Мужские слезы.
"Боже, какая она красивая." - Думал он, стоя перед ее телом, помещенным в ее последнее пристанище. У нее в жизни было все: хорошие друзья, два замужества, измены, избиения,синяки, множество переломов от ее первого мужа, полеты за границу. В его - только она. Даже когда он женился на другой, когда у него появились дети, которых он любит больше всего на свете, даже тогда она занимала почти все место в его сердце. Мог ли он думать, что не только переживет ее, но сможет вот так молча стоять перед ней, одетой в черное платье, которое так ей идет. Мысль о том, что это посмертное платье идет ей, пришла к нему в голову столь естественно, как если бы она была жива и стояла рядом с ним. Он даже не удивился этому. Но она уже не здесь. Ее нет рядом и не будет уже никогда. Она уже не с ним и это ее окончательное решение, другого уже не будет.
Ему казалось, что он не сможет сделать ни одного шага, а он шел за ней в этой скорбной похоронной процесии и думал, думал, думал. Хотя о чем он мог думать? Только о том, что впереди у него ничего нет. Он боролся за эту женщину всю жизнь. Он шел за ней по пятам. Он нашел ее...... И вот все кончилось. Подспудно он понимал всегда, что все его счаcтье может закончиться очень быстро. Но если бы она просто ушла, если бы она просто встретила другого,как уже не раз бывало в их жизни, даже тогда у него была бы надежда на ее возвращение. Тогда была бы..... Сейчас нет: ни ее, ни надежды.
Если бы можно было повернуть время вспять. Если бы можно было хоть немножко вернуться назад. Он никогда бы не пошел в магазин. Он был бы рядом с ней и помог бы, обязательно помог. Вызвал бы скорую, поехал бы с ней в больницу, достал бы самые лучшие лекарства, но поставил бы ее на ноги. Ему показалось сейчас, что она специально отправила его в магазин, почувствовав скорый приход смерти. Вспоминая тот момент он точно помнил ее лицо. Да, конечно... а он, полный идиот, не понял этого. Он, как всегда, не понял, что она тогда уже решила уйти, в последний раз уйти от него и уже никогда не вернуться.
Он помнил все, что в его жизни было связано с ней. Все малейшие подробности жили в его голове. Вот он увидел ее в первый раз, eщe когда учился в параллельном классе, тогда на вечере. Он помнил ее первый поцелуй, ее горячие губы, ее тихое дыхание и ту постель, красивое одеяло, подушки, боже , это же было вчера..... Нет. У него нет больше ничего. Уйдя сама, она отняла у него остаток жизни. И он не знает, что делать дальше.
- Сережа, Сереженька, пойдем. - услышал он голос ее подруги. - Надо на поминки, люди ждут.
- Я не хочу. - Это кажется его голос. Какой-то чужой, как издалека. -Я хочу побыть с ней здесь, а потом потихоньку пойду домой один.
- Сереженька, ну пожалуйста, соберись, нельзя же так.
- Сейчас все можно. Ей же можно было вот так уйти не попрощавшись. Значит и мне можно. Больше ведь ничего не будет. Все кончено.
- Сереженька, я тебя очень прошу, ну ради меня, ради нее, пойдем. Ребята, - крикнула она ушедшим вперед Сергею и Ивану. - Ребята, помогите мне, Сережка идти не хочет.
- Сергеич, - сказал Иван , подходя к ним. - Пойдем, старик. Это наш последный долг перед ней.
-Сергей, пойдем, люди собрались, мама твоя здесь, я прошу тебя, пойдем.
"Сережка, Сергей Иваныч", - думал он. - "Мой лучший друг. нас ведь даже зовут одинаково. Только он Иваныч, а я Сергеич. Смешно. А ведь мы с ним встретились в третьем классе и подрались". И это было так недавно и в то же время давно, закрутились мысли в его голове. Смотри, почти все его друзья здесь. Нет только нескольких человек. И он даже не знает, где они. А надо ли это знать? Надо ли искать их? Нет ответа на эти и множество других вопросов. Господи, какие дурацкие мысли лезут в голову. Разве так важно, кто здесь, а кого нет? Не до них сейчас. И не до тех и не до этих, кто будет сейчас сидеть за столом и говорить о ней хорошие слова. Раньше не говорили, а сейчас будут говорить. Раньше ее считали девочкой легкого поведения. Потом просто легкой женщиной. С ней было так легко. Она всегда смеялась, всегда в хорошем настроении. Только он знал, что это не всегда так. Знал, как тяжело переживала она то, что у нее не было детей. Как завидовала она черной завистью своим подругам, кто кормил с ложечки, сюсюкал со своими чадами. Она не могла видеть все это, всегда уходила домой. Тогда у нее начались эти головные боли. Никто не знает об этом.А говорить будут,как будто это их боль. Как хотелось бы выгнать всех их отсюда и посидеть одному. Чтобы никто не мешал думать. Но придется делать вид, что слушаешь их. А мысли уносили его далеко далеко. В тот далекий год, когда они закончили школу и гуляли всю ночь напролет. А Мишаню тогда зацепили какие-то придурки и пришлось ввязываться в драку. Ну не бросать же парня одного, тем более он терпеть не мог, когда несколько здоровых на слабого прут. Она тогда с восхищением спросила:"А меня ты тоже так защищать будешь?" Что же он тогда ответил ей? Немного косноязычный, он никогда толком не знал, что ему ответить.
Тогда она рассказывала ему, что думает обо всех одноклассниках, и даже предполагает, как сложатся их жизни. Болтали о многом. А о главном так и не поговорили. Сьездили еще к своему любимому учителю, который тогда был в больнице, и разбежались. Разбежались на 5 лет. Он даже не знал, что разлука будет такой долгой. На следующий день после выпускного он поехал к ней домой. В руках у него был букет роз. Ее не было дома. Она уже успела уехать в Москву. Хотела стать актрисой. А у него была служба в армии. Целых два года. Но он всегда помнил о своей любви.
А потом они встретились. Совершенно случайно встретились в институте на танцах. У Мишани тогда умер отец и он несколько дней был в абсолютной прострации. Они вытащили его тогда, чтобы расшевелить немного. И там появилась она. Ее сопровождал какой-то длинный тонконогий ферт, которого они не знали. Ребята тогда крутанули его почти по полной программе. А Мишаня, тогда учившийся в военном училище, в форме влез в драку и , как всегда , неудачно. Пришлось на следующий день ему новую фуражку и рубашку покупать. Да еше она помогала выводить синяк на Мишаниной физиономии. А то он домой не мог пойти, там же мама была да еше после похорон отца.
Та ночь была самой памятной, самой длинной, и самой счастливой. И длилась эта ночь... Сколько же она длилась?
- Сережка,а куда мы идем сегодня вечером? -Ее голос, всегда такой нежный, уносил его, сносил с ног, просто валил на землю. Он не мог устоят перед его чаруюшим звуком.
- Куда ты хочешь, моя девочка? Куда скажешь, туда и пойдем. Хочешь, даже в Париж.
Она смеялась так заливисто, как будто колокольчик с помощью ветра стелил смех по самой земле, подымая его вверх перед самыми Сережыними ушами, так, чтобы этот смех вошел в его уши и бился внутри маленьким колокольчиком, переливаясь и постукивая маленьким волшебным молоточком по барабанной перепонке. Целый месяц счастья, огромного счастья, которым наполнялся вес мир. Тогда он думал, что это счастье навсегда. По-молодости он не понимал и тогда еше не боялся этих слов: насовсем, навсегда, навечно. Через месяц она ушла. Ушла, чтобы позвонить и сказать, что выходит замуж. И что ее будущий муж поможет ей стать актрисой и наконец исполнится мечта ее жизни и если он ее любит, он должен понять ее, пожелать ей счастья и не мешать..
- Сережа, -Леркин голос отвлек его от воспоминаний. - Там твоя бывшая жена пришла.
- Ну пришла так не выгонять же. Пришла, пусть зайдет. Она же знала ее.
Жена. Почти 20 лет прошло. У них двое детей. Он их очень любит, просто без памяти. А жену? Воспоминания нахлынули вновь.
Когда она ушла, он провалялся на диване, просто убитый горем. молчал несколько дней. Мама даже не пыталась разговорить его. Через три дня он встал, пошел в институт, в фойe встретил Женьку и сделал ей предложение. Та чуть в обморок не упала. Визг, крик, шум, гам, друзья, шампанское. все это было. Все. Но только самый лучший друг Сережка, Сергей Иваныч знал, что произошло. Винить ли он себя за то предложение и ту свадьбу? Трудно сказать. Кажется, он подарил Женьке кучу прекрасных лет, двоих детей.... А вот была ли она, его бывшая жена, по-настощему счастлива, он не знает. Хотя нет. Когда он уходил к ней, Женька сказала, что она благодарна ему. Благодарна за прекрасных детей, за те счастливые дни,когда она была ему нужна. За то, что он вообще есть на свете. И сказала, что она знала, что это все кончится, обязательно когда-нибудь кончится. А еще добавила, что когда-нибудь это закончится и у него. Но когда это случится, она постарается быть рядом с ним, потому что знает,как тяжело быть одному. Неужели тогда она действительно знала, что его счастье так скоротечно? Иногда ему казалось, что это знали все. Он замечал взгляды знакомых на работе, соседей по дому. Мама все время пыталась сказать ему что-то, но он не хотел слушать. Сережка говорил, что она не надежна, что она больше двух-трех лет ни с кем не оставалась. Бесполезно, он тогда не слышал никого и ничего. Ну ведь может быть человек хоть немного счастлив за свою жизнь? Вот и он хотел счатья, хотел любить и быть любимим. Хотел дать ей столько счастья, сколько было у него и еще немножко больше.... Только господь знает, как он хотел, чтобы она была счастлива. Не успел.
Заканчивается день. Хоть бы уже ушли все. Хочется побыть одному, подумать, обдумать все происшедшее и решить, стоит ли дальше жить. А они ведь, чего доброго, решат сидеть с ним. У Лерки ума хватит. Придется делать вид, что он в порядке и не нуждается ни в чьей помощи. Кажется, первые засобирались уходить.
- Сереж, Иван побудет стобой, ладно?
- Так, мне не нужны свидетели. Здесь никто не остается. И не поднимай скандала, не спорь Будет так, как я сказал.
- Я не оставлю тебя....
- Оставишь, - прервал он Леру. - я буду один. Так или иначе я сделаю все, что решу сам. И не надо мне ни помогать ни перечить.
- Сереженька, - запричитала мама. - ну как же ты здесь один. Я останусь с тобой.
- Мама, я тебя прошу, ничего не надо, идите все домой, все будет хорошо.
Его бывшая жена, Женька, молчит, притихла в уголке возле вешалки, Даже не смотрит. Кажется только она знает, что ему сейчас нужно и что он сейчас хочет.
Все тихо собирались. А на него опять нахлынули воспоминания.
- Сережка, а давай на шашлыки поедем, ребят позовем. - Это она 5 лет назад, когда он ушел к ней из семьи. - Сережку позовем, Ивана, Толика с женой. Посидим на даче.
- Я не могу, мне надо с сыном в школу. Ты извини. Давай это отложим на выходные.
- Ну, не хочу на выходные, - закапризничала она. Не любила она его детей и он старался не напоминать об этом. Слишком уж она хотела иметь своих, хотела и не могла. Но иногда он действительно был занят именно с детьми и скрывать этого не хотел. В конце концов, это и ее вина в том, что у нее нет детей. Говорил же он ей, что надо рожать, а ей все было некогда. А потом она уже не смогла. Бывший муж бил ее нещадно. И количество абортов зашкаливало.
Когда в тот самый первый месяц их неземного счастья он узнал, что она беременна, он хотел перевернуть весь мир. Это было счастье, именно то счастье, о котором мечтает каждый. Быть рядом с любимым человеком, любить, быть любимым и иметь от любимого человека детей: это ли не счастье? Но тогда она сказала, что рожать ей еще рано, она хочет быть актрисой и обязательно станет ей. А дети будут ей только мешать. Он никак не мог понять, как дети могут мешать. Но она рассудила иначе.
А потом...потом в ее жизни появился тот человек. Настоящий собственник. Сережка и не знал, как ей с ним живется. тогда он не хотел этого знать. У него была жена, которой он на самом деле хотел быть верным мужем. И был. Был верным, пока................
- Сережка, ты? - услышал он ее голос.
Этот голос поднял его, рассыпал по земле, снова собрал и поставил на ноги. Она стояла перед ним, на ее лице сияли синяки, переломанный нос, опухшие глаза, больше он не помнил ничего. Он не помнил, как добрался домой из поликлиники,куда водил сына с переломанной рукой. Он не видел никого вокруг, когда пришел домой и ничего не ответил на обычный вопрос жены, что с Сашкой. Он уже тогда ничего не видел и не слышал. Женька сразу поняла, что случилось самое страшное для нее. У нее уже не осталось мужа. Он ушел из дому как был, в брюках, рубашке и туфлях. Кажется, в кармане было 10 рублей. Он взял такси, забрал ее из больницы к Сереге. Oдолжил денег, снял квартиру и они поехали туда, где не было даже мебели. Но это были самые лучшие годы жизни. Каждый год они ехали на юг. Он старался, чтобы она забыла кошмар, в котором жила все предыдушие годы. Она стала улыбаться. Он помнил эту ее улыбoк,когда сначала появляются ямочки на щечках, потом улыбка и мягкий колокольчиковый волшебный смех.
- Пойдемте, - сказал Сергей, - я провожу вас всех. Он вместе с гостями вышел из квартиры. Со всеми попрощался.
- Сережа. -услышал он голос Женьки. -Сереженька.
- Ну зачем ты еще здесь? - ответил он. - Тебе пора, дети заждались дома. Кормить надо. Иди, не стой, я хочу побыть один.
- Сережа, - тихим голoсом продожала Женя, - ты конечно будешь думать, конечно должен что-то решить. Но я хочу сказать тебе одно. Ее уже нет. Здесь с тобой ее нет. Она не принадлежит тебе больше. Но живым надо жить. Понимаешь? Это истина, аксиома. Возвращайся домой. Никто тебе ничего не скажет. Идем, дети до сих пор ждут тебя,скучают. Твое место среди живых, рядом с твоими детьми. Ты нужен им, ты всегда был им нужен, а тем более сейчас. Я не буду мешать тебе, не буду лезть на глаза, ты даже не будешь меня видеть. просто я буду где-то рядом, буду готовить тебе, стирать, а потом, я почти все время на работе, ты же знаешь.
Будет где-то рядом... Она будет где-то рядом. Какие до боли знакомые слова. Где же он их слышал? Он тихо повернулся к Жене спиной и пошел в свою квартиру. Может позже, потом он и вернется, но сейчас ему не до этого, он должен пойти домой, сесть и подумать. Да, он вспомнил, это же ее слова. Несколько лет они ездили на юг, потом в Париж. Она ожила, стала работать на телевидении. А потом начались эти ужасные головные боли. Они разрывали ее, делали совершенно беспомощной. Потом начались обмороки. Затем ее смотрели врачи. Он помнил, как Мишка, приехав в отпуск, устроил ее к своему другу. И тот сказал, словно приговор: от этого нет спасенья, еще нет. Может потом позже будет. А сейчас это неизлечимо. И назвал какое-то слово, из которого он ничего не понял. Но тогда он ей этого не сказал. Она, кажется , поняла все сама.
-Сереж, - ее слова так и стоят у него в ушах. - придет время, я уйду. Но ты должен знать, что я всегда буду где-то здесь, где-то рядом. Просто я пока не знаю точно, где. Но я обязательно узнаю и сообщу тебе.
Они смеялись над этим вместе.
А потом началось самое ужасное, необьяснимое, какое-то совершенно дикое. Она часто стала кричать на него, старалась выгнать его из дому, отогнать от себя, прогрнать прочь, отправить к детям, к бывшей жене, сделать все,чтобы его не было рядом. Он не понимал, почему она это делает. Но не уходил никуда. Тогда он не понимал, а сейчас вдуг осознал, что ей просто было дико,невынносимо больно. И она не хотела, чтобы он видел ее страдания. Она падала, теряла сознание, сломала руку. А он никак не уходил и этим злил ее еще больше. Но все -таки однажды она сумела отослать его. Сказала, что ей нужны продукты к празднику, чтобы накрыть хороший стол. Он и не понял, что это была ложь. Она не хотела, чтобы он видел,как она умирает. Не хотела, чтобы он наблюдал, как на ее красивое лицо ложится маска смерти. И он ушел, оставив ее умирать. Вот чего он до сих пор не может себе простить и никогда не простит.
Он открыл дверь, зашел домой, сел на стул напротив окна. он хотел думать. А мыслей не было. Они куда-то пропали. Он искал их, звал, кричал, рвал свой мозг на части, а они не шли. Они куда-то пропали. Не хотели идти к нему.
Что же делать, как же жить дальше? Он пытался думать, пытался это понять и не мог. Бессильный перед свем случившимся, он опустил голову и тихо заплакал. Слезы впервые в жизни градом катились по его лицу.
За окном выл ветер, подметая улицы и поднимая груды осенних листьев. Жить не было сил. Но и умереть ему не было еще дано.
