Итак: го давать, или иначе, угощать, однако, не хлебом-солью, не яствами – отдавать го, скопленную за жизнь, божественную энергию – благо. Это подтверждает известную мысль, что мы все – гости на земле, и приходим сюда погостить (па-гостить – слышите разницу?), дабы потом вернуться из яви в правь.
И другое, ключевое, урочное слово, связанное с годовать – гоить. Означает то же самое – жить, и употребляется оно практически в неизменном виде не только на Русском Севере, но и на реке Ганге в Индии, и в нынешнем Иране. Гоить – гоять – жить, получая ГО, то есть, ГО ять, брать. Из этого следует, что жизнь наших пращуров делилась на два периода: время получать ГО (благо) – время молодости, время образования, формирования образа, и время отдавать скопленное ГО – зрелость, матерость. Вот почему баба Яга, встречая странствующего, ищущего юного героя, говорит: «Гой еси, добрый молодец!»
Гой – получающий ГО, благо. Молодец, младец - юноша – уноша – гоноша. До нас дошел смысл этого слова «гоноша», как скапливающий, скопидом. Теперь понятно, что он скапливает? Отсюда – беспокойный, гоношистый характер, поскольку в молодости покой нам только снится. Противоположное (антоним), изгой – слово говорящее и более понятное современному уху, поскольку реформаторы языка не гасят отрицательный смысл слов и чаще его культивируют в своих интересах. Изгой - из гоев, то есть, утративший, либо не получивший ГО, а вместе с этим не приобретший чувство чести, достоинства, звания, возможности полнокровной жизни и в результате – образ, божественную природу.
...От четырнадцати лет, люди, и, пожалуй, до сорокалетнего возраста включительно. Как раз в этот гоношистый период и идет накопление ГО: то есть, не смотря ни на что, потребность обрести энергию божественного семени существует! Иначе не было бы такого массового отклика и ощутимой неутоленной жажды. Многие готовы были немедля пойти за тридевять земель, дабы сыскать этот мир, ибо испытывали тесноту, духоту и скверну существующего. Что меня более всего греет, вселяет надежду и оптимизм, это то, что со времени выхода первой книги прошло уже семнадцать лет, а поток писем не иссякает, и пишут те, кто успел за это время родиться и достичь гоношистых лет.

Ура вам, гои!