В декабре 1994 года в Москве в возрасте 93 лет умерла княжна Екатерина Александровна Мещерская. Эта женщина оставила после себя мемуары, охватывающие целый век истории нашей страны.

Несмотря на испытания, выпавшие на долю дворянки в Советском Союзе, она не потеряла силу духа и волю к жизни, не разочаровалась в людях и родной стране. Отдельные фрагменты из ее автобиографии были в виде книг изданы в США, Англии, Канаде, ФРГ, Дании, Финляндии, Новой Зеландии и Австралии, после чего имя русской княжны стало известно во всем мире.


Жизнь порой плетет из человеческих судеб удивительные кружева, связывая в них темные и светлые нити. И людям только нужно успеть записать все, произошедшее с ними в жизни, чтобы получился готовый роман. Свои воспоминания княжна Китти, как звали ее в кругу семьи, начинает с рассказа о судьбе своих родителей.

Екатерина Подольская (юную княжну назвали в честь матери) происходила из обедневшего дворянского рода, давно утратившего свой блеск. Она была невероятно одаренной от природы, но не имела возможности получить музыкальное образование. В судьбе талантливой девочки принял участие пожилой князь Александр Васильевич Мещерский. На его средства она стала оперной певицей, которая должна была покорить весь мир, и так наверняка бы и произошло, если бы только не одна деталь. 70-летний, давно овдовевший князь влюбился в свою юную протеже, которая была моложе его внуков. Как ни странно, но юная певица с первого взгляда тоже отдала свое сердце благородному и невероятно доброму к ней, хоть и седому, вельможе. Некоторое время они оба пытались бороться со своими чувствами, но любовь оказалась сильнее.

Екатерина Подольская дебютировала в Ла-Скала и уже подписала невероятно выгодный контракт на выступления в Буэнос-Айресе, но за несколько дней до поездки ей пришла телеграмма о тяжелой болезни отца. Немедленно разорвав контракт и вернувшись домой, она застала там страдающего князя. Оказалось, что с отцом все в порядке. Александр Васильевич таким обманным путем вернул домой свою любимую, чтобы сделать ей предложение, так как оперная карьера навсегда закрыла бы для него возможность этого брака.

Свадьба 25-летней певицы и 73-летнего князя, Шталмейстера Императорского двора, имевшего право без доклада входить к Государю, конечно, наделала много шума. Китти Мещерская, «дитя этого необычного брака», в своих воспоминаниях пишет о невероятной любви, связывающей ее родителей. Они прожили вместе всего 5 лет. За это время молодая жена родила князю двоих детей – сына Вячеслава и дочь Китти, которая появилась на свет уже после смерти своего отца. зо-летняя княгиня Мещерская, оставшись вдовой, больше любви в своей жизни не искала и не испытывала. Подробности этой части семейной истории, по словам Китти, она узнала из тайком прочитанного дневника матери.


Князья Мещерские и их дочь Екатерина

Сама же юная княжна с детства узнала, что такое несправедливость и лишения. Будучи, по ее словам, не очень красивым и почему-то нелюбимым ребенком, она получала сначала домашнее воспитание, затем три года проучилась в дворянском Институте имени Александра Третьего.

«Существует мнение, что в институтах воспитывали так называемых кисейных барышень, недотрог, изнеженных идиоток. Их будто бы одевали няньки, натягивая им на ноги чулки. Существует неискоренимая уверенность в том, что институтки -непроходимые дуры и были подобны тепличным растениям.
Я лично, прожив очень трудную жизнь, к которой была совершенно не подготовлена, не один раз с теплом в сердце и с благодарностью вспоминала дорогой мне институт. Он привил мне дисциплину, стальную закалку и выносливость, много раз помогавшие мне в жизни.» (Екатерина Мещерская «Жизнь некрасивой женщины») 


Воспитанницы Дворянского Института

Для молодой княжны Мещерской институт стал настоящим домом и оставил прекрасные воспоминания. Правда, воспитывали молодых дворянок жестко, как военных: холод до 10 градусов в спальнях, жесткие кровати, и легкие одеяла, мытье холодной водой два раза в день, скудная, хоть и вкусная еда, институтские корсеты, заставляющие держать осанку (за сутулость сажали на час «на линейку» - этот инструмент надо было удерживать за спиной согнутыми локтями).

* * * * * 

Княжна Китти Мещерская Жила в роскоши. Она была аристократка. Все у неё было: дворец, драгоценности, платья, рояль... Она воспитывалась в пансионе для благородных девиц. Носила тугие корсеты - для осанки. Такие, что дышать трудно. Вставала в шесть утра и умывалась ледяной водой. Шла с девочками на молитву. В спальне было двадцать девочек, у каждой - своя железная кроватка, хлипкая подушка, тонкое одеяльце; температура - десять градусов. Одежду надо было так сложить на стульчике, чтобы классная дама видела: чулки на месте! От холода иные девочки пытались в чулочках спать. Их наказывали: оставляли без обеда. Ну, помолятся и идут завтракать: чай и хлеб с маслом. Все. Кормили мало; если кто тайком что-то съест, например, бутерброд родители принесут - наказывали. Родители раз в неделю навещали. И общались при классной даме с девочкой. А выходных не было; пели в хоре и молились. И изучали хорошие манеры: доносить подло. Надо делиться, если разрешили лакомство получить от мамы с папой. Надо держать осанку и приседать в реверансе - тренироваться. Дорогое белье носить - вульгарно; белье должно быть просто чистым. А деньги лучше бедным отдать.

 

* * * * * 

«Я поняла, что нет слова «Не могу», а есть слово «Не хочу» или «Надо», и оно всемогуще». 


Княжна Китти Мещерская в молодости

Одновременно с физическими трудностями девушки учились таким понятиям как «дружба», «верность», «товарищество». Своих никогда не выдавали, если попадались на мелких шалостях – воспитательницы находили сладости в спальне, например. Делили все гостинцы, принесенные родителями, только поровну - так, чтобы никому не было обидно. Богатые или бедные – отношение ко всем девочкам было одинаковым. Как ни странно, «дворянки», по опыту молодой княжны, оказались в этом вопросе гораздо более мудрыми и терпимыми, чем дети простолюдинов, с которыми она до этого год училась в всесословном Усачевском училище.

* * * * *

Помимо этого у Китти появился ангел - хранитель - ее крестная - Нэлли Оболенская. Казалось, все налаживалось, но наступил 1917 год. Княгиня Мещерская и Китти перебрались в подмосковное имение Петровское, обосновавшись во флигеле. Флигель этот был примечателен тайной комнатой "Шехерезадой", куда Мещерские спрятали все ценные вещи. 

Однажды во флигель ворвалась банда во главе с неким Агеевым. Они тут же принялись разбивать мебель, тушить окурки о красное дерево и пьянствовать (ни на что более эти ничтожества не были способны). Мещерские и жившая с ними во флигеле больничная кастеллянша с дочерьми были на тюремном режиме, но по ночам уходили в "Шехерезаду", однажды Агеев решил проверить ночью, не сбежали ли узницы, не найдя никого в комнатах, бандиты решили, что... княгиня и княжна Мещерские - ведьмы и могут исчезать. Тут же начались разговоры, о том, что все дворяне - нечисть, а Распутин - главный среди них. Вскоре пришло предписание Мещерским покинуть свое имение, они были вынуждены возвратиться в Москву. К этому времени о Славчике, сражавшемся в Белой Армии не было ничего известно, Нэлли Оболенская была расстреляна в своем белорусском имении на могиле мужа. Далее последовали скитания, тщетный поиск работы, 23 обыска, 13 арестов.

Побывали они и в подвалах Лубянки, пытаясь доказать, что являются просто гражданами новой страны Советов.

Иногда удавалось найти работу - так Китти преподавала музыку в школе, а Екатерина Прокофьевна - мыла посуду в столовой, но и эта работа была ненадолго. 

 

* * * * *

Закалку, полученную в детстве, княжна Мещерская затем пронесла через всю жизнь. Именно эти уроки дисциплины и мужества помогли ей затем в советские годы. Мать Китти вынуждена была устроиться посудомойкой, сама девочка с раннего возраста узнала, что такое тяжелый труд – она работала с детьми, преподавала музыку, занималась переводами. Бывших дворян, конечно, не могли оставить в покое. 

 

Приходилось еще и содержать Анатолию Подборскую, младшую сестру Екатерины Прокофьевны. Именно Анатолия сыграла главную роль в судьбе своей племянницы. Это она подстроила роковую встречу Китти с пьяницей и дебоширом, летчиком Васильевым. В 1921 году Китти была вынуждена выйти за него замуж (после того как была им изнасилована), все благодаря интригам все той же Анатолии. Вскоре Васильев погиб, только так Китти освободилась от него. Затем Китти вышла замуж за изобретателя Фокина, но этот брак тоже был непродолжителен, затем - за композитора Лалинова. После смерти Лалинова четвертым и последним мужем Китти стал дальний родственник, И.С. Богданович, сын расстрелянного царского генерала, бывший драматический актер. именно он заставил Китти написать воспоминания. 


Е.П.Мещерская с дочерью Е.А.Мещерской после освобождения из Бутырской тюрьмы (начало 20-х годов)

Женская судьба «некрасивой женщины» оказалась на удивление богатой приключениями – она была замужем четыре раза. С последним мужем она прожила больше 30 лет и похоронена теперь рядом с ним. В конце жизни она написала мемуары. Этот невероятный архив ее личной и семейной истории, переплетенный с историей нашей страны, еще не до конца опубликован. Несмотря на некоторые неточности, он является интереснейшим документом сразу нескольких эпох и просто захватывающей книгой о любви и ненависти, дворянской чести и человеческом счастье.


Никас Сафронов и Екатерина Мещерская

Из интервью художника Никаса Сафронова:
«- Для вас важно прикасаться к истории?
- У меня знакомая была, княжна Мещерская, умерла в начале двухтысячных годов. Ее папа родил, когда ему было семьдесят восемь лет, а сам он был дружен с Пушкиным, Лермонтовым, Толстым... Казалось бы, Пушкину - двести лет, а ты дружен с женщиной, чей папа был дружен с ним! В этом для меня - огромный смысл! Ведь мы живем тем смыслом, который сами вкладываем в какие-то вещи.»

 

via

 

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.....