В конце октября 1955 года Севастополь готовился к празднованию 100-летия знаменитой обороны города во время Крымской войны. Естественно, торжественные мероприятия по такому случаю не могли обойтись без кораблей и личного состава Черноморского флота. Специально для участия в праздновании 100-летия обороны Севастополя вечером 28 октября 1955 года из похода вернулся линейный корабль «Новороссийск» - в то время самый сильный корабль советского военно-морского флота. Он пришвартовался на бочке № 3 в районе Морского госпиталя.
 

Поскольку командир линкора капитан 1-го ранга Александр Павлович Кухта находился в отпуске, обязанности командира исполнял старший помощник капитан 2-го ранга Григорий Аркадьевич Хуршудов. Когда корабль пришвартовался, часть его экипажа, включая и капитана 2-го ранга Хуршудова, отправилась на берег. На корабле остались более полутора тысяч человек личного состава – офицеры, матросы, курсанты морских училищ и солдаты. Старшим офицером был оставлен помощник командира корабля капитан 2-го ранга Зосим Григорьевич Сербулов.

29 октября в 1:31 ночи под корпусом корабля с правого борта в его носовой части прогремел мощный взрыв. Уже позже определили, что он был эквивалентен 1000-1200 кг тротила. Взрывом корпус линкора был пробит насквозь, в подводной части образовалась дыра размером 150 м². Так как в эпицентре взрыва размещались носовые кубрики команды, непосредственно во время взрыва погибли находившиеся там члены экипажа – от 150 до 175 человек. Спустя 30 секунд после первого взрыва прогремел второй взрыв – на этот раз по левому борту. Он привел к появлению вмятины в 190 м². Хорошо, что взрывом не были задеты артиллерийские погреба линкора, поскольку в этом случае жертвами катастрофы стали бы еще и пять крейсеров, пришвартованных рядом. В образовавшуюся пробоину хлынули потоки морской воды.

Сначала были предприняты попытки отбуксировать «Новороссийск» на мелководье, однако в это время на место событий прибыл командующий Черноморским флотом вице-адмирал Виктор Александрович Пархоменко приказал приостановить буксировку. Это решение привело к роковым для находившихся на борту «Новороссийска» людей последствиям. Тем более, что командующий даже не сразу согласился на эвакуацию матросов и офицеров, не участвовавших в спасательных работах. В ожидании эвакуации на юте выстроились около 1000 моряков, но было уже поздно. Крен стал быстро нарастать и моряки, выстроившиеся на юте, стали скатываться за борт. Прямо на них полетели механизмы и зенитные установки. Лишь нескольким десяткам моряков удалось добраться на шлюпках до соседних кораблей. В 4:14 корабль лег на левый борт и вскоре перевернулся вверх килем. В таком положении «Новороссийск» довольно долго находился на плаву, возвышаясь на 2-3 метра над уровнем воды. Часть моряков еще некоторое время находилась в отсеках. Тем не менее, спасти удалось лишь девять моряков – семь человек выбрались через отверстие, прорезанное в кормовой части днища, спустя пять часов после опрокидывание судна. Еще два человека были спасены спустя 50 часов после опрокидывания «Новороссийска».
 

Гибель «Новороссийска» происходила на глазах всего Севастополя, матросов и офицеров, командующего Черноморским флотом. Особенно горько было сознавать, что утеряно драгоценное время, когда можно было спасти членов экипажа линкора. Всего в катастрофе погибли 829 человек – моряки и солдаты, находившиеся на борту «Новороссийска», а также аварийно-спасательные команды, прибывшие с других кораблей эскадры для проведения спасательных работ. Многие моряки оказались замурованными в отсеках затонувшего корабля. Водолазы, участвовавшие в аварийных работах, впоследствии сообщали, что стук запертых в корпусе линкора матросов продолжался до 1 ноября.

Почти через год после катастрофы, летом 1956 года, Экспедиция подводных работ особого назначения ЭОН-35 начала подъем «Новороссийска» с помощью метода продувания. Лишь в апреле 1957 г. были завершены подготовительные работы, после чего началась продувка – 30 апреля предварительная, а 4 мая – генеральная. В тот же день «Новороссийск» всплыл на поверхность – сначала носовая часть, потом корма. Уже 14 мая 1957 г. корабль был отбуксирован в Казачью бухту и перевернут. Впоследствии его разобрали на металл и отправили на завод «Запорожсталь».
 

В 1955 году линейному кораблю «Новороссийск» было уже 44 года. За плечами этого почтенного корабля, остававшегося до катастрофы самым сильным военным кораблем советского флота, была очень интересная история. Дредноут «Джулио Чезаре» («Giulio Cesare»), а именно так назывался «Новороссийск» до 1949 года, был заложен 24 июня 1910 года в Генуе, спущен на воду 15 октября 1911 года, а 14 мая 1914 года зачислен в состав Королевского флота Италии. «Джулио Чезаре» был одним из трех кораблей типа «Конте ди Кавур», проект которых разработал инженер-генерал Эдоардо Масдеа.

Во время Первой мировой войны «Чезаре», входивший в состав 1-й Боевой дивизии контр-адмирала К. Корси, находился преимущественно в порту Таранто, поскольку командование флота не хотело рисковать дорогостоящими новыми дредноутами, разрешая использовать их только для противостояния другим аналогичным кораблям. Поэтому за все время участия Италии в Первой мировой войне «Чезаре» провел лишь 31 час на боевых заданиях и 387 часов на учениях.
 

Более сложным испытанием для корабля стала Вторая мировая война. «Чезаре» участвовал в боевых действиях в Средиземном море. 9 июля 1940 г. на обратном пути из Бенгази (Ливия) в Таранто «Чезаре» был поврежден снарядом с английского линкора «Warspite», в ночь с 8—9 января 1941 года пострадал во время налета английской авиации на порт Неаполя. 3—5 января 1942 года «Чезаре» участвовал в своем последнем конвое в Северную Африку, а затем был выведен из состава действующего флота. Было установлено, что недостатки в конструкции корабля могли привести к его гибели лишь от одного торпедного попадания.

После того, как Италия вышла из Второй мировой войны, державы – победительницы приступили к дележу итальянского военно-морского флота. СССР хотел получить новые итальянские линкоры типа «Литторио», но западные страны сумели обойти Советский Союз. В результате СССР достался лишь тридцатилетний «Джулио Чезаре». Но советское командование было не сильно огорчено этим фактом, поскольку планировало строить и в будущем новые линейные корабли, а «Чезаре» мог бы использоваться для подготовки их экипажей. 9 декабря 1948 года «Чезаре» навсегда покинул военно-морскую базу в Таранто и направился в Аугусту, откуда взял курс на порт Влёра в Албании.

3 февраля 1949 года во Влёре состоялась торжественная передача линейного корабля, временно обозначавшегося как Z11, Советскому Союзу в лице комиссии во главе с адмиралом Гордеем Ивановичем Левченко. 6 февраля 1949 г. на корабле был поднят флаг ВМФ СССР. Еще спустя две недели корабль взял курс на Севастополь, куда прибыл 26 февраля 1949 года. 5 марта 1949 г. линейному кораблю присвоили название «Новороссийск». Так началась непродолжительная история службы «старичка – итальянца» в составе ВМФ Советского Союза.

Естественно, что предстояла очень большая работа не только по модернизации корабля, но и по приведению его в состояние, соответствующее условиям службы в составе ВМФ СССР. Например, на корабле отсутствовали радиолокаторы, зенитная артиллерия малого калибра, почти не было внутрикорабельной связи и радиосвязи. Даже питание матросов организовать было затруднительно, поскольку на итальянском флоте их кормили макаронами и оливковым маслом, а на советском флоте были совершенно другие требования к питанию личного состава. Было необходимо и переоборудовать кубрики, поскольку они не были предназначены для советских климатических условий. В течение шести лет на корабле были выполнены очень внушительные работы.

После трагической гибели «Новороссийска» советское руководство понизило в званиях и должностях целый ряд адмиралов и старших офицеров флота. Главком ВМФ СССР Адмирал Флота Советского Союза Николай Герасимович Кузнецов был понижен в звании до вице-адмирала и уволен в отставку с формулировкой «без права служить на флоте». Командующего Черноморским флотом вице-адмирала Пархоменко понизили в звании до контр-адмирала и отправили на Тихоокеанский флот первым заместителем командующего. Были понижены в званиях и уволены или переведены на другие места службы начальник политуправления Черноморского флота контр-адмирал Борис Терентьевич Калачев, член Военного совета Черноморского флота вице-адмирал Николай Михайлович Кулаков, командир 24-й дивизии охраны водного района контр-адмирал Анатолий Александрович Галицкий.

Что стало причиной взрывов на «Новороссийске» приведших корабль к катастрофе, до сих пор неизвестно. Если не брать во внимание фантастические версии о происках КГБ, борьбе маршала Жукова против адмирала Кузнецова и тому подобное, то самой правдоподобной версией может быть названа минная версия, согласно которой корабль мог взорваться от немецкой донной мины. В 1941 г. немецкие авиация и флот минировали акваторию Черного моря вблизи Севастополя. Хотя после освобождения города велись интенсивные работы по разминированию, никто не мог гарантировать того, что мины в бухтах Севастополя все же оставались. Например, в 1956-1958 гг., уже после трагедии «Новороссийска», были обнаружены 19 немецких донных мин. Три мины нашли прямо в пятидесяти метрах от того места, где погиб линкор «Новороссийск». Водолазы, участвовавшие в подъемных работах, также подтверждали версию о том, что взрыв имел «внешние» причины – характер пробоины показывал, что взорвалось что-то с внешней стороны корабля.

Если не мина, то что могло стать причиной «внешнего взрыва» линкора? Была выдвинута и версия о торпедной атаке, согласно которой «Новороссийск» мог быть атаковал малой или сверхмалой иностранной субмариной. В то время Советский Союз находился в крайне напряженных отношениях с США и НАТО. Вполне вероятно, что подрывом «Новороссийска» страна-противник рассчитывала ослабить мощь Черноморского флота. Тем более, что в НАТО очень опасались модернизации «Новороссийска» и оснащения его ядерным оружием.

Третья версия утверждает, что гибель линкора «Новороссийск» могла быть делом рук знаменитых итальянских боевых пловцов из бывшей 10-й флотилии MAS. Почему именно итальянцы? Ответ на этот вопрос очень прост, поскольку до конца Второй мировой войны «Новороссийск» был именно итальянским дредноутом «Джулио Чезаре». Ходили слухи, что князь Юнио Валерио Боргезе, командовавший в свое время 10-й флотилией MAS, поклялся отомстить за позор и унижение итальянского флота.

Стоит отметить, что как раз в 1949 году, когда «Чезаре» был передан СССР и стал «Новороссийском», князь Боргезе вышел на свободу – свои 12 лет, назначенные за военные преступления против партизан и гражданского населения, он не досидел до конца и был освобожден. Естественно, что такой уникальный специалист как Боргезе, который был еще сравнительно молод (43 года ко времени освобождения), не мог оставаться вне поля зрения западных спецслужб. Да и сам по себе Боргезе был фашистом – фанатиком, который жаждал продолжить свою борьбу. К тому же были молоды и здоровы итальянские боевые пловцы из его флотилии, имевшие уникальный опыт. Поэтому версия о том, что иностранная подводная лодка доставила ветеранов 10-й флотилии MAS к Севастополю, после чего они сделали привычное им дело – провели диверсию, выглядит вполне правдоподобной. Учитывая, что Италия была (и остается) членом НАТО, а руководство Североатлантического альянса очень боялось усиления советского военно-морского присутствия в Черном море, вполне вероятно, что боевые пловцы князя Боргезе действовали по прямому указанию итальянских и американских спецслужб.

Официального подтверждения в то время версия о причастности итальянских боевых пловцов к взрыву «Новороссийска» не получила. Однако говорили об этом много, а в 2000-е годы стали всплывать некоторые подробности. Так, оказалось, что незадолго до трагических событий в Крым заходил грузовой пароход из Италии, который гипотетически и мог доставить на своем борту сверхмалую подводную лодку и боевых пловцов.
 

Наконец, в 2013 г. в итальянской прессе появилось интервью с Уго Д’Эспозито – ветераном подразделения боевых пловцов «Гамма», входившего в состав 10-й флотилии MAS. По словам Уго Д’Эспозито, именно итальянские боевые пловцы, желавшие отомстить за горечь от раздела итальянского флота, и подорвали «Новороссийск». Но кроме этой фразы, никаких подробностей ветеран подразделения «Гамма» не сообщил. Поэтому вряд ли стоит воспринимать его признание как однозначное подтверждение причастности итальянцев. Ведь все мы знаем, что в пожилом возрасте люди хотят привлечь внимание к себе и своей жизни, многое забывают или начинают трактовать неправильно. Как бы там ни было, но версия об итальянском следе выглядит вполне реально.

Но были и еще одни специалисты подводной войны, которые теоретически могли бы заминировать «Новороссийск». Речь идет о знаменитой 12-й флотилии ВМС Великобритании, которой командовал капитан 2-го ранга Лайонел Крэбб – легендарная личность в мире подводных диверсантов, не уступавшая по популярности самому князю Валерио Боргезе. В годы Второй мировой войны, да и после нее, британские боевые пловцы действовали очень успешно, но это история для другого материала.