Когда-то сундук был одним из самых важных предметов в русском доме. Сегодня его чаще можно увидеть в музее, антикварной лавке или в интерьере загородного дома, а несколько веков назад без него невозможно было представить ни крестьянскую избу, ни купеческое хозяйство. По сути, сундук заменял сразу несколько предметов мебели: шкаф, комод, сейф, дорожный чемодан и даже скамью.

В сундуке хранили всё самое ценное. Туда складывали праздничную одежду, ткани, семейные документы, деньги, украшения и иконы. Его запирали на замок, а при переезде перевозили вместе с хозяевами как одну из самых важных вещей. Сундук сопровождал семью на протяжении всей жизни и нередко становился настоящим хранителем семейной истории.

Изготавливали сундуки самые разные мастера, поэтому двух совершенно одинаковых изделий почти не встречалось. Одни были небольшими и предназначались для хранения денег, писем и важных бумаг. Другие занимали значительную часть пространства и служили одновременно лавкой и вместительным хранилищем. Особенно интересны сундуки с выпуклой, так называемой «горбатой» крышкой. Такая форма появилась не случайно: во время перевозок на телегах дождевая вода легко скатывалась с поверхности и не портила содержимое.

Есть такой зверёк, он как-будто создан из фрагментов в мастерской пьяного чучельника: мордашка кролика, торс мини-кенгуру, хвост крысы с шикарной черной кистью, а ноги… лапы как у карликового страуса с сильными трехпалыми стопами и когтями, способными причинить ощутимый вред.

Перед вами долгоног, он же спрингхаре (Pedetes capensis). Вы скажете, это дикий сон гибридизатора? Но он настоящий и встретить данного персонажа удастся исключительно в сухих саваннах и полупустынях Южной и Восточной Африки.

О них мало кто слышал вне узких научных сообществ, еще меньше людей созерцали их вживую, а ведь этот «дизайнерский каприз» эволюции таит факты, от которых волосы встают дыбом даже у бывалых исследователей.

Начать следует хотя бы с того, что вопреки названию и задорной заячьей мордочке, к зайцам или кенгуру этот зверь не имеет абсолютно никакого отношения.

Это весьма необычное млекопитающее. Это грызун весом с крупного домашнего кота (около 3–4 килограммов) и длинной туловища порядка 40 сантиметров, к которым добавляется еще полметра крепкого хвоста-балансира.

Причем днем вы его гарантированно не увидите: долгоног — убежденный интроверт и полуночник. Пока саванну палит беспощадное солнце, наш герой сладко спит в подземных апартаментах собственного производства.

Маляванки или расписные ковры - уникальное ремесло, распространенное в деревнях Белоруссии. В ярких жизнерадостных красках свиданий возлюбленных, народных гуляний или метафорических изображений рая заключена не только любознательность и жизненная сила народа, но и удивительное стремление простых людей к красоте, тяга к прекрасному.

Однако сейчас это самобытное ремесло под угрозой: все меньше остается в живых мастеров, а эту привычную часть деревенского быта лишь недавно признали важной частью культурного наследия.

Что такое маляванки, кто их создает и почему они переживают кризис, а также где можно увидеть сохранившиеся росписи, расскажем в этой статье.

История промысла

Белорусские расписные ковры нельзя назвать ни древним, ни старинным ремеслом. Зародилось оно в конце 19-ого века, но наибольшего расцвета достигло в 1930 - 1950-ые годы. Проводившаяся в это время интенсивная застройка деревни привела к увеличению количества домов и возникновению потребности в их украшении. Маляваные дываны или маляванки, как их называют в Беларуси, представляют собой расписанные холсты размером примерно 1,5×2 м, которые вешали в доме над кроватью или в светелке.

Вазы Wedgwood из легендарной серии Fairyland Lustre — это не просто антиквариат. Это — вирусное заклинание, которое передаётся от сердца к сердцу, от коллекции к коллекции, от одного взгляда к другому. И сегодня я расскажу, почему эти произведения искусства стоят целых состояний на престижных аукционах, а их фотографии собирают миллионы лайков в соцсетях.

Сон, сошедший с кончика кисти Дейзи

1925 год. Англия, всё ещё помнящая послевоенный вкус свободы. Хрупкая женщина с именем, звучащим как цветок, — Дейзи Макейг-Джонс — берёт в руки кисть. Перед ней — белая фарфоровая заготовка, такая же, как сотни других. Но через несколько минут она превращается в волшебный лес, где каждая деталь дышит сказкой.

Дейзи не просто рисовала — она создавала целые миры. Её вдохновляли кельтские легенды, шекспировские сны и детские воспоминания о том, как она впервые увидела светлячков в летней роще.

Именно эта способность — превращать утилитарный предмет в окно в параллельную реальность — и делает серию Fairyland Lustre бессмертной. Каждая ваза уникальна: роспись выполнялась вручную, а потому даже в рамках одной серии нет двух абсолютно одинаковых экземпляров. Это не масс-маркет, это — рукопожатие с самой музой.

Наступил сезон «Дашу» (Большая жара) — самое знойное время года. В такую погоду обитатели зоопарка тоже ищут прохлады. Панды играют с ледяными кубиками в помещениях с кондиционером, обезьяны лакомятся фруктовым льдом, тигры купаются в бассейне, а олени и архары отдыхают под навесами с водяным туманом... Наша фотоподборка покажет забавные и необычные способы, которыми животные спасаются от летнего зноя.

(Фото: CFP)

В разгар лета «лес на воде» на озере Чжандуху в городе Ухань /провинция Хубэй, Центральный Китай/ утопает в зелени. Свыше 10 тысяч болотных кипарисов, укоренившихся прямо в воде, раскинули пышные кроны и образовали многоярусные «зеленые зонты». Десятки тысяч цапель безмятежно отдыхают среди ветвей, спасаясь от летнего зноя. Об этом сообщает сайт «Хуаньцюван».

Недавно более 30 больших хохлатых крачек были замечены в прибрежных водах у парка Аоюань города Сямэнь /провинция Фуцзянь, Юго-Восточный Китай/. Птицы кружили над волнами и ныряли за добычей — эта картина стала еще одним свидетельством гармоничного сосуществования человека и природы. Об этом сообщает сайт «Хуаньцюван».

Большая хохлатая крачка — субтропическая морская птица, находящаяся под государственной охраной второй категории. Из-за высокой требовательности к условиям обитания, качеству воды и наличию кормовой базы этот вид служит важным индикатором состояния экосистем прибрежных водно-болотных угодий.

Больших хохлатых крачек наблюдают в акватории парка Аоюань уже не первый год подряд, что свидетельствует об устойчивом улучшении состояния морской экологии Сямэня.

Цицикар /провинция Хэйлунцзян/, 14 августа /Синьхуа/ -- В начале осени по лунному календарю в Национальном природном заповеднике Чжалун в пров. Хэйлунцзян /Северо-Восточный Китай/ журавли неспешно бродят в поисках пищи, то взмывая в небо, то вновь опускаясь среди тростниковых зарослей и бирюзовых вод. Они словно исполняют плавный, завораживающий танец - и эта картина становится одним из самых прекрасных осенних образов природы.

С детства нас учат, что дятлы — это защитники лесов. Что они тратят огромное количество времени и сил на уничтожение древесных вредителей, с боем выбивая старым деревьям десяток-другой лет жизни. И это действительно так: в желудке большого пёстрого дятла может быть до 500 насекомых одновременно. Но в то же время у дятлов есть другая, более тёмная, сторона. Ведь они не только спасители лесов, но и их разрушители. И даже более, они являются эффективными охотниками на крупные цели.

Один маленький факт: дятлы — это всеядные животные. Наравне с насекомыми они потребляют ягоды, плоды и семена деревьев. А зимой, когда насекомых днём с огнём не сыщешь, основой их рациона становится растительная пища. За месяц большой пёстрый дятел способен уничтожить до 1000 шишек. Что удивительно много при его скромных размерах: большим дятел считается чисто формально, по факту он размером с дрозда. Сколько будущих деревьев он при этом уничтожает, вопрос открытый.

Пёстрые дятлы настолько хороши в поедании семян благодаря одному простому изобретению — кузницам. Кузницей дятла называется удобная развилка ветвей, щель между двумя камнями или любое другое место, в которое можно забить шишку и спокойно заниматься семечковыколупыванием, не беспокоясь о том, что она упадёт.

Ночью Петербург будто меняет правила. Днём мосты соединяют берега, по ним едут машины, спешат люди и гуляют туристы. А после часа ночи огромные пролёты медленно поднимаются к небу — и город на несколько часов оказывается разделён Невой.

Для гостей это красивое зрелище и обязательная фотография. Для петербуржцев — причина проверить время, маршрут и заряд телефона. Но разводные мосты появились вовсе не ради романтики.

Начнем с того, что Санкт-Петербург строили на Неве. Благодаря этому он получил такие прозвища как город на Неве и Северная Венеция. Но еще одно - город мостов. Нева хоть и небольшая, но судоходная по всей своей длине. Она связывала внутренние районы России с Балтикой, а значит, по ней постоянно должны были проходить торговые и военные суда. Построить обычный высокий мост было сложно, а низкий перекрывал бы путь кораблям.

На солнечной набережной Лунгарно Корсини во Флоренции XIX века стоял особый, ни с чем не сравнимый шум. Здесь, в тени старинных палаццо, не умолкала звонкая симфония ударов молотка по хрупкому камню. Каждое утро двери местной студии распахивались, и на мостовую облаком вылетала белоснежная пыль — визитная карточка места, где глыбы карарского мрамора превращались в дышащую жизнь.

Внутри этого здания происходит настоящее чудо. На ваших глазах под руками резчиков холодная, твёрдая глыба карарского мрамора теряет свою тяжесть: она превращается в прозрачную вуаль, тончайшие оборки кружевного платья, мягкие складки кожи и живой, трепетный человеческий взгляд.

Это — Galleria Pietro Bazzanti e Figlio, самое знаменитое скульптурное ателье Флоренции, чей хозяин, Пьетро Баццанти (1825–1895), научил весь мир заново влюбляться в итальянскую скульптуру.

Тибетская лиса выглядит совершенно просветленным созданием, однако питается она отнюдь не праной, а, как и прочие лисы, любит заедать мясо мясом. Поэтому все местные животные, способные поместиться в ее пасть, видят ее в кошмарных снах, но чаще прямо у себя за спиной, потому что тибетская лиса – мастер маскировки. Она отлично знает, с какой стороны подкрасться, чтоб застать врасплох.

Абсолютно все, кто видел тибетских лис вживую или на фото, отмечают, что облик у них ну очень странный: широкое лицо кажется квадратным из-за особого роста шерсти на щеках, голова крупная, уши короткие, а взгляд совершенно осмысленный, ехидный, пронзительный, человеческий. Кажется, будто она сейчас поздоровается и спросит: "Какого ты тут делаешь, путник?"

Мимика у тибетских лис очень выразительная, но серьезное, сосредоточенное, фоновое выражение лица сохраняется всегда, чем бы лиса ни занималась в текущий момент.

Представьте себе дерево, которое вместо привычных листьев украшено
нежными, белоснежными цветами, напоминающими свернутые носовые платки.
Именно так выглядит удивительное растение, известное как "Дерево носовых
платков" (Davidia involucrata). Это не просто экзотическая диковинка, а
настоящий символ стойкости, красоты и долголетия, окутанный множеством
легенд и историй.

Внешний вид: Поэзия природы в каждом лепестке

Главная особенность Дерева носовых платков – это его уникальные
прицветники. В отличие от большинства растений, где прицветники служат
для защиты бутонов, у этого дерева они превратились в настоящие
произведения искусства. Два больших, белоснежных прицветника,
достигающих в длину 10-20 сантиметров, свисают с ветвей, напоминая
нежные, словно сотканные из шелка, носовые платки. Они не имеют запаха,
но их форма и цвет создают завораживающее зрелище, особенно когда дерево
покрыто ими с ног до головы.

Сами цветы Дерева носовых платков невзрачны и собраны в небольшие
головки, окруженные этими эффектными прицветниками. Они появляются
весной, когда дерево уже покрыто молодой листвой, и держатся на ветвях
довольно долго, создавая впечатление, будто дерево усыпано снежными
хлопьями или легкими облаками.

Листья у Дерева носовых платков также заслуживают внимания. Они
крупные, сердцевидные, с зубчатым краем, и имеют приятный темно-зеленый
цвет. Осенью они приобретают красивые оттенки желтого и оранжевого,
добавляя дереву еще одну грань своей привлекательности.

Происхождение и история: Путешествие из Китая в мир

Дерево носовых платков родом из горных лесов Китая, где оно растет в
дикой природе уже многие столетия. Его открытие для западного мира
связано с именем английского миссионера и ботаника Эрнеста Генри
Уилсона. В начале XX века Уилсон совершил несколько экспедиций в Китай,
где он обнаружил это удивительное дерево и привез его семена в Европу.

Китайский художник Гуань Цзэцзю родился в 1941 году в городе Янцзяне провинции Гуандун (на юге Китая) - месте, где природа щедра на краски: там буйно цветут пионы, над прудами поднимаются стебли лотосов, а воздух будто пропитан запахом влажной зелени. Возможно, именно эти его детские впечатления потом так отчётливо проявились в его полотнах, как мягкая, обволакивающая гармония.

Путь Гуань Цзэцзю в искусстве был серьёзным и основательным. Он учился в Академии изящных искусств в Гуанчжоу (столице провинции Гуандун) - сначала поступил туда в 1961‑м, обучался живописи (в том числе масляной), а позже там же закончил аспирантуру.

Гуань постигал законы рисунка и композиции, впитывал традиционную китайскую живопись с её особым отношением к пространству, к ритму мазков, к тому, как одна тонкая линия может передать и силу, и хрупкость, и красоту.

Линогравюра редко ассоциируется с изображением дикой природы. Чаще вспоминаются черно-белые книжные иллюстрации или плакаты, чем птицы, лисы и зимородки. Британский художник Мартин Труфитт-Бейкер (Martin Truefitt-Baker) показывает, насколько выразительной может быть эта техника, если использовать ее для изображения животных.

Художник живет в Уэльсе, на территории национального парка Брекон-Биконс (Баннау-Брихейниог).

Большинство самых известных работ художника выполнено в технике редукционной линогравюры. Это один из самых трудоемких способов цветной печати. Для изображения используется всего один лист линолеума. После печати каждого цвета художник вырезает новую часть формы, снова наносит краску и делает следующий оттиск. Так продолжается до последнего, самого темного слоя. Исправить ошибку невозможно: каждый новый этап уничтожает предыдущий.

Чтобы получить сложные оттенки, Труфитт-Бейкер нередко наносит на валик сразу несколько близких цветов. Благодаря этому в его работах появляются мягкие переходы, необычные для линогравюры. Обычно художник ограничивается шестью слоями краски, считая, что этого достаточно для передачи объема и атмосферы без потери графической выразительности.

Есть на свете птица, которая пересекает Тихий океан без единой посадки. И это вовсе не гигантский альбатрос с трёхметровым размахом крыльев, не могучий орёл, не морской буревестник - а скромный кулик размером с городского голубя. Зовут его малый веретенник.

Осенью 2022 года один такой невзрачный кулик снялся с побережья Аляски и через одиннадцать дней приземлился в Тасмании. Без отдыха. Без единой крошки еды. Без единого глотка воды извне.

13 560 километров над сплошной солёной водой - и ни одной остановки для сна и еды!

Как он не падает замертво от усталости? Вот эти его природные сверхспособности мы и разберём.

Анна Маринова — художница из Санкт-Петербурга, работающая в реалистической традиции. Особое место в ее работах занимают прекрасные женские образы. Они отличаются изящной нежностью и особой поэтичностью, передающими не только внешнюю красоту, но и хрупкость, мечтательность, загадочность.

Сирень. Холст, масло. 50х60 см. 2023г. Источник изображения : marinovaanna