Вязьма. Несчастливый город для Красной армии. Именно под Вязьмой регулярно гибли большие группы советских войск в 41 - 42 годах сначала при попытке отстоять город и остановить рвавшиеся на восток части вермахта, потом при попытке освободить город. Под Вязьмой погибла 33 армия генерала Ефремова, о которой сейчас много говорят. Однако сегодня я расскажу о самом крупном поражении Красной армии в войне - вяземском котле, где прекратила существование войсковая группировка численностью более полумиллиона человек. Многие из них еще остаются лежать в лесах, окружающих село Богородицкое, что севернее Вязьмы. Говорить о вяземском котле, ответственность за который лежало на высшем командовании, неправильно оценившем обстановку, советские историки и военачальники не       любили.

                                                                    Мемориал Богородицкое поле

В Вяземском котле погибли 16, 19, 20, 24, 32-й армии, группа генерала И. В. Болдина, а также часть сил и тыловых служб 30, 33 и 43-й армий.  Западный и резервный фронт прекратили свое существование. Путь на Москву немцам был открыт, и только титаническими усилиями Жукова удалось недопустить ее захвата.

Указатель на то, что осталось от деревни Пекарево

Слово катастрофа - вот самое подходящее определение неудачного для красной армии сражения под Вязьмой.

                Братская могила расстрелянных жителей деревни Пекарево

Хоть положение окруженных войск было безвыходным, они не собирались сдаваться без боя. Вырваться из немецких клещей, чтобы прорваться на восток был единственным способом выжить. На момент начала прорыва, который состоялся 11 октября 1941 года кольцо окружения занимало протяженность 15 - 20 километров с запада на восток и 20 - 25  километров с севера на юг. Закачивались продовольствие, горючее и боеприпасы. Участились налеты бомбардировщиков, авиация постоянно "утюжила" район.

Поздно вечером наши войска вошли в деревню Спас, прорвав кольцо окружения. Глубина коридора достигала 3 километров и проходила по неглубокой реке Курьяновка, почти ручью.
Приведу воспоминания генерала Лукина, который командовал окруженной группировкой:

"… Ко мне стремительно вбегает командир 91-й стрелковой дивизии полковник И.А. Волков:
- Товарищ генерал! Прорыв сделан, дивизии уходят, выводите штаб армий!
- Немедленно доношу об этом в штаб фронта. В прорыв вводится артиллерия, подтягиваются другие соединения. И.А. Волкову я сказал, что лично выходить не буду, пока не пропущу все или хотя бы половину войск.
- Идите, выводите свою дивизию, держите фланги.
Он не успел догнать свое соединение. Кольцо окружения замкнулось вновь. Предполагали, что противнику удалось подвести к месту прорыва свежие силы и закрыть прорыв."

                                               Место прорыва окружения. Река Курьяновка
Вот как описывал командир батареи тяжелых орудий на механической тяге, полковник запаса Г.Д. Фокин бой на прорыв окружения:

«У места прорыва в районе села Богородицкое скопилось огромное количество наших войск. Лощина вдоль речушки Бебря была забита обозами, артиллерией, машинами, минометами. Справа и слева в лесу на высотах, а также впереди был враг. Минометами, пулеметами, артиллерией фашисты расстреливали наши войска. Из-за огромной скученности наших войсковых частей от каждого снаряда противника гибли десятки людей.
17 фашистских танков в развернутом по фронту строе вышли на наши войска и стали давить их гусеницами. Среди огромной плотно набившейся в лощину массы людей поднялась было паника. Моряки-артиллеристы открыли по вражеским танкам огонь. Стрельбой в упор нам удалось уничтожить 4 больших танка, 2 танка повредить. Остальные повернули назад и бежали с поля боя. В этом же бою огнем морских пушек в дуэльной перестрелке была уничтожена одна 105-мм четырехорудийная батарея врага, одна батарея крупных минометов, подавлен и уничтожен ряд огневых точек и много живой силы противника, который препятствовал прорыву»

Сейчас на месте прорыва окружения Русская православная церковь возводит женский монастырь

                                              Сейчас на месте прорыва РПЦ строит монастырь
         

             Леса вокруг Богородицкого поля изрыты окопами, как нашими, так и немецкими. На фотографии уже изрядно оплывший за 72 года окоп, который по всей видимости был частью немецкого кольца окружения.      

                                      В лесах вокруг - остатки окопов. Судя по всему тут стояли немцы
              

                В лесу валяются немецкие гильзы от 105 мм орудий. Поскольку гильзы делали из стали, большинство уже почти полностью сгнили. Откуда то отсюда засевшие в лесах части вермахта косили пытавшиеся прорваться из окружения части.

                                                 Ржавая немецкая 105 мм гильза

На каждом углу в лесу попадаются старые свидетели тех боев - пни и поваленные стволы погибших деревьев, изрешеченных пулями. 

Потери Красной армии в Вяземском сражении были огромны. Только в плен по разным оценкам было взято от 600 до 700 тысяч солдат и офицеров. Практически все они погибли в немецких концентрационных лагерях и лагерях военнопленных. Один из них распологался на территории города Вязьма, там сейчас находится мясокомбинат. Приведу воспоминания Бориса Рунина, который попал в плен:

Многие бойцы кончили свою жизнь в немецком плену. Задачей немцев было уничтожение живой силы СССР в общем и военнопленных в частности. Создавались невыносимые условия для существования пленных. По дороге в лагерь их ничем не кормили. Они питались попадавшимися по дороге капустными листьями, корнями, ржаными колосьями с неубранных придорожных полей. Воду пили из дорожных луж. Останавливаться у колодцев или просить напиться у крестьян строго воспрещалось. Так, в течение пяти дней — с 9 по 13 октября 1941 года — гнали колонну пленных в Дорогобужский лагерь. Колонну сопровождала машина, на которой были установлены четыре спаренных пулемёта. По пути в одной из деревень под печкой сгоревшего дома пленные увидели полуобгоревшую картошку. Около 200 человек бросились за ней. Из четырёх пулемётов был открыт огонь прямо в толпу. Несколько десятков пленных погибло. По пути пленные бросались на поля с невыкопанной картошкой, тотчас же открывался огонь из пулемётов.

…Раненые жестоко страдали от жажды. Удавалось доставать, и то с большим трудом, по одной-две столовые ложки воды в сутки только для тяжелораненых. Запёкшиеся губы трескались, от жажды распухали языки. Медицинского обслуживания нет, медикаменты и перевязочный материал отсутствуют. На палату со 160 ранеными дают два бинта в день. Перевязки не делаются по месяцу. Когда снимают повязку, раны оказываются наполненными червями, которые выбираются пригоршнями. Отмороженные конечности представляли собой чёрные обрубки, мясо и кости отваливались чёрными кусками. У многих конечности отмораживались тут же в палатах. Йода для оперируемых нет, его заменяют глизолом. Раненые гнили заживо и умирали в страшных мучениях. Многие умоляли, чтобы их пристрелили и тем избавили от страданий. Запах гниющего мяса, трупный смрад неубранных мертвецов наполняют палаты. Смертность в лагере от голода, холода, болезней и расстрелов достигала 3–4 процентов в день. Это значит, что за месяц весь состав пленных вымирал. За два с половиной осенних месяца — октябрь, ноябрь и часть декабря — вместе с гражданскими пленными, составлявшими большинство, в лагере умерло 8500 человек, то есть больше 100 человек в среднем в день. В зимние месяцы ежедневно умирало от 400 до 600 человек. Ежедневно 30–40 длинных дрог грузилось трупами умерших и замёрзших. В штабелях трупов, складывавшихся, как дрова, возле бараков, были и живые. Часто в этих штабелях двигались руки, ноги, открывались глаза, шептали губы: «Я ещё жив». Умиравших хоронили вместе с мёртвыми…

                               Автор: Иванов Владимир

Поклонъ изъ Вязьмы. "Русская сторона" .

1.


2.


3.


4.


5.


6.


7.


8.


9.


10.


11.


12.


13.


14.


15.


16.


17.


18.


19.


20.


21.

https://yandex.ru/video/preview/?filmId=16208430827205771697&text=%D0%B5%D0%BA%D0%B0%D1%82%D0%B5%D1%80%D0%B8%D0%BD%D0%B8%D0%BD%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B5+%D0%BA%D0%BB%D0%B0%D0%B4%D0%B1%D0%B8%D1%89%D0%B5+%D0%B2%D1%8F%D0%B7%D1%8C%D0%BC%D0%B0&path=wizard&parent-reqid=1586071278419845-1692482614450476917200177-vla1-2077&redircnt=1586071294.1

Есть на Екатерининском кладбище захоронение, на котором покоятся останки мальчишек и девчонок, погибших 13 декабря 1955 года  во время пожара в детском саду на улице Социалистической. Это был первый послевоенный садик в Вязьме.  Самые старшие воспитанники едва достигли шести лет, малышам исполнилось по три годика.      
 Страшная трагедия произошла поздно ночью 13 декабря 1955 года. Старожилы вспоминают, что это была очень холодная ночь – термометр зашкаливал за сорок градусов мороза. Именно поэтому многие родители решили не забирать малышей из садика, который всегда работал как днем, так и ночью.  
 Исключением стали лишь несколько детей. Можно сказать, что каждого из них спасло чудо. Крохотная Тамара Павлова отчего-то начала плакать с утра. У девочки не было температуры или каких-либо признаков заболевания, но ребенок заливался слезами и не мог успокоиться. К вечеру воспитатели разыскали маму на швейной фабрике, попросили забрать малышку из садика. Мама увела Тамару домой. 
 Мария Никитична Жолобова работала в этом детском саду дневной нянечкой. Садик посещал ее младший сын и маленькая племянница. Накануне трагедии девочка приболела, ее нужно было лечить. А маленький Володя остался ночевать в детском саду…  

ПОСЛЕДНЯЯ НОЧЬ В НОВОЙ КОМНАТЕ

 Обычно малышей укладывали в большой спальной комнате. Но в ту ледянящую ночь единственная взрослая – нянечка Анастасия - уложила детишек в небольшой комнатушке, в которой они раньше не ночевали. Комната располагалась ближе к печке, и детям там должно было быть теплее. Мороз крепчал, няня натопила печь как можно жарче…
 Когда малыши сладко спали, от печного жара загорелись свободные матрасики, сложенные у печи в соседней комнате. Должно быть, ночная нянечка проснулась от угара, а может, сердце ей подсказало, что случилась беда, но она вскочила и побежала в горшечную комнату, где хранилась вода. После пожара тело женщины было обнаружено именно там, а рядом – тазик, который она не донесла до огня, задохнулась…Говорят, что Анастасия сама ждала ребенка, вот только родится ему было не суждено.
 Никому из восемнадцати детей спасти не удалось. Деревянная постройка вспыхнула и разгорелась в считанные минуты. Прибежавшие на пожар люди не могли попасть в здание: огонь полыхал со страшной силой. К тому же, входная дверь была закрыта изнутри и подперта ломом. Матери, которые жили рядом, прибежали на пожар и рвались в детский сад. Но их не пускали…
 Приехавшие пожарные из-за сильного мороза не могли набрать воды – все рядом стоящие колонки просто перемерзли. За водой ездили за несколько километров. 
 Однако, огонь удалось укротить, пожар погасили. И часть детского садика, где обычно ночевали дети, осталась практически невредимой. Полностью выгорела лишь та комната, в которой 13 декабря тихо заснули разморенные теплом малыши.

 УТРО НА ПЕПЕЛИЩЕ

 Весть о пожаре в детском саду разнеслась по городу быстро. На дымящееся пепелище ранним утром пришли горожане, прибежали родители погибших детей. Возможно ли описать их состояние? От людского плача и горестных криков мороз пробирал сильнее, чем от декабрьской стужи.
 Кто-то пустил слух, что малышей вывезли еще до пожара. Когда из-под черных, еще не остывших головешек доставали обгоревшие детские косточки, каждый думал: это не мой ребенок, моего – точно спасли! Дала ли облегчение эта ложь или только отсрочила приговор? 
 Ведь каждый погибший ребенок был безумно любимым и желанным, это были первые послевоенные вяземские дети. Дети любви, счастье родителей, их надежда, радость и утешение…
 Среди извлеченных останков удалось опознать только двух малышей и нянечку. Косточки, собранные на пепелище, разложили в крохотные  гробики – по числу погибших. Похороны состоялись 16 декабря 1955 года.

ПАМЯТНИК НЕЗАБВЕННЫМ ДЕТЯМ

  Провожать малышей в последний путь собрался едва ли не весь город. Маленькие гробы везли на нескольких машинах, за каждой из которых шли убитые горем родители, родственники, сочувствующие им люди. «Стоял невероятный, просто вселенский плачь», - вспоминают свидетели погребальной процессии. 
 Детишек решили похоронить в братской могиле на Екатерининском кладбище. В то время оно было еще не большим, из-за послевоенной разрухи рядом с кладбищем не было больших построек, от места захоронения виднелась даже полуразрушенная церковь Одигитрии.
 Гробики уложили в землю не прямой линией, а буковой П. Через некоторое время вокруг  детской могилы посадили 18 деревьев, появился и небольшой деревянный памятник «Незабвенным детям», с указанием даты трагедии 13 декабря 1955 года и имен всех погибших:

Алексеева   Таня           3 года
  Беляков       Игорь         5 лет
  Буланов       Володя       5 лет
  Вавина         Люба         5 лет
  Виноградова Светлана    5 лет
  Виноградова Света         5 лет
  Виноградов   Коля          4 года
  Власов         Юра           4 года
  Громов         Валерик      5 лет
  Жолобов      Володя        6 лет
  Звонкова      Вера           5 лет
  Калугина      Таня           5 лет
  Колебанова  Надя            5 лет
  Корольков    Саша           5 лет
  Крылов         Валерик      5 лет
  Миронова     Валя           5 лет
  Павлов         Володя        6 лет
  Тарасова      Валя           3 года

Приведенный список восстановлен по старой, чудом уцелевшей фотографии памятника. Возможно, в нем есть небольшие неточности. Поэтому, если кто-то может поправить возраст и имена погибших, пожалуйста, отзовитесь. Ведь другие документальные свидетельства – увы! – не сохранились, а сам деревянный памятник был разрушен много лет назад.
 Погибшую на пожаре нянечку родственники похоронили отдельно, недалеко от общей могилы детей. Теперь место этого одинокого захоронения уже никто и не помнит. 

МАМА КАЖДУЮ НОЧЬ ХОДИЛА НА КЛАДБИЩЕ

  «До моего рождения у родителей был сынишка – Володя, - вспоминает Любовь Яковлевна Дыченко (Жолобова). –  После войны в окрестностях города оставалось еще много опасных снарядов и боеприпасов. Однажды вечером все Володины друзья вернулись домой, а брата среди них не было. Мои родители забеспокоились: в чем дело? Приятели его отвечают: «Вовка пошел костер смотреть». Какой костер? Где? 
  Отец пошел искать сына. И вернулся с мешком, в котором принес все, что от Володи осталось. Оказывается, ребята положили в огонь мину и разбежались. Володя вернулся к костру, и боеприпас взорвался.
  После страшных похорон отец, а ему было тогда где-то 48 лет, сказал моей маме: «Я не смирюсь с этой потерей! Хочу, чтобы у нас с тобой еще были дети». В конце сороковых годов родилась я, а через год – мой младший брат, которого тоже назвали Вовой. 
 В 1951 году трагически погиб мой отец. Через четыре года маленький Вова сгорел в детском саду. 
  На руках у мамы осталась я, первоклассница, и моя маленькая двоюродная сестра Люда. После трагедии, случившейся в детском саду, мама укладывала нас спать и почти каждую ночь уходила из дома. Однажды я случайно узнала, что она ходит на кладбище. Нет, мама не сошла с ума. Разумеется, она была потрясена. Целыми днями мама работала, потом занималась с нами, а ночью к шла к дорогим могилам – мужа и двух сыновей. Наверное, это было ужасное зрелище: одинокая фигура женщины на заснеженном ночном кладбище…
 Только через несколько месяцев матерям, чьи малыши погибли в детском саду, выделили путевки в санатории. Мне кажется, только после этой поездки мама действительно отдохнула и стала жить заново».   

  КОСТРЫ НА ДЕТСКИХ МОГИЛАХ

  В первые годы после трагедии общую могилу погибших детей люди посещали довольно часто. Сюда приходили не только родственники, но и те, чье сердце сжималось от боли, от непостижимости произошедшего. Незабвенным малышам приносили сладости и игрушки.
 Родители, у которых были необходимые средства, поставили своим детям небольшие отдельные памятники. Остальные могилки стояли даже без крестов.
 С годами на детскую могилу стало приходить все меньше вязьмичей. Кто-то из родственников умер, другие уехали… Постепенно трагедия стала забываться. 
 Не прошло и полвека, как на могилу безвинно пострадавших крох стали сбрасывать кладбищенский мусор. Когда набранного сора и веток становилось слишком много, его сжигали. Прямо на детских могилах, над прахом малышей, сгоревших в огненном пламени.
 Совсем недавно одна из женщин, чьи родственники покоятся недалеко от детского захоронения, призналась: «Я не могу ходить на могилу своих родных… Когда прохожу мимо погибших малышей, мне чудится детский плачь и крики. И это уже не в первый раз!».
 К странному замечанию, однако, прислушались. Выяснилось, что за пятьдесят лет на общей детской могиле ни разу не было священника. При погребении дети не отпевались. Долгие годы многих из них никто не поминал. Высокая трава и мусор были убраны с могилы только в этом году (спасибо детям и педагогам, работающим в «Колибри»!).
 Подготовкой к панихиде, приуроченной к 50-летию со дня трагедии в детском саду на улице Социалистической, занялась вяземская организация «Боевое братство».  

ДЕКАБРЬСКАЯ ПАНИХИДА

   Церковное песнопение, слова молитв… Впервые со времени захоронения детей на могиле погибших крошек прошла панихида. Было это  в декабре 2005 года.  С зажженными свечами стояли люди над покрытым снегом детским захоронением. На  могилках лежали красные гвоздики. Даже через пятьдесят лет собравшиеся плакали, словно трагедия произошла совсем недавно. 
  На панихиду пришли не только оставшиеся в живых родственники погибших детей (кстати, кто-то из родных приехал даже из других городов). Здесь были и те, кого счастливо миновала тринадцатая декабрьская ночь и пожар, произошедший в детском саду. В руках у спасшихся были старые фотографии пятидесятых годов: групповые снимки маленьких вязьмичей, воспитанников первого послевоенного городского детского сада. 
Фотографии сохранили счастливые моменты  времени: все малыши еще живы, все их родные – верят в лучшее мирное будущее.
 На одной из фотографий – молодая заведующая детским садом Мария Ильинична Сазонова. Как любили ее дети, как она обожала малышей! Новые игрушки, хорошее питание, веселые поездки на летний отдых – все это забота и хлопоты заведующей. Не раз Мария Ильинична обращалась в различные инстанции, чтобы начальство позаботилось о пожарной безопасности дошкольного учреждения. Просила, умоляла и… не уберегла. 
 Виновной в произошедшем признали именно ее – Марию Ильиничну Сазонову. Около года молодая женщина провела в тюрьме. Потом заведующую реабилитировали из-за отсутствия состава преступления. В Вязьму Мария Ильинична больше не возвращалась, жила и работала в Смоленске.  
  «Души детские чисты. Сегодня они пребывают в Царствие Небесном. Господь забрал их по воле своей, и возможно, уберег отчего-то еще более страшного,  - сказал после проведения церковного обряда настоятель Свято-Троицкого собора отец Валерий. –  Трагическая смерть детей – это не наказание. Это своеобразная жертва очищения, которая должна заставить людей задуматься о ценности и неповторимости  человеческой жизни».
 Сегодня представители «Боевого братства» говорят о необходимости восстановления памятника «Незабвенным детям». Безусловно, такой памятник нужен. Как нужна и вечная память о безвинно погибших вяземских малышах - послевоенных детях любви.
  Остается добавить, что по церковному календарю, День поминовения мученников - младенцев приходится на 11 января. Возможно, что, поминая в эти дни своих усопших родных, кто-то из вязьмичей подаст в церкви записочку и о душах восемнадцати невинных крох.

Лариса Жукова.

1.

  Теперь предсказательницу из глубинки собираются причислять к лику святых.

Рядом с храмом, на Екатериненском кладбище Вязьмы, на месте взорванной колокольни, под большим деревянным крестом – могила почитаемой в Вязьме блаженной Анастасии Вяземской. Странности юродивой были тихими, она ходила по домам и принимала от людей лишь самую простую пищу. Прожила Анастасия больше ста лет. Когда она умерла ,  (умерла она 27 мая 1959 года в возрасте 117 лет ) На похороны пришла почти вся Вязьма, и гроб 9 км (от деревни, где она скончалась, до кладбища) несли на руках. У могилы почти всегда кто-то молится, прося у Настеньки исцеления или утешения. В Вязьме в 2009 году вышла третья книга со свидетельствами о пророчествах Настеньки

1.


2.


3.

                         К числу наиболее выразительных памятников стиля барокко на Соленщине принадлежит Екатерининская церковь.

Стоит она обособленно, посреди старинного кладбища на западной окраине Вязьмы. Силуэт высокого храма торжественно замыкает панораму города при взгляде с Соборной горы. Церковь была освящена во имя иконы Владимирской Божией Матери и имела приделы святой великомученицы Екатерины и святых апостолов и равноапостольной Марии Магдалины. В народе храм чаще называли Екатерининским, почему и кладбище носит то же название. Ярусное четырехпрестольное здание завершается пятью главами. Центральная глава с верхним световым восьмеричком высоко поднята над остальными. Угловые- сделаны в виде глухих башен с плоскими основными и скругленными диагональными гранями. Все эти башни увенчаны луковичными главками на круглых шейках. Привлекает внимание наружное убранство, где не последнюю декоративную роль играет композиция разнообразных окон. Здесь использован весь арсенал приемов барокко: лучковые и треугольные наличники, пилястры, фронтоны над ризалитами и сгруппированные по три колонны- их всего 36. Екатерининское кладбище- одно из четырех кладбищ, имевшихся в Вязьме до революции. После Великой Отечественной войны сюда был перенесен с Советской площади прах Герасима Овсяника и других первых вяземских большевиков. После освобождения города от фашистов здесь перезахоронен застрелившийся в окружении командир 33-й армии генерал-лейтенант М.Г.Ефремов. Во время войны на территории города возникло несколько солдатских кладбищ и братских могил. Впоследствии останки всех воинов были перенесены на Екатерининское кладбище и устроен единый мемориал Славы.

                    Церковь Святой Екатерины построена на средства священника Иоанна Тредиаковского в 1770-1776 годы. После войны 1941-1945 годов часть иконостаса в формах позднего барокко перенесена в Иверский придел Троицкого собора. Деревянное распятие, завершавшее центральную часть иконостаса, стоит в трапезной Вознесенского храма Иоанна-Предтеченского монастыря. Реставрация храма велась в 1976-1978 и в 1982 годах, но из-за недостатка средств так и не была доведена до конца. В настоящее время кладбищенский храм передан епархии, но по назначению не используется.
(Из книги «Поклон из Вязьмы»).

1.


2.


3.


4.


5.


6.


7.


8.


9.


10.


11.


12.

.