Дахау: помнить, чтобы не повторилось
Пост очень тяжелый, но я не смогла его не поставить... Это нельзя забывать, это - было...
22 марта 1933 года в Дахау начал действовать
первый концентрационный лагерь в фашистской Германии. Это был первый «опытный
полигон», в котором отрабатывалась система наказаний и других форм физических и
психологических издевательств над узниками. В Дахау до начала второй мировой
войны содержались политические противники нацистского режима, прежде всего
коммунисты, социалисты, священнослужители, вступившие в оппозицию режиму...
Но уже во время второй мировой войны Дахау
приобрел зловещую известность как один из самых ужасных концлагерей. В нем
проводились медицинские эксперименты над заключенными. Только лишь за год
(1941-1942) там было проведено около 500 экспериментов над живыми людьми.
Многие узники Дахау трудились в качестве бесплатной рабочей силы на окрестных
промышленных предприятиях. Узниками лагеря были 250 тысяч человек, из которых 70
тысяч замучены и убиты.
После окончания войны комендант лагеря,
охранники, врачи, осуществлявшие в лагере медицинские эксперименты, предстали
перед Международным военным трибуналом в Нюрнберге. При поддержке баварского
правительства и Международного комитета бывших узников Дахау на территории
лагеря открыт мемориальный комплекс.
Заключенные концентрационных лагерей должны
были носить на одежде нашивки в виде цветных треугольников. У политзаключенных
они были красными, у евреев — желтыми, у «уголовников» — зелеными, у
«асоциальных элементов» — черные, у цыган — коричневыми, а у гомосексуалистов —
розовыми. Могли эти метки быть и комбинированными.
«Подлежат перевоспитанию за колючей проволокой»
77 лет назад пришедшие к власти нацисты создали первый концлагерь — Дахау. От
Мюнхена до этого маленького городка всего десять минут на электричке. Живописный
баварский ландшафт за окном вдруг сменяется серой звукоизоляционной стеной. На
привокзальной площади плакат: «Добро пожаловать в Дахау». Чего больше в этом
режущем глаз «Добро пожаловать» — кощунственного недомыслия или стремления
заявить о возможности нормально жить рядом с ТАКОЙ памятью? Здесь же приглашение
в близлежащий «Макдоналдс» и указатель — «К мемориальному комплексу». Шесть
километров по отличному шоссе — и вот ворота первого нацистского концлагеря,
открытого как «образцовый» в 1933 году. Узники покинули его в апреле 1945-го.
Школа убийств
Тридцатого января 1933 года Гитлер стал
канцлером Германии, а руководимая им националсоциалистическая партия (НСДАП) уже
в марте стала крупнейшей фракцией в рейхстаге. После марта 1933 года выборы на
многопартийной основе в стране больше не проводились: в течение нескольких
месяцев законодательство рейха «избавило» Германию от многопартийной системы.
Всеобщая растерянность, слабая Веймарская республика, унизившие Германию
версальские законы и, как следствие, тоска по «сильной руке» подарили Германии
Гитлера. Многие с оптимизмом наблюдали за устранением безработицы,
строительством дорог и подъемом производства. Обескровленная Первой мировой,
изнуренная безработицей и инфляцией страна, как казалось многим, воскресала.
Большинство приветствовало «оздоровление нации». Роспуск парламента и запрещение
партий? Расистский душок? Закрытие оппозиционных газет? Неприятно, конечно, но
это лишь временные перегибы при «строительстве нового общества». Еще один шаг —
перевоспитание «чуждых элементов» в условиях изоляции. Нация поначалу проглотила
и это. А потом было уже поздно: жестокое преследование и систематическое
устранение политических противников началось стремительно и безостановочно.
Третьего марта 1933 года, за два дня до выборов в рейхстаг, один из ближайших
соратников фюрера Генрих Гиммлер стал главой полиции Мюнхена, родины немецкого
национал-социализма. Уже 20 марта на пресс-конференции он сообщил о создании
концлагеря Дахау. На следующий день печатный орган НСДАП газета «Фолькишер
беобахтер» («Народный обозреватель») сообщила: «В среду поблизости от городка
Дахау будет создан первый концлагерь, рассчитанный на 5 тысяч человек. Сюда
будут направлены все коммунистические и социалдемократические функционеры и,
если будет необходимо, преступники, угрожающие безопасности государства».
Старая фабрика боеприпасов, простаивавшая со времен Первой мировой войны, стала
местом для арестованных со всей Германии и «образцовой школой» убийств. 11
апреля 1933 года лагерь был передан из ведения баварской полиции под контроль
СС. С этого момента заключенные лишились всех гражданских прав.
Место для стажировки
Барак-приемная: голые оштукатуренные стены, цементный пол, из окон видны «жилые»
бараки и площадь для переклички. Сейчас в этом длинном холодном помещении стоят
музейные витрины, в которых размещены нехитрые экспонаты: старые семейные фото,
пенсне, бумажники, рецепты на лекарства, удостоверения личности, медальоны,
расчески. Это последние атрибуты нормальной жизни, последние вещицы, благодаря
которым человек сохраняет связь с внешним миром, оставшимся по ту сторону
колючей проволоки, связь с домом, с семьей. Это все, что осталось в Дахау от
тысяч узников. Под надзором эсэсовцев, который сопровождался обязательными
«мерами устрашения» — избиениями и бранью, — изымались личные вещи. Все это в
официальном лагерном распорядке дня цинично именовалось «Приветствие СС». В июне
того же года комендантом лагеря стал Теодор Эйке, занявшийся «отлаживанием
механизма» уничтожения людей — уничтожения морального и физического. Поминутная,
детальная регламентация всего лагерного существования должна была лишить узников
воли, свести их с ума, действовать сильнее изнурительной работы. Ибо содержались
в Дахау изначально только политические противники. Коммунисты, монархисты,
социал-демократы, которые до 1933 года боролись друг с другом, в этой мелочной
борьбе пропустили главную опасность. И теперь оказались за колючей проволокой.
Стрижка наголо и полосатая лагерная роба, номер вместо имени и фамилии — так
арестант переставал быть человеком, он становился двуногим существом, которому
надлежало лишь подчиняться командам, затем, дойдя до полного истощения, попасть
в газовую камеру. Будни — каторжная работа, голод, усталость и страх… За особые
успехи на «экспериментальной площадке» Дахау Эйке уже в 1934-м стал начальником
всех концлагерей. Дахау стал образцом и моделью «учреждений перевоспитания»,
которые должны были внушать ужас населению и принудить инакомыслящих к молчанию.
Все эсэсовцы, отправлявшиеся на службу во вновь создаваемые концлагеря,
проходили обязательную стажировку в Дахау.
Превращение национал-социализма из
человеконенавистнической теории в кровавую практику обкатывалось именно в Дахау.
Опыты «доктора» Шиллинга
Вначале власть объясняла нации, что лагеря
создаются для изоляции тех, кто угрожает безопасности государства. Однако вскоре
в умы стала активно внедряться «гуманистическая» версия — о перевоспитании в
лагерях заблудших. Для подкрепления версии о «перевоспитании» в Дахау, а затем и
в другие концлагеря стали доставлять и уголовных преступников. И СС делала
«социально близких» начальствующим персоналом над «социально чуждыми».
В течение Второй мировой войны Дахау стал «географической картой»: после аншлюса
Австрии здесь появились заключенные австрийцы, после вторжения фашистов в Судеты
— судетские немцы, после оккупации Чехословакии — граждане этой страны, затем в
Дахау пошли транспорты из Польши и России… Половина людей, загруженных в вагоны
для скота, прибывала в Дахау уже трупами.
Дахау, которому надлежало быть «первым во всем», были впервые — с санкции
Гиммлера — разрешены опыты над живыми людьми1. И «подопытными кроликами» стали
заключенные. Так называемые эксперименты должны были выявить методы, с помощью
которых можно было, например, «повысить выносливость и духовную стойкость»
немецких солдат в условиях войны, эффективность излечения «раненых арийских
солдат». «Доктор» Клаус Шиллинг начал работу в Дахау в 1942 году, он создал там
малярийную лабораторию. Для «изучения возможности эффективной иммунизации» были
инфицированы более тысячи узников. Лихорадка лечилась, а процесс заболевания
четко фиксировался. Еще были туберкулезные лаборатории, лаборатории сепсиса и
флегмоны. Шиллинг продолжал свои опыты до апреля 1945 года, пока Гиммлер не
приказал свернуть «производство».
Целью опытов в вакууме или разреженном воздухе было «изучение нагрузок, с
которыми могли столкнуться немецкие пилоты на больших высотах или при
десантировании при неожиданном падении давления и снижении содержания
кислорода». Унтерштурмфюрер СС «доктор» Зигмунд Рашер в письме к Гиммлеру 15 мая
1941-го поставил вопрос об использовании в несущих смерть экспериментах
«профессиональных преступников», так как «добровольцев на эти опыты нет».
Гиммлер идею одобрил и лично контролировал ход экспериментов. Испытуемые
направлялись в вакуумные помещения и подвергались воздействию условий, в которых
могли оказаться пилоты. Только с середины марта до середины мая 1942 года около
200 узников, в основном политзаключенные и священники, были подвергнуты этим
преступным опытам. Рашер докладывал Гиммлеру: «Подопытные после процедур с
воздушной эмболией до возвращения сознания доведены до смерти». Опыты с
переохлаждением должны были выяснить, «как можно помочь арийским пилотам,
выброшенным в море, избежать последствий переохлаждения». Подопытные по
нескольку часов лежали в бассейнах с ледяной водой, затем на них опробовали
«различные методы отогревания». Результаты были доложены на совещании в
санатории Люфтваффе в докладе «Об опытах охлаждения на людях». К этому времени
«доктора» Хольцленер и Финке приостановили работу в Дахау, так как «эксперименты
не принесли никаких открытий».
Рашер планировал перевезти свою «лабораторию» в
Освенцим и там продолжить огромную серию опытов по охлаждению при свободном
падении. В его донесении к Гиммлеру от 12 февраля 1943-го говорится: «Освенцим
для подобного рода экспериментов лучше приспособлен, нежели Дахау, так как там
природные условия естественно более холодны и из-за большей территории лагеря к
эксперименту будут привлекать меньше внимания стоны заключенных подопытных,
когда они будут замерзать». Душевнобольные и инвалиды уничтожались в Дахау (и с
начала Второй мировой войны — в других лагерях) не в «экспериментальных», а в
«гуманистических» целях: Гитлер санкционировал «очищение расы от неполноценных»,
назвав это преступление «смертью во избавление».
Про опыты Рашера писано-переписано. В двух словах выдержка из его доклада:
«Третий опыт проводился в условиях отсутствия кислорода, соответствующих высоте
29400 футов (8820 метров). Испытуемым был еврей 37 лет в хорошем физическом
состоянии. Дыхание продолжалось в течение 30 минут. Через четыре минуты после
начала испытуемый стал покрываться потом и крутить головой. Пять минут спустя
появились спазмы; между шестой и десятой минутами увеличилась частота дыхания,
испытуемый стал терять сознание. С одиннадцатой по тридцатую минуту дыхание
замедлилось до трех вдохов в минуту и полностью прекратилось к концу срока
испытания… Спустя полчаса после прекращения дыхания началось вскрытие».
