастные свойства двух людей, Николая II и [Александра] Керенского, слабость их характеров, прежде всего, если бы не патологическая целеустремленность и безразличие к жизням других людей и всем известные [свойства] Сталина, не хочу о них говорить, история России, утверждаю, могла бы пойти по-другому. У Керенского, когда с ним беседовали, спросили: — Можно было избежать Октября и всего последующего? — Можно. — А как? — Для этого надо было расстрелять одного человека. — Кого? Ленина? — Нет, меня, — сказал Керенский. Корнилов был единственный человек, который мог соперничать с Лениным по свойствам личности. Не было у нас таких, не нашлось. А Корнилов мог. Керенский, как сейчас нередко происходит с нашей оппозицией, когда Корнилов дал понять, что он будет диктатором, Керенскому это очень не понравилось. Амбиции личные — опасная вещь для политических деятелей. А Корнилов не собирался слушаться, он был уверен, и совершенно справедливо, что России грозит смертельная опасность, и продолжал двигаться. Тогда Керенский не нашел ничего лучшего, как объединиться против Корнилова с Лениным. Я написала в [своей книге]: Если бы сказали Керенскому: «Мы откроем тебе по две минуты три окошечка в три года — 1922, 1937 (и какой-то еще, не помню какой). И ты смотри внимательно». И когда бы он увидел горы трупов и тонны крови, он бы объединился с Корниловым мгновенно. А если бы Корнилов отказался объединиться, то он бы объединился с самим дьяволом. Но окошечко не открылось, и Керенский двинул Россию вперед.     О Каменеве — В 1934 году [Лев] Каменев арестован. За что, кого-нибудь убил? Нет. Избил? Тоже нет. За расхождение с верхушкой своей партии, которая уже получила единоличное правление. Он получает сначала пять лет тюрьмы за эти расхождения, на следующий год за эти расхождения от своих товарищей по партии уже 10 лет, а потом в августе 1936 года от тех же товарищей по партии — пулю в затылок. Я всегда думаю: ему 53 года, как было печально умирать не за что. Что происходит с его семьей, что резко отличает новую власть от царской, которую они так яростно свергали. Первая жена, сестра Троцкого, развелась с ним в 1927 году — арестована сразу после него, но расстреляна не сразу, а только когда началась война. Двое сыновей расстреляны до этого в 1937 и 1938 году, исключительно за отца. Сталин провозгласил: «Сын за отца не отвечает», — и все это повторяли, печатали в газетах. Вторая жена Каменева расстреляна в 1937 году. Семилетний их сын отправлен в детдом. Только в 27 лет, в 1956 году, Владимир Каменев скажет: — Из моих 27 лет 17 лет я провел в ссылках и лагерях. Были расстреляны и брат Каменева, Николай, а также его жена и их сын — только за злополучное родство с новообъявленным врагом народа. У нас очень мало над этим задумываются. В той, царской, России, которую так старательно разрушали Ленин, Каменев и единомышленники, чтобы вести народ к светлому будущему, да и весь мир, таких семейных историй не просто не было, поверьте на слово, а даже в голову не могло прийти, что можно такое проделать с людьми. Никому в голову не приходило.   О круглых цифрах — Начинается бунт против того, чтобы забирали излишки хлеба. Наш русский крестьянин привык сам разбираться, излишки у него или не излишки. Да, он отдавать не хотел. Посылают потрясающее письмо в это место: «Непременно публично повесьте не менее 100 человек». Во-первых, замечательная вещь — круглые цифры. Так потом в 1922 году пишут: «Расстрелять не меньше 1000 духовных лиц». Круглые цифры говорят о полном равнодушии к человеческой жизни, об отношении шахматиста. Второй пункт: «Забрать весь хлеб». У семьи. Остановимся на этих двух пунктах и зададим себе вопрос: у него что-то есть [в голове] или нет? Село, посреди села висит повешенный крестьянин. Мимо него, висящего отца, ходят его ни в чем неповинные дети. Не надо быть медиком, чтобы понять: травма до конца жизни — повесить в селе того, кто не с оружием в руках выступает против большевизма, а только несвоевременно сдает излишки. Забрать хлеб? Но ведь виновник уже повешен! У кого забирают весь хлеб? У семьи, чтобы умерли с голоду.   О бабушкиных сказках Если мы не пойдем наперекор бабушкам, которые рассказывают о том, какой был хороший Ленин, а Сталин такой полетел за ним, то у нас ничего не выйдет в нашей стране. Будет возрождаться одно и то же. Сегодняшнее, извините, поколение дебилов, вырастит следующее поколение, дебилизирует их. <…> То, что мы неизвестно почему держим памятники его по всей стране… Многие говорят: — Да мне все равно, я каждый день мимо прохожу, для меня это вроде как водокачка. — Для вас, — говорю я. — У вас уже все сформировалось. Но не для детей. Любой трех-четырех-пятилетний ребенок, идя за ручку с бабушкой, непременно спрашивает, в поселке ли он или в городе: — Ба, это кто? Бабушка на 99% отвечает, какой Ленин хороший. Редчайшая бабушка, может, жутко продвинутая, трудно представить бабушку, которая скажет: «Да, знаешь, погубил Россию, в общем-то». Потому что если она так скажет, то резонный даже у 4-летнего вопрос: — Ба, а почему же этому плохому дяде памятник поставили? Получается, что дети в городе, в поселке, они получают в детстве постоянно тот же заряд, который получали мы все. Это воспроизводится бесконечно: Ленин хороший.   Об исторической памяти — Я провела исследование. Я попросила, чтобы мои коллеги подарили мне 20 минут своего урока. Чтобы школьники конца восьмого класса ответили на уроке на семь вопросов. Среди них такие: «Что ты знаешь и что ты думаешь о Ленине?», «Что ты знаешь и что ты думаешь о Сталине?», «Что ты знаешь и что ты думаешь о Ельцине?». Моя печальная гипотеза полностью подтвердилась: парень 13 лет приходит в 9-й класс с помойкой в голове. Все, как один, писали: «Ленин хороший, добрый, любил людей, любил детей, поднял Россию с колен». Сталин. В том, что писали о Сталине, обратите внимание на противительный союз «но». «Сталин, да, был жесткий, иногда даже жестокий, но победил в Великой Отечественной войне». В этом «но» заключена причинно-следственная связь: скорее всего, потому и победил, что был жестокий — репрессии помогли победе. Они не знают того, что осенью 1941 года, все-таки отец это наблюдал лично, дивизиями сдавались с полковым знаменем, с комиссарами и командирами. Только потом опомнились, через несколько месяцев, когда стало понятно, что надо землю свою спасать. Далеко не сразу пришли в себя. Потом, да, замечательно сражались, но не сразу это было. Про Ельцина ни одного ответа нет положительного. Я считаю Ельцина историческим деятелем уровня Александра II, а вы можете как угодно обо мне думать. Я довольно близко наблюдала, будучи членом комиссии по вопросам помилования и членом президентского совета. Он проводил эти советы, я сидела напротив него и наблюдала лично. Квинтэссенция того, что писали о Ельцине, такая, цитирую: «Ельцин — алкоголик, еврей и дурак».   Мариэтта Чудакова окончила филологический факультет МГУ, около 20 лет работала в отделе рукописей Государственной библиотеки СССР им. Ленина. С 1985 года преподает в Литературном институте им. М. Горького. Выступала с критикой советского строя со времен Горбачева, в середине 2000-х занималась политикой, работала в составе Президентского совета и была членом Комиссии по вопросам помилования при президенте России. В апреле 2010 года подписала обращение к российской оппозиции за отставку Путина, подписывала все открытые письма в поддержку Украины. Была замужем за известным литературоведом и автором романа «Ложится мгла на старые ступени» Александром Чудаковым.
ИСегодняшнее поколение дебилов  вырастит следующее поколение"

Айседора Дункан : Танец с шарфом на бис

Все мое детство разрисовано этим гениальным Левшой.
Собратья по перу шутили, что рисовал он левой, и писал тексты правой рукой...
Сколько поколений выросло на его сказках, книгах, мультфильмах?
Сутеев иллюстрировал их 70 лет!
"Когда зажигаются ёлки", "Снеговик-почтовик", "Петя и Красная Шапочка", "Козленок, который умел считать до десяти",
"Про бегемота, который боялся прививок", "Мешок яблок", "Кораблик", "Кто сказал "мяу"?", "Грибок-теремок", "Разные колёса", "Петух и краски"… Айболит, Чипполино, Пиф!


Мы учились не только читать по его книгам, в которых буквы были почти такие же крупные, как и герои, мы учились дружить, любить, идти на помощь, прощать.
Посмотрите на его рисунки, ведь это те же комиксы, но сколько в них доброты!
кто сейчас рисует так?


где-то в инете при обсуждении сутеевских книг увидел коммент одной мамаши:
"А я реально сама не читала, ну и ребенку не покупала... ну и чё мы реально с сыном выросли моральными уродами?"
Боюсь, что да…