Книга здесь

Небольшой спойлер и картинка с места событий (правда чуть-чуть другой сезон и другой ракурс):

Всего пару секунд сверкало грозное явление, прежде чем стремительно, но всё же с доступной для глаза скоростью, молния полностью втянулась в воду. Над фонтаном повисла тишина. Казалось, даже листья на деревьях шелестели тише и струи фонтана журчали приглушённо. Люди же гуляющие по ВВЦ, немногочисленные в это время, стояли, как громом поражённые, и молча смотрели на воду, где только что скрылась молния. Впрочем, почему "как"? Грохотало, как раз, знатно! И в этой тишине раздался истошный вопль:

– Машиах! Машиах! Машиах ходит по Земле! Машиах вступил в Москву и явил свою силу!...

На это Семён процедил сквозь зубы:

– Почему вступил-то? Всегда ж тут был...

Священники на это сдержанно, но очень нервно усмехнулись, а религиозный фанатик, тем временем, перепрыгнул парапет фонтана и, загребая руками бросился к тому месту, где молния ушла в воду. А добравшись до места он принялся истово... наверное, он пытался воду поцеловать, но в ажиотаже не мог добиться нужной точности движений, да и поверхность фонтана от его суеты изрядно волновалась, поэтому он раз за разом бился лицом об эту воду, уходя в неё с головой и вопя в коротких промежутках что-то невнятное. С берега раздалась трель полицейского свистка, сопровождаемая призывами соблюсти порядок и покинуть весьма негостеприимный в это время года водоём. Но куда уж там! Фанатик продолжал отдавать свой религиозный долг, ничего не слыша и не особо видя хоть что-то вокруг. В конце концов случилось неизбежное: во время одного, особо глубокого, поклона лысеющая голова таки встретилась с основанием каменного цветка. Несчастный замолчал, с удивлением глядя на возникшее перед ним препятствие, сделал шаг назад и сел, полностью скрываясь под водой.

Тут полицейские в полной мере проявили положенные им по уставу мужество и человеколюбие. Оба синхронно запрыгнули в фонтан и меньше чем через минуту мокрый фанатик был уже на берегу, кашляя и отплёвываясь. Когда дюжие санитары грузили его в машину с красным крестом и мигалкой, он всё щупал голову и восторженно бормотал:

– Господь благословил меня... Поставил Знак на чело моё...

– Могучий ум... – задумчиво прокомментировал это Семён. – Я бы так приложился, так голова бы треснула, а у него только шишка...

– Так у него же там кость... – криво улыбнулся отец Онуфрий. Семён же на всякий случай уточнил:

– Демонстрация достаточная? Или для убедительности надо что-то действительно разнести по камушку? Храм Христа Спасителя, например?

Помолчав с минуту добавил: – Не хотелось бы, он красивый, но если представители церкви настаивают...

Последующие переговоры пошли чуть более конструктивно