Элизабет Тейлор и Ричард Бартон: когда любовь убивает…

РАЗВЕ эта толстая девка еще не пришла?» Изрядно подвыпивший Бартон поднял руку и потряс кулаком: «Клянусь вам, она у меня опоздает к Страшному cуду!» Смиренно сидящий в углу пастор неодобрительно посмотрел на жениха.

 

НАКОНЕЦ на восьмом этаже отеля «Ритц-Карлтон» звякнул лифт, и из него вышла Элизабет. Одна, без сопровождающих, в ярко-желтом шифоновом платье с глубоким декольте. Пастыря тридцатидвухлетняя невеста одарила обворожительной улыбкой. Элизабет стоило немалых трудов найти служителя культа, который «сквозь пальцы» смотрел на ее предыдущие четыре развода. Церемония заняла десять минут. Бартон, хоть и стоял на ногах, но время от времени покачивался. Впрочем, невесту это ничуть не смущало. С ее лица не сходила счастливая улыбка. «Я на седьмом небе. Мы будем вместе с Бартоном до конца наших дней», — заявила Элизабет журналистам, поджидавшим на улице. В машине Бартон признался, что «изрядно перенервничал». «Глупыш, ну что волноваться? Мы уже два года спим вместе», — сказала Элизабет и крепко сжала руку мужа.

…ОНИ встретились в Риме на съемках «Клеопатры». Элизабет накануне получила долгожданный «Оскар», сыграв проститутку в картине «Баттерфилд, 8». За роль египетской царицы ей предложили сенсационный для 60-х годов гонорар — более миллиона долларов. В картине Тейлор предстояло играть с англичанином Ричардом Бартоном, за которым закрепилась слава отъявленного ловеласа.

Впервые увидев Элизабет на съемочной площадке, он шепнул ей на ухо: «Ты малость толстовата, но у тебя смазливая мордашка». А вечером, сидя в баре в компании друзей, Бартон подражая писклявому голосу Тейлор, выдал порцию отборной брани. Все просто умирали от хохота, ведь Элизабет при своей ангельской внешности по части ругательств могла заткнуть за пояс сапожника. Однако Бартону, который и сам любил крепкие словечки, поведение Элизабет пришлось по душе.

«Смотри, Риччи, будь осторожен, не попадись к ней на крючок», — пошутил кто-то из друзей. «Не волнуйся, она такая черная, как пить дать бреется», — ответил Бартон. У смуглой Элизабет действительно были проблемы с «усиками», которые приходилось брить.

Тем не менее уже первые любовные сцены показали, что, изображая страсть, актеры вовсе не играют. Поцелуи были настолько затяжными, что режиссеру приходилось то и дело командовать: «Стоп». По окончании съемок Ричард и Элизабет продолжали «репетиции» в ее гримерной. Их стоны не давали покоя рабочим, менявшим декорации. Неудивительно, что пресса моментально разнюхала о романе и раструбила о нем на весь мир.

Супруга Бартона Сибил отреагировала на происходящее по-спартански спокойно: «Мой муж в очередной раз тренирует фаллические мышцы». А супруг Элизабет, певец Эдди Фишер, хранил дипломатическое молчание. Он тоже был в Риме, но старался не замечать, что творится у него под носом. До тех пор пока Бартон не заявил ему:

— Послушай, мне кажется, тебе стоит знать, что я люблю твою бабу.

— Она мне не баба. Она мне жена.

— Какая разница, значит, я люблю твою жену.

В этот же день после бурного объяснения с Элизабет , во время которого она заявила: «Если я влюбляюсь, я влюбляюсь», — Фишер упаковал чемоданы и отправился на родину. Тейлор же позвонила в Америку адвокату, чтобы тот начинал бракоразводный процесс.

Элизабет была уверена, что и Ричард в ближайшее время предпримет то же самое. Однако Бартон вовсе не разделял энтузиазма любовницы. «Я не брошу Сибил. Она любит и понимает меня, — сказал он. — А потом, дорогая, — Ричард хлопнул Лиз по заду и хитро улыбнулся, — Сибил вовсе не мешает нам отдаваться тому, чем мы так любим заниматься».

Действительно, на протяжении двенадцати лет Сибил прощала любые выходки мужа. При этом была ему преданным другом, а если требовалось, то и нянькой. Она терпела, что своим любовницам Бартон на Рождество преподносил бриллианты, а ей — скромные сувениры. Единственно, чем могла похвастаться Сибил, — это манто из серой норки, которое так шло к ее рано поседевшим волосам.

Решение Бартона привело «полуразведенную» Элизабет в бешенство. Она заявила, что прекращает сниматься в фильме, и заперлась в своем номере: «Катитесь к черту! И передайте этому поганцу, что он у меня еще попляшет!»

Бартон же сидел в баре, пил текилу и уверял, что «эта стерва перебесится». Известие о том, что Элизабет пыталась покончить с собой, выпив пузырек снотворного, застало актера врасплох. Он тут же примчался в больницу и вел себя как побитая собака. Актриса пробыла в госпитале неделю.

Шумиха вокруг отношений актеров достигла таких масштабов, что на нее был вынужден отреагировать Ватикан. Католическая церковь осудила прелюбодеяние, творившееся у нее под носом, в Риме. А одна из итальянских газет назвала Элизабет «необузданной хищницей, которая разоряет чужие семьи и пожирает чужих мужей».

Тем временем съемки «Клеопатры» подходили к концу, а значит, близилась развязка романа. Волей-неволей Бартону нужно было определиться — вернуться в Лондон к жене либо отправиться с Элизабет в Штаты. На этот счет в съемочной группе даже заключали пари. А предусмотрительный продюсер в последний день заказал карету «скорой помощи», которая дежурила рядом со съемочным павильоном. Мало ли что опять выкинет Элизабет?

Карета не пригодилась. Элизабет успела приручить строптивого англичанина. Она почти не расставалась с Бартоном. В гостиничном номере актера над камином висел подлинник Ван Гога — один из подарков Элизабет. К слову, стоимость картины — 250 тысяч долларов — равнялась всему гонорару Бартона за съемки в «Клеопатре». В Америку скандальная пара отправилась вместе. Бартон начал бракоразводный процесс и заявил журналистам: «Я хочу жениться на Элизабет Тейлор, и я на ней женюсь. Никаких «если», никаких «но».

Став миссис Бартон, Элизабет использовала все свое влияние, чтобы в те фильмы, где она играет, на главную мужскую роль обязательно приглашали мужа. Получился своеобразный семейный подряд, в высшей степени прибыльный. Вместе супруги снялись в 11 картинах, заработав 50 миллионов долларов. При этом они обычно оговаривали, что съемки должны проходить за границей, в этом случае значительно уменьшались налоги.

ДЛЯ Элизабет, которая начала сниматься в 9 лет, а статус звезды приобрела в 15, деньги не были самоцелью. «Не помню, когда я не была знаменита», — сказала как-то кинодива. К этому можно было бы добавить: «и богата». Зато Бартон, познавший в детстве откровенную нищету, благоговел перед богатством. Ричард был двенадцатым ребенком в семье английского шахтера. Мать умерла рано. «Те десять фунтов, которые мы были вынуждены занять на похороны нашей матери, тяжким грузом висели на нас еще несколько лет, — вспоминал актер. — День, когда наша семья наконец расплатилась с долгом, стал для нас настоящим праздником. Были годы, когда мы существовали только благодаря бесплатному супу».

Получая миллионные гонорары, звездная пара могла позволить себе жить на широкую ногу. Бартон купил реактивный самолет, чтобы семье было вольготней путешествовать по миру. Они останавливались в самых роскошных отелях. Чета появлялась в сопровождении ста пятидесяти чемоданов, детей, гувернантки, трех секретарей, парикмахера, няни, четырех собак, черепахи и двух сиамских кошек в ошейниках с бриллиантами. И для служащих наступал а

 

 

д. Собаки кинодивы гадили, где им вздумается.

Когда Элизабет вышла замуж за Бартона, у нее было трое детей от предыдущих браков — двое сыновей и дочь. Она часто брала их с собой в поездки, но, приехав на съемки, просто забывала о их существовании.»У Элизабет действительно был очень напряженный график съемок, — вспоминал один из учителей звездных отпрысков, — но когда в Париже мы жили в отеле «Ланкастер», то от детей нас отделял лишь один этаж. И все равно они не видели мать неделями».

Потакая мужу, Элизабет соглашалась на любую роль, если гонорар исчислялся шестизначными цифрами. Это не могло не сказаться на отношении к звездной паре. Все чаще, открывая газеты, они читали нелестные отзывы о собственной работе. «Время от времени приходится делать халтуру», — отмахивался Бартон. Однако со временем репутация неразборчивых актеров грозила окончательно закрепиться за Элизабет и Ричардом. Тейлор, которая почти 20 лет царствовала в Голливуде, нутром почувствовала, что «пришло время сняться в шедевре». Такая возможность представилась в картине «Вирджиния Вульф». Тридцатишестилетней Элизабет предстояло сыграть сорокапятилетнюю сварливую бабу, которая вымещает злость на муже. Актрисе пришлось поправиться на десять килограммов. Из красавицы с помощью грима сделали неряшливую, опустившуюся женщину. Мужа, как нетрудно догадаться, играл Бартон. Его герой был затюканным подкаблучником.

Режиссер заставлял Лиз дубль за дублем плевать Ричарду в лицо, добиваясь, чтобы зрители почувствовали ненависть героини к мужу. Постепенно звезды «заразились» своими ролями. Они перенесли игру со съемочной площадки в реальную жизнь. После работы, нагрузившись текилой, Ричард обзывал Элизабет «обезьяньими сиськами», а она, все еще одетая в костюм своей героини, грозила: «Закрой свою вонючую пасть! Я еще не закончила говорить!»

За роль в «Вирджинии Вульф» Тейлор присудили второго «Оскара», но получать его она не поехала. Муж отговорил. Бартон тоже был номинирован на приз Киноакадемии, но награда досталась другому. Как всегда, он не нашел лучшего выхода, как напиться. А потом поссориться с женой.

Понятно, что с годами голливудская богиня не становилась красивее. Второй «Оскар» практически никак не сказался на ее карьере. «Вирджиния Вульф» стала пиком, после которого кривая успеха стремительно пошла вниз. В 1968 году Тейлор лишилась своего места в десятке самых популярных кинозвезд. Ее имя уже не было синонимом кассового успеха. Но главным для нее было другое — ее перестали снимать вместе с Ричардом, а значит, у него появились новые молодые партнерши, и она не могла больше стопроцентно контролировать своего мужа. Бартон взялся за старое. Не упускал случая закрутить роман с молоденькой актрисой. Интрижки, конечно, быстро пресекались. Не в характере Тейлор было делить с кем-то своего мужчину. В качестве «мольбы о прощении» Ричард после каждого «хождения налево» дарил Элизабет бриллианты. Часто это были драгоценности, известные во всем мире. Например, «крупповский» бриллиант, принадлежавший ранее семейству немецких промышленников. Он обошелся Бартону в 300 тысяч долларов. Потом последовала знаменитая жемчужина «Ла Перегрина». Венцом стал бриллиант «Картье-Бертон» стоимостью более миллиона долларов.

БРИЛЛИАНТЫ были слабостью актрисы с юных лет. Однажды она решила произвести настоящий фурор, надев разом всю коллекцию. Пальцы украсила кольцами, обе руки увешала браслетами, затянула талию бриллиантовым поясом, вставила в уши переливающиеся на свету серьги, на голову надела бриллиантовую тиару, а «Картье-Бертон» водрузила на знаменитую грудь. В Голливуде ее поспешили обозвать вульгарной. «Я знаю, что вульгарна, но неужели вы хотели бы, чтобы я была другой?» — удивилась Элизабет. Впрочем, даже бриллианты не всегда могли погасить гнев Элизабет. Как-то она не разговаривала с Бартоном несколько дней из-за того, что на одном из приемов, желая представить Элизабет, он сказал: «Это моя жена, эээ…. Филлис». Тейлор едва не лишилась дара речи — муж забыл ее имя!

Это был период, когда скандалы в доме Бартонов случались чуть ли не ежедневно. Ричард запирался в своей комнате, чтобы не дай бог Элизабет не могла к нему войти. Зная характер жены, он боялся, что та запустит в него чем-нибудь тяжелым. Чаще всего причиной ссор были пьяные выходки Бартона. Чашу терпения Элизабет переполнило поведение мужа на званом обеде у английского посла в Будапеште. За ужином Ричард оказался рядом с женой посла. Он положил руку на ее колено и, пьяно улыбаясь, произнес: «Надеюсь, ты ужасно рада, киска, что познакомилась со мной?»

Лиз предложила Ричарду выбирать — либо она, либо выпивка. Бартон пообещал «завязать». Но продержался трезвым несколько дней. И Элизабет в пятый раз в своей жизни подала на развод. Только если раньше актриса расставалась с мужьями из-за того, что в ее жизни появлялась новая любовь, то в этот раз она продолжала любить Бартона, а жить с ним уже не могла.

Каждый по-своему объяснял случившееся. Бартон устроил пресс-конференцию, на которой сидел со стаканом водки в руке. «К тому все шло, к тому все шло, — говорил актер. — Знаете, когда двое вспыльчивых людей обрушивают друг на друга свой гнев, всякое может случиться. К тому же женщины — странные создания. Кто возьмется сказать, что происходит у них в голове?»

«Возможно, мы слишком сильно любили друг друга, — рассуждала в свою очередь Элизабет. — Мы то и дело «залезали друг другу в карман», никогда не разлучаясь. Как мне кажется, это и стало причиной нашего непонимания».

Тем не менее даже после развода окружающих не покидало ощущение, что точка в этом бурном романе еще не поставлена. Элизабет и Ричард перестали жить вместе, но при этом все время созванивались друг с другом. Элизабет села на диету. Она вновь постройнела и приобрела былой шарм. Ричард зализывал раны в Швейцарии, пытаясь избавиться от привычки напиваться с раннего утра. В телефонных разговорах он уверял бывшую жену, что «дела продвигаются». А вскоре пригласил Лиз самой убедиться, что он в полном порядке.

Увидев Бартона, раскинувшего навстречу ей руки, Элизабет бросилась к нему на грудь. На этот раз плакали оба. За ужином Ричард поднял в честь жены бокал с апельсиновым соком.

Элизабет понадобилось около полутора месяцев, чтобы уговорить Бартона вновь стать ее мужем. Для вторичного бракосочетания по желанию актрисы они отправились в Африку. Обряд был совершен на берегу реки в присутствии вождя местного племени. А через две недели обоим стало ясно — разбитую чашку не склеить. Официально какое-то время они продолжали оставаться мужем и женой, но почти не общались друг с другом. Вторичный развод прошел тихо, не привлекая общественного внимания.

Ричард Бартон ушел из жизни в 1984 году, не дожив до шестидесятилетия. Элизабет Тейлор уже отметила свое 75-летие, заявив, что «для своих лет выглядит очень даже ничего». После развода с Бартоном она еще несколько раз выходила замуж. Сейчас вновь свободна. Надолго ли? «Пока не подвернется мужчина с хорошим чувством юмора», — говорит актриса.

 

http://facecollection.ru/