Винтажный сет от немецкой мануфактуры Villeroy&Boch.
6 бульонных пар и блюдо - рулетница - предметы очень редкой коллекции Sweet June.

Вторая половина ХХ века.

Коростель.

#Фото@birdslovers

Широконоска.
Рязанская область.

#Фото@birdslovers

Цивилизация Майя создала систему измерения времени, которая превосходила всё, что имела Европа вплоть до ХVI века.

Майя вычислили длину солнечного года: 365, 2420 суток. Современные спутниковые измерения дают: 365, 2422 суток. Погрешность — менее двух секунд в год. Это для народа, чьими «инструментами» были только глаза и каменные стелы.

Майя рассчитали синодический период Венеры — 583,92 дня. Современное значение — 583,93.

Лунный месяц они определили как 29,53020 дня. Мы измеряем — 29,53059. Точность, которая заставляет вздрогнуть, учитывая, что мы говорим о людях живших в каменных городах посреди джунглей.

У майя было несколько параллельных календарей:
Цолькин — 260-дневный ритуальный цикл. Хааб — 365-дневный солнечный цикл.
И Длинный счёт - система, отсчитывающая дни от мифической точки начала:
11 августа 3114 года до нашей эры. Эти календари синхронизировались в циклы, один из которых — 52 года — совпадает с прецессией равноденствий. Они знали о прецессии. Это медленное покачивание земной оси с периодом 25 772 года. Явление настолько растянутое во времени, что для его обнаружения нужны столетия наблюдений и математическая модель.

Цивилизация майя не использовала металлургические орудия, телескопы и не применяла колесо для транспорта. Однако, опираясь исключительно на математику и визуальные наблюдения, они создали сложнейшую астрономию предсказывали затмения и календарь, а вместо железа виртуозно обрабатывали обсидиан и камень.

Майя знали принцип колеса и использовали его в детских игрушках. Но из-за ОТСУТСТВИЯ ТЯГЛОВЫХ ЖИВОТНЫХ, лошадей, быков и сложного рельефа джунглей, применять его для масштабного строительства или транспорта было нецелесообразно.

Юный Константин Райкин, будучи человеком и темпераментным, и литературно одаренным, вел донжуанский дневник. Записывал, так сказать, свои впечатления от начинающейся мужской жизни.

По всем законам драматургии, однажды Костя свой дневничок забыл, в раскрытом виде, на папином рабочем столе — и, вернувшись из института, обнаружил родителей, с интересом изучающих эту беллетристику.
— Да-а, — протянул папа. — Интересно… Я в твои годы был скромнее, —сказал он, чуть погодя.

— Ну, ты потом наверстал, — заметила мама, несколько испортив педагогический процесс. Но педагогический процесс только начинался: Райкин-старший вдруг сменил тему.
— Знаешь, Котя, — сообщил он, — у нас в подъезде парикмахер повесился…

Котя не сразу уследил за поворотом сюжета:-
— Парикмахер?
— Да, — печально подтвердил Аркадий Исаакович. — Повесился парикмахер. Оставил предсмертную записку. Знаешь, что написал?
Райкин-старший взял великую педагогическую паузу и, дав ребенку время сконцентрировать внимание, закончил: -
— «Всех не перебреешь!»