Сказка о лунном медведе. Девочкам читать обязательно!!!В лесу, напоенном ароматом сосны, жила молодая женщина. Ее муж много лет воевал, а когда наконец срок его службы вышел, он вернулся домой в ужаснейшем настроении. Он отказался войти в дом,
потому что привык спать на камнях. Он ни с кем не разговаривал и день и ночь проводил в лесу. Узнав, что ее муж наконец возвращается, молодая жена
заволновалась, захлопотала. Она накупила продуктов, наготовила угощений: вкусный белый соевый творог, три вида рыбы, три вида водорослей, рис, посыпанный красным перцем, крупные оранжевые креветки. Робко улыбаясь, она отнесла еду в лес, опустилась на колени
перед своим уставшим от войны мужем и предложила ему угощение, которое для него приготовила. Но он вскочил и стал пинать ногами тарелки и миски, так что соевый творог рассыпался, рыба взлетела в воздух, водоросли и рис упали в грязь, а крупные оранжевые
креветки покатились по тропинке.
– Отстань от меня! – заорал он и повернулся к ней спиной. Он так разъярился, что женщина испугалась. Так повторялось снова и снова, пока в конце концов молодая жена в отчаянии не отправилась к пещере целительницы, которая жила на окраине деревни.
– Мой муж вернулся с войны сам не свой, – сказала женщина. – Он постоянно зол и ничего не ест. Не заходит в дом и не живет со мной, как раньше. Нет ли у вас какого-нибудь снадобья, чтобы он стал нежным и любящим супругом?
– Я могу его сделать, – пообещала целительница, – только для него необходима особая составляющая. К сожалению, у меня вышел запас шерсти лунного медведя. Так что придется тебе забраться на гору, найти черного медведя и принести мне волосок из белой
отметины в форме лунного серпа, что у него на шее. Тогда я дам тебе снадобье, и все у вас наладится.Некоторых женщин такая задача испугала бы. Некоторые сочли бы ее невыполнимой. Но только не эта, потому что она любила своего мужа.
– Я вам очень благодарна, – сказала она. – Какое это счастье – знать, что есть выход!
Женщина собралась в дорогу и на следующее же утро
отправилась на гору. Она шла и пела: Аригато дзайсё! – Так приветствуют гору, говоря ей: "Спасибо, что позволяешь мне подниматься по твоему телу!" Она миновала подножье горы, покрытое валунами величиной с большой каравай хлеба, поднялась на плато, поросшее лесом. У деревьев были длинные плакучие ветви, а листья походили на звезды.
– Аригато дзайсё! – пела женщина. Так благодарят деревья за то, что они приподнимают свои косы, чтобы можно было пройти. Она пробралась через лес и стала подниматься выше. Теперь идти стало труднее. На горе росли колючки, которые цеплялись за подол кимоно, а камни царапали ее нежные руки. Когда спустились сумерки, налетели незнакомые темные птицы и испугали
женщину. Она поняла, что это муэн-ботокэ, духи умерших, у которых нет родных, и пропела им молитву: "Я буду вам родственницей, я помогу вам упокоиться". Женщина взбиралась все выше, потому что ей помогала любовь.Так она карабкалась, пока не увидела снег на горных вершинах. Скоро ноги у нее промокли и озябли, но она поднималась все выше,
потому что ей помогала любовь. Началась буря, снег слепил глаза, забивался в уши. Ничего не видя перед собой, она карабкалась все выше. А когда снег прекратился, женщина запела: Аригато дзайсё! –
благодаря ветер за то, что он перестал слепить ей глаза. Ночь она провела в маленькой пещерке, в которую с трудом заползла. Хотя у нее была с собой еда, она не стала есть, а зарылась в листья и уснула. Утро выдалось спокойное, из-под снега кое-где проглядывали зеленые побеги. "Ну вот, – подумала
женщина, – пора искать лунного медведя". Она бродила целый день, а к вечеру наткнулась на кучи медвежьего помета. Ее поискам пришел конец: по снежному полю шел вперевалку огромный черный медведь, оставляя позади глубокие следы. Лунный медведь грозно заревел и забрался в берлогу. Женщина достала еду и положила в миску. Потом поставила миску у входа в берлогу, а сама спряталась в пещере и притаилась. Медведь учуял съестное и неуклюже вылез из берлоги, рыча так громко, что камешки катились по склону. Он походил вокруг миски, понюхал воздух, а потом в один присест проглотил всю еду. Затем попятился, снова понюхал воздух и исчез в берлоге. На следующий вечер женщина снова выставила еду, но на этот раз не стала прятаться в пещере, а осталась стоять на полпути.
Медведь учуял съестное, вылез из берлоги, заревел так, что звезды чуть не попадали с небес, походил вокруг миски, долго нюхал воздух, но в конце концов проглотил еду и заполз обратно в берлогу. Так продолжалось много дней подряд, пока однажды темной
ночью женщина не отважилась совсем близко подойти к медвежьему логову. Она поставила миску с едой у входа в берлогу, а сама осталась стоять рядом. Когда медведь, учуяв пищу, выбрался из берлоги, он увидел не только обычную порцию еды, но и пару маленьких человечьих ног. Он стал крутить головой и реветь так
громко, что его рев отдавался у женщины в костях. Она дрожала, но не трогалась с места. Медведь встал на задние лапы, широко разинул пасть и заревел так, что женщина увидела его темно-красную глотку. Но она не убежала. Медведь заревел еще громче и протянул лапы, будто собирался ее схватить, так что его десять когтей как десять ножей нависли у нее над головой. Женщина дрожала как осиновый лист, но стояла на месте.
– Милый, хороший мишка, – взмолилась она, – я пришла сюда, потому что моему мужу нужно лекарство.
Медведь опустил передние лапы, вздыбив снежный вихрь, и уставился в испуганное лицо женщины. На миг ей показалось, что в его старых как мир глазах отражаются все горные хребты, долины, реки и деревни. На нее снизошел глубокий покой, и она перестала дрожать.
– Милый мишка, я кормила тебя столько дней. Можно мне взять один волосок из лунного серпа на твоей шее?
Медведь медлил. Эта маленькая женщина могла бы стать легкой добычей. И вдруг он пожалел ее.
– Твоя правда, – молвил он. – Ты была ко мне добра. Возьми волосок, только быстро, а потом убирайся восвояси.
Медведь поднял тяжелую голову, так что показался белый полумесяц на шее. И женщина увидела, как в этом месте сильно бьется медвежья кровь. Женщина положила одну руку медведю на шею, а другой ухватила блестящий белый волосок и резко дернула. Медведь попятился и заревел, будто его ранили, а потом сердито заворчал.
– Благодарю тебя, лунный медведь! – Женщина принялась кланяться, но зверь зарычал и сделал шаг вперед. Он заревел, и в его реве женщине слышались слова, которых она не понимала и в то же время откуда-то знала всю свою жизнь. Она повернулась и бросилась бежать вниз по склону что было сил. Она бежала под деревьями, листья которых походили на звезды,
и всю дорогу кричала: Аригато дзайсё! – благодаря деревья за то, что приподняли ветви, давая ей пройти. Она спотыкалась о валуны, которые походили на большие караваи хлеба, и кричала: Аригато дзайсё! – благодаря гору за то, что позволила спускаться по ее
телу. Одежда ее изорвалась, волосы растрепались, лицо потемнело от грязи, но она как на крыльях летела по каменным ступеням, которые вели к ее деревне, по дороге, через деревню, к хижине, где сидела у огня старая целительница.
– Смотрите, смотрите! Я достала его, я принесла его – волосс шеи лунного медведя!
– Вот и славно, – улыбнулась старая целительница. Она
пристально посмотрела на женщину, взяла у нее белый волос и стала рассматривать на свет. Потом взвесила длинный белый волос на ладони, измерила пальцами и воскликнула: – Да, это настоящий волос лунного медведя! – И вдруг бросила его в огонь. Волосок
вспыхнул, затрещал и сгорел ярким золотым пламенем.
– Ох! – вскрикнула молодая женщина. – Что же ты наделала?!
– Не волнуйся, все в порядке, все будет хорошо, – успокоила ее целительница. – Помнишь каждый свой шаг, когда ты взбиралась на гору? Помнишь каждый свой шаг, когда ты старалась завоевать доверие лунного медведя? Помнишь все, что видела, слышала,
чувствовала?
– Да, – ответила женщина, – прекрасно помню. Старая
целительница ласково улыбнулась ей и сказала:
– А теперь, дочка, ступай домой и, вооружившись новыми знаниями, проделай все то же самое со своим мужем.
