Леона Бакста называют великим театральным художником, и это справедливо. Но разве выполненные им в различных техниках портреты или жанровая живопись менее хороши? Судите сами...


Портрет девушки в русском кокошнике, 1911

К.Сокольский - Снилось мне

Леон Бакст (1866—1924) - один из виднейших представителей русского модерна, художник, сценограф, мастер станковой живописи и театральной графики, родился в Гродно. Его отец - Израиль Розенберг. Одни именуют его ученым-талмудистом, другие - коммерсантом средней руки. Не исключено, что он был и тем, и другим одновременно. Своего сына Израиль Розенберг назвал Лейб-Хаимом. В дальнейшем, Лейб стал Львом. Лев - Леоном. Обычная трансформация еврейских имен в русскоязычной среде. Вскоре после рождения сына семья Розенбергов переехала из Гродно в Петербург.

Женский портрет, 1906

Детство его прошло в Петербурге, где жил дед, любивший светскую жизнь и роскошь. Дед был богатым портным. Мальчик рос болезненным и отличался заметной неуравновешенностью характера. От матери он унаследовал любовь к книгам и читал их запоем, что попало. Первыми яркими впечатлениями ребенок был обязан дедушке - в прошлом парижанину, перенесшему в квартиру на Невском проспекте шик французского салона. Обтянутые желтым шелком стены, старинная мебель, картины, декоративные растения, позолоченные клетки с канарейками - все здесь было "не как дома", все восхищало эмоционального мальчика. Радостное волнение вызывали также рассказы родителей, возвращавшихся из итальянской оперы.

Молодой дагомеец, 1895

Еще мальчиком он увлеченно разыгрывал перед сестрами придуманные и поставленные им самим пьесы. Вырезанные из книг и журналов фигурки превращались в героев инсценировок, разыгрываемых перед сестрами. Но вот наступил момент, когда взрослые стали брать мальчика с собой в театр, и перед ним открылся волшебный мир. Мог ли кто-нибудь подумать тогда, что именно здесь через много лет он найдет свое истинное призвание.

Портрет Александра Бенуа, 1898

Очень рано у Льва появилась тяга к живописи. Отец, в меру сил, противился. Как талмудист - не еврейское это дело "человечков малевать". И как коммерсант. Занятие живописью считалось малоприбыльным. Художники, в большинстве своем, вели полунищенское существование. Израиль Розенберг был человеком толерантным. И, дабы удостовериться, что собой представляют живописные потуги неукротимого сына, то ли через общих знакомых, то ли через родственников, вышел на скульптора Марка Антоколького. Мэтр посмотрел рисунки, нашел в них несомненные признаки таланта и настоятельно посоветовал учиться.

Портрет танцовщицы М.Казати, 1912

Совет возымел действие и 1883 году юный Розенберг поступил вольнослушателем в Академию художеств. Здесь будущий Бакст пробыл с 1883 по 1887 год. Академическое обучение мало соответствовало веяниям эпохи. Профессора, в большинстве своем, строго придерживались классических канонов. И напрочь игнорировали новые течения в живописи, пресловутый модерн в его многообразных формах и проявлениях. И, в меру сил и возможностей, отбивали у учеников желание сходить с раз и навсегда проторенного пути. Учился Бакст не слишком усердно. Провалил конкурс на серебряную медаль. После чего ушел из Академии. То ли в знак протеста. То ли окончательно разуверившись.

Леди на диване, 1905

После ухода из Академии Леон Бакст, в ту пору еще Розенберг занимался живописью у Альберта Бенуа. Отец, судя по всему, отказался от дальнейшего финансирования творческих метаний сына. И молодой художник зарабатывал на жизнь и оплату уроков в каком-то издательстве. Он иллюстрировал детские книги. В 1889 году Лейб-Хаим Розенберг стал Леоном Бакстом. Свою новую фамилию, точнее псевдоним, художник позаимствовал у бабушки по линии матери, несколько укоротив её. Фамилия бабушки была Бакстер. Появление броского псевдонима было связано с первой выставкой, на которой художник решил представить свои работы. Как ему казалось, в глазах русской публики художник по фамилии Леон Бакст имел неоспоримые преимущества перед художником Лейб-Хаимом Розенбергом.

Портрет Зинаиды Гиппиус, 1906

В том же 1893 году Леон Бакст приехал в Париж. Он учился в студии Жерома и в "Академии Жюльена". В широко известных среди художников всего мира местах, где можно было почерпнуть и соответственно научиться новому, не связанному с многовековыми традициями, искусству. Жилось Баксту в Париже трудно. Жил он, в основном за счет продаж своих картин. Точнее этюдов. В письме к приятелю Леон Бакст горько сетовал: "До сих пор я бьюсь из-за того, чтобы не покинуть Париж... Продавец картин нахально забирает за гроши мои лучшие этюды". В Париже Леон Бакст прожил шесть лет.

Портрет Андрея Львовича Бакста, сына художника, 1908

Время от времени он приезжал в Петербург. То ли развеяться и отдохнуть, то ли для заведения новых связей и обмена впечатлениями. Во время одного из приездов Леон Бакст познакомился с "Невскими пиквикианцами". Это был кружок самообразования, организованный известным русским художником, историком искусства, художественным критиком Александром Бенуа. В кружок входили Константин Сомов, Дмитрий Философов, Сергей Дягилев и некоторые другие художники, искусствоведы и литераторы, образовавшие со временем, знаменитое художественное объединения "Мир искусства".

Портрет будущей графини Анри де Буажелен, 1924

В 1898 году вышел в свет первый номер журнала "Мир Искусства" - орган художественного объединения и группы писателей-символистов. Редактором журнала стал Сергей Дягилев. Редакция журнала размещалась в доме редактора; первые годы на Литейном проспекте, 45, а с 1900 года - на Набережной реки Фонтанки, 11. Художественный отдел журнала возглавил Леон Бакст. Он же придумал для журнала марку с орлом, "царящим надменно, таинственно и одиноко на вершине снеговой". В художественном отделе журнала широко экспонировались работы выдающихся представителей отечественной и зарубежной живописи. Что определило высокий художественно-эстетический уровень издания, сделало его рупором новых веяний в искусстве, и повлияло на развитие российской культуры на рубеже веков.

В 1903 году Бакст сошелся с вдовой художника Гриценко Любовью Павловной. Она была дочерью именитого купца, большого знатока и собирателя живописи, основателя всемирно известной галереи П.М.Третьякова. Третьяков придерживался либеральных взглядов, ничего не имел против евреев в целом, и самого Бакста в частности. Ценил его как художника. Охотно покупал картины. Но в качестве зятя иудея Бакста не воспринимал. Еврей - еще, куда ни шло. А вот иудей, человек, связанный с еврейством религией, не укладывался в многовековые семейные традиции. И Баксту пришлось пойти на уступки. По одной версии, он перешел из иудаизма в лютеранство. По другой, для совершения церковного обряда бракосочетания стал православным.

Портрет Вальтера Федоровича Нувеля, 1895

В 1907 году у Бакста родился сын Андрей (в будущем - художник театра и кино, умер в 1972 году в Париже). Брак оказался непрочным. В 1909 году Леон Бакст ушёл из семьи. Развод не отразился на отношениях с бывшей женой. Они оставались неизменно дружескими. Когда в 1921 году Любовь Павловна, вместе с сыном, уехала из России, Леон Бакст до конца своих дней поддерживал их материально. Интересно другое. Вскоре после развода, новообращенный христианин Леон Бакст вернулся к вере отцов.

Портрет Анны Павловой, 1908

В 1909 году, в соответствии с новым законом об иудеях в Российской Империи, ему предложили покинуть Петербург. У Бакста были обширные связи. Много влиятельных знакомых. Его услугами пользовался Императорский двор. Но он решил не прибегать к чьей-либо помощи. И уехал в Париж. Гнев на милость власти предержащие сменили в 1914 году. В этом году Бакста избрали членом Академии художеств. И в этом качестве, несмотря на вероисповедание, он имел право проживать, где ему заблагорассудится.

Портрет девочки. 1905

С 1908 по 1910 год, во время наездов из Парижа в Санкт-Петербург, Леон Бакст преподавал в частной школе живописи Званцевой Одним из учеников Бакста был Марк Шагал. Бакст обратил внимание на недюжинный талант молодого Шагала. Хотя, как пишут, не вполне одобрял его и был строг в оценках. При всем своем новаторстве, Бакст полагал, что для художника, вне зависимости от направления, образцом должна была служить натура. Шагаловские алогизмы, пресловутая шагаловская же "картиномания" его смущали. Соученица Шагала Оболенская вспоминала, что, рассматривая картину Шагала, на которой был изображен сидящий на горе скрипач, Бакст никак не мог взять в толк, как скрипачу удалось втащить на такую большую гору такой большой стул.

Портрет Андрея Белого, 1905

Шагал, хотел было, поехать вслед за учителем в Париж. Его неудержимо тянуло в Европу. Бакст был против. - Значит, вас устраивает перспектива погибнуть среди 30 тысяч художников, слетающихся со всего света в Париж, - сказал он. Судя по рукописи книги Шагала "Моя жизнь", Бакст попросту обругал своего ученика. Жена Шагала Белла, готовя книгу к изданию, вымарала несколько выходящих из ряда вон выражений. В те годы, в отличие от нашего времени, ненормативная лексика не допускалась на страницы литературных произведений. По словам Шагала, Бакст вручил ему сто рублей и посоветовал с большей пользой для себя использовать их в России. Он и раньше поддерживал Шагала материально.

Портрет литератора Дмитрия Федоровича Философова, 1897

Бакст много и охотно занимался портретной живописью. Его кисти принадлежат портреты известных деятелей литературы и искусства: Левитана, Дягилева, Розанова, Зинаиды Гиппиус, Айседоры Дункан, Жана Кокто, Константина Сомова, Андрея Белого. Андрей Белый вспоминал: "Рыжий, румяный умница Бакст отказался писать меня просто, ему нужно было, чтобы я был оживлен до экстаза! Для этого он привозил из редакции журнала "Мир искусства" своего приятеля, съевшего десять собак по части умения оживлять и рассказывать умные истории и анекдоты, тогда хищный тигр Бакст, вспыхивая глазами, подкрадывался ко мне, схватившись за кисть". Искусствоведы считают Бакста одним из наиболее ярких русских художников-портретистов начала ХХ века.

Портрет княгини Ольги Константиновны Орловой, 1909

Леон Бакст был не только замечательным портретистом. Он проявил себя, как незаурядный пейзажист. Его графические работы, как отмечали современники, были "поразительно декоративны, полны особенной загадочной поэзии и очень "книжны". Несмотря на многообразие проявлений художественного таланта и связанные с этим возможности, особых доходов у Бакста не было. Постоянно нуждаясь в деньгах, Бакст сотрудничал с сатирическими журналами, занимался книжной графикой, оформлял интерьеры различных выставок. Ещё он обучал рисованию детей состоятельных родителей.

Портрет Л.П.Гриценко (супруги Л. Бакста и дочери П.М. Третьякова), 1903

В 1903 году в Петербурге Бакста попросили принять участие в оформлении балета "Фея кукол". Созданные Бакстом эскизы декораций и костюмов были восприняты восторженно. "С первых шагов, - писал позднее Александр Бенуа, - Бакст занял прямо-таки доминирующее положение и с тех пор так и остался единственным и непревзойденным".

Портрет мадам Т., 1918

В Париже Бакст вошел в балетную группу организатора "Русских сезонов" в Париже Сергея Дягилева. Сергей Павлович привез в Париж несколько балетов. Эти балеты, положенные в основу, "Русских сезонов", потрясли пресыщенных французов, вызвали у них бурю ни с чем несравнимого восторга. Своим триумфом "Русские сезоны" Дягилева были, в первую очередь, обязаны исключительным по красоте постановкам Бакста. Особому, "бакстовскому" стилю, с его чудесным, почти таинственным, поражающим воображение переплетением магии орнамента и сочетания красок.

Портрет Сергея Дягилева с няней, 1906

Созданные Бакстом театральные костюмы, об этом много писали в разного рода связанных с искусством изданиях, благодаря ритмически повторяющимся цветовым узорам подчеркивали динамику танца, движения актера. Вершиной творчества Бакста были декорации для дягилевских балетов: "Клеопатра" 1909г., "Шахерезада" 1910г., "Карнавал" 1910г., "Нарцисс" 1911г., "Дафнис и Хлоя" 1912г. Эти постановки, как писали критики, буквально "свели с ума Париж". И положили начало мировой славе художника.

Русский художник, художественный критик и мемуарист Мстислав Добужинский, знавший Бакста ещё со времен совместного преподавания в школе живописи Званцевой и досконально знакомый с его творчеством, писал: "Его признал и "короновал" сам изысканный и капризный Париж, и что удивительно, несмотря на калейдоскопическую смену кумиров, изменчивость парижских увлечений, несмотря на все "сдвиги", вызванные войной, на новые явления в области искусства, на шум футуризма, - Бакст все-таки оставался одним из несменяемых законодателей "вкуса". Париж уже забыл, что Бакст иностранец, что он "корнями" своими в Петербурге, что он художник "Мира искусства". Леон Бакст - стало звучать как наиболее парижское из парижских имен".

Дама с апельсинами (Ужин), 1902

В 1918 году Леон Бакст покинул группу Дягилева. Его уход связывают с рядом причин. Это и мировая война. Французам было не до "Русских сезонов". Кроме того, Бакст оказался отрезанным от труппы Дягилева. Труппа оставалась в Париже, а Бакст находился в это время в Швейцарии. К уходу из труппы Бакста, и это, пожалуй, главное, побудили эстетические разногласия с Дягилевым, нарастающие противоречия. Дягилев был диктатором. Ещё задолго до "Парижских сезонов", работая над портретом Дягилева, Бакст жаловался, что Дягилев абсолютно не умеет позировать, следит буквально за каждым мазком, и требует, чтобы на портрете он выглядел красивее, чем в жизни. Судя по всему, во время работы над эскизами, Дягилев пытался влиять, что-то настоятельно советовал, предъявлял требования. Баксту это не нравилось. И он на каком-то этапе отказался от сотрудничества.

Портрет Исаака Левитана, 1899

В Париже Бакст был чрезвычайно популярен. Его стиль восприняли законодатели парижской моды. И стали широко использовать его. Русский поэт Максимилиан Волошин писал: "Бакст сумел ухватить тот неуловимый нерв Парижа, который правит модой, и его влияние в настоящую минуту сказывается везде в Париже - как в дамских платьях, так и на картинных выставках". Была издана книга, посвященная творчеству Бакста. Книга эта, по словам современников "представляла собою верх технического совершенства". Французское правительство наградило Бакста орденом Почетного легиона.

Портрет Айседоры Дункан

Громкая парижская слава Бакста, его мировая известность мало что значили для России. Для российских властей Бакст, в первую очередь, был евреем, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Русский публицист, художественный и литературный критик Дмитрий Философов писал: "После первой революции уже "знаменитый", с красной ленточкой в петлице, он приехал из Парижа в Петербург, совершенно забыв, что он еврей из черты оседлости. Каково же было его удивление, когда к нему пришел околоточный и заявил, что он должен немедленно уезжать не то в Бердичев, не то в Житомир". Покойный вице-президент Академии Художеств, граф Иван Иванович Толстой (впоследствии городской голова) возмутился, печать подняла шум, и Бакст был оставлен в покое. Да, конечно, он был еврей. Но чувствовал он себя сыном России, во-первых, и человеком, во-вторых. А главное, художником.

Автопортрет, 1893

Популярность Бакста, его большая слава, трагически отразились на его судьбе. Бакст был завален заказами, от которых не мог, да и не хотел отказаться. Непосильный труд подорвал его здоровье. Леон Бакст умер 27 декабря 1924 года в Париже, на 58 году жизни. Во время работы над балетом "Истар" для труппы Иды Рубинштейн с ним случился "нервный припадок". Бакста госпитализировали в больницу Риэль-Мальмезон. Помочь ему не смогли. По другой версии, в могилу Бакста свела болезнь почек. Ещё, в качестве причины называют "отёк легких". Возможно, речь идёт о проявлениях одного и того же заболевания. Люди, не слишком сведущие в медицине, основывались не столько на диагнозе, сколько на его доминирующих проявлениях. Похоронен Бакст на парижском кладбище Батиньоль.

Портрет графини Келлер, 1902

По материалам статьи Валентина Домиля «Великий Бакст»

Карнавал в Париже в честь прибытия русских моряков 5 октября 1893 года, 1900


Ливень, 1906
 

И все же нельзя обойтись, ведя разговор о знаменитом театральном художнике Леоне Баксте, без его потрясающих эскизов сценических костюмов и декораций (жаль, приходится ограничивать себя в количестве):
 

Эскиз костюма танцовщицы к балету Поля Паре "Смущенная Артемида", 1922

Эскиз костюма к балету "Шехерезада" - Серебряный Негр, 1910

Эскиз костюма для Этель Леви к ревю "Хэлло Танго", 1914

Эскиз костюма Паганини к балету "Волшебная ночь" Габриэле д'Аннунцио

Эскиз декорации к балету "Шехерезада", 1910
 

Эскиз костюма Клеопатры для Иды Рубинштейн к балету "Клеопатра"

Эскиз костюма к балету "Нарцисс" - Вакханка, 1911

Эскиз костюма Тамары Карсавиной к балету "Жар-Птица", 1910

Эскиз костюма к балету "Голубой бог" - Невеста, 1912

Эскиз декорации к балету "Дафнис и Хлоя"
 

Фантазия на тему современного костюма (Аталанта), 1912

Ида Рубинштейн в роли Истар в одноименном балете Венсана д’Энди, 1924

Эскиз костюма для еврейского танца с тамбурином к балету "Клеопатра" 1910

Эскиз костюма к балету Н.Черепнина "Нарцисс", 1911

Эскиз декорации к балету "Мученичество Святого Себастьяна", 1911
 

Танец семи покрывал. Эскиз костюма Саломеи к драме О.Уайльда "Саломея", 1908

Эскиз костюма к балету "Послеполуденный отдых фавна" - Вторая Нимфа, 1912

Эскиз костюма для Иды Рубинштейн к мистерии "Мученичество святого Себастьяна", 1911

Эскиз костюма для Иды Рубинштейн в роли Елены в трагедии "Елена в Спарте"

Эскиз декорации к балету "Послеполуденный отдых фавна", 1911
 

Эскиз костюма одалиски к постановке "Шехерезада", 1910

Эскиз костюма к балету "Индийская любовь", 1913

Китайский мандарин. Эскиз костюма к "Спящей красавице", 1921

Эскиз костюма для Вацлава Нижинского к хореографической поэме Поля Дюка "Пери", 1911

Эскиз декорации к балету "Спящая красавица", 1921


Костюм Натальи Трухановой в роли Пери, 1911 / Эскиз костюма к балету "Шехерезада" - Синий Султан, 1910 (справа)


Эскиз костюма Арлекина в "Карнавале" Р.Шумана / Рисунок Вацлава Нижинского в "Шехерезаде" (справа)


Эскиз декорации к постановке "Борис Годунов", 1913