Цитата сообщения Ермоловская_Татьяна Есть такие вещи, которые несут на себе знак судьбы. Они связывают собою эпохи и выполняют важные исторические миссии. Для датской принцессы, объявленной невестой русского цесаревича, было сшито платье цвета вереска, окутанного туманом. Эта помолвка расстроилась, но девушка всё же стала женой императора Всея Руси и с удовольствием носила наряд, повенчавший Россию и Данию.

В Датском королевстве жили-были три принцессы – красивая, умная и добрая. По достижении определенного возраста каждой из них полагалось выйти замуж за принца. А где же в тесной Европе на всех невест-сестер набраться женихов с престолом?

Одна из знатных дев, умница Дагмара присмотрела себе белокаменные палаты в России и уже мысленно примеряла пушистых соболей. Её просватали за наследника престола Николая. Под предлогом того, что ещё до приезда невесты полагалось ей в подарок преподнести платье, узнавали, какова же из себя девушка.


Присланные мерки озадачили портных – неужели и впрямь такая точеная фигура? Оказывается, у датской принцессы талия была 42 сантиметра, но при этом она обладала приятными глазу округлостями. Манекен по фигуре будущей императрицы вырубили специально – ничего похожего в придворной мастерской не оказалось.

Не жена, не вдова, не невеста

В те времена каноны женственности брались не с потолка, красивым считалось то, что целесообразно. Парадное платье середины XIX века – гимн женственности. Это прихотливое «сооружение», но все в нем – от мельчайшего фрагмента кружевного узора до последнего шнурочка завязок – имеет свой смысл.

Подарок для принцессы готовили с особой тщательностью, ведь это платье должно было стать вещью, способной соединить не только прошлое и будущее в душе Дагмары, но и символично объединить Россию и Данию.

Для пошива был выбран лиловый отрез. Столь необычный для русского двора цвет одежды, где дамы тогда предпочитали красный, синий и зеленый, должен был напоминать молодой женщине, только что прибывшей в чужую пока страну, о покрытых вереском пустошах и дюнах родного края. Лиловый, по мнению цветопсихологов, тон абсолютно бесконфликтный, не вызывающий у окружающих ни малейшего неприятия и вместе с тем способствующий погружению в себя, в свои мысли и воспоминания. В рисунке роскошных кружев, которыми портные отделали «вересковое платье», тоже угадывались привычные формы: главная тема – букеты камышей с длинными листьями, которые произрастают в любимой Дании. Камышовые сюжеты повторяются и на белой атласной юбке. Кружевницы будто начитались Андерсена и Якобсена, модных датских писателей той поры, в чьих произведениях нередко встречаются пейзажные зарисовки с этими непременными «атрибутами» дремучего можжевелового леса. Платье обещало прин­цессе: ты – часть этого мира и вернёшься к своим истокам.

Когда для будущей иностранной супруги наследника российского престола наряд цвета вереска, окутанного туманом, был почти готов, случилось несчастье – жених скоропостижно скончался. Выходить замуж принцессе стало не за кого? Безутешная Дагмара, пребывая в непонятном статусе полудевушки-полувдовы, на целый год облачилась не в любимые серебристо-лиловые цвета, а в траур. Вересковое платье осталось недошитым.

Счастье от послушания

Идея объединения двух держав родственными узами повисла в воздухе. Российский император Александр II чувствовал себя некомфортно. Он начал уговаривать другого сына – Александра, ставшего после смерти брата великим князем и кандидатом в правители, отправиться в кузницу невест Данию и утешить недосватанную принцессу. Отпрыск упирался – у него было собственное увлечение, но не слишком серьезное, чтобы ставить под удар собственное будущее. Пришлось повиноваться воле родителя.

Дагмаре было 19, когда ее впервые увидел Александр. Маленькая шатенка с выразительными глазами мгновенно околдовала великого князя. Тот влюбился и сделал ей предложение руки и сердца. Осенью датчанка приехала в Россию, занялась изучением русского языка, крестилась в православие и нареклась великой княгиней Марией Федоровной.

Александр, крупнотелый блондин с огромными ручищами, за уникальную миниатюрность называл любимую жену из кукольной страны – Минни. Он запросто мог ладонями целиком обхватить ее тонкую талию. Платье цвета вереска, подаренное супруге будущего императора по приезду, оказалось впору. Мария Федоровна с удовольствием носила его, отдавая дань искусству модисток недавно обретенной второй родины.

Брак Марии Федоровны и Александра был счастливым. Они много путешествовали, любили друг друга, были верны семье, рука об руку взошли на престол, воспитали пятерых детей. Александр умер от болезни в объятиях любимой Минни. Их сын Николай, названный в память первого жениха Марии Федоровны, стал последним российским императором.

Конец правящей династии трагичен – вся царствующая семья Романовых была расстреляна. Минни, единственной представительнице семейства, удалось спастись – вовремя сесть на корабль, присланный сестрой, королевой Великобритании. Из Англии Минни переехала в Копенгаген, в родительский дворец, где ей суждено было спокойно дожить свой век. А русское платье с датской символикой осталось в стране, некогда сделавшей ее счастливой, а потом отобравшей это счастье.

26 сентября 2006 года в Санкт-Петербург пришло датское военное судно «Эсберн Снаре» с прахом принцессы Дагмары. Судно прошло тем же курсом, каким много лет назад плыла в Россию дважды просватанная за русского цесаревича датская принцесса. Ее судьба была примерить платье цвета вереска и стать матерью последнего русского самодержца Николая II.

Кружевное воспитание

«Вересковое платье» состоит из трех частей. В лифе замаскирован корсет – вшитые пластины из китового уса. Лиф формировал талию, поддерживал бюст, заставлял прямо, по-балетному, держать спину, собирал в «рюмочку» бедра, не давая им распущенно колыхаться. Тонкая линия талии подчеркивала ширину бедер, от которой зависели успехи продолжения рода (вот она, целесообразная красота!). В таком лифе дама не могла себе позволить грех чревоугодия, ибо даже крошечный пирожок проходил «калибровку» с помощью чувствительных китовых усов и часто отбраковывался как лишний.

Платье создавало походку. Кринолины – обручи нижней юбки – имели диаметр 3-4 метра. Дама, прежде чем сдвинуться с места, делала внутри наряда два-три незаметных внешнему наблюдателю шага. Из-за этого казалось, что она не идет, а плывет, как лебедушка, по зеркальному паркету бального зала.

В конце 60-х – начале 70-х годов XIX века в моду входит турнюр – маленькие волосяные подушечки, которые свешивались на спине ниже талии и поддерживали огромное количество громоздящихся незаглаженных складок, подборов, оборок и воланов, украшающих спинку платья. «Вересковое платье» шилось как раз в момент перехода от кринолина к турнюру. Степенность, торжественность шагу в новой моде придавал трен, или трехметровый, расшитый кружевом «хвост».

Роль кружев в общей композиции туалета вообще трудно переоценить. Это и воздушность облика, и рисунок, который нес информацию, и характерный звук, издаваемый накрахмаленной ажурной материей. Женщина еще не вошла в зал, а мужчина уже слышал ее приближение, угадывал любимую по знакомому шороху.

Еще любопытная деталь – откидные, казавшиеся широченными на тонких руках Минни, отороченные лебяжьим пухом, как у древнерусских цариц, рукава платья. Подобный «стиль рюс» удерживал от резкой, несолидной жестикуляции.

Валентина Беликова
«Аэропорт»

tatasoz-