22 января 110 лет назад военные жестоко разогнали мирное шествие рабочих к Зимнему дворцу - это событие назвали «Кровавым воскресеньем». Именно оно положило начало Первой русской революции.

Земский прецедент

Начать надо с Земского собора. В 1904 году Евно Азеф, агент полиции, которого внедрили в боевую организацию партии эсеров, был вынужден отстаивать свою репутацию перед революционерами и организовать убийство министра внутренних дел Вячеслава фон Плеве – того, кому сам Азеф был обязан своим сотрудничеством с исполнительной властью. Известие о смерти чиновника от брошенной в экипаж бомбы взволновало царя Николая II. Он бы выбрал на пост Плеве еще одного твердого консерватора, однако неудачи на войне с Японией вынудили его пойти другим путем – выбрать на пост главы МВД представителя других взглядов.

Им стал Петр Дмитриевич Святополк-Мирский. Мягкий человек, сторонник взаимоуважения между государством и обществом, он был призван сделать положительные сигналы либералам. Новый министр именно так и поступил: он указывал на необходимость установления веротерпимости, сведения понятия политического преступления к акту террора, ослабления цензуры. А также расширение компетенций органов местного самоуправления.

Либералы сигнал услышали: у них возникло чувство, будто времена меняются. Земцы, в свою очередь, усмотрели в высказываниях Мирского приглашение созвать всероссийский съезд. На нем, решили представители местного самоуправления, они, считая, что правительство хочет услышать их мнение, выскажутся по ряду государственных вопросов. Событие, поначалу готовившееся как сугубо локальное, стало политическим – на повестке дня оказалась тема конституционных изменений.

Поначалу Мирский одобрил идею съезда и получил у царя одобрение на проведение мероприятия. Узнав же о том, что земцы намерены обсудить и политические вопросы, он попросил, чтобы съезд отложили. Однако получил отказ и вынужден был согласиться. У представителей местного самоуправления, таким образом, сложилось впечатление, что их мнение на политические темы действительно важно для власти.

6-9 ноября 1904 года на частных квартирах Санкт-Петербурга съезд состоялся. Одной из тем, поднятых на нем, был созыв законодательного органа с правом голоса в обсуждении бюджета и правом контроля за действиями администрации. За резолюцию о представительстве проголосовали чуть менее двух третей участников съезда. В атмосфере больших ожиданий активизировалась оппозиция. В частности, организация «Союз освобождения» развернула кампанию банкетов, на которых поднимались бокалы за свободу и конституцию.

Мирский, узнав содержание резолюции, попросил чиновников своего министерства составить программу, которая могла бы быть представлена царю как результат съезда и соответствовала бы его консервативным взглядам. Проект главы министерства внутренних дел обсуждался 7 декабря. Одним из самых сложных моментов в документе была идея о введении в Государственный совет представителей, избранных земством. Царь сомневался, однако в тот день его смогли убедить в необходимости выборного начала. По просьбе Николая II граф Витте подготовил документ для подписания, однако перед тем, как придать ему официальность, царь решил посоветоваться с великим князем Сергеем Александровичем и самим Витте. Оба они призвали его воздержаться от идеи, выдвинутой Мирским. Долго уговаривать Николая II не пришлось. Ожидания политических перемен в стране не оправдались.

Шествие к Зимнему дворцу

Плеве, помимо внедрения агентов в боевые организации, создавал также и профсоюзы, опекаемые полицией. Одним из них стало Собрание русских фабрично-заводских рабочих, которое возглавил выходец из малороссийских крестьян, священник Георгий Гапон.

Поначалу его, последователя учения Льва Толстого, интересовало духовное воспитание рабочих, а не политическая и экономическая суета. Собрание, тем не менее, пользовалось большой популярностью – к концу 1904 года в него вошли 11 тысяч человек. По мере того как росло число членов организации, священник вызывал все большее беспокойство полиции, поскольку начинал выказывать признаки независимости.

К началу 1905 года Гапон под впечатлением от Земского собора пришел к выводу, что рабочим необходимо углубиться в политику. Он попытался установить связь с политическими партиями – социал-демократами и социалистами-революционерами, однако благосклонно к священнику, связанному с полицией, отнесся только «Союз освобождения». В конце ноября Гапон ознакомил Собрание с резолюциями Земского съезда и распространил среди его членов публикации «Союза освобождения».

20 декабря 1904 года – уже после Земского собора и решения царя отказаться от поблажек либералам – в связи с увольнением четырех рабочих Путиловского завода (членов Собрания) было принято решение объявить забастовку, к которой присоединились и другие заводы. 7 января бастовали около 82 тысяч рабочих, 8 января – уже 120 тысяч. В Петербурге перестали работать электричество и выходить газеты.

Гапон решил организовать выступление процессией к Зимнему дворцу для вручения царю челобитной от рабочих. Документ был написан при участии «Союза освобождения» и требовал улучшения положения рабочих. Одним из требований челобитной было созвать Учредительное собрание. Копии петиции были разосланы всем сановникам.

Рабочие и не подозревали, что шествие может быть не санкционировано властями: организация пользовалась поддержкой государства. Правительство забеспокоилось, что процессия может выйти из-под контроля либо быть использована социалистами, да и Гапон в их глазах был оголтелым социалистом. Иван Александрович Фулон, начальник полиции, до этого благоволивший священнику, призвал рабочих не выходить на улицы, пригрозив в противном случае применить силу, а затем приказал арестовать Гапона. Тому удалось скрыться.

Накануне шествия Мирский собрал министров и высших чиновников, решив посоветоваться с ними и избежать, таким образом, возможных эксцессов. На совещании было решено не запрещать шествие, но поставить для него пределы - отрезать путь к Зимнему дворцу - а в случае их нарушения открывать огонь. Войска были расставлены на ключевых позициях.

Приняв превентивные меры, все в то же время были убеждены, что процессия будет мирной. Царь отнесся к ней как к событию банальному и уехал в Царское село.

9 января, в воскресенье утром, рабочие стали сходиться к шести сборным пунктам. Демонстранты были охвачены религиозным подъемом, шли с иконами и пением, прохожие крестились или вливались в ряды шедших. Звучал благовест. В конце концов демонстранты начали наталкиваться на военное оцепление. Шедшие сзади подталкивали тех, кто шел спереди, войска давали предупредительный залп в воздух, а затем начинали палить без разбора в надвигавшуюся толпу. У Нарвских ворот, где во главе колонны шел Гапон, произошла самая большая и страшная свалка. Там было убито сорок человек, и Гапон, который сначала, как и остальные, бросился на землю, спасаясь от пальбы, встал на ноги и закричал: «Нет у нас больше Бога, нет больше царя!».

Эта фраза оказалась ключевой для дальнейших исторических интерпретаций произошедшего: в глазах народных масс был разрушен образ «доброго царя». Шествие было разогнано, подняв волну возмущения. 18 января получил отставку Святополк-Мирский. Начались митинги протеста: представители земств, общественных организаций, оппозиционеры проклинали жестокость правительства. Рабочие ответили крупнейшей стачкой в России – 400 тысяч человек не вышли на работу. Студенты прервали лекции в университетах. Недовольство нарастало как снежный ком.

Гапон после демонстрации бежал за границу, однако скоро вернулся и был убит по распоряжению Евно Азефа. Между тем, «Кровавое воскресенье» стало началом больших событий, которые привели к революции 1905 года, когда Николай II вынужден был подписать два манифеста – об усовершенствовании государственного порядка (закрепляющий гражданские права подданных Российской империи) и о создании Государственной думы.

Источник: Телекомпания «ТВ Центр»