Города науки
Восстановлено из архива автора
Нет, пожалуй, в недолгой пока истории нового российского законодательства другого такого федерального закона, чья судьба была бы столь долгой и мучительной, как у закона «О статусе наукограда».
Надо сказать, что сам термин «наукоград» активно вошел в обиход с конца 1991 года, когда на переломе российской государственности возникла необходимость переосмысления всего того, чем располагает Россия и как ей распорядиться доставшимся «наследством». Осознание реальностей происходило не только «сверху», но и «снизу», в том числе на территориях с высокой концентрацией научного и технического интеллекта. Результатом стало выдвижение в декабре 1991 года инициативы по организации «Союза развития наукоградов России».
Зачинателями стали мэры нескольких подмосковных городов с явным преобладавшем интеллектуального, а посему нерыночного» труда, в условиях реальной угрозы «разнаучивания». К этому времени в границах России насчитывалось ни много, ни мало — около 70 этих своеобразных поселений, созданных в послевоенные годы почти исключительно в целях решения тех или иных научно-технических задач в интересах развития военно-промышленного комплекса. Многие из таких городов, ощутившие с середины 80-х, как мелеют финансовые потоки, поддерживающие их градообразующие научно-производственные комплексы, начали борьбу за выживание, в том числе и за признание своего особого статуса (особый статус — это какие-никакие льготы). Надо ли говорить, что в начале 90-х этот статус представлялся чуть ли не единственным шансом на спасение?
В 1992 году инициаторами «наукоградного движения» был подготовлен развернутый документ под названием «Основы государственной политики по сохранению и развитию наукоградов», в котором содержались все предпосылки для принятия соответствующего федерального закона. Неспешный законотворческий механизм вроде бы заработал: в марте 1993 года Верховный Совет РФ провел первые парламентские слушания, результатом которых стала 30-страничная «Концепция сохранения и развития наукоградов России» — пролог к Закону. Тогда же прозвучало горькое признание, что в связи с изменившейся ситуацией в стране и в мире во весь рост встала непредвиденная ранее задача «демонтажа» некоторых наукоградов, которые уже «изжили» себя. Стало ясно, что без инвентаризации, без четкого определения критериев не обойтись. Соответствующий законопроект «спасения полезных наукоградов» был уже почти готов.
Но события осени 1993 года, появление новой Конституции и Закона о местном самоуправлении привели к тому, что возникла противоположная тенденция превращения наукоградов в обычные города с полной муниципализацией их научно-технических комплексов, чаще всего — уникальных для России. Объяснялось тем, что городу надо зарабатывать. В полном соответствии с интересами противостоящих сторон дальнейшее законотворчество превратилось в лоббирование тех или иных законодательных версий, и дошло даже до того, что статусный закон, принятый Госдумой в первом чтении, был ею же отменен во втором. Весь процесс нельзя было назвать иначе, как «волокита», что и было произнесено в ноябре 1997 года на первой масштабной конференции-выставке в Москве с помпезным названием «Наукограды России — прорыв в третье тысячелетие». Какой прорыв, тут дожить бы!
Лишь к концу 1998 года думский Комитет по науке, подталкиваемый вышедшим президентским Указом «О мерах по развитию наукоградов как городов науки и высоких технологий» и последовавшим правительственным постановлением, провел-таки через все слушания многострадальный законопроект, который был принят 18 декабря и одобрен Советом Федерации 27 января 1999 г.
Казалось бы, все хорошо, но последовало... неожиданное вето президента Б.Н. Ельцина. Не в первый раз возникла знакомая государственная коллизия, когда правая рука как бы не знает, что делает левая, и наоборот. Отдельные комментарии сводились к тому, что закон не регулирует должным образом вопросы государственной поддержки наукоградов как со стороны центра, так и со стороны субъектов Федерации. Но все же ситуация, что называется, «перезрела».
Последовали энергичные усилия заинтересованных сторон, в том числе и обращение Московской областной Думы в Федеральное Собрание, и уже в марте вето Президента было без затруднений преодолено и в Госдуме, и в Совете Федерации. Ура?
Но при внимательном рассмотрении оказалось, что после многочисленных согласований и утрясок подписанный все-таки президентом 7 апреля окончательный текст закона весьма и весьма выхолощен. Почти все его содержание сводится к пресловутому вопросу либо о присвоении статуса наукограда, либо, наоборот, к условиям снятия такового. Коротенькая статья 8-я «О государственной поддержке наукограда» прямо ставит наличие такой поддержки в зависимость от «программы развития муниципального образования как наукограда», которая должна быть представлена правительством при выдвижении на соискание статуса наукограда. Что интересно: статус присваивается на срок до 25 лет, причем после первых 5 лет это «удовольствие» может быть прекращено «в случае исключения из государственных приоритетов установленных для данного наукограда направлений деятельности».
А кто будет определять приоритеты? Опыт подсказывал, что судьба того или иного наукограда будет зависеть от благорасположения (либо отсутствия такового) со стороны сильного «лоббиста» и соответствующего чиновничьего аппарата, а не от строгой научной экспертизы. Кроме того, появившиеся в СМИ материалы «с мест» показали, что складывающаяся ситуация объективно обострила имеющиеся в каждом наукограде определенные «конфликты интересов» между субъектами науки и муниципалитетами. Ясное дело, что солидные инвестиции в прибыльное производство для любого мэра будут стократ более привлекательными, чем расплывчатые меры «господдержки науки».
Возьмем, к примеру, Черноголовку Московской области: в Институте структурной макрокинетики уютно расположились производственные мощности компании «Бош-Сименс Хаусгерте». Вряд ли здесь питают иллюзии по поводу закона, скорее надежды связаны с несколькими десятками миллионов дойчемарок в год за продукцию для кухонь, выпускаемую компанией. Какая там кинетика!..
Тем не менее, наукоградное движение с принятием закона получило более-менее ясные ориентиры для своей дальнейшей деятельности. Она складывается непросто — достаточно сказать, что лишь в 2000-м году состоялось первое официальное присвоение статуса «Наукоград Российской Федерации», а первопроходцем на этом выстраданном пути стал известный город «атомщиков» Обнинск Калужской области. Лед тронулся? Тронулся, но неспешно. Лишь через год Союз развития наукоградов отпраздновал новую победу, когда желанный статус был присвоен «космограду» Королёву (в недавнем прошлом Калининграду) Московской области.
С тем и пришли к 10-летнему юбилею движения, которое было торжественно отмечено 11 декабря в городе авиаторов Жуковском. И это не случайно — именно Подмосковье обещает в ближайшем будущем буквальный «прорыв» в деле получения соответствующими муниципальными образованиями статуса наукоградов РФ. Что называется, «на линии досылки» находятся документы по Дубне, вслед толпятся подмосковные Троицк, Реутов, Жуковский, Юбилейный, Красноармейск, Фрязино и другие. Здесь же и Кольцов Новосибирской области, уральский Заречный, томский Северск, питерский Сосновый Бор... Следовательно, «наукоградам в законе» — быть!
Федеральный статус для муниципального образования — это, разумеется, хорошо, но колбаса — лучше. Именно поэтому, например, в нашем городе Протвино в 1999 году многие больше радовались появлению здесь комбината по выпуску колбас, чем тому факту, что в бюджете страны на год отдельной строчкой было выделено полсотни миллионов рублей на «продолжение сооружения УНК. Здесь-то знали, что выделенных «ускорительных» денег едва - едва хватает на то, чтобы хоть как-то сохранять в ожидании лучших времён построенный несколько лет назад 21-километровый подземный кольцевой тоннель для нового ускорители. А «прорыва» в государственном финансировании фундаментальной науки нет, и пока не предвидится, так что не растерявший своего признанного в мире научного потенциала Институт во все большей степени втягивается в программы поисковых исследований в США и Западной Европе.
А 40-тысячный город за прошедшие 10 лет мало-помалу начал свое самостоятельное «плавание» в рыночном море, и для него жизненно нужны такие научно-технические программы, которые позволили бы в максимальной степени использовать накопленный в городе науки интеллектуальный потенциал, в том числе на пользу городскому бюджету. Есть ли такие возможности у Протвино, по всем признакам, претендующего на статус наукограда?
Да, есть. Об этом однозначно свидетельствуют результаты мероприятия, по крайней мере, областного значения, проведенного в Протвино 6-7 декабря прошлого года. Речь идет об итоговой конференции серии «Научные исследования в наукоградах Московской области».
Одним из ее ключевых моментов было проведение «Круглого стола», посвященного тематике эффективности «наукоградного» движения и дальнейшим перспективам.
Общим было понимание того, что теперь, спустя полвека и в практически новой стране с новыми условиями хозяйствования, идет своеобразная «инвентаризация» и проверка всех территорий сосредоточенного научно-технического и умственного потенциала на соответствие закону РФ «О статусе наукограда». И надо сделать всё возможное для того, чтобы не растерять этот потенциал на старте 21-го века, а наоборот — развить его и приумножить на благо России.
Опубликовано: газета "Ускоритель" - 7 февраля 2002 г.
Серия сообщений "Наукограды РФ. Протвино":
Часть 1 - На пути к городу
Часть 2 - Наукограда век недолог...
...
Часть 5 - Интеллект-клуб "Глюон" облюбовал Протвино
Часть 6 - Начать - и кончить...
Часть 7 - «Наукоградное движение» обрело свой Закон
Часть 8 - Протвино готово стать наукоградом
Часть 9 - ГНТС даёт старт наукоградному будущему
...
Часть 45 - Новинка: фестиваль «Наукоградостно»
Часть 46 - Серпухов: от лекарств до синхротрона.
Часть 47 - Заявка: создание кластера науки и медицины
Надо сказать, что сам термин «наукоград» активно вошел в обиход с конца 1991 года, когда на переломе российской государственности возникла необходимость переосмысления всего того, чем располагает Россия и как ей распорядиться доставшимся «наследством». Осознание реальностей происходило не только «сверху», но и «снизу», в том числе на территориях с высокой концентрацией научного и технического интеллекта. Результатом стало выдвижение в декабре 1991 года инициативы по организации «Союза развития наукоградов России». 
