http://photo.dkd.lt/U235/InterviewWithGodRU.swf

Николай Чернышевский: Он просто умел любить

Николая Чернышевского назвали бы сегодня большим оригиналом. Рассказывают, однажды его жену оскорбил бранью ротмистр лейб-гвардии Улановского полка некто Любецкий. Случилось это в 1862 году на вокзале в Павловске. Ротмистр находился явно не в духе, а Ольга Сократовна и ее сестра были в ярких нарядах, что вызвало гнев Любецкого, и он прокомментировал их туалеты отборнейшим матом. Да, и тогда подобное случалось, так что современные «любезники» не новы под луной. Чернышевский был в негодовании. Все ждали вызова на дуэль. И Чернышевский ответил… лекцией на тему демократических свобод на собрании студентов-бунтарей того самого полка, к которому был приписан Любецкий. Так он «поставил» обидчика на место…

Теперь время познакомиться с той, кому Николай Гаврилович посвятил не только романы «Что делать» и «Пролог», но и жизнь свою. 5 октября 1862 года он ей писал из Петропавловской крепости: «…наша с тобой жизнь принадлежит истории; пойдут сотни лет, а наши имена все еще будут милы людям…»

Ольга Сократовна была дочерью саратовского врача Сократа Васильева. Она унаследовала от отца его вольнолюбивый характер и пылкий темперамент. Ее называли «гусаром в юбке», но в то же время и «кошечкой», ибо была она «необыкновенно мила, кокетлива, забавна, находчива, весела, жива и бойка». 19-летняя девушка имела успех, отлично танцевала, словом, – царица саратовских балов. Поклонников было множество, но выбор ее пал на скромного преподавателя гимназии, который не умел ни танцевать, ни барышень развлекать. Был он «некрасив, неловок и казался флегматиком».

Николаю Гавриловичу исполнилось 24. Ольгу Сократовну увидел на свадьбе своего дальнего родственника и… стал частым гостем в ее доме. Что привлекало его? Послушаем племянницу нашего героя: «Она увлекала его всем тем, что он так ценил: и красотой, и независимой индивидуальностью, и неиссякаемыми порывами удали, тем нервом протеста, который он ощущал в и в себе, – совершенно в другую область направленного, но родственного по интенсивности порыва и самозабвения». На что надеялся скромный учитель?

Известие о том, что Чернышевский хочет жениться на Ольге, повергло в шок его друзей: «Да он сразу же станет подкаблучником!» Николай Гаврилович только усмехался: «У меня должна быть жена, которая была бы главою дома». А жене позднее признался: «У тебя больше характера, чем у меня…»

19 февраля 1853 года он сделал предложение Ольге Сократовне и получил согласие. В тот же день записал в тетради: Дневник моих отношений с тою, которая теперь составляет мое счастье». Судя по этому дневнику, его письмам, Олга Сократовна действительно составила счастье всей его драматической жизни. Однажды, задав вопрос: «Что делать?», он жизнью ответил: «Любить». Уже из Сибири он напишет ей: «Пишу в день свадьбы нашей, милая радость моя, благодарю тебя за то, что озарена тобою жизнь моя».

Итак, после свадьбы молодые уехали из Саратова в Петербург, где Чернышевский целиком посвятил себя литературе и революционно-пропагандистской работе. 7 июля 1862 года его посадили в Петропавловскую крепость. Затем гражданская казнь. Каторга. Ссылка. На свободу он вышел только в августе 1883 года.

Чернышевский отбывал срок в Якутии. Зимой – морозы за 50 градусов, летом – мошкара, гнус. Он категорически протестовал против приезда Оленьки, ибо этот климат ей никак не подходил: «…моя жизнь хороша для меня». Но не для нее! Ее здоровье нельзя подвергать опасности. Да и Ольга Сократовна, признаться, не стремилась стать декабристской, и «буду век ему верна» было не про нее.

Она жила своей собственной жизнью. Да и то сказать, молодая, красивая, энергичная. Знал ли об этом Чернышевский? Конечно, и приветствовал это. Он не был эгоистом. Читайте его роман «Что делать?». Да и в письме к жене он писал: «Ты знаешь, моя милая, что для меня самое лучшее то, что для тебя лучше. Ты умнее меня, мой друг, и потому я во всем с готовностью и радостью принимаю твое решение. Об одном только прошу тебя, будь спокойна и весела, не унывай, не тоскуй; одно это важно, остальное все – вздор».

Любовь к жене согревала Чернышевского в 50-градусный мороз, облегчала несносную жару летом. Она позволяла забыться, когда усталость и безысходность отнимали силы, а работа, его книги, не приносили удовлетворения. «Мечты Николая Гавриловича более всего носились около его жены, Ольги Сократовны. Он постоянно, короткими вставками вспоминал о ней,, как бы удовлетворяя болезненную потребность, причем называл ее не иначе, как «Оля», «Оленька». Это свидетельство человека, отнюдь не сентиментального – якутского прокурора, инспектировавшего места заключения.

За годы каторги и ссылки Чернышевский экономил каждую копейку, питался так скудно, что это грозило его здоровью, но зато он скопил денег и купил Оленьке великолепный лисий мех. Он был в отчаянии, что не может дать своей прелестной жене того, что она, по его мнению, заслуживает: «Прости меня, моя милая Голубушка, за то, что я, по непрактичности характера, не умел приготовить тебе обеспеченного состояния».

Они встретились после 20-летней разлуки, прожив разную жизнь. Но главное было в том, что он – любил. Да, он был большим оригиналом, революционный демократ Николай Гаврилович Чернышевский. Он умел любить. Просто любить женщину.

Анна БЕЗЕЛЯНСКАЯ


www.stm.ru

http://my.mail.ru/video/mail/afff44/1361/249.html