...Художник со, скорее, аристократическим характером творчества и с несколько мизантропическими тенденциями, Константин Сомов, подобно некоторым другим работникам пера и кисти, любит уходить в глубину минувших веков, как бы в них ища отрады и успокоения <...> Его влечет придворное общество Людовика XV или Людовика XVI, в настроениях которого есть что-то родственное его душе. Томная грациозность, приторная элегантность, вольные экстравагантности людей того века и вместе с тем искрящееся остроумие, на которое таким мрачным отсветом легло для нас, охватывающих всю эту эпоху одним общим взглядом, кровавое зарево уже надвигающейся тогда революции <...> Все это влечет к себе воображение молодого русского художника <...>

В. Пика. «Три русских художника: Сомов, Грабарь и Малявин»

Влюбленный Арлекин,  1912 г.

Константин Сомов - один из художников прошлого века, кто в своем творчестве много внимания уделял воскрешению в живописи мира балов и маскарадов. Современный взгляд сочетается с картинками прошлого, романтически-причудливыми... В своем творчестве К.Сомов испытал  большое влияние графики западного модерна (О.Бёрдсли), а также живописи французского рококо. Сомов проявлял интерес к миру вещей, любованию стариной, отсюда его элегическое мироощущение и скептическое восприятие современной жизни. Для достижения совершенства формы Сомов намеренно ограничивал свое творчество узкими рамками одной темы, эпохи. Он стремился в точности следовать однажды выбранному стилю, манере, относительно небольшому количеству технических приемов, хотя его творческий потенциал был очень широк. Эстетизм и западнические настроения формировались патриархальным укладом дворянской семьи, ранними занятиями музыкой и живописью, поездками в Италию, Францию, Германию, Англию. Сомов "жил" в XVIII веке, в вымышленном им самим мире Рококо, регулярных парков, галантных сцен, хрупкости фарфоровых статуэток, шелка, фижм и пудры. Отсюда и техника большинства его работ: прозрачность акварели, матовость гуаши и пастели. Основные черты индивидуального стиля Сомова: ретроспективность и стилизация, насмешливость, иногда переходящая в язвительность и сарказм, нежность, доходящая до жеманности.

Маскарад

Серия "Арлекин и дама"... разные варианты, разные маскарадные ситуации

Вариации на тему  "Арлекин и Смерть"

Язычок Коломбины

Фейерверк

Дама и Пьеро

Итальянская комедия. 1914

Смерть на карнавале

Две маски (Пара накануне карнавала). 1930

«Книга маркизы» Константина Сомова - своеобразная хрестоматия эротической литературы, которую в первом издании, вышедшем в 1908 году в Берлине, составил Франц Бляй. Но на обложке в качестве автора-составителя обозначено и имя Константина Сомова. Для этой книги Константин Андреевич сделал 31 рисунок, но напечатаны были не все. Цензура изъяла те, которые показались ей непристойными. Скромный титульный лист книги был решен в виде арки, в навершии которой помещено изображение головки героини. Высокая замысловатая прическа и обнаженная грудь маркизы перекликаются с подзаголовком «Книга рококо», а по бокам два амурчика, которые целятся в маркизу из луков. Маска играет в этой книге немаловажную роль - мы видим ее и на заставках, и на одной из центральных иллюстраций, которая и называется «Маскарад».

Обложка "Книги Маркизы", 1918 г.

Авантитул «Книги маркизы». 1918 г.

 

Серия маскарадных иллюстраций к "Книге маркизы", 1918 г.

Сомовский сад всегда - театр. Розовые аллеи и зеленые лужайки его парков всегда - подмостки. Пышные боскеты в этих садах всегда - декорации. Нарядные дамы и кавалеры всегда - актеры. «Автором изысканных новелл» назвал Сомова поэт Валерий Брюсов. Изысканных пьес, хочется уточнить. Ведь сомовские картины-новеллы насквозь театральны, они напоминают мизансцены, фиксирующие один миг из спектакля, нам не показанного, но нами домысленного. Маскарадные и бальные  сценки смотрятся в этих декорациях очень оригинально. Сомов никогда не сочинял декораций для действующего театра, ибо слишком занят был собственным «живописным театром», здесь он был режиссером, драматургом и, разумеется, сценографом. Его воле подчинялось в этом театре все.

Вечер, 1900 г.

Поцелуй, 1904 г.

Маскарад, 1935 г.

Дама в розовом, 1904 г.

Как одевались в старину (Дама и кавалер). 1903 г.

Казаки на балу

Константин Сомов, увлекшись фарфором,  обыгрывает тему мимолетности бытия, его фигурки живут и двигаются, все совсем так как на живописных картинах . И теже маскарадные и бальные мотивы, мотивы любви, романтики.

Дама, снимающая маску, 1906 г.

Влюбленный, 1905-1906 гг.

"Вы можете сказать, что Сомов родился в восемнадцатом веке. Да, но он самый что ни на есть живой и в двадцатом. Он обладает светлой грациозной любовью к декоративности позы, которая есть восемнадцатый век, реализмом лент и кружев: символов чего-то более глубокого и более серьезного, но у него есть также меланхолия недоверия к прогрессу, такая характерная для нашего собственного времени.

Он пишет изысканно, с тщательностью и точностью, которые знают лишь немногие современные живописцы, - но это сильно искушенная точность. Никто не может видеть прелестные иллюстрации к “Манон Леско”, не ощущая удивительное соединение поэзии и иронии, что является величайшим даром Сомова. Где его мир? Несомненно, что это не наш мир. Мы знали его когда-то. Он может к нам вернуться снова. Между тем Сомов еще живет в нем и мы можем услышать его с нежным эхом его очарования, напоминающим нам, что существует, более чем одна реальность. "

Г. УОЛПОЛ. “ИСКУССТВО КОНСТАНТИНА СОМОВА”. 1930 г.