© Алина Лищинская

К слову, я возвращаюсь в Украину на самолете авиакомпании с романтическим названием "Windrose", до этого, впрочем, съязвив Дане в смс, что путешествую исключительно на ковре-самолете, а не розой ветров. По приезду понимаю, насколько мне была нужна эта неделя, парочка паспортных контролей, минус сорок пять по ту сторону иллюминатора и зеленый коридор Борисполя как признак особой любви к национальным девочкам.

У меня всё лицо в веснушках, тело цвета фраппучино плюс на два тона темнее, красивые малиновые ногти сверху и снизу и, конечно, решения (немного - хватит одной руки с малиновыми ногтями), принятые прямо на берегу, когда соленая средиземноморская вода щекочет щиколотки, волны прибивают песок аж до икроножных, или вот лежа в шезлонге в начале где-то шестого вечера с тамошней минеральной водой по доллару за стограмовую зеленую бутылочку. Я смотрела на море и плакала в унисон шторму. И в этих слезах было всё накопившееся - обида на какие-то там несправедливости, карты вин, литровая бутылка бейлиза, купленная в дьюти-фри, какие-то решения, обращения к Нему, все мои "а если", входящие сообщения, роуминг, какая-то даже любовь и сформировавшееся желание срочно получить права.

Меня там отформатировали хорошенько, снесли старую винду и поставили что-то посолиднее и с графикой получше; раздели, прогрели каждую косточку, впавший живот, ребра, которые можно пересчитать, когда я выравниваюсь, скулы, которые загорают первее, потому что улыбаюсь прохожим. С меня сняли старую кожу, прогладили, пропарили, затонировали и снова вдели туда моё нефиговое эго и вздорный характер. Я нахожу песчинки в карманах шорт и скучаю по вкусному кофе с молоком, который там варили. Я не то, чтобы новая теперь, но готовая к новым боям. Моя армия пока доедает свой вечерний кебаб, закутывается в шелка и идет за мной.

И как же мне хорошо теперь.

Крутые перемены в жизни - это тебе, конечно, не два пальца об асфальт.

Опыт бесценен - это же сообщающиеся сосуды между разными гранями твой жизни - бац! и всё становится либо предельно ясно, либо в сто крат запутанней. Я, знаешь ли, несколько фанатею от жизненных зигзагов и пишу тебе в сообщении, что жопа - это мой классический стиль жизни.
Если быть предельно откровенной, то я бы с удовольствием взревела сейчас самкой белого медведя, вороша какие-то там несправедливости или печали, но поскольку я уже коронованная самка спайдермена (ибо, как вы помните, мне часто хочется залезть на стену), то оставим всё на своих местах - роли посреди сценария не меняют. Я бы, может, и сочинила тебе какой-то стишок, рассказец, баечку или частушку, только у меня самолет завтра, а из подготовленного - педикюр. Да и стоит ли. Все мысли самоуничтожаются ровно в тот момент, когда ты решаешь с ними собраться и запихнуть на сохранение в какие-то строчки или абзацы - выливаясь же на экран всё теряет ценность и новизну; ты позвонишь и спросишь, что значит то, о чём я писала в июне, а мне даже будет лень тебе отвечать.

Так тоже бывает - у всех у нас всегда есть, что терять - телефоны, память, совесть, время, людей, вес, майки moschino, шанс взять всё в кулак и изменить - да что угодно. Я второй год не изменяю своему купальнику и говорю тебе, что время идет, а полоска на груди остается. Мне бы хотелось поговорить с тобой об относительности, вредных привычках, планах, плане, снах, одиночестве, эмоциональной Джомолунгме, Средиземном море или перелетах в эконом-классе. Но есть ли вообще какой-то смысл, когда с каждой секундой люди становятся всё дальше друг от друга?
Я не грущу, я на чемоданах, у меня четыре майки, три платья, шорты и обруч с розой. Я оставляю на этой высоте над уровнем моря все свои мысли, необращенные в рифмы, неоточенные, сумбурные и порою даже о тебе. Завтра я окажусь в юрисдикции другого государства и наверняка буду глушить в лобби алко с русскими, рафтинговать, нырять с аквалангом и загорать топлесс.

В моей теперешней ситуации, учитывая кумулятивный эффект накопления жизненного дерьма, самым правильным решением было бы сдаться, послать всех и вновь заняться таргетированием, только ты же знаешь, что черта с два.

Лучше пожелай мне удачи.

За двадцать с лишним я никогда не признавалась в любви,
чтобы по-настоящему, с языком.

Нет, то есть были какие-то подростковые «люблю тебя», небезосновательно втиснутые в формат смс, открыток, каких-то электронных писем на тогда еще рамблере, но чтобы вот сознательно и в трезвом уме - ни разу.
Да и как это?
«Я тебя люблю» - это десять букв и реорганизация не то чтобы постсоветского, но точно внутреннего пространства. Сейчас, правда, многие ретвиттят тему о том, что «пошёл на хуй» - это тоже десять букв, только неправильно всё это. Я про «пошёлы». Согласитесь, они всегда легче переносятся нервной системой, чем признания.
Ах, да, я же никогда не говорила, что люблю.

Я бы, наверное, попыталась съехать на французский, «je t’aime» можно в случае выдать за «а затем» или за «жутко…» жарко, например. Скажите, это я одна боюсь этой фразы больше летучих мышей (история моей июньской встречи с Бэтманом в кинотеатрах вашего города в конце лета)? «Я люблю тебя» - это почти как приговор и безусловное согласие взвалить на свои загорелые плечи все последствия этой фразы. Это все слёзы и совпадения, слёзы из-за совпадений, совпадения слёз, пересечение двойной сплошной, целая партия мишек me-to-you с голубыми носами; это нервно выкуренные сигареты (вместе с гордым «я бросила» / а я-то бросила на деле); это затягивает круче зыбучих песков, штормов, маяков, Маяковского, красной ветки, небольшой кофейни в центре Киева; это долгожданнее ночного ливня в городе, где даже ночью +30, сильнее Тайсона, певучее Хлывнюка. Это когда перестаешь писать, потому что на деле и сказать-то нечего, да и вряд ли стоит. Это когда умные девочки превращаются в последних дурёх и отправляют смски первыми.
Я бы, может, выпустила в это голубое июльское небо штук пятнадцать золотистых шариков, разделась бы и обложилась роллами, как Саманта в первой части Sex & the City, перечеркнула бы все планы черной ручечкой, выучила бы эту самую главную фразу на тридцати языках, включая хинди, и сделала бы себе геометрическое карэ. Но всё равно это было бы не то, вот правда. Ничто не может стать субститутом внезапного «я люблю тебя», даже если в трубку, даже если в три ночи.

И я обязательно это сделаю.
В ноль десятом.

mon amis,

в последние несколько недель я чаще обещаю перезвонить, нежели звоню,
меняю города,
переношу какие-то вечные встречи,
не отвечаю на сообщения,
выхожу в оффлайн и на финишную прямую.

Просыпаюсь в чужой квартире на Шулявке, выдыхаю дым аккурат в открытое окно, смешиваю мысли с киевским воздухом и хожу на высоких каблуках. В такие редкие периоды мне не нужно ничего планировать и ничего ни у кого спрашивать - как у этого вашего всеми_любимого Паттинсона - never think / what's in your heart / what's in our home / so I won't. В три же ночи на одном из украинских вокзалов мои глаза цепляются за расписание поездов и, видит Бог, я практически беру билеты, чтобы через каких-то 14 часов оказаться в городе, в котором живет человек, который всё еще умеет мне сниться, правда, очень редко.

Я бы и верила в чудеса, если бы сверху меня не проверяли на силу убеждений и наличие определенного рода чувств - это не сказка в жизни, а, скорее, театр абсурда - с вещами, которые нормальной логике не поддаются; но, с другой стороны, цветные джокеры никогда не появлялись в моих карманах ниоткуда.
Потому что "ниоткуда" чаще всего означает "в никуда". Не моя остановочка уж точно.

Я не хочу рифмовать, в Киеве же случаются +35 днём, моя правая рука обкручена серой ленточкой с двумя золотыми сердечками - мне кажется, что сердец всегда должно быть два и, желательно, на одной ленточке. В моей истории ничегошеньки не ясно, но время блицев я перенесу куда-то вперед.

За полгода с добавкой я ни секунды не пожалела о фразе, которая выбита в междулопатье. На латыни которая.

4 года каждодневных (с понедельника по пятницу) нервов вылились в диплом, на котором слово "диплом" написано не синим, как чаще всего, а красным.
я же передвигаю все свои фишечки к центру стола и ол'ыню. я пока не знаю, во что это всё выльется и зачем оно мне надо, но внутренняя варя что-то поддакивает из глубины, а я с ней обычно не спорю.

короче, можно начинать держать кулаки или не держать.
при любом раскладе я снова буду ставить на красное.

есть у прекрасницы Алишии Киз такая песня, знаете, очень правильная, которая молоточком выбивает на подсознании имечко человека, которому бы неплохо было её напеть, пусть у меня даже и первый альт. в последнее время происходят вещи, которые не поддаются никакому пониманию, серьезно.

когда город превращается в сплошную сауну и тебе хочется срочнейшим образом что-то поменять - я знаю там -
подальше уехать,
выскрести ножечком из памяти некоторые штуки,
признаться в любви (впервые за свои двадцать лет)
или залезть на стенку, как самка спайдермена,

я стискиваю зубы и сочиняю планы на лето, которые надеваются друг на друга, как детская пирамидка.
потому что всегда можно пойти куда-то водички попить или, как вариант, на хуй.

Мне везло - в моей жизни всегда были мужчины, которые знали, что и как я люблю. Например, я бы ни за что не вспомнила про существование лиру как категории, если бы не внезапная песня невнезапного в моей жизни человека. К слову.

В этом июне столько всего произошло, что даже не хочется копаться в башке и перебирать по пушинкам -
я снова вспомнила, как это - реветь под душем, как это - лежать на полу в собственной комнате и кричать от безысходности, как это - закрывать стену/фотоальбомы/доступ к сообщениям вконтакте и пр. Я всегда была открыта для всего, но я почему-то думала, что с самым страшным я уже справилась.
Но к черту.

Когда любимые присылают смс в начале пятого, я лежу на спине, почти что выпивая через трубочку (как Б-52) рассвет и отчетливо понимая, чего я хочу дальше.
с кем я хочу.
и, главное, - без кого.
Гороскопы на лето почему-то составляют с учетом и м е н н о т в о е й и с т о р и и. Я читаю и гадаю на кофейной гуще, как вообще можно было написать настолько в точку, и в каком месте этой вселенной мне нужно скрестить пальчики, чтобы всё сбылось. Я никогда не верила в гороскопы, но сейчас у меня то самое all-in -
это или-
или
.

В четверг я получу диплом бакалавра /о цвете поговорим позже/. У меня высота каблуков 12 см и прекрасное черное платье из натурального шелка. Татуировка в междулопатье. И я знаю, что на этом празднике я буду чертовским сексом, что не может не поднимать мой муд. Вспоминается старая и добрая I'm Grown бай Bow-Wow ft. Tiffany Evans - видит Бог, я напьюсь ночью после вручения и буду её горланить.
Впереди так много штук, которые стоило бы попробовать. И даже если в очередной жвачке про Беллу и Эдварда не было секса, не стоит зацикливаться на вещах, которые причиняли или всё еще могут причинить боль/неудобство.

Да, вчера была круглая дата (хоть я и не верю в даты).
поэтому
je te fеlicite.

(на фото пражская я чуть больше месяца назад. помнится, в местном метро я пела от начала до конца confidence by Sarah Riani на своём ломаном французском)

 

Традиционно я нахожу ответы на вопросы, которые, естественно, порождаются подсознанием и висят в воздухе, в песнях, фильмах, книжках или на Дашиной или Настиной кухнях. Спустя n лет мои пальцы прикасаются к клавишам и, как оказывается, помнят многое.
Я слушаю «The Element of Freedom» Алишии Киз, сидя напротив распахнутого настежь окна и пытаюсь разложить по полочкам все вещи, которые скопом навалены в моей голове, - то бишь, структурировать их в формате ms word. Сваренный кофе минут пятнадцать как перешел в категорию «айс», но это последнее, что может меня волновать.

Мне кажется, что самый несчастный человек - это не тот, у которого нет денег, или который лицом не вышел, нет. Самый несчастный человек - тот, который не любит. Это как диагноз. Я думаю, что если я вдруг когда-нибудь перестану чувствовать в себе любовь, то я закончусь для этого мира. Или всему виной Алишия Киз?
Пафосная, конечно, категория. Найпафоснейшая, я бы даже сказала. Уж лучше секс. Уж лучше параллельные прямые нескольких отношений, которые сходятся в одной точке - тебе - как виртуальные векторы, показывающие, куда можно полететь с киевского аэропорта сегодня, лучше сейчас.
Ни фига, естественно, не лучше.
Находясь в точке конца конца (вот это уж точно здесь и сейчас), я до дрожи в коленках благодарю Юморного Очаровательного Дядьку, офис Которого находится на крыше самого высокого в мире небоскреба, за то, что он посылал в мою жизнь своих ангелов - мужчин, которые переворачивали моё сознание ровно на сто восемьдесят, которые своими действиями/бездействием заставляли меня мобилизироваться, совершенствоваться и совершать глупости. Если уж по-чесноку, то с моей стороны было много таких глупостей, могло быть, конечно, меньше; индульгенцию я не требую, но прошу внести в протокол мой огненный знак зодиака.
К черту, я же никогда не верила в гороскопы.
И спасибо Ему же за то, что очень часто эти ангелы делали мне чертовски больно, но я с этим справлялась.
Я могла бы сейчас сказать, что мне теперь спокойно, охуительно хорошо, легко etc., но не буду. Потому что если человеку охуительно хорошо в конце конца, значит, у него не всё в порядке с головой.

Любовь - самое главное, что может с нами случаться. И я не знаю, каким нужно быть долбоебом, чтобы эту любовь проебать на что-то, что на первый взгляд может показаться субститутом. Всё, что мы делаем, нужно делать с любовью и во имя любви - только так можно сохранить грань между реальным и вымышленным (о тенденции склоняться к вымышленному не мне вам говорить). Только большая любовь может удержать на плаву тонущих, тех, чей фундамент вдруг рушится или просто совершивших ошибки.
Не так давно я подумала, что когда перестану уметь злиться на человека, это будет означать, что я больше не люблю его. Хуже всего, когда всё равно, об этом писали классики.

Кстати, о классиках, - хочется процитировать «Кислород» Вырыпаева напоследок (все, конечно, помнят, как потрясающе начитывала это Каролина Грушка в одноименном фильме):

«И вот лучше курите траву, ешьте яблоки и пейте сок, чем вы будете валяться пьяными на полу перед телевизором и клясться небом, землей и Иерусалимом, что ваше сердце принадлежит одному человеку, потому что если ваше сердце принадлежит одному человеку, а тело - другому, то чем вы будете клясться? Ни Престолом же Божьим и ни подножием ног Его, и уж, тем более, ни Иерусалимом же, в котором люди сходят с ума от глупости, а клясться вы можете только любовью своею.
И да будет слово ваше: да, да, и нет, нет, а что сверху этого, то от лукавого».

И, знаете, я любила мужчин, с которыми спала. А это главное.

тебя посылали в качестве person-to-think-about,
ты же превратился в person-I-can’t-forget.
я бы с радостью удалила бы свой аккаунт,
а заодно и весь интернет.

если кратко, то я тебя ждала, ты меня хотел,
нас вдвоем запихнуло в одну из общих лавин,
а потом оказались вдруг не у дел,
глупо отмечали на карте вин,
кто кого больше задел.
«ты меня игнорила», «ты был не один»,
«из-за тебя меня теперь меньше,
джинсы вон велики».

в нашей новой жизни теперь какой-то другой админ,
а по умолчанию, естественно,

гудки.

(18 октября 2009 г.)

когда внутри будет солнце, а снаружи веснушки - тогда тебе, дарлинг, будет слишком хорошо, чтобы заботиться о чьем-либо завтраке и минете.
© любимая Abramitova в сообщении мне.

так и будет, милая, -
сегодня
завтра
всегда.

Июнь - это, конечно, клубничный рай.
Я бы жила в клубничной стране. Носила бы платье цвета травы, гладиаторы и питалась бы исключительно ягодами (только, пожалуйста, не путать с теми, которые в Европе на каждом шагу - красивые, большие, в лоточках, по вкусу похожие на фруктовый лёд без добавления эмульгаторов и сахара). Вкусняшки, в общем.

Забегая наперед, я торжественно объявлю, что вот-вот соберу все детали и напишу большой текст о корреляции любви и злости, только это потом, когда небо услышит мои молитвы и переключит свой большой небесный кондиционер градусика на 24, то бишь, на десять градусов левее.
А пока курс на восток. Там у меня душ и чудесный пахучий гель с вишневыми косточками, который я тащила на себе с Карловых Вар.

Я практически проебала все возможные дедлайны /кто бы вообще сомневался/, рьяно выступала в защиту курения, намерила чудесные серебряные босоножки и чуть не пересекла свою ментальную двойную сплошную.
Сейчас же я пью спрайт с лимоном с белой старбаксовской чашки и думаю, что если бы я была мужчиной, то последние новостисобытия хорошенько бы ударили меня по яйцам.

Посмотрим, в общем.

Объект; никакого сходства с Кароль Буке,
Летицией Кастой или одетой махой.
Ни радуги в волосах, ни серьги в пупке.
И если ты вдруг и впрямь соберешься нахуй, -
То мы там столкнемся в первом же кабаке.

(с) Вера Полозкова

в формате вечной молодости иногда (а чаще - всегда) жизнь заключается в число-цветовые рамки, как-то:
данхилл серый,
парламент единичка
и кент четверка.

я не люблю мужчин, в присутствии которых могу курить.
это тоже лакмус.

итогами:
шестого вечером я вернулась из праги. а еще из кракова и дрездена. даже нечего рассказывать - это было божественно, не хочу учитывать дожди и +12 со знаком минус. старушка европа еще долго протянет, а кент четверка по три евро за пачку - минимальнейшая из бед.

из глобального:
Кто-То Выше выжимает меня экстрактами, выдирает из меня всю дурь, всё слезы последних годков и месячишек; и нет смысла ждать манны небесной, игнорируя текущие жизненные приятности. например, в форме булочек с шоколадом и комплиментов от тех, кто о тебе заботится.
освобождаться от условностей - вот есть самое большое счастье.
у меня всё хорошо, правда, еще не совсем перешла с чешского на украинский.

и я люблю. тебя ли или нет - покажет время.
не потерять бы.

p.s. что еще преодолеть? - я всё смогу.

Коротко -

На шенгенской визе я похожа на луну, но этот факт, собственно, вряд ли станет препятствовать тому, что уже в среду я буду писать близким смс уже из роуминга и пить кофе в каком-то небольшом кафе шенгенской зоны всеми любимой старушки Европы.
Я беру с собой пять пар обуви и томик Пруста.
В моих колонках играет новый альбом Касты, попадая в самые, наверное, пробоины.
Я сначала не верю, потом верю, а потом пою реквием собственным планам -
значит,
il faut.

Самое сложное - решиться. решить и решиться.
Моё двадцать первое лето началось с затакта - вчера - идентификатором стало то, что в первом часу ночи я открыла окно собственной комнаты и закурила в город. И вот ровно в тот момент, когда я выпустила первую порцию тумана в ночной пейзаж, стоя в тоненькой пижамке, а тело минуте на второй вмиг покрылось мурашками - именно тогда я поняла, что всё новое начинается, а старое продолжается. Перед глазами мелькала Москва (и я, конечно, убедилась, что пора срываться с якоря), Праги, куда я возвращаюсь спустя четыре года (как сейчас помню ночные улочки, лавочки, мои слезы и фразу о том, что я оставляю кусочек своего сердца в этом городе) и Киева, который оказался мне ближе, чем я думала.
города
флешбэки
лирический саунд
этсетера

пора заменять кортизол серотонином, друзья.

Коэффициенты чувственности и чувствительности определенно возрастают, когда находишься на расстоянии ночи от самого главного экзамена. Еще долго не спать, а вставать совсем рано.

Существует, например, Комитет по международным стандартам бухгалтерского учета, там учат, как нужно правильно учитывать, чтобы, не дай Бог, не нарушить принципа автономности или первичной стоимости (всего, кстати, 15 штук по учебнику). Лично я бы не отказалась от какого-нибудь комитета или конвенции по систематизации собственных чувств и желаний, чтобы эмоциональные затраты не оказывались напрасными и чтобы точно знать, чего хотеть.
Тем временем, мы по-прежнему собираемся влюбиться, но пока с этим туговато.

Я больше не курю и слушаю тех, кого слушала пару лет назад, только с новыми альбомами и миксами. В голове прокручиваются диалог, в котором человек, с которым у меня что-то было, но этого чего-то оказалось недостаточно для фундамента, утверждает, что до сих пор меня ревнует и что любой нормальный мужчина, которому когда-либо был дан шанс, станет меня ревновать. Ревность же в моих глазах - это кружевная скатерочка: вроде бы и мило, но глаз царапает, нервную систему, кстати, тоже.
Я сочиняю какие-то поводы, чтобы не пойти на свидание, практически беспробудно залипаю в оффлайне и открываю окно нараспашку в самый дождь. Дождь - это вообще отдельная тема, это маленький rebirth, особенно в мае.

Мне спокойно, мне действительно спокойно. Я не спешу вливаться в формат каких-то отношений и отпускаю всё то, что привязывало меня веревками к пирсу. Придет время скутеров и ночных пляжей, тем более, в трех неделях до самого настоящего лета. Послушайте, наверное, этих чудесников. Качество хреновое, зато оранжировка - самое оно. Кстати, Cat Power тоже очень здорово перепели Синатру.

апдейт: странное слово, альтернативное названию поста в вашей рассылке, это li.ru, не справившийся с французским accent aigu.

сначала я бежала от своих чувств, теперь бегу от чужих.
это не бумеранг, это идиотизм.

знаете, я сейчас нахожусь на тех самых точках невозврата, когда есть, о чем жалеть, но решительно не жалеется.


инсайд - Летучий Голландец, да и кто сказал, что это плохо.
это интересно.
каждый раз, когда эмпирическим методом я нахожу очередной ключик к себе, я улыбаюсь. как барон Мюнхгаузен. помимо острого языка и кислотно-розового педикюра у меня всегда есть свой остров - эмоции. а еще идеи. ради этого стоит двигаться дальше.
я перестала курить, но сегодня дернула у мамы одну сигарету, хотя всё приходит на своё место исключительно не из-за них.
я много говорю, жестикулирую, знаю, где продаются самые свежие розы в этом городе и слушаю Bon Iver в лайв-формате. на следующей остановке мы выйдем, чтобы размять затекшие ноги, купить боржоми и влюбиться. впереди шенген, а лето, судя по всему, уже в разгаре.

чудесности случаются тогда, когда отпускаешь всё далеко и перестаешь искать причины для того, чтобы молчать.
многое успеть.
да, детка.



upd.
консультации, кстати, продолжаются.
http://www.formspring.me/lysenko