О том, что радуга не всегда считалась семицветной, тут уже писали. Тема хорошо раскрыта, например, в статье Елены Аксёновой, а у Олега Лутина описана даже лунная радуга. Поэтому мы о физическом аспекте разложения белого цвета уже писать не будем. Лучше поговорим о представлениях и названиях.

Еще в 1073 году киевский летописец замечал: «В радуге суть червеное, и синее, и зеленое, и багряное». То есть радуга, на его взгляд, включает всего четыре цвета. Тем более, что разницу между «червленым» и «багряным» нам сегодня трудно уловить. И то, и другое означает достаточно насыщенный красный. Четыре цвета символизировали четыре стихии: зеленый цвет – цвет воды, синий цвет – цвет воздуха, красный – цвет огня, черный, или багряный, – цвет земли. Это разделение древнерусские богословы почерпнули в сочинениях античных философов.

В середине ХVIII века российский поэт Антиох Кантемир, бывший в то время послом России в Англии, познакомился с исследованиями в области изучения света и сделал попытку перевести на русский язык «спектр Ньютона». Вот что у него получилось: фиалковый – пурпурный – голубой – зеленый – желтый – рудо-желтый – красный. Не совсем привычно, да еще и в обратном порядке.
Привычные нам названия «синий», «фиолетовый», «оранжевый» отсутствуют. Слов «фиолетовый» и «оранжевый» в русском языке еще не было, они заимствованы позже из европейских языков. Надо полагать, что раз не было таких слов, то и как отдельный цвет тогда фиолетовый и оранжевый не воспринимали.

С зеленым и синим тоже не все так просто – в древнем Египте их считали одним цветом. Потом синий цвет отделился от зеленого, но не было голубого, а в некоторых языках и по сей час нет отдельного слова для голубого цвета. Зато в каком-то японском романе мне встретилось выражение "все тридцать цветов радуги" – о как! И описания одеяний героев там всегда очень красивые – кимоно цвета глициний, шаровары цвета молодой зелени, крыла куропатки и т.д. и т.п.

В одной из своих книг Борис Неменский рассказывал: требование различать до 250 цветов предъявляют к рабочим при приеме на работу японские предприниматели, считая это умение необходимым условием качественности производства.
Поэтому упражнения в цветоразличении являются обязательным элементом образовательной программы в японских школах.
Возможно, японцы правы, и такое тонкое различение цветов позволяет открыть для себя новые аспекты вещи и мира в целом.

Однако и у нас существует множество обозначений и описаний разных цветов и оттенков, так что и японцы могут позавидовать. Вот, например, по материалам литературных описаний и исторических документов XIX века была сделана такая интересная выборка: (приводится в сокращении)

Аделаида – красный оттенок лилового. По другим источникам, темно-синий. В 40-50-х годах XIX в. употреблялось в печати: встречается у Тургенева ("цвета аделаида, или, как у нас говорится, оделлоида") и Достоевского ("Так этот галстух аделаидина цвета? – Аделаидина-с. – А аграфенина цвета нет?").

Адского пламени, адского огня – лиловый оттенок красного. Или перламутрово-красный. Или черный с красными разводами.Чаще всего – о цвете неба.

Бедра испуганной нимфы – оттенок розового. Возможно, возникло в начале ХIХ века с появлением нового сорта роз. (Существует еще цвет "бедра нимфы". Это бледно-розовый, нимфа спокойна.) По другим сведениям, это был розовый с примесью охры. Таким цветом при императоре Павле красили подкладку военных мундиров. Но так как ткань для офицеров и солдат была разной по качеству, офицерский оттенок звался "бедром испуганной нимфы", а солдатский – "ляжкой испуганной Машки".

Бисмарк-фуриозо (цвет разъяренного Бисмарка?) – коричневый с красный отливом.

«Борода Абдель-Керима» – материал цвета белого с черным оттенком и серым отливом.

Влюбленной жабы – зеленовато-серый.

Вороний глаз – черный. Его рекомендовали для модных фраков. Добиться этого оттенка можно было, используя только высококачественную шерсть (низкосортная пряжа со временем приобретала рыжеватый оттенок).

Гусиного помета (мердуа) – желто-зеленый с коричневым отливом.

Двуличневый – с преливом, как бы двух цветов с одной стороны.

Испуганной мыши – нежно-серый цвет.

Кардинал на соломе – сочетание желтого и красного (так французская аристократия протестовала по поводу заключения в Бастилию кардинала де Роган в связи с знаменитым делом об "ожерелье королевы").

Кастрюльный – красновато-рыжий, цвет начищенной медной посуды.

Кипенный, кипенно-белый – белоснежный, цвет кипеня – белой пены, образующейся при кипении воды.

Куропаткины глаза – светло-красный.

Лягушки в обмороке – светлый серо-зеленый.

Маджента – ярко-красный, между красным и фиолетовым. Судя по тому, что в честь битвы при Сольферино в 1859 был назван один из цветов (см. ниже), а около города Маджента тогда же произошла еще одна битва, возможно, это название возникло тогда же.

Маренго – серый с вкраплениями черного. Название появилось после битвы при Маренго в 1800 году. По одним сведениям, именно такого цвета были брюки Наполеона, по другим – ткани местного производства ручной работы были главным образом темно-серого цвета.

Московского пожара – похож на цвет давленой брусники.

Наваринского пламени с дымом (или дыма с пламенем) – темный оттенок серого, модный цвет сукна, который появился после победы русских над турками в Наваринской бухте в 1827-м. Упоминается в «Мертвых душах». По одному варианту, Чичиков просит показать сукно «цветов темных, оливковых или бутылочных с искрою, приближающихся, так сказать, к бруснике», по другому – он желает получить сукно «больше искрасна, не к бутылке, но к бруснике чтобы приближалось». А на картинке в «Московском телеграфе» «фрак суконный, цвета наваринского дыма» – коричневый. Цвет с пламенем, очевидно, обозначает более светлые оттенки.


Парижской грязи – грязно-коричневый цвет. Появилось после знакомства публики с очерками Луи-Себастиана Мерсье "Картины Парижа".

Паука, замышляющего преступление – темный оттенок серого. По другим источникам – черный с краснотой.

Последний вздох жако – желто-рыжий. Возможно, потому, что перед смертью глаза попугая жако желтеют.

Пюсовый – бурый, коричневый оттенок красного, цвет раздавленной блохи – от французского puce – "блоха". Новый словарь русского языка описывает его как просто темно-коричневый. (Были также оттенки "блоха в обмороке", "блошиное брюшко" и – врут, наверное, – цвет "блохи в родильной горячке").

Резвая пастушка - оттенок розового.

Сольферино – ярко-красный. Назван в честь битвы при Сольферино в австро-итало-французской войн в 1859.

Сюрприз дофина. Он же – цвет детской неожиданности. По легенде в Париже принялись красить ткани в цвет обделанных пеленок после того, как Мария Антуанетта продемонстрировала придворным своего только что рожденного сына, который перед ними "оскандалился".

Шамуб – светлый рыже-коричневый, от франц. chamoi, верблюд.

Электрик – цвета морской волны, голубой, синий с серым отливом.

и т.д. В интернете можно много интересного найти.

Физиологи утверждают, что современный человек способен различить до 250 основных цветовых тонов и 5-10 млн. оттенков.
В ХХ веке цветовое восприятие и эмоциональное отношение к цвету стали предметом исследования не только историков культуры, но и физиологов и психологов.
Психофизиологические эксперименты подтвердили, что ряд физиологических показателей состояния испытуемого изменяется в зависимости от того, на какой цвет он смотрит. Опираясь на это положение, психолог М.Люшер разработал цветовой тест для определения психологического состояния человека.
В зависимости от того, какие цвета и в каком порядке предпочитает человек в данный момент, можно судить о его внутренних проблемах.

Федор Иванович Тютчев:

Как неожиданно и ярко
На влажной неба синеве
Воздушная воздвиглась арка
В своем минутном торжестве!
Один конец в леса вонзила,
Другим за облака ушла –
Она полнеба обхватила
И в высоте изнемогла.

О, в этом радужном виденье
Какая нега для очей!
Оно дано нам на мгновенье,
Лови его, лови скорей!
Смотри – оно уж побледнело,
Еще минута, две – и что ж?
Ушло, как то уйдет всецело,